Успеть переиграть смерть.

      Сердце зашлось, отстукивая где-то в ушах. Дыхание сбилось. Рука машинально схватила рукоятку лежащего рядом кинжала.       Целебные источники – магически закрытая территория, войти сюда можно было только по слепку ауры и личному доступу от целителя… Зря она считала, что в безопасности.       – Думаешь, поможет? – Голод хмыкнул, присел на корточки, подперев ладонью щеку.       – Умереть во время купания – звучит жалко. Может, перенесем на другой раз? – слова с трудом вырвались через вмиг охрипшее горло.       Мужчина смотрел на нее, не делая никаких движений, потом открыто констатировал:       – С тобой прямо-таки голодно.       Уокер несколько секунд ждала пояснения, но, не дождавшись, спросила:       – О чем вы?       Вместо ответа он скучающе опустил пальцы в горячую воду. Вики почувствовала, как тепло источников сменилось холодом. Кожа покрылась мурашками.       Всадник поводил пальцами, исподлобья наблюдая за ней, все понижая температуру. На красивых губах мелькнула усмешка. Пустая, раздраженная. И раздражение это было опасное, темное, так бродячая собака рычит перед нападением.       Она вылезла из воды, прошла к лавочке, на которой бросила одежду с полотенцем. Накинула платье, прямо так, на голое, мокрое тело.       Голод проводил ее взглядом, поднялся. Его сила разливалась беспокойными волнами, захлестывая.       – Я что-то сделала не так..?       Черные пряди частично закрывали лицо, мешая разглядеть выражение на нем.       – Нет, – бесцветный голос бил по нервам сильнее крика, она не понимала, что от него ожидать.       Мужчина стоял далеко, но это расстояние было словно ничто, пустота, которую он мог преодолеть за долю секунды. Он небрежным жестом откинул волосы за спину. Его глаза стали еще светлее, наливаясь зеленым свечением, ледяные, как полярная ночь.       – Боишься.       – Боюсь.       – Не зря.       – Глупой никогда не была.       – И слабой, похоже, тоже.       Ее провоцировали, но она так и не поняла, на что.       Сейчас, без шоковой пелены Вики видела его таким, как он есть – не просто пугающим - по-настоящему страшным. Его сила, словно черная дыра втягивала в себя всю жизