Гермиона провалилась в это слишком резко, слишком быстро. Она не успела ничего понять. И только в один момент она увидела свой собственный кошмар, который самолично приручила. Кошмар, который стал её необходимостью и... счастьем?

Время от времени ей продолжали сниться эти странные завораживающие сны. Процветающий Вавилон времен Навуходоносора II, а затем бескрайняя пустыня, в которой голые степи сменялись невысокими обширными барханами и ветер разносил золотой пылью горячие песчинки. Возвышающийся вдалеке разрушенный зиккурат и тяжелая поступь массивных кошачьих лап по песку. Легкий гипноз был сброшен криком: — Грейнджер! Кого ты освободила из заточения?! — Драко с силой дернул ее за свою спину и поднял палочку.

Она пахнет гибискусом. Её поцеловала смерть.

Драко рассматривал ее с любопытством. Она изменилась. Не просто повзрослела — переродилась. Перед ним не было ни Золотой девочки-гриффиндорки, ни занудной всезнайки. Это была другая Гермиона — временами грубая, с ожесточенным взглядом, резкими движениями, готовностью биться до конца. Ради чего? — Легилименс, — прошептал он. Та же пустота, будто ее сознание намеренно выжгли. «Почему все всегда так ебанистически сложно, Грейнджер!»

Март 1998 года. Спасая Гермиону Грейнджер, Драко Малфой запирает себя вместе с ней в темноте заваленной пещеры. Оставшись наедине, смогут ли они не потерять рассудок и выбраться прежними? Спойлер: вряд ли, ведь когда на одного Малфоя приходится слишком много Грейнджер и слишком мало личного пространства, всё неизбежно летит к чертям.

Пока ты смотришь в будущее, будущее смотрит на тебя. Проблема лишь в том, что оно смотрит глазами, которые как две капли воды похожи на глаза твоего врага — идеально серого цвета.

Гермиона снова почувствовала странный звон в ушах. Она впервые увидит его со времен войны, когда он, изможденный и раненый, сидел за слизеринским столом в Большом Зале, сжимая руку матери. Она не думала искать его ни в коридорах, ни под белыми простынями, ни по дороге в Тайную комнату с Роном, но, по итогу, оказалась просто глупой девчонкой.