О некоторых легендах лучше не говорить вслух. Лучше дать им сгинуть в истории, и навсегда похоронить имена действующих персонажей. История второго всадника, который родился и вырос далеко от Арденграуса. С первым можно познакомиться тут: https://ficbook.net/readfic/018ca458-9f81-72cc-b491-f2cdad00f7eb

В высших измерениях обитают могущественные тёмные существа. Попадая в мир людей, они несут смерть и разрушения, оставаясь невидимыми для человеческих глаз. И лишь жители одного небольшого поселения способны дать им отпор. Но что делать, если тьма сгущается, защитников света становится всё меньше, а тот, кто был рождён уничтожить мир, не совсем согласен с возложенной на него ролью?

Вцепиться в одну руку, тут же ощутить тяжесть, навалившуюся на плечо, и молча, едва дыша просто смотреть вперёд. Смотреть, как солнце медленно поднимается над водой, на то, как кругом замерло всё. Замерло на доли секунды. Перед рассветом.

Чикаго, 1930-е. Уильям Белл — умелый шулер и молодой хирург. Ему всегда везло в карты и на операционном столе. В жизни Уильяму везло чуть меньше, но он считал, что еще недостаточно понял правила игры. Когда же дело доходило до его друзей — Уильям Белл мог по праву считать себя самым невезучим человеком в жизни. Уильям Белл не любил лакеев. Но именно ему досталась эта роль. Стряхивать пыль и заботливо складывать скелеты обратно в шкаф — теперь это его обязанности на посту дворецкого Вселенной.

Соня Покойных видит сны, опасные настолько, что в них можно умереть. У неё нет другого выбора, кроме как довериться чудовищному сноходцу: немому демону снов по имени Шорох. До тех пор, пока страшные гости из ночных кошмаров не проникают в наш мир, а Соня спрашивает себя, может верить Шороху… или нет.

Детский сад, огород, двор, который кончается только в лесу, улица - то, что кажется тесным микромиром взрослому, для 5 и даже 6-летнего - бесконечная вселенная. Сборник рассказов про Верхнюю Климовку образца начала 90-х, где главный герой, конечно, Тео, тогда ещё Щербаков. Рассказы для тех, кто не хочет ничего мрачного и трагичного, но в которых остаётся достаточно реальности, чтобы не начать видеть сплошных пони и радуги в предрассветной росе.

А потом он и вовсе пропал. Со мной практически не виделся и на звонки отвечал через раз, зато мог позвонить глубокой ночью и нести совершенно пугающую чушь. Говорил, что кровь у него не красная, как у всех и меня в частности, а колючая; что волосы его на самом деле наоборот растут — не из корней, а корнями вниз, и понимай ты это как хочешь. А ещё, что если в глаза долго смотреть, то можно там двери увидеть, а в чьи глаза — так и не говорил.

Лес. Пронизанный солнцем, наполненный птичьим пением и ароматами смолы, хвои (и белок). Лес. Тёмный, пугающий и заводящий в чащу. Там может произойти всё, что угодно. И там произойдёт всё, что угодно, так как это сборник, в котором соберутся произведения очень разных авторов, где каждый посмотрит на место действия из-за своего дерева. И там, где один видит триллер, у другого может вырисоваться ромком, а у третьего - магический реализм (с pwp и подосиновиками).

— Он не кусается. Он проглатывает целиком. История необычной дружбы, родившейся во время грозы, пережившей бурю и нашедшей утешение в смерти.

Пять лет в плену — тяжёлое испытание. Но когда освобождение приносит с собой только больше трудностей — тяжелее в несколько раз. История четвёртого всадника, который из клетки попал прямиком на войну.

Мы начинаем в конце...

В забвении, он сотни лет покоился под толщей каменных сводов меганекрополя, воздвигнутого древними из костей великанов. Мир забыл его, ибо убоялся, и заточил в недрах земли не человека и не монстра, а нечто более жуткое, скованное цепями и печатями: инструмент боли и смерти. Покорный одной лишь только программе контроля, во мраке он ждёт, когда его напоят жертвенной кровью, чтобы он, очнувшись от стазиса духа, делал то, что так хорошо умел. Служил. И карал.

В штате Делавэр, 1971 год, на свалках находят один за другим ящики с трупами в них. Убийцу из-за этого способа избавляться от тел прозвали «Джек-из-коробки». Клара Хоули сняла домик в пригороде Нью-Касла на лето и осень. Она художница и набирается там вдохновения. Однажды она встречает импозантного отдыхающего, Леона Льюиса. Она знает, что Леон — тот самый убийца, но не сдает его полиции, а похищает…

Рут Монро переезжает в городок Мохолл, где покойный дядя оставил книжный магазин, полный, кроме книг, странных мистических предметов. В один из вечеров Рут находит на пыльных полках доску Уиджи и пытается связаться с ушедшей из жизни матерью. Вместо неё, на зов откликается другой дух...

Полиэстер накапливает статическое электричество. Полиграфы не так точны, как кажутся. А полиамория — вообще что-то непонятное, и бывает разве что у тех, кто: а) виртуозно владеет Google Календарём б) откуда-то берёт свободное время в) живёт праздно и беззаботно. Или нет? Может быть, это такой же хаос, как любая другая жизнь. Просто есть те, кто находят в нём свой порядок — и выбирают его. Снова и снова.

горевание — это самая долгая и самая солнечная зима. это горнолыжные курорты, возле которых пропадают дети. это стены общественной прачечной, заклеенные ориентировками с портретами, которых вы никогда не видели.