– Я не думал, что это будет так сложно, – уставившись перед собой, заикающе пролепетал уже не такой уверенный в себе голос. Пусть взор его и был суров, тон выдавал совершенно иное. – Раньше я просто шел к цели. А сейчас не представляю, с чего начать. Я усмехнулась, чем вызвала оживленный интерес со стороны андроида. – По крайней мере, приятно осознавать, что я не одна такая. Мы что-то вроде двух сумасшедших, которые пытаются найти место в этом мире. – Я нашел свое место. Здесь.

Коннор улыбнулся и тоже слегка посмеялся, а успокоившись и немного склонив голову на бок, стал как-то невинно смотреть на меня. — А сейчас? — весьма ровно, но всё же с явными нотками любопытства спросил он. — Ты бы смогла поцеловать меня? Я перестала смеяться и почти улыбаться. Вот это вопрос... Как ответить? — Я… Стоп. Типа-а-а... Прям сейчас-сейчас? Здесь? (Вторая часть из трилогии)

Весна. Цветущие розы в лавках уличных продавцов. Цветущие тюльпаны на подоконниках у домохозяек. Цветущие ромашки на полях городской лесополосы. Цветущие орхидеи в моей душе. Красные лепестки в крови и легких, не позволяющие дышать полной грудью при приближении всего одного облика. Того, в кого так бесповоротно влюблено сердце. Того, кто своим искусственным сердцем любить не может.

Детройт изменился. В глазах людей город приобрел черные оттенки, одевая все светлые воспоминания в траурный наряд. Население США оплакивало огромную потерю, и вместе с ними плакала я. В душе. Ведь трясясь и возвращаясь обратно, переступая черту, за которой проливались реки крови, нельзя было показывать слез. Нельзя было показывать слез...

Детройт, 2039 год. Восстание андроидов было жестоко подавлено, но противоречия между людьми и роботами только обострились. В обществе, где андроиды обеспечены всеми правами, главенствует другая проблема — ксенофобия. Эдит Уайтхэд — стажёрка в Департаменте, которая борется не только с самоповреждением и жестокостью требовательного отца, но и робофобией. Но что делать с нетерпимостью к роботам и боязнью девиантов, если единственный, кто её понимает на новом месте, — андроид?..

Знала ли амбициозная выпускница полицейской академии, что страшная авария унесет ее жизнь? Могла ли она подозревать, что после смерти попадет в недружелюбный мир андроидов, оказавшись в одной из любимых игр своего брата? Поймет ли она почему все вокруг считают ее другим человеком? И главное, как скоро она убедится в реальности происходящего?

– Я не понимаю, – андроид отвлек своего коллегу от сборов. – Почему вы отказались с ней сотрудничать? – С кем? – растерянно переспросил лейтенант, – с коматозницей? Потому что я никогда не встречал выходцев из того подразделения. Но и встречать их не хочу. Эти ходячие эксперименты военных и генетиков вызывают только страх. – Так, она бесчувственная? – Такая же, как ты. Только ты создан таким, а она пошла на это добровольно. Вот ирония… мир сходит с ума.

Мир после революции. Власть имущие рассуждают о регламентации жизни андроидов, «CyberLife» остановила производство, девианты учатся жить свободно, а Камилла Уайткриг после окончания университета волею судьбы и к своему удивлению распределена в Полицейский Департамент Детройта. Так начинается её личный ад, в котором будет много странного, необычного, волнующего и сногсшибательного. Но одного в этом аду не будет точно - ничего хорошего...

Андроид висел на диагностической стойке, которые всегда ассоциировались у меня дыбами – орудиями пыток из далекого восемнадцатого века. Темные русые волосы слегка взъерошены, одна из прядей безвольно болтается у левого виска. По полу под вырванными ногами растекались голубые лужи. Взгляд наблюдающего Златко вдруг посуровел, когда я настороженно подошла к машине, подняла голову и всмотрелась в застывшие карие глаза. Это было оно. То, что я искала так долго.