Юная Касуми из благородной семьи Тайра с детства нелюбима своим отцом и одолеваема снами о прошлом почившей матери. Глава клана совсем не интересуется чадом, поэтому не знает о том, что леди имеет привычку сбегать из дома под разными предлогами. Однажды на девушку нападает пустой, от которого её спасает давний предмет обожания — Кучики Бьякуя. Чтобы вернуть долг, Касуми устраивается служанкой в его поместье. Маленькая прихоть Тайры становится началом большого и трудного пути.

Слабость сдавливала тело, дыхание спёрло, а виски пульсировали от боли. Ослабевшие руки, опирающиеся на плитку на полу, сжались в кулаки, а голова медленно поднялась на мужчину, оставляя на лице прилипшие пряди чёрных волос. Он прожигал её победной полуулыбкой, а глаза так и светились превосходством. - Что? Что ты сейчас сказал? - еле проговорила брюнетка, прочищая горло. - Да, Мизуки, твоя жизнь была не больше, чем часть моего немного неудачного эксперимента.

Из отряда выгнали, в карты задолжала, провалила первое же полученное задание и страшно поругалась c новым капитаном. Шикая нет, друзей нет, на личном фронте вообще все печально, не шинигами - а позорище. Ну ничего, Саймей так просто не сдается. Она еще докажет миру, что он без нее пропадет! Иначе все об этом пожалеют!

Продолжение истории о Воле Ада. Обретшая свое истинное предназначение Имферна возвращается в Ад с новыми силами. Тем временем в Сейрейтее назревает заговор, который заставит ее пойти на безумие - или заключить с ненавистным Готеем 13 временный союз. Чтобы победить своего настоящего врага, который превосходит ее в десятки раз, она должна сделать невозможное. Чтобы победить своего отца, она должна обрести Банкай.

Ее имя запрещено произносить во всем Сейрейтее. Она была еще синигами, когда ее капитан почувствовал в ней нарастающую опасность для общества, ибо сила, заключенная в ней, могла принадлежать только самому Дьяволу. Приговоренная к изгнанию, теперь она - грешница Ада, его пленница, его порождение. Его Воля.

– И всё же, мисс Эви сохранила мой билет? – бейсболистка взглянула на него через плечо. Высокий. Выделяющийся на фоне огромного стадиона своим неординарным, ядовитым костюмом. Весь его образ, слова выбивались из этой жизни, словно Арлекин – герой, сошедший со страниц мрачной сказки. Он наклонил голову привычно вбок, а одну руку убрал назад. «Как бы признавать не хотелось, но я бы с удовольствием нарисовала бы Арлекина в живую, а не по памяти», – но этого она никогда не скажет вслух.