Любознательный студент Феликс и создатель его снов Хенджин живут в разных мирах. Хенджин безумно хочет познакомиться с Феликсом, а для этого его подопечному нужно как-то попасть в Мир снов, что по правилам их мира строго запрещено. Но желание Хенджина сильнее любых запретов.

Феликс ненавидит его всей своей пропитанной перманентной болью душой и мечтает вдавить его красивое холеное лицо в асфальт. Хенджин ненавидит Феликса не меньше, но вдавливать он хочет его только в свою постель.

В этой проклятой богом дыре, над которой вечность висит черное облако человеческих грехов, он находит во враге то, что последние десять лет искал по всему миру.

Оба ждали любви. Искали её. И вот нашли. Теперь хватаются за голову, проклинают весь свет и тихонечко ненавидят друг друга. А судьба меж тем гадает: любит или всё-таки нет?

Феликс потерял смысл слова "счастье" ещё несколько лет назад. Хёнджин стал его воплощением.

Общество, в котором красота — второй по дороговизне «товар» на рынке. Родители предпочитают тратиться не на образование ребенка, а на пластических хирургов, чтобы в будущем, если он сможет привлечь внимание кого-то из картеля, обеспечить себе безбедную и безопасную жизнь. Семье Феликса повезло больше: тратиться на его внешность не пришлось, ведь он красивым родился. О том, что красота не обещает счастья, его никто не предупредил.

Феликс жалеет, что сел в проклятую красивую Импалу, ведь пока эти два упрямых барана ругались, уходили его клиенты, а деньги ой как нужны были. Но тысяча долларов… Сказать, что это звучало заманчиво – ничего не сказать. – Мне плевать, – отрезает Хёнджин. – Я не хочу с тобой работать. И не думай устраивать аукцион, потому что сколько бы ты не предложил – я дам больше. А вот это уже интересно. Никто и никогда не соперничал за Феликса. Вечер переставал быть томным.

Хёнджин ненавидит работать с Феликсом и не понимает, почему их всё время ставят на фотосессии вместе. Его бесит этот несносный, мелкий, желчный, паршивый, ублюдочный говнюк. Однако у ненависти всегда есть причина, ведь так?

Хван Хёнджин в свои 22 года должен найти сердце, чтобы жить дальше.

Хван Хёнджин, взмахом руки подняв портфель, накрыл весь стол долларовыми купюрами. Медленно наклонился к микрофону и усмехнулся: — Я ставлю на Феликса всё.