Когда-то у Ромы был шанс получить КМС по волейболу. В итоге получил только по забегу-от-себя-на-большие-дистанции. Бегал круто, но вот опять линия старта ударом по морде. Вот он стоит, смотрит. Снова вспоминает, как тот подходит на стадионе, пока вокруг носятся малолетки, и спрашивает, че он, Романчеус, такой загадочный. И кого слушает: Коржа или Депо. Рома умеет бегать. Миша — ставить подножки. И вот он напротив. Снова откат к полной жопе. И Рома думает: что же ты, сука, наделал?

Он сохранил этот сюжет с НТВ в подкорке детства: страшные кадры обескровленных куриных туш, испуганные лица бабулек и фотороботы монстра, которого никто не видел. Мама говорила, что нет никакой чупакабры — за перегрызенные цыплячьи глотки отвечают обычные хорьки и куницы. Только Кеша ни хорьков, ни куниц не боится, а от его взгляда дрожью покрывается позвоночник. Значит, мама ошибалась. Для каждого птенца существует своя чупакабра.

Едва знакомая квартира, немытое окно. На улице рядом с засранной мусоркой бригада медиков в белых ламинированных комбинезонах наспех скручивает невменяемого кусачего деда, а Матвею хочется лишь еще раз заглянуть тому в глаза, где под густой кровавой пленкой утонули радужки. И откатиться на недельку назад, чтобы изначально всерьез отнестись к новостям в Телеграм-каналах, даже если это «Двач». Возможно, там действительно писали что-то дельное. Возможно, по новому ГОСТу принято хоронить дважды.

Для Миши быть организатором в универе — бой плюсов и минусов. С одной стороны, его, двадцатилетку после педа, новые вахтерши и душные преподы до сих пор принимают за студента, и это бесит. С другой, он имеет власть над такими же двадцатилетками, а это приятно. В целом, все просто: минусы — перваши-невдупленыши, плюсы — среди этих первашей вдруг может появиться какой-нибудь Рома. Рома, запомнившийся еще со Дня Открытых Дверей. Красивый, как из песни. Рома, до которого очень хочется докопаться.

Сначала несколько часов слушать адскую смесь Кровостока, Зверей, русского рэпа и Раммштайна в его машине, вдыхая тишину только на границе, и надеяться доехать до Вильнюса без непоправимых повреждений мозга и через пару дней вернуться в Минск без привода за убийство, а потом уже Ариана Гранде, Леди Гага и молча наблюдать, как все идет через жопу.

Юность печальна, как её глаза Ещё пять минут постоим под крышей молчаний И тогда может решимся сделать отчаянный шаг, Чтобы приблизить друг друга // 2016-ALEXANRA SEVER.