и бури пройдут мимо

      Юньмэн Цзян, пристань лотоса, храм Предков       Вэй Усянь смотрел на брата не зная, что он может сказать. Как он может рассказать о том, что отдал своё золотое ядро ему? Как он может рассказать, что темный путь это единственное, что он может? Как об этом сказать и не поругаться ещё больше?       — Я… Цзян Чэн, прости. Того Вэй Усяня уже нет, он умер пытаясь выжить на могильных курганах, исполняя последнюю клятву. Оставаться рядом. — Вэй Усянь избегал смотреть на кого-либо, пустым взглядом смотря в стену. Он расскажет всё что сможет и если они решат, что им он больше не нужен, чтож, он будет готов к этому. — Я ждал тебя у подножия горы, когда появились Вэнь Чао и сжигающий ядра. Они поймали меня и сбросили с высоты в это проклятое место. Я должен был умереть там от множественных переломов, с такими травмами не выживают.       — Что ты говоришь? Ты сам себя слышишь, Вэй Усянь?!       — Я всё ещё жив только благодаря тёмной энергии, она держит мой скелет и не даёт пробить мне легкие и сердце. Это вопрос времени, когда тёмная энергия обернётся против меня, но это единственное, что у меня есть. Я не могу носить меч, я не могу быть первым учеником, я не могу быть совершенствующимся.       Тёмный заклинатель развернулся и стремительно ушёл из храма предков, не слыша криков и просьб вернуться. Он сказал правду, которую так хотел услышать Цзян Чэн, а что он с ней будет делать… Цзян Чэн глава ордена Юньмэн Цзян и остальное зависит от него.       Брат и сестра Цзян растерянно смотрели вслед Вэй Усяню. Они не знали что должны были сделать, что они могут сделать и как теперь быть.       — А-Чэн… Что мы будем делать?       — Мы ничего не можем сделать. Это вопрос времени, когда заклинательский мир решит уничтожить «зло». Они уже начинают боятся его. Я не знаю, что нам делать, как его защитить.       Цзян Чэн чувствовал своё бессилие. Он не был так же гениален и силён как брат. Всегда хуже. Толку от того что глава орден, если орден был уничтожен и всё ещё восстанавливался? У него не было власти. Не сейчас. И что во имя небес он мог? Никчёмный и жалкий рядом с более талантливым братом. Брата, которого он должен защитить.       Цзян Яньли тихо плакала. Её братья нуждаются в помощи, а она ничего не может. Это не очередная ссора родителей или братьев, где она может утешить и помирить кого-то супом или нежными словами и заботой.       — Мы что-нибудь придумаем. Стремись достичь невозможного, не так ли? Вэй Усянь был ещё совсем ребёнком, когда их отец привёл мальчика на пристань. Ему было лет семь, чуть старше Цзян Чэна, хотя выглядел гораздо младше. Тогда Цзян Яньли узнала, что мальчик несколько лет выживал на улице прежде, чем Цзян Фэнмянь нашёл его.       В первый же день мальчишки не поладили и в итоге девушке пришлось искать Вэй Усяня среди ночи после того как перепуганный брат разбудил её. Может ли быть что её А-Сянь до сих пор оставался напуганным мальчиком?       В конце концов они помирились и росли как братья, даже если никто никогда не признавал их связь. Он даже не был внесён в их семейный реестр, потому что матушка никогда бы не позволила сделать это.       — А-Чэн? Внеси А-Сяня как нашего брата в семейный реестр. Если узаконить его положение, у остальных не будет права относиться к нему с пренебрежением.       — Нам надо найти Вэй Усяня.       Пристань Лотоса, за пределами ордена, городской рынок        Здесь в любое время суток стояли лоточники с едой. От сковороды с шипящим маслом исходил восхитительный аромат. Вэй У Сянь не выдержал и подошел к знакомому торговцу.       — Сегодня приправ не пожалели, да?       — Молодой господин Вэй, хотите? Для вас бесплатно, денег не нужно. — Торговец улыбнулся в ответ улыбчивому господину.       — Не откажусь. Но все равно запишите мне в долг. Рядом с торговцем сидел человек, полностью покрытый грязью. Прежде человек сидел, дрожа и обхватывая руками колени, словно страдал от холода и усталости, но, услышав голос Вэй Усяня, вскинул голову. Глаза юноши округлились. Он не думал, что однажды встретиться с Вэнь Цин ещё раз. Они поклялись друг другу больше не видеться в тот самый день, когда они закончили операцию по пересадке и он ушёл с горы, чтобы после встретить Цзян Чэна.       — Ты?!       — Вэй Усянь — Девушка не успела закончить говорить, за спиной юноши раздались крики. Цзян Чэн звал брата и уже подходил к ним.       — Вот ты где, мы всю пристань обошли в твоих поисках. Опять.       — Глава ордена Цзян, Цзян Чэн — одновременно заговорили Вэнь Цин и Вэй Усянь, Цзян Чэн нахмурился. Что тут, мать вашу, происходило?       — Сестра ждёт тебя. Поговорим дома. С твоей спутницей тоже. Идём.       Вэй Усянь переглянулся с Вэнь Цин, которой помог встать Цзян Чэн. В неловкой тишине они двинулись в сторону ордена, где их уже ждала Цзян Яньли. Девушка тихо ахнула увидев в каком состоянии шла Вэнь Цин рядом с её братьями.       — Дева Вэнь, позвольте мне помочь вам, прежде, чем вы расскажете как вы оказались в пристани Лотоса. — Девушки ушли в павильон, принадлежавший Цзян Яньли. Вэнь Цин была не в состоянии сопротивляться, большая удача, что она смогла дойти до Юньмэн Цзян и прийти сюда в компании Цзян Чэна и Вэй Усяня. Цзян Яньли по пути приказала приготовить воду для Вэнь Цин, и первым делом отправила её вымыть всю грязь, когда они добрались до комнат.       — Прошу вас, вымойтесь и переоденьтесь. Вы наверняка очень долго путешествовали и устали.       — Эта благодарна Деве Цзян за её доброту, но у меня правда очень серьёзная просьба к молодому господину Вэю.       — Я уверена, что ни один из моих братьев не откажет вам в помощи, Дева Вэнь. Но сейчас вам нужно привести себя в порядок. Это не займёт много времени и уже через пару палочек благовоний мы встретимся с ними, чтобы поговорить.       Дева Цзян не лгала и уже через час они сидели в приёмном зале, где Вэнь Цин рассказала почему прибыла в Юньмэн. Оказалось, что орден Цзинь отослал её от группы, в которой была вся ветвь её семьи. Девушка не знала, где теперь находится её клан и брат, и хотела найти её. Поэтому она решила найти Вэй Усяня и попросить его о помощи.       — Почему ваш клан оказался в лагерях военнопленных? Разве там не должны быть только военные преступники?       — Дева Цзян действительно добра и справедлива, как о ней говорят. Но, дева Цзян, после всего что натворил Вэнь Жохань, вы правда считаете, что остальные ордена не будут думать, что все Вэни ужасные и подлые и не захотят сослать нас в лагеря, считая всех без исключения преступниками? Никому не важно, что большая часть из нас это старики, женщины и дети, которые никогда даже меча в руках не держали. Мы виноваты за то, что мы Вэнь и за то что не остановили главу ордена, который угрожал нашим жизням за неповиновение.       — Я помогу. Мы все обязаны тебе и Вэнь Нину за вашу помощь нам после сожжения пристани Лотоса.       — Вэй Усянь! — Цзыдянь тихо заискрился на запястье главы Цзян. — Ты не можешь им помочь. Даже если ты при всех потребуешь ответа у ордена Цзинь, они не ответят и в конечном итоге обвинят в пособничестве псам Вэнь. Ты попадёшь под удар и подставишь наш Юньмэн Цзян тоже. Мы не можем так действовать, не сейчас.       — Но я должен помочь!       — Во-первых, не ты, а мы. Во-вторых, почему должен? Я уже сделал для них всё что мог для того чтобы оплатить им.       — И ты считаешь, что это правильно? Там же дети! В грёбанных лагерях!       — Конечно нет! За кого ты меня считаешь?!       — За того кто так же бездействуют, как и те люди, перед бесчинствами тех, кто сильнее! Орден Цзинь возомнили себя новыми небесами и все молчат! Мы воевали, чтобы что, вместо одного тирана пришёл другой?       — Успокойся ты! Вэй Усянь! Сядь и послушай.       — А-Сянь, А-Чэн, пожалуйста, давайте обсудим всё спокойно.       Только после того как они снова сели, слово взяла Цзян Яньли. Пока братья ссорились, она успела обговорить детали с Вэнь Цин и вдвоём они смогли прийти к решению, которое могло сработать.       — Что ты предлагаешь, сестра?       — Ты должен быть тем, кто спросит Цзинь Цзысюня об остатках Вэнь. Ты глава и выше него по званию. Он не должен отказать тебе, а если и откажет, ты сможешь сказать о кровавом долге перед Дафань Вэнь. Они целители, спасшие наших солдат во время аннигиляции. И согласно закону их нельзя судить на ровне с солдатами или другими гражданскими лицами. Орден Юньмэн Цзян обязан целителям Вэнь Цин и Вэнь Нину. Это может сработать или выиграть время, пока мы ищем их.       Вэнь Цин сидела тише воды, ниже травы с удивлением смотря на Цзян Яньли. Почему эту девушку так недооценивали? Цзян Яньли имела самую большую власть в ордене и никто даже не догадывался.