Безмятежная жизнь знатного мальчишки рухнула в одну ночь. Теперь он раб, вынужденный прислуживать сверстнику, — господину, чья счастливая жизнь и не начиналась. Их связывают неприязнь, упрямство, гордыня — и одиночество, делающее несчастными обоих. Но в череде обид, сквозь гнев и боль, прорастает неловкий интерес и робкое взаимопонимание, а вместо отторжения зарождается искренняя дружба и... юношеская любовь. Поможет ли она жить в недобром мире, где между рабским ошейником и свободой — пропасть?

В 1350 году до нашей эры юный принц Ранафер делает шаг в бездну, чтобы избежать предначертанной смерти. Но вместо загробного мира он открывает глаза в 2045 году, в секретном бункере посреди Альп. Он — не человек, а живая Аномалия, «идеальный код», созданный богом Ра и спрятанный в Эпохе цифрового Шума от системных чистильщиков. Его новый мир — это бетонная клетка безумного профессора Штерна. Его единственный союзник — Кай, гениальный программист, который видит в древнем принце родственную душу.

Оказывается, Эл выжил и помогал Ниа с расследованием дела Киры. Он всегда руководствовался только логикой и фактами. Спасение Лайта Ягами с пятью пулевыми ранениями после драмы на складе было логичным шагом: нельзя уподобляться Кире и вершить правосудие с помощью убийства, даже, если преступник - сам Кира. Но логика не учла нескольких факторов: долгих дней выхаживания, нового опасного дела, разговоров сквозь боль и ненависть. И того, как ненависть начинает меркнуть перед чем-то иным.

— Изменим обстоятельства, изменим судьбу, но нам суждено встретиться и расследовать дело Киры. Если ты согласен, я вытащу тебя из мира богов смерти, и мы отправимся в мир людей, начнем все заново, в новом мире, где Тетрадь Смерти вновь заявит о себе.

Весь мир знает детектива L. Но лишь немногим удаётся встретить Эла. Один из них — Ягами Лайт, подозреваемый в тысячах убийств. Возможно ли увидеть человека по-настоящему, не разрушив собственную иллюзию о нём — если иллюзией можно обладать и нельзя потерять? Ведь одержимость требует не правды — одержимость требует власти.