Она знает, что у мужчины есть тайны. Ей нужно лишь капнуть глубже, чтобы узнать, что он скрывает. А ему приходиться приложить немало усилий, чтобы не убить её.

— Она смотрит на меня так… странно теперь. У неё… прямо горят глаза. — Быть может, это то же самое? Новое проявление её любви? — предположила Уджон. — Нет, — мужчина отрицательно потряс головой, иронично улыбаясь, будто госпожа Чхве болтнула какую-то глупость. Тэхён облизал губы и чуть наклонился вперёд, прикасаясь пальцами к своим губам, перед тем как тихо проговорить: — Ощущение, словно в этот момент она вонзает нож мне прямо в сердце, снова и снова, снова и снова...

Ильсу теперь точно знала, что чёртовы женские романы не для неё. «Враньё от корки до корки!» — это ужасно всполошило её, хотя госпожа Мин знала, такое действительно бывало в жизни. Да, подобное она и сама пережила с Юнги. Смысл в том, что точка во всех этих сюжетах ставилась в нужный момент. Там, где только начало истории, говорили, что это её конец.

Если дно существует, то туда кто-то должен опуститься, а ещё это значит, что там всегда кто-то жил… В этом смрадном дне ему было по-зверски одиноко, ничего личного.

Минэ сжимала края простыни, чтобы ненароком не простонать от боли. Хотя она и не была нетерпимой, зато довольно-таки неприятной. — Долго еще? — тихо поинтересовалась девушка, делая глубокий вдох. — Я только начал.