Незнание канона не освобождает от ответственности

      Сяо Чжань, услышав объявление режиссёра о заветном перерыве, устало опустился на стул рядом со стоящим в тени трейлером. Пока что планировалось снять несколько сцен с другими актёрами, поэтому основную «сладкую парочку» отпустили немного отдохнуть.       Рядом плюхнулся на стул Ван Ибо и тут же полез в телефон. Сяо Чжань посмотрел на него и понял, что партнёр по фильму устал не меньше. Обычно активный Ибо всегда доставал старшего коллегу, дразнил, подшучивал, но сейчас даже у него сил не было.       Сяо Чжань тоже хотел залипнуть в телефоне, но снова взглянул на притихшего Ибо и вздохнул. Спать хотелось ужасно, и актёр понял, что если останется в таком положении, то просто уснёт сидя. А ведь перерыв навряд ли продлится долго, и дальше предстояла ещё работа.       — Я пойду пройдусь, а то меня прямо так вырубит, — сообщил он младшему, вставая со стула. — Погуляю по площадке, посмотрю, что они там снимают.       — Мгм, — кивнул Ибо, словно и не выходил из образа своего персонажа.       Сяо Чжань ушёл, и младший посмотрел ему вслед тяжёлым взглядом, полным скрытого желания. Ибо не знал, что делать со своими мыслями, и прятал их, как мог. Всё-таки они коллеги, к тому же, оба мужчины. Только и оставалось, что постоянно поддевать своего гэгэ.       Ван Ибо осознавал, что ведёт себя максимально тупо, словно школьник, который дёргает девочек за косички. Он понимал, что, возможно, поэтому Чжань-гэ и относится к нему, как к ребёнку. Однако иного выхода не видел. Да и как вообще можно это себе представить? Подойти и признаться, что влюбился в него? «Чжань-гэ, я дрочу на тебя почти каждую ночь. Ты мне нравишься, давай потрахаемся?» — так, что ли? Эх, после такого как минимум находиться на съёмочной площадке будет невозможно. И то при условии, что гэгэ окажется достаточно тактичным и никому не расскажет. К тому же Ибо, в отличие от Сяо Чжаня, читал новеллу, по которой снимали дораму. И видеть актёра в облике Вэй Усяня порой вообще было невыносимо. От мыслей о том, что хотелось бы выебать своего коллегу прямо «в образе», Ван Ибо сходил с ума.       Но дело было не только в плотских желаниях. Да, этот гэгэ, несомненно, чертовски горяч, но это не было самым главным. Ибо просто нравился Сяо Чжань — как человек, как друг, актёр, партнёр; всё в нём было невообразимо притягательно. Этот парень зацепил Ибо ещё с первого дня знакомства, когда со своей группой пришёл на «DayDayUp». С тех пор Ван Ибо не мог выбросить Сяо Чжаня из головы. А чего стоило ему получить роль Лань Чжаня, когда он узнал, что это даст возможность сниматься в дораме вместе, одним Небесам известно! Порой Ван Ибо думал, как здорово было бы просто посидеть вдвоём в тишине и поговорить. Узнать больше о жизни своего гэгэ, его характере, привычках, предпочтениях… Эх, мечты-мечты!       Тем временем Сяо Чжань забрёл в декорации, изображавшие домики заклинателей. Здесь уже никого не было, вся команда перетекла на соседнюю локацию. Взгляд мужчины упал на низкий столик, где стояла курильница-сянлу для благовоний. Актёр подошёл и взял вещицу в руки. Он приоткрыл крышку и увидел, что внутри ещё оставался утрамбованный порошок. Это был не просто реквизит, курильницы действительно зажигали во время съёмки, чтобы лучше воссоздать атмосферу Древнего Китая.       — Забавно, — сказал сам себе Сяо Чжань, — надо бы заполучить себе домой такую.       И тут мужчина совершил какую-то глупость. Он и сам не понял, зачем сделал это. Но, воровато оглянувшись, Сяо Чжань вдруг взял курильницу в руки и ушёл с места преступления. «Что такого, — подумал он. — Потом верну обратно».       Актёр вернулся к трейлеру, где Ибо уже, кажется, совсем спёкся и почти сполз со стула на пол. С видом нашкодившего, но дико довольного ребёнка Сяо Чжань подошёл к младшему и подмигнул, показывая курильницу:       — Бо-ди, смотри, что я нашёл!       — А? — встрепенулся Ван Ибо. — Зачем это тебе?       — Не знаю, — пожал плечами старший. — Прикольно. Там внутри даже что-то есть.       — Пофиг. Спать охота ужасно, — вздохнул Ибо. Ему хотелось потереть глаза и лицо, но тогда гримёрам пришлось бы поправлять всю эту тонну макияжа, так что приходилось терпеть. — Слушай, странно как-то, про нас забыли вроде.       — Ага, — кивнул Чжань. — Что-то не зовёт никто, наверное, сложная сцена там у них. Ну, я тогда всё-таки пойду прилягу.       Старший открыл двери в трейлер, зашёл внутрь и осмотрелся. Ибо последовал за ним.       — О, диванчик, — Сяо Чжань указал на жалкое подобие дивана, напоминавшего скорее какую-то скамейку с мягкой обивкой.       — Чжань-гэ, у тебя от такого спина заболит, ты уже пожилой, — усмехнулся Ибо, включая режим гремлина.       — Ой, всё, — отмахнулся Сяо Чжань. — Мм, кто-то зажигалку забыл.       С этими словами мужчина открыл курильницу, заново поджёг благовония внутри и поставил на столик.       — Я бы на твоём месте не спал в одном помещении с этой курильницей, — хохотнул Ибо.       — Чего?       — Да так, — младший хмыкнул, устраиваясь на топчане. Он скрутился, поджав ноги, постаравшись оставить больше места для гэгэ. — Кто знает, вдруг это какой-нибудь могущественный артефакт. И как он может повлиять на нас?       — Да ну, бред какой-то, — ответил старший, сворачиваясь клубочком на второй половине диванчика. — Это ж просто реквизит.       — Не бред, — сонно пробормотал Ибо, начиная чувствовать запах благовоний. — В книге было… Зря ты так и не читал.       — Ай, спи уже, — буркнул Сяо Чжань. — В детском саду тихий час давно.       — Э, слышь, — младший в шутку пихнул мужчину в бок.       Так, повозившись немного, оба уснули. На самом деле такое происходило впервые: чтобы на съёмочной площадке про главных актёров так просто забыли и дали им поспать средь бела дня? О таком, как правило, и мечтать не приходилось. Ибо, засыпая, просто надеялся, что им дадут подремать хотя бы минут двадцать. В ханьфу и парике было неудобно, но это ничего. Ведь рядом с ним его любимый гэгэ, буквально в нескольких сантиметрах, скрутился калачиком и тихонько сопит. Почти счастье…       …Парень моргнул и приподнялся. Он увидел, что Сяо Чжань уже не спал и сидел рядом, беспомощно оглядываясь.       — Чжань-гэ? — обеспокоенно спросил Ибо.       — Бо-ди, — проговорил старший. Всё вокруг было реальным и одновременно нет. — Что-то не то.       — Ну, да, — Ван Ибо кивнул. — Похоже, это не явь. Это сон, Чжань-гэ. А я предупреждал! Это всё твоя курильница.       — Эээ… И что теперь делать? Как проснуться? — Чжань пытался щипать себя, но это не помогало. «Щипай сколько влезет, — злорадно подумал Ибо. — Сон-то, по ходу, мой».       — А может, и не надо пока просыпаться, — пожал плечами младший. — Пошли, осмотримся.       Актёры открыли двери и очутились в каком-то совершенно другом месте. Вернее, место было то же, что и в жизни, но тут оно не являлось съёмочной площадкой. Просто природа, рядом лес, небольшие холмы, речка. Посреди всего этого великолепия и находился их трейлер. Но и он сейчас был не трейлером — снаружи стало понятно, что это здоровенный дом на колёсах. Рядом с ним стоял навес, столик со стульями, а на земле виднелся след от костра.       Они выглядели странно в костюмах Лань Чжаня и Вэй Ина, но ещё страннее было то, что к ним издалека приближались их копии. Только вот идущие сюда Ван Ибо и Сяо Чжань были не в образах своих персонажей, а выглядели очень просто: одетые в лёгкие спортивные штаны и майки, они медленно подходили к настоящим Ибо и Чжаню. Но словно не замечали их, а просто продолжали шагать, переговариваясь о чём-то своём. Настоящий Сяо Чжань вопросительно посмотрел на младшего, заметив, что тот улыбается. А тем временем копии сели за столик под навесом.       — Да, похоже, это мой сон, — мечтательно произнёс реальный Ибо.       — Ты… Давно тебе снится, что мы вдвоём путешествуем в доме на колёсах? — Сяо Чжань, казалось, удивился ещё сильнее, хотя до этого казалось — куда уж больше?       — Ага, — кивнул Ибо. — Ездим вот так, останавливаемся, где хотим. Никакой работы, никаких контрактов и обязательств. Только дорога, я и мой любимый гэгэ.       — Почему ты не говорил мне, что видишь такие сны? — мужчина схватил его за предплечье и развернул на себя.       — Я и не скажу, — Ван Ибо помотал головой.       — Ты уже говоришь!       — Какая разница? Это всё равно сон. Тебя даже не существует тут, ты — такая же проекция моего мозга, как и тот Сяо Чжань, что сейчас сидит передо мной…       — Ах так? — взъелся мужчина и сильно ущипнул Ибо за бедро, что тот аж подпрыгнул. — Проекция? Может, это тебя не существует, а? И сон вижу я?       — Айщ, щибаль! Больно же, гэгэ, — поморщился Ибо, по старой привычке ругнувшись на корейском языке. Что-то это видение становилось чересчур реалистичным… Но, несмотря на боль, сон не прервался. — Чёрт, я тебе твою дурацкую курильницу в одно место запихаю, когда проснусь. «Наверное, я думал об этом перед тем, как засыпал, вот и вижу что-то такое», — решил парень.       — Да объясни наконец, при чём тут эта грёбаная курильница? — не выдержал Сяо Чжань.       Ибо, вздохнув, только рукой махнул. Сейчас бы что-то объяснять образу из своего сновидения… Вдруг старший разглядел что-то вдалеке и потянул младшего за рукав ханьфу.       — Бо-ди, там что-то есть! Я что-то вижу, — сообщил мужчина. — Какое-то строение. Посмотрим?       Ван Ибо кивнул, последовав за ним. Они покинули сидящих у дома на колёсах двойников и ушли с полянки в сторону леса, где за деревьями стояла кирпичная коробка какого-то трёхэтажного здания.       При ближайшем рассмотрении оказалось, что строение выглядело, словно инородное тело, совершенно неуместное среди леса. В окнах ничего не было видно, словно их плотно зашторили изнутри. Ван Ибо первым подошёл к двери и потянул ручку на себя.       — Я слышу какую-то знакомую музыку, — сказал он и вошёл внутрь.       — Бо-ди! Стой, — запаниковал Сяо Чжань, поспешив за ним.       Внутри оказался коридор с разными дверями, за одной из которых и слышалась музыка. Ибо открыл их и зашёл в комнату.       — Это же я, — хмыкнул он, пропуская старшего за собой. — Только младше.       Помещение представляло из себя стандартный зал для занятий танцами: противоположная стена была зеркальной. Из блютуз-колонки, стоявшей в углу, играл какой-то хип-хоп, а в середине, прямо перед зеркалом, танцевала… молодая и блондинистая копия Ибо! Судя по всему, он, как и встреченные ранее двойники, не мог видеть вошедших людей и просто продолжал двигаться.       — О, я помню этот танец, — сказал настоящий Ван Ибо. — Видео до сих пор в инете есть.       — Диди, пойдём, — Сяо Чжань потянул его за рукав ханьфу.       — Чего это ты? Мне, может, прикольно на себя молодого посмотреть и вспомнить, как я был айдолом.       — Ты и так ещё молодой! Пошли отсюда, пожалуйста! — судя по голосу, старший был несколько напуган и обеспокоен.       Младший удивлённо посмотрел на гэгэ:       — Почему ты хочешь уйти?       — Не… Ох, только не это, — Чжань испугался ещё больше, увидев, что в комнату вошёл ещё один Сяо Чжань.       Копия Чжаня была такого же возраста, что и настоящий актёр, она была одета в обычные джинсы и майку и прошла мимо оригинала, не заметив его. Ибо сказал:       — Они нас не видят, так что какая разница?       — Ты не поймёшь, — пролепетал Сяо Чжань, обречённо помотав головой.       — Что я не пойму? Гэгэ, кстати, а почему это взрослый ты так жадно смотрит на мелкого меня?       — Потому что это уже мой сон! — крикнул Чжань, в отчаянии взмахнув руками. — Да, вот такие я сны вижу! Доволен теперь?       — Чего ты разорался? — удивился Ибо.       — Я… Я пойду, — пробормотал мужчина, собираясь покинуть помещение, но младший схватил его за руку.       — Ну уж нет. Ты останешься, и мы вдвоём посмотрим, — твёрдо сказал он.       — Прости, диди, — Сяо Чжань отошёл к стене и беспомощно сполз вниз. Пожав плечами, Ибо сел рядом. В конце концов, это всего лишь сон, так зачем беспокоиться? Или гэгэ всё же что-то скрывал?..       Тем временем песня закончилась, а юный блондинчик перестал танцевать и уставился на вошедшего взрослого Чжаня.       — Ты ещё кто такой? — спросил мальчишка.       — Твой парень, — ответил «Сяо Чжань» и уверенно подошёл вплотную.       — Чт… — «Ибо» не успел ничего сказать, потому что взрослый «Чжань» внезапно прижал его к зеркальной стене и начал страстно целовать.       Настоящий Ибо посмотрел на Чжаня и увидел, что тот уже весь красный и не знает, куда себя деть от смущения.       — Второй я странно себя ведёт, — заметил Ван Ибо. — Я бы на его месте хотя бы сопротивлялся, если бы ко мне незнакомый мужик лез.       — Ты тут никогда не сопротивляешься, диди, — вздохнул старший, повернув голову в сторону. — Никогда. Жаль, в жизни всё не так.       Младший не знал, как реагировать. Не то чтобы ему не нравился сон, очень даже наоборот, но сюжет этого сновидения развивался так внезапно, что парень оказался не готов к таким поворотам:       — Твой сон, говоришь? И часто ты такое видишь?       — Не издевайся, — взмолился Чжань.       — Это ты надо мной издеваешься, — сказал Ибо и схватил старшего за плечи. — Чжань-гэ! Посмотри на меня!       Стоило Сяо Чжаню повернуть голову и взглянуть на младшего, как тот впечатался в его губы своими. Чжань оторопел от такого напора и не сопротивлялся, позволяя Ибо углубить поцелуй и пролезть языком в рот.       Сяо Чжань не знал, можно ли опьянеть во сне, но сейчас, кажется, именно это и происходило. Мягкие и влажные губы Бо-ди, его упругий язык, исследующий рот, дыхание на коже и прикосновения сильных, горячих ладоней… Это не просто сделало Чжаня пьяным, это почти свело его с ума. Он и раньше во сне целовался с Ибо, но ощущения были как будто не те — немного смазанные, нереальные, как это обычно и бывает в царстве снов. Однако сейчас всё было очень реалистично.       Младший разорвал поцелуй, глядя на старшего потемневшими от желания глазами. Но тут его взгляд переместился куда-то за спину Сяо Чжаня.       — Гэ, посмотри на них, — сказал Ибо.       Чжань повернул голову и увидел, что их двойники также слились в страстном поцелуе. «Сяо Чжань» прижал «Ибо» к зеркальной стене и к тому моменту уже перестал терзать чужие губы, переместившись на шею. Блондинчик совершенно не противился, наоборот, жадно подставлялся под ласки и тёрся о старшего бёдрами.       — Что творят, — прокомментировал Ван Ибо. Он подобрал полы ханьфу, откинув их в сторону, сел поудобнее, раздвинул ноги и заставил Сяо Чжаня развернуться, сидя спиной к нему. Парень прижался к старшему, крепко обняв его за живот, и Чжань ощутил задницей чужой стояк. Однако и у него самого уже ощущалось характерное напряжение в области паха. Мужчина и рад бы был сдержаться, но Ибо положил ладонь ему между ног и погладил через ткань ханьфу. Разместив голову на плече Сяо Чжаня, парень уставился на то, что происходило у зеркала.       А там «Сяо Чжань» уже стоял на коленях перед «Ибо» и как раз собирался спустить с него спортивные штаны. Увидев это, настоящий Чжань проговорил:       — Не надо… Бо-ди, давай не будем на них смотреть… Давай уйдём…       — Как же мы можем не смотреть? — прошептал Ибо ему на ухо и, отодвинув длинные волосы парика, жарко поцеловал мужчину в шею. Руки его тем временем уже развязывали пояс ханьфу, пробираясь под слои ткани.       Сяо Чжань не понимал, что его возбуждает больше — то, что он увидел, как его двойник взял в рот член у блондинчика-Ибо или то, что настоящий Ван Ибо своей горячей ладонью ласкает его собственное достоинство!       Ощущения становились невыносимыми. Внизу живота тугим узлом свернулось напряжение, требовавшее выхода. Чжань и сам не заметил, как начал толкаться бёдрами вверх, словно просил партнёра ускориться.       Ван Ибо сомкнул пальцы на полностью твёрдом члене и, плотно обхватив его, начал дрочить. Парень то просто проводил рукой вверх-вниз, размазывая по стволу естественную смазку, то мелко дрочил головку, и каждое движение подводило Сяо Чжаня к краю пропасти. Мужчина понял, что оргазм вот-вот настигнет его, и застонал:       — Ммм… Диди… Ах!       Сам Ван Ибо чувствовал почти болезненное возбуждение, но ему хотелось в первую очередь доставить удовольствие партнёру. Парень кайфовал от того, что его гэгэ так наслаждается из-за него, с ним... Ощущая тяжёлое и участившиеся дыхание Ибо на своей шее, Чжань закрыл глаза, откинул голову назад и кончил, вымазав руку младшего и своё ханьфу. Наступила темнота.