— Будет больно — не кричи, — буднично сообщил Чанбин. — Терпеть не могу, когда клиенты орут. "Заебись," — подумал про себя Хенджин. Но он знал, что закричать не сможет при всем желании. Не когда тут рядышком стоит этот офигительный блондин в паленой косухе, который так и не представился.

Феликс ненавидел шумную музыку, что постоянно играла у него за стенкой, а также ненавидел ненормального соседа-рокера, раздражавшего его с каждым днем сильнее. Хенджин же, наоборот, очень любил сладких мальчиков.

Пять раз стеснительный вампир Джисон стирает память Минхо, и один раз Минхо признаётся, что носит линзы.

Этого парня стоило опасаться – это Феликс понял ещё тогда, ночью. Сейчас его снова зажали в самый угол, напевая на ухо какую-то незамысловатую песню. По телу прошлась дрожь электрическим зарядом, а сердце бешено забилось в груди. Язык красноволосого парня коснулся чужой мочки, и Феликс сразу почувствовал пирсинг, цепляющийся за его серёжку. — Ты ведь не хочешь быть обычным, да? – прошептал Хван, нахально улыбаясь, сжимая хрупкое тело в руках. — Д-да.

— Я думаю, я вампир, — мозг Джисона истощен, он не понимает — веселится Ли или негодует. — Ты думаешь? Что произошло, куда тебя, блять, Чан потащил? Чертовы оборотни, всегда делают какую-нибудь хуйню, я убью его. Боже, Джисон, иди сюда... Джисон послушно двигается, чтобы Минхо мог дотянуться до него через спинку дивана. Он пробегает пальцами по спутанным волосам Хана и крутит головой соседа из стороны в сторону. Джисон дышит через рот от умопомрачительного запаха соседа.