— Не в обиду, брат. Зайцы хорошие звери: ловкие, смышлёные, шустрые. Прямо как ты сегодня! Зашибенно жирдяю втащил, а с виду и не скажешь, что ты такой сильный! - Ромка с восхищением проговаривал каждое слово, заставляя меня смущаться все больше и больше. Я почувствовал, как по телу прошёлся неприятный озноб, а в голову ударил изнуряющий жар. Что со мной, блин, происходит?

Яркая молодость с запахом ромашек, малинового варенья, дружбы, поддержки и любви.

Злые слова, предназначенные Антону, удары без жалости, все угрозы и провокации - все это слилось в одно единое воспоминание, которое прокручивалось в голове Антона, как пленка старого фильма. Этому не было конца. Презрение перевешивало всякий призыв к миру. А уж дружба тем более не была их участью. Рома был ему врагом. И раз за разом Антон, подкреплённый ненавистью, убеждался в этом. Дружбе не быть. И перемирию - тоже.

- Я хочу тебя поцеловать.. "Хорошо, что ты поклялся мне всегда быть честным..."

- Ну привет, красавица, - раздалось около уха горячое хриплое дыхание, а низкий бархатный голос, промолвивший это, вызвал табун мурашек. Антон сразу понял, что это Рома. Он и Бяша не могли простить, что он отказался подчиняться дурацким правилам их компашки, после этого на время переехав в другой город. Рука Ромы нагло обхватила Антона спереди, а позади к нему прижалось мощное тело одиннадцатиклассника. Боковым зрением юноша увидел, что на них смотрит вся школа и понял - надо действовать.