Светофоры сближают

Джонхан опять трясётся в автобусе и слушает плейлист, который ему скинул Джошуа вчера вечером. Американский рэп сменяется лирическими балладами, а те уступают агрессивному фонку. Обмен десяткой любимых песен месяца уже стал традицией, которую друзья исправно соблюдают. Парень смотрит в окно и думает, что механика непостоянного расписания должна умереть. Разве можно строить какие-то планы, когда не знаешь, сколько пар у тебя через два-три дня? Главная помеха — место непосредственного их проведения! Кто вообще додумался располагать корпуса одного университета на внушительном расстоянии друг от друга? В конце учебного года этот вселенский провал особенно ощущается, потому что преподаватели предпочитают зависать в главном здании, проводя занятия там же! С бумажками копаются, зачётки заполняют, чаепития устраивают, обсуждают всем коллективом, куда поедут во время отпуска... Даже не прицепишься к драгоценным людям, которые из кожи вон лезут, чтобы студентам не надо было путешествовать по городу, и пытаются рациональнее раскидать необходимые часы. Кому понравится приплетаться в неродной корпус, где ты знаешь значительно меньше людей? Это, несомненно, случается не так часто, но ощущения всегда противоречивые. Джонхан уже говорил по этому поводу с Джошуа, но тому, кажется, на всю эту смену обстановки абсолютно фиолетово. До лампочки, в смысле. И смысле самом буквальном. Он вообще бесстрашный! В какую бы ситуацию его жизнь не закинула, всегда выкрутится, ещё посмеяться с этого сумеет и расскажет всем, кого знает. В самых подробных деталях изложит, где был, с кем совершал побег от кого бы то ни было, на каком автобусе добрался домой и во сколько рухнул на кровать. Джонхан, когда слушает все его байки, валяется на полу и умирает от смеха, приправляя всё это одним единственным словом, которое объясняет, почему Джошуа вляпывается во многие передряги: — Дурной! Кстати, пополнению запаса смешных историй способствует в том числе и беготня по корпусам. Не исключено, что сегодня любимец публики опять станет участником какого-то курьёза. Коротко говоря, если бы два корпуса находились на одной территории, то студенты бы меньше ворчали, меньше двигались, у Джошуа не было бы такой насыщенной жизни, а Джонхан бы, возможно, встретил Сынчоля быстрее. Он, конечно, соврёт, если скажет, что не надеется хотя бы одним глазком заприметить его белую макушку сегодня. Парень знатно сглупил, когда забыл взять номер Чоля, и недовольные восклицания обладателя лучшей в мире причёски будоражили всю раздевалку после окончания физкультуры. Джошуа наблюдал почти все стадии принятия, когда они ехали домой в одном автобусе. Джонхан печалился из-за того, что уже сегодня мог бы пожелать Сынчолю спокойной ночи, когда другу пришлось выйти на несколько остановок раньше. Через полчаса Джошуа получил голосовое сообщение, в котором верный товарищ обещал совершить обряд на совместное расписание. Встретиться на светофоре во второй раз было бы очень славно, но Джонхан не надеется. Сегодня его группе посчастливилось поспать подольше и наведаться на занятия ко второй паре, а он всё сверил, вообще-то. Законом же не запрещено сопоставлять расписание? За подобное любопытство не наказывают отработками и дурацкими беседами с директором, и Джонхан этим активно пользуется, давая Джошуа пищу для смешков и ухмылок. Намеренно забыть рюкзак с рефератом по психологии на соседнем сидении кажется очень рациональной идеей, но Джонхан вспоминает, как чуть ли слёзы над ним не лил, вчитываясь в каждое слово, которое казалось сложным, несколько раз. Он точно защитит его на высший балл, а потом будет восторгаться уверенным Джошуа, который, не изменяя себе, скопировал откуда-то слишком сложную информацию, прогнал её через переводчик и добросовестно разместил номера страниц в нижнем правом углу собственными руками. — Я эту тему на собственной шкуре изучил, — цокает он на предсказуемый вопрос Джонхана, когда парни встречаются возле нужной аудитории. — Свою повесть ещё презентацией украшу, все упадут! — Ого! Ты даже сделал необязательную презентацию! — Джонхан хватается за сердце. — Конечно! Я же всей душой люблю психологию, — серьёзно отвечает Джошуа, а потом добавляет: — Просто крутые картинки очень вовремя попались. Но это не отменяет того, что психология — пушка. Джонхан лишь кивает и продолжает бегать глазами по основным терминам и тому, что может пригодиться в его коротком рассказе. Уже на паре он напоминает рядом сидящему Джошуа о том, что скинул ему несколько вопросов, которые можно задать в конце защиты. Преподаватель иногда проверял либо слишком хорошо выступивших, либо пытался вытянуть тех, кто добрался почти до самого дна, посредством общения с одногруппниками. Предусмотрительный Джошуа отвечает, что разослал сообщение ещё нескольким людям, чтобы у профессора не сложилось плохое впечатление о неразлучной парочке. Кто ж не почувствует что-то подозрительное, когда несколько раз подряд один и тот же человек задаёт вопросы выступающему? Джошуа же ещё давно придумал другую интересную штуку, которой пришлось воспользоваться и сегодня, потому что преподаватель был искренне поражён такой блестящей подготовкой студента. Когда профессор отвлёкся, он театрально закатил глаза и приготовился парировать. — Для начала хочу поблагодарить за этот вопрос, потому что ответ на него ещё больше раскроет тему реферата, над которым я упорно работал последнее время, — Джошуа начинает свободно прохаживаться возле экрана для проектора после слов Сунёна, нещадно заговаривая мистера Кима и барахтаясь в глубоком бассейне, который наполняет водой сам. — Могу ограничиться лишь парой слов, потому что продолжать дискуссию в полной мере невозможно из-за нехватки времени... Последний вопрос задаёт Джонхан. Начинает он с мычания, что означает на их локальном языке, что дело будет связано с терминологией. В конце поправляет волосы, как бы призывая объяснить слово запасным примером или повторить тот же самый, меняя даты, персоналии, обстановку и манеру повествования. Полностью ошеломляя преподавателя своей безукоризненной работой, сияющий Джошуа получает высший балл и подмигивает Сунёну. После звонка на большой перерыв довольные своей оценкой друзья начинают быстро собирать вещи, чтобы скорее выскользнуть из душного во всех смыслах помещения. Некоторым, увы, не хватило смекалки, ума или природной изворотливости, чтобы пережить нападки преподавателя и одногруппников. — Слушай, — Джонхан прячет свой старенький пенал в рюкзак, — я правда восхищаюсь тобой. — Бро, я бы не выжил в этом несправедливом мире, если бы меня генетика не наградила сообразительностью и отходчивостью, — спокойно говорит Джошуа и обводит пальцем аудиторию: — Ты, в отличие от меня, ответственен и усидчив, когда дело касается учёбы. — Отлично друг друга дополняем, — Джонхан закидывает руку на плечо друга, подхватывая темп начавшейся ходьбы. — Дай угадаю, с Сунёном вы точно где-то нашкодили вместе? — Было дело. Я ему изначально сказал, что у меня за тема. Мы даже не договаривались ни о чём, просто молча поняли друг друга. — Как хорошо быть коммуникабельным! — Никого не исключай из списка хороших знакомых и держи рот до ушей как можно чаще, — Джошуа напутственно похлопывает Джонхана по спине. — Не хочешь подкрепиться? Свернули в сторону кафетерия, попутно обсуждая песни из плейлистов, скинутых накануне. — Возьми мне капучино и самую большую булку, я займу места, — Джошуа отлипает от друга и не замечает, куда именно тот смотрит. Джонхан не знает, прожигать ли ему время в очереди или подойти к Сынчолю, который стоит ближе к кассе и крутит головой в поиске привлекательного товара на витрине. Схитрить и продвинуться ближе посредством связей или справедливо подождать своей минуты? Этот вопрос мог ещё долго мучить Джонхана, если бы Чоль по наитию не обернулся и не прошёлся глазами по маленькой очереди, в которой наткнулся взглядом на знакомое лицо. — О! Иди сюда! — Сынчоль округляет и без того большие глаза, махая рукой и избавляя Джонхана от душевных терзаний. — Салют, — Джонхан встаёт совсем рядом и детальнее рассматривает витрину с пирожными. — Посоветуешь что-нибудь? В вашем корпусе сладости всегда вкуснее. — Я люблю вот это, — Сынчоль отрывается от рассматривания появившегося из ниоткуда Джонхана и указывает на параллелепипед коричневого цвета. — Пропитанный бисквит, ощущение орехов на языке и приятное шоколадное послевкусие определённо стоят своих денег. — Твой закадровый голос в рекламе чего-то вкусного был бы очень уместен, — Джонхан облизывает губы и посмеивается. — Я возьму его. — Ты снова