— Прекрати, — выдавила Джису. Воздуха было слишком мало или легкие стали на несколько размеров меньше, поэтому голос был сдавленным.Тэхён проигнорировал просьбу. Повернул её лицо к себе и их взгляды встретились. — Скажи мне правду, — шёпот Тэхёна обжог лицо. — Если ты скажешь, что ничего ко мне не чувствуешь, я оставлю тебя в покое и больше не буду тебя доставать. Джису так пристально смотрела в его карамельные омуты и не сразу поняла, что одинокая слеза оставляла влажную дорожку на щеке.

Лалиса Манобан терпеть не могла этого паренька, который по ночам машины разбивает от скуки вместе со своими такими же придурковатыми друзьями, а по утрам не сводит с неё взгляд на её занятиях, которых он, на удивление, никогда не пропускает.

Микаса знала, что совершала импульсивные поступки и не думала о жертвах, которые могут вызвать ее отчасти глупые решения. Ей прощалось все из-за хороших боевых навыков и завидной живучести, но Аккерман понимала: чем больше капитан вклинивался в ее реальность, сотканную из непреодолимого желания защитить единственного любимого человека, тем меньше становилась вероятность, что очередное непослушание сойдет ей с рук.

История о мире, в котором таких, как Намджун, презирают и боятся, пока он вместе с еще шестью монстрами не захватывает королевство, создавая новые правила. Новый мир, обагренный кровью.

— Знаешь, я тут прошёлся на разведку и как минимум четверо собираются пригласить твою ненаглядную, — похлопал по плечу Чонгук. — Что? Вот же чёрт… А, если её уже пригласили… — Конечно, её уже пригласили, хён, — произнёс Чонгук, когда Тэхён высказал свои опасения. — Главное, согласилась ли она. Кулаки сжались, когда он представил, как Чимин держит её за руку, ведёт танцевать, а она снова хихикает прямо в его объятиях. — Чёрт мне нужно к ней, — выдал Тэхён.

Цветы прекрасны, но так недолговечны. Увядая, они теряют свою красоту навсегда. Что остается? Горе, разочарование... а, может, гнев? Имеет ли это значение, если ты давно забыл, что такое чувства