Поговорим о сводниках? Ведь ими могут быть не только люди: друзья, коллеги, родители, нервные бывшие. А еще и вещи. И его величество случай. А если все три фактора сложить в одно целое, что из этого выйдет? Правильно. Гермиона, которую нарекли изменщицей, её день рождения и след красной помады на рубашке Малфоя.

Драко Малфой сын одного из главнейших аристократов волшебного мира должен быть влиятельным, харизматичным, самым лучшим во всём. Но, чёрт, он даже девушку на бал пригласить не может, что там о величие и продолжение династии. А самое прекрасное, что он ненавидит ту девушку в которую влюблён...

Пятый Харгривз знал, что ему не дадут нормально пожить.  Однако никогда не ожидал, что будет бегать за нечистью в компании ненавистной недоохотницы.

Оказывается, любая кровь важна! Чистокровные волшебники страдают от неизвестной болезни, и единственная вещь, способная спасти их, кровь грязнокровок. Угадайте, кого же исцелит кровь Гермионы? Драко Малфоя!

Я перестал искать смерть, рассказал ей о своем детстве и почти каждую встречу целую её сразу в губы. Не могу удержаться. Мы иногда ссоримся, больше молчим. Я оттрахал её почти в каждой комнате этого проклятого особняка, видя в этом что-то ритуально значимое, почти болезненную необходимость. Как думаешь, это серьезно? То, что она поселилась во мне, даже такая отстраненная, сломленная и разбитая – серьезно? Я вляпался, Эллисон. Серьезнее просто некуда.

- Долорес? – И без того крупные серо-зеленые поднимаются к густым бровям, а сам Пятый замирает в забавной позе, по привычке горбясь и подаваясь корпусом вперед. - Кто сказал тебе? – Настолько сильно напряжена, что костяшки пальцев как зафиксированные солдатики белеют под неестественным углом. - Сказал что? – И впрямь не понимает, заметно переживает. - Имя мое, кретин.

Диппер женится, Пасифика выходит замуж.. Это не их общая свадьба, и Мэйбл это не устраивает.

Чишия подумал, что раз в жизни можно и проиграть, когда взял Сохо за подбородок и поцеловал. Как там говорится? Проиграна битва, но не война. Только вот сражаются они оба не друг с другом, а против самих себя.