В своей комнате, на кровати, сидел Алек и держал в руках коробку с инициалами Дж.К., в ней по прежнему лежали пинетки, прядь белых волос, и маленькая рубашечка, только теперь к ним прибавились ведьмин огонь, и небольшая пачка писем, каждое из которых было с подписью "А.Л."

Он был слишком близко, девушка чувствовала, как начинают дрожать колени. - Ты должна меня выслушать. – Клэри посмотрела на Алека и в памяти яркой вспышкой появилась картина где Алек занимается любовью с Алиной. - Никто никому ничего не должен, - сорвалась с ее губ фраза, которую она неоднократно слышала от Алека. Ей казалось, что это его жизненное кредо.

Все думают, что они яростно ненавидят друг друга. Каждую миссию, в которой участвуют эти двое, уже можно считать почти сорвавшейся. Над ними уже подшучивает весь Институт, но эти двое продолжают вести себя как маленькие дети. Но вскоре им выпадает возможность поучаствовать в специальной миссии и покинуть Институт на несколько дней. Где им придется быть честными друг с другом. Ведь они знают, что никакой ненависти нет. Но есть что-то другое. То, что уже не получается игнорировать.

Когда ты долгое время находишься во тьме, яркий свет поначалу очень раздражает глаза. Тебе хочется зажмуриться, чтобы не видеть это свечение, хочется прикрыть глаза, избежать ослепления. Но оно все равно неизбежно. А парадокс в том, что когда твои глаза привыкают к этому свету, тебе больше не хочется закрыть глаза, не хочется снова оказаться в беспросветной тьме. Потому что этот свет наконец-то согревает твою душу, пробуждает ее, насыщает чем-то важным. У меня с Фрэй было все точно так же.

Глаза смотрели так спокойно, и только теперь, Джейс мог узнать след Алека. Его движения, выпады, слова. А самым главным был аромат, терпкий с нотками пота, но родной. Теперь так пахла Клэри. Она пахла Алеком.