Законы Уира слишком строги к омегам, и даже королевская кровь от этого не спасает. Его папа так и не сумел подарить супругу и стране альфу. Он, Тэхён, единственный ребёнок. Омега, то есть не способен править и именно поэтому его ждёт участь овцы на выданье. Отец подберёт наиболее выгодную партию, чтобы государства составили сильный альянс. А, может, уже подобрал. Тэхён не знает, с ним такие вопросы никто не обсуждает.

- Папы нету дома, приходите завтра...

— Зачем звонишь? — Как зовут твою черепаху? — на другом конце повисает тишина, и Тэхен буквально чувствует, как работают шестеренки в чужой голове, от чего довольно усмехается. — Ким, съеби из моей квартиры, — Чонгук звучит, конечно, более чем угрожающе, но в данной ситуации Тэхёну пофиг. — Ты не очень-то гостеприимный. Дай хоть чай допить. — Я сейчас вызову полицию.

Полчаса. Это много или мало? Чонгук, ярый гомофоб, думает что много. Тэхён, азартный гей, думает что мало. Но он выиграл, и, значит, у него есть эти полчаса, чтобы заставить Чонгука стонать...

Из чужих уст можно услышать, что сегодня вновь кто-то лишился руки из-за алмаза.

- Почему за месяц ты мне так и не сказал? - Зачем? - Наверно, потому что мы истинные! - И что? - Как что, блять! – прошипел альфа. – Ты не думаешь, что я должен был знать! Как я должен был понять, что ты мой истинный, если ты скрывал свой запах? Омега наклоняется вперед, опираясь на вытянутые руки, которые он ладонями поставил между своих разведенных ног. - А зачем тебе это, Чон? Тебя в твоей жизни все устраивает, не так ли?

«Мне нужен хозяин в доме, чтобы безжалостный с другими, но ласковый со мной. Надо будет – стану добиваться, если тебе важно, чтобы всё было как у людей. Год, два? Не побоюсь напрячься, — слова господина Чона – гром среди ясного неба: — Я даже не побоюсь тебя полюбить, если это так необходимо».

- Ты сюда пришел сам, добровольно, - с усмешкой сказал Чонгук. - И волен уйти когда захочешь. - Если бы у меня был выбор, - прошептал Тэхён, - меня бы здесь не было. - Выбор есть всегда. Просто твой продиктован обстоятельствами. Но это твой выбор, поэтому не надо так дрожать. Раздевайся. Тэхён сглотнул, смотря в черные глаза, и начал расстегивать рубашку...

— Предлагаешь свою в качестве путешествия? — Тэ сложил руки на голой груди. — Ты последний альфа на планете, — сузил глаза омега, — которому светит путешествие в мою задницу. — То есть надежда всё же есть, — насмехался над Чонгуком Тэхён. — Хуй тебе, большой и толстый! — завопил Гук, выходя из себя. — Я лучше девственником сдохну, чем разрешу тебе к себе прикоснуться! Пёхай своих потаскух! Не для тебя цветочек рос! — Цветочек?! — округлил глаза Тэхён. — Да ты кактус корявый!

Хочется сейчас сжать эту шею и завалить Тэхёна на стол, прижать к нему лопатками и придавить сверху всем телом. Заставить, сука, пожалеть о каждом сказанном слове, которые с цепи срывают все чувства и инстинкты, а терпение не железное. А еще до безумия не хватает этого сладкого сливочного аромата на себе, и от мыслей, что его мог вдыхать кто-то другой и быть так близко, хочется что-то разъебать. — Не забудь, завтра в десять мы разводимся. — Разве я могу забыть об этом? — усмехается Чонгук.

Прожив с мужем восемь лет и думая, что ты счастлив, сложно принять то, что он тебе изменил и всё разрушилось, как в банальном анекдоте. Тэхён хочет теперь жить только для себя, перешагнув всё это, а Чонгук просто хочет его себе, чтобы показать, что любовь бывает настоящей и без предательств.

Тэхён - бедный папа-одиночка с прекрасным сынишкой. Чонгук - простой холостяк, который продаёт свою квартиру двум очаровательным омежкам, что будто ангелы свалились на его голову и засели там на долго.

— Только не говори мне, что и сейчас у нас на растяжку уйдёт сорок минут. — Хорошая растяжка никому не повредит, Гук-и. Или история о том, как пытаясь избавиться от боли в спине, Чонгук избавился от одиночества.

— Я не собираюсь вас любить. — Не надо. — И не буду ждать вас в нашей общей постели. — Ты можешь спать отдельно, если пожелаешь. — Пожелаю. Но что это даёт вам? И после продолжительной паузы и пронзительного взгляда не прямо в глаза, а в самую душу раздаётся тихое, но уверенное: — Дом.

— Притворись моим.. парнем на этот вечер? Можешь ничего не говорить и не придумывать, обещаю, возьму всё на себя и не стану переходить границы дозволенного. — У меня разве есть выбор, господин Чон? — Для тебя всегда есть вариант — уйти или остаться. У тебя всегда есть возможность пойти против моего слова и прислушаться к собственным чувствам.

- Запомни, альфа, до моей задницы тебе как до Луны. - прошипел ему в лицо Чонгук. Рзвернулся и пошел в сторону поселения. - Да кому она нужна, твоя задница! - крикнул в ответ Тэхен. - Хотя, нужно признать, хороша. - пробубнил он себе под нос.

- А ты с парнями трахаешься? - Чонгук щурит глаза, будто хочет увидеть правду, а не услышать. - Что, блять?! - хрипит Тэхён, удивленно моргая. - Или что, до таких как я, не опускаешься? - зло шипит Чон. Ким еще больше охреневает, потому что перед ним охуенно-красивый парень. - Слушай, вали отсюда, - говорит Тэхён, нахмурив брови. - Хотя, к чему вопросы. Я лучше сам проверю, - пьяно ухмыляется Чонгук и, облизывая губы, подходит к старшему.

Он медленно подходит к сестре, та стоит к нему спиной. — У тебя очень… приятный мужчина, — тихо говорит Чонгук, глядя ей на макушку. — Да, Тэхён замечательный, — отвечает Суа, и он слышит улыбку в ее голосе. — Ну да, — тянет Чонгук. — И трахается охрененно. У меня до сих пор задница болит. Или AU о трёх знакомствах Чонгука и Тэхёна.

– Ты думаешь, меня это как-то касается? - спокойно спросил Ким, смотря в темные глаза, которые слишком близко. - Ты можешь трахаться с кем хочешь, и мне, как твоему тренеру, это совершенно не интересно. – А если я хочу только с тобой? - спрашивает Чон и переводит взгляд на губы Тэхёна. – Даже, блять, не думай об этом, мальчик, - шипит Ким, отталкивает Чонгука и уходит. А внутри «бум-бум-бум» тяжелыми ударами, и это не хорошо.

— Ну, ничего так, — тихо говорит Хосок. — Бог, — хрипит Тэхён. — Натурал, — резюмирует Юнги, щуря глаза и глядя на Чонгука. — Стопроцентный натурал. Тэхён оборачивается и смотрит на Юнги, выгнув брови, на что тот фыркает: — Меня чуйка еще ни разу не подводила, — усмехается Юнги. — Без шансов. Безответная любовь. — Я его не люблю, — сквозь зубы говорит Тэхён, а Хосок снова ржет, крепче обнимая Юнги. — И меня чуйка никогда не подводила. Проверим.