Поинтересовавшись у Сатору об этих каникулах, он, бесспорно, начал бы жаловаться на ужастную погоду. Однако, если бы его спросили, хотел ли он изменить её, Годжо точно бы ответил "Нет".

Цзинь Лину и Цзинъи надоело, что их дяди ходят вокруг да около, поэтому они решают взять быка за рога и послужить для них свахами.

Цзян Чена уже всё задрало. И после столького времени страданий, он не выдержал и ушёл, как он говорил, "прогуляться", и не вернулся. Только когда настал вечер и Цзян Чена не оказалось в его покоях, даже в самом ордене его не наблюдалось, то Юй Цзыюань начала бить тревогу, поставила всех на уши и приказала найти её сына. Цзян Фэнмянь же с виду хоть и был спокойным как облако, но в душе у него буйствовало беспокойство и тревога.

"- Ну и что с тобой делать? – Цзян Чэн отпустил кота и, прислонившись спиной к стене почти полностью развалившегося дома, сполз по ней прямо на землю. В ответ на его риторический вопрос кот только дернул ухом, лизнул лапку и повел носом. Цзян Чэн хмыкнул. - Очень содержательно. Но я тебя понял. Правда, едой поделиться не могу: у самого нет. С этим и правда было плохо. Бродячие заклинатели в последнее время вымирали, как вид..."

Ладонь успокаивающе проводит по плечу и спине. Губы касаются макушки. И от этого внутри разливается странное тепло, словно так и должно быть. — Ваньиню нужен покой. Не буди его. Цзян Чэн хочет открыть глаза, но, кажется, он находится на грани полусна и яви, когда и хочешь проснуться, но не получается. Но Сичэнь? Нет… Он не может его так обнимать. Это какое-то безумие!

Орден защищен, Цзинь Лин у власти, а сам Цзян Чэн назначен Верховным заклинателем. И вроде все как обычно, но, похоже, у него появился пассажир – вещь, вторгшаяся в его тело. Ее невозможно убить, невозможно идентифицировать, но она живая и растет. И она убьет Цзян Чэна, если ее не смогут удалить. Но он не собирается просить помощи. Ни у кого. Цзян Чэн всегда находил способ продолжать жить, и он найдет еще один, прежде чем эта штука убьет его. Верно?