Темнота. Несмотря на свой возраст, юноша успел полностью погрязнуть в ней, теряя всяческие надежды на прежнюю адекватную жизнь. Новые маски, за которыми он прячется, его некие садистские наклонности и желания пугают, но в то же время до безумия влекут. Вместо того чтобы уйти, девушка невольно влюблялась в него. И пока в его неизменных глазах лишь тьма и животное желание, в ее — детский интерес и преданность.

Запах парного молока, свежий хлеб, прямиком из печи и вкус деревенских колосков. Вот, что Лиза любила больше всего на свете. А ещё больше всего она любила свою жизнь, которая в определённый момент приобрела темные оттенки.

Кто бы мог предположить, что этот быдларь в спортивках, которому она нагрубила в лифте утром, окажется её непосредственным начальником, с которым ей придется проводить большую часть своего времени, ведь он совершенно не понимает английского и без её помощи навряд ли справится..

АU! Когда соулмейт целует другого, внутри родственной души, расцветают цветы, которые любит твоя душа. Лиза постоянно стоит около открытого балкона и смотрит на луну, которая освещает весь путь, который она прошла. Увы, но этот путь, **полон боли и синих роз**, лепестки которых, она видит каждый блядский день.

Она бы никогда не подумала, что может испытывать чувства к своему учителю, который старше её аж на десять лет. А как не влюбиться, ведь он такой красивый, харизматичный и умный. Только вот проблема в том, что у него есть свои принципы, из-за которых он в жизни не обращал внимания на своих учениц. Но у каждого правила есть исключения, ведь так?

Хорошо там, где забота... у него своеобразная забота. Он - единственный, кому не наплевать на неё, осталось только отблагодарить его за это.

Рас­се­яв­ша­яся псев­до­идил­лия ре­жет по раз­би­тому сер­дцу. Ни­чего ху­же с ней уже не про­изой­дет… Хо­тя, ей так толь­ко ка­жет­ся… Он сно­ва там, где ве­селые од­ногруп­пни­ки и за­ливис­тый смех ры­жей кра­сот­ки, а она од­на идет по ули­це, ло­вя ртом свои со­леные сле­зы и вгля­дыва­ясь в ли­ца про­хожих, ищет сос­тра­дания. Толь­ко его там нет.