один? — интересуется Сынчоль и пропускает собеседника к кассе первым. — Не, с Джошуа, — быстро проговаривает Джонхан и озвучивает свой заказ: — Мне, пожалуйста, капучино, макиато, самую большую булку с корицей и вон то пирожное. — Булку он заказал? — Сынчоль посмеивается в кулак, ловя прищуренный взгляд в ответ, и старается успокоить себя перед заказом. Девушка за кассой не торопит и приветливо приглашает озвучить список необходимых товаров, но Джонхан останавливать и так медленную очередь не хочет. — Ты будешь макиато? — он сам себя ловит на том, что любуется смеющимся Чолем, и получает кивок. — Повторите макиато и пирожное, будьте добры. Джонхан оплачивает весь заказ своей картой, а на негодование Сынчоля лишь замечает: — Переведёшь потом. Хочешь с нами заморить червячка? Сынчоль не отказывается, и парни разделяют между собой напитки и хлебобулочные изделия, следуя к столику, за которым сидит Джошуа и копается в телефоне. Когда тот вскидывает голову, сразу же оглядывается вокруг себя и крадёт стул у соседнего столика, подготавливая место третьему участнику кофепития. Стол, предназначенный для двух персон, уже таковым не является, а недалеко стоящий одинокий стул, может быть, станет пристанищем какого-нибудь интроверта. — Отличная сноровка, Шуа, — Джонхан расставляет напитки и садится на стул, скрепляя руки в замок за головой. — Чоль, записывай мой номер. Сынчоль чуть не давится макиато! То ли от большого количества эспрессо в напитке и его горячей температуры, то ли от неожиданной фразы. Он снова немного округляет глаза и вытягивает губы, заставляя Джонхана серьёзно взглянуть на него. — Думаешь, я тебе просто так его даю? — хитро смотря на него в упор, говорит Джонхан. — У меня карта к нему привязана, вообще-то. Джошуа слушает своего друга с закусанной нижней губой, еле сдерживаясь от безудержного смеха, а когда переводит взгляд на Сынчоля, который начинает судорожно искать телефон по карманам, будто боясь, что Джонхан передумает, не выдерживает и прыскает. Зачинщик цирка пока держится, с непроницаемым лицом проговаривая цифры, а потом выдаёт: — Звони. — Ты можешь просто повторить, если хочешь проверить, — тот, для кого Джошуа выкрал стул, не может представить, что Джонхану тоже хочется забить его номер себе в список контактов. Всё это в силу чрезвычайного волнения, разумеется. Если бы Чоль взял себя в руки, то сразу же бы нажал на кнопку вызова. Но кто ж будет в себе, когда понравившийся парень прямо в лоб приказывает позвонить ему? — Я говорю тебе, — Джонхан всё чаще дышит носом и не может сдержать улыбки, — звони, Чхве Сынчоль! Я ещё с экскурсии хочу твой номер! Сынчоль ловит смешинку, и всё становится на свои места. Он нажимает на значок телефонной трубки на экране с превеликим удовольствием. — Сколько с меня? — спрашивает он с улыбкой. — Две с половиной тысячи, — Джонхан всматривается в эмоции на лице напротив. Через полминуты ему приходит уведомление о переводе с подписью: «Сходишь со мной на свидание?», и он снова начинает смеяться, глядя то на сообщение, то на его отправителя. — Я могу вслух сказать, — Сынчоль смотрит в чужие глаза и боковым зрением видит, как Джошуа попивает кофе и вопросительно выгибает бровь. — Давай, — Джонхан кусает пирожное и кивает в сторону Джошуа, — для него. — Я пригласил твоего друга на свидание в подписи к переводу, — Сынчоль тоже готовится откусить кусок бисквита, полностью расслабляясь. — Боже! — Джошуа прикрывает рот рукой. — Наконец-то! Чоль, рассказать тебе, как он депрессовал из-за того, что забыл попросить твой номер, когда ты пришёл к нам на перерыве в спортзал? — Я прошёл все стадии принятия, чтоб ты знал, — Джонхан обращается к Сынчолю, попутно думая, что нужно научиться готовить похожие пирожные самому. Для себя, конечно, а потом он подумает, делиться ли с Чолем. Разговаривают до самого звонка на пару, который оповещает об окончании отдыха и зовёт грызть гранит науки. Когда компания задвигает стулья и готовится выходить из помещения, в котором неимоверно вкусно пахнет кофе и выпечкой, Джошуа успевает детальнее рассмотреть одинокого парня, сидящего на том самом стуле, который лишился товарища на металлических ножках в силу цепкой хватки друга Джонхана. У парня этого русые волосы и брелок в виде мотоциклистского шлема на ключах, небрежно брошенных на стол.