Светофоры сближают

В конце последней пары вся группа хихикала, потому что ручка, которую Джошуа пихнул в нагрудный карман рубашки для важности, протекла. И всё бы ничего, но виновница испачканной одежды на этом не остановилась. Она подговорила карандаш сломаться, тем самым разрушая в Шуа всю крепость из нервов. Точилка осталась дома отдыхать, и бедолаге пришлось тревожить сосредоточенного Джонхана, который на парах зарубежной литературы всегда был очень внимателен и отстранён. Друг закатил глаза на раздражающий слух шёпот, но точилку всë-таки одолжил. Кинул прямо в лицо, можно сказать. Джошуа бесился, потому что шёлковая рубашка была его фавориткой, преподаватель задержал их, а одногруппники, видимо, страх потеряли, раз начали сочувствовать ему в общем чате, добавляя в конце противные скобочки. Джошуа бесился, потому что врождённая любовь к чистоте не позволяла ехать домой в поганом виде, и после звонка он аккуратно положил точилку в чужой пенал и сказал, что идёт переодеваться в уборную. — Тебя ждать? — Джонхан закрыл тетрадь и всё ещё смотрел на доску, которая была исписана годами жизни английских писателей. — Нет, я тебя боюсь, — Джошуа сжал лямку рюкзака и поспешил вылететь из аудитории. Снуя между студентами, спешащими домой, он распахнул дверь туалета и спрятался от чужих глаз в просторной кабинке, в которой можно было бы ещё и душ установить. Расстегнув свой синий рюкзак, он вздëрнул выбритую бровь, бросая тихое: — Не понял сейчас. Он оставался в таком положении пару секунд, а затем вскинул голову кверху, прикидывая, где остался пакет с физкультурной формой. Прощупав все внутренности своего маленького чемодана, в который вмещалось непозволительно много вещей, он прикрыл глаза в отчаянии, осознавая, что надо купить таблетки для памяти в аптеке. Пакет болтался на крючке, который был прибит к стене в раздевалке, находившейся возле спортивного зала на первом этаже. Джошуа устало застегнул рюкзак, вышел из кабинки и приблизился к зеркалу, поправляя каштановые пряди и оглядываясь по сторонам. — Послать даже некого, блин, — смирившись с отсутствием слуг (или козлов отпущения?), он побрёл в сторону лестницы с опущенной головой, сильно хлопнув дверью, которая, вообще-то, ни в чём не виновата. Ладно, он просто переоденется в свою крышесносную свободную футболку, накинет бомбер и побежит домой. Он выйдет на несколько остановок раньше и пройдётся, вдыхая тёплый осенний воздух и блуждая взглядом по деревьям, которые сменили стиль и покрасили листья в коричневый, красный и жёлтый. На кухне его будет ждать вкусный обед, парочка последних серий сериала и минимум домашки (максимум, на самом деле, но Джошуа шарит за жизнь и углубляться в ненужные предметы не будет). Держась за перила и аккуратно спускаясь, он был поглощён поиском информации по безопасному выведению чернильных пятен с одежды. Тихо зайдя в раздевалку, он заприметил свою потерянную форму, одиноко висящую на крючке. Ему, если честно, было откровенно плевать на возможных людей, которые не спешили уходить. Джошуа лишь хотел надеть чистую одежду и удалиться так же быстро, как пришёл. Только начав шуршать пакетом и расстёгивать пуговицы рубашки, он услышал за спиной мягкий голос: — Следи за своим телефоном, пожалуйста. Твой ненаглядный специально спамит мне и ставит эти противные скобки в конце каждого сообщения. Джошуа понимающе кивнул, распрямляя футболку. Не один он в этом мире не любит подобное. — Нет, даже если у меня есть второй шлем, я не буду никого катать. Кто-то сзади очень терпелив и спокоен. Джошуа сначала думал, что он увидит миленького парня из кафетерия, если обернётся, но потом убедился, что между всем этим вряд ли может существовать какая-то связь. Разве мало мотоциклистов на свете? У него самого, вон, на ключах болтается брелок с мышью, но это же не значит, что он любит сыр! — Мне надо одеться, я кладу трубку. Шуа успел нырнуть в большую футболку, скомкал рубашку и кинул её в раскрытый рюкзак. Опустился на лавку, чтоб спокойно найти наушники в боковом кармане и заложить пакет со спортивными штанами в бездну основного отделения. Окинув взглядом такую же русую макушку, он уже собрался встать и убраться восвояси, но эта макушка вдруг сменилась лицом, а Джошуа не успел отвести глаз! Какая там искра! Где там буря! Шуа, между прочим, не промах. Он, конечно, падок на внешность, поэтому не просто уставился на совершенно незнакомого человека, но и моргать перестал! А парень напротив склонил голову вбок и нахмурился. — Всё в порядке? — Я выиграл. — Извини? — Ты моргнул, я выиграл, — Джошуа отвёл взгляд, встал с лавки и схватил рюкзак, порываясь выйти из помещения. Он успел мазнуть глазами по всё ещё оголённому торсу парня напротив, заметив в его руках какую-то кофту, и вышел за дверь. Тот остался в недоумении, поражаясь такому странному поведению незнакомца. Ни имени, ни фамилии, ни номера телефона. Бестик мой чувак теперь мото бой считает меня каким-то безумцем

bro

Че

Какой мото бой Шуа

Запиши кружок ты точно переодеваться пошёл?

Бестик мой да всё норм бро ща в автик сяду распишу

***

— Что ты думаешь о том, чтобы в эти выходные сходить на что-то вроде пикника? — Сынчоль смотрит в камеру и выжидает. — Думаю, что это будет отличной идеей, — Джонхан улыбается и подавляет в себе желание зевнуть. Он дописывает последние строчки сравнительной характеристики героев в тетрадке по литературе, и мысли его уже который час не могут прийти в порядок, потому что Сынчоль позвонил ему. И разве нужно что-то объяснять? Он, такой растрёпанный и уставший, поздоровался, улыбнулся в камеру и сказал, что просто соскучился. «Тебе удобно? Я не мешаю?» — спросил он. «Я могу помочь найти материалы для твоей таблицы, как тебе?» — предложил он позже. «Если не хочешь, то не включай камеру. Твоего голоса мне с лихвой хватит», — сказал он, когда собеседник задался вопросом о равных условиях созвона. Джонхан в третий раз зажмурил глаза от счастья. В четвёртый раз у него спокойствие вместе с ощущением уюта разлилось по венам, потому что Сынчоль предупредил: «Я постараюсь тебя поменьше отвлекать, чтоб ты закончил быстрее, и буду скидывать нужную информацию в телеграмчик». Сынчоль, который мог просто поваляться на кровати или сделать какие-нибудь дела, старался лишнего не болтать и покорно ждал трудягу-Джонхана, который решил свои записи ещё и цитатами дополнить, мол, в подтверждение. Будто не было между ними десятка километров, и они сидели в университетской библиотеке, готовя важную домашку. Будто Сынчоль дышал совсем рядом и негромким голосом диктовал нужную фразу, а Джонхан ловил каждый его редкий смешок и пропускал через себя разрядом электрическим. — Всё, — ответственный студент захлопывает тетрадь и тянется за начатой бутылкой какой-то дешёвой газировки, которую купил по пути домой. — Как настроение? — Сынчоль за эти два часа запомнил все пиксели на аватарке Джонхана, над которой неустанно текло количество минут. — Клубничное, — Джонхан присматривается к заветной кнопке на экране, нажимая на неё и склоняя голову вбок. — Сейчас буду рекламировать тебе какую-то химическую жижу. — Ого, — Чоль от неожиданности отдаляется от телефона и промаргивается. За красивым лицом видит простую белую стену, вдоль которой тянется гирлянда из серебряных огоньков. — Начнём с состава, — Джонхан игнорирует удивлённый возглас и становится настоящим критиком. Сынчоль перечисления всех красителей и усилителей вкуса мимо ушей пропускает, потому что Джонхан умилительно морщит нос, когда нюхает содержимое бутылки, и профессионально показывает дизайн этикетки, настраивая фокус. — Короче говоря, если нет денег на нормальную клубнику, то советую, — после короткого монолога допивает остатки, вытирает рот тыльной стороной ладони и показательно сминает пластмассу в руках. — Я в восторге, — Сынчоль улыбается. Медленно моргающие глаза тоже мерцают от радости. — По койкам? — Джонхан откидывает голову на спинку кресла, подносит ладонь ко рту и не сдерживается в зевке. — Ты запустил цепную реакцию, — Сынчоль напротив тоже зевает и приближается к камере, а на немой вопрос отвечает: — Хочу запомнить тебя таким домашним. — Сделай скриншот, Чоль, — Джонхан фыркает. — Мне позировать? — Давай сделаем сердечко? Я подскажу, куда тебе свою половину направить, — неожиданно предлагает Сынчоль. — Такая эстетика видеозвонков мне нравится, — Джонхан ему отказывать совсем не хочет.

***

— Сколько? — у Джошуа пальцы немеют. — Где-то два часа, — повторяет Джонхан, когда они рука об руку идут покупать шаурму на большом перерыве. Солнце греет спины, и тёмные волосы обоих переливаются блеском. Друг хватается за правую сторону верхней части туловища, чертыхается и перекладывает руку на левую. — Не верю. Джонхан демонстративно достаёт телефон, находит нужный контакт и подносит телефон к уху. — Чоль, ещё раз привет! Можно я покажу Шуа скрин, который ты мне скинул? — Можно, а он не верит? — на другом конце провода отвечают вполне обыденно. — Да как он узнал? — Джошуа перестаёт прислушиваться и виснуть на спутнике. — Класс, ещё спишемся, — Джонхан сбрасывает, заходит в галерею, вальяжно отходит к краю тротуара, останавливается и показывает другу экран. — Вы ещё и сердечками промышляли, — Джошуа замечает «2:06:04» вверху и отмахивается, шагая вперёд. — Это мило! — Джонхан догоняет и старается не смеяться из-за постного лица Шуа. — Тебя подменили! — друг закидывает руку ему на плечо и скидывает маску брезгливости. — Я тоже так хочу, придумаем что-нибудь? — Придумаем. Через полчаса галерея Джошуа была забита фотографиями, на которых парни чокаются шаурмой с хрустящей корочкой.