То, что там были не только совсем юные омежки, оказалось для Сынмина неожиданностью. Его он увидел почти сразу, потому что именно к нему жались двое тихо плачущих юных омег. Парень был, наверно, самым старшим среди всех. И он не плакал.

Они их даже связали. Привязали каждого к дереву, скрутили бедных мальчишек, воющих от страха, измождённых ожиданием жуткой и неминуемой смерти от его зубов и когтей. Мати Луна, какая мерзость. Эти людишки не просто отвратительны: они не достойны даже его презрения.

Зачем Чанбин взял себе омегу там, на Широкой поляне? Странный вопрос. Ему в постель нужен был омега. Вот он себе и взял.

Юнхо был мирным волком и ненавидел насилие всей душой. Но сейчас больше всего на свете ему хотелось вцепиться зубами в лицо дряни, что так поступила с его истинным. Что было бы, если бы не он, а кто-то другой вошёл в этот шатёр?

— Я не альфа, — ответил Джисон. — Ты встретишь своего альфу, я... я уверен. Я верю, что они нас где-то ждут — наши Обещанные.

Ты станешь самым великим вождём племени, Кан Есан, и твоё племя, пройдя сквозь огонь, боль, ненависть и страх, сквозь смерть и ужас, станет самым сильным. Потому что это будет племя таких же, как ты — омег. Омега — самое прекрасное существо в Мире Звёзд и Ветров. И как из грязи и гноища вырастает новая могучая жизнь, так и новое племя, прекрасное, сильное, вырастет из омег проклятого Луной племени морва, самых обиженных этим миром, самых униженных, почти изничтоженных.