Гонимая страхом и демонами прошлого, юная фьерданка натыкается на одинокую, пугающе тёмную хижину в лесу. Принимая от нелюдимой на вид старухи неожиданную помощь, Тейя и на секунду не смеет представить, какое влияние она, простая отказница, в будущем окажет на Равку — могущественную державу, что была врагом фьерданскому народу целую вечность.

Алина Старкова, глава Второй армии, каждый день пытается найти способы и средства уничтожить Дарклинга, но каждую ночь засыпает в его объятьях.

— Всё получится, — говорит он – она не до конца понимает кому именно, либо себе, либо ей – вставая со стула. Даётся ему это тяжело – без трости то, – и ей очень хочется ему помочь, но… личное пространство, она об этом помнит. Каз поправляет воротник костюма. Он оборачивается и осмотрев её с ног до головы, говорит, — ни траура. — Ни похорон.

Слишком многое утеряно за ничтожно малое количество дней, а ее сердце вдребезги разбито. И какой бы лакомой в самые отчаянные минуты не казалась идея сдаться и прекратить это существование, она не могла позволить ей укорениться в теле, отравить кровь. Ведь появится тот, с которым их объединят шрамы, – рельефные у него и незримые у нее, но не менее болезненные. Который поможет вспомнить, что значит «счастье», пусть даже кратковременное. Но позволит ли она этому случиться?

Нет, этого не может быть. Мал, ее Мал не может оказаться гришем. Только не он. Но его забирают. И девочка, как эхо, раз за разом повторяет его имя, пока ее уносят прочь. Имя перерастает в рыдания, и когда дверь ее сиротской комнаты захлопывается, она уже не может думать ни о чем. Только об отнятом друге. И о том, что больше никогда не позволит ни одному гришу дотронуться до себя.

— Ты её жених? — прямой, бесцеремонный вопрос. — Любовник.