Семнадцать — и будто мечтать уже поздно. В серых днях Тэхёна давно поселились усталость и пустота. Пока однажды в его жизнь не врывается рёв мотора, запах кожаной куртки и уверенный взгляд, от которого сердце сбивается с привычного ритма. Случайная встреча становится началом перемен — тех, что собирают его жизнь заново.

Падать не позволят, не позволят взлететь. Люди настолько эгоистичны, что страшно за свою жизнь. Малыш Гуки всего лишь хотел жить. Малыш Гуки хотел быть счастливым. Но другие этого не понимают.

- Почему за месяц ты мне так и не сказал? - Зачем? - Наверно, потому что мы истинные! - И что? - Как что, блять! – прошипел альфа. – Ты не думаешь, что я должен был знать! Как я должен был понять, что ты мой истинный, если ты скрывал свой запах? Омега наклоняется вперед, опираясь на вытянутые руки, которые он ладонями поставил между своих разведенных ног. - А зачем тебе это, Чон? Тебя в твоей жизни все устраивает, не так ли?

— Кто-то из твоего окружения… Кто-то знает, что ты омега? Тэхён давится и, кашляя, стучит по груди ладонью. Вот это вопросик. Он к чему угодно был готов, но только не к этому. Да и с чего бы вообще Чону интересоваться подобным? — А тебе-то что? — Тэ хмурится, продолжая подкашливать. — Ну, допустим, нет. Никто.

— Чем будешь расплачиваться за проигрыш? Телом, — чонгукова рука отрывается от капота и скользит по бедру омеги, останавливаясь возле паха, на что Тэхен слегка поджимает губы, сдерживая прокатившуюся по всему телу дрожь, — или тачкой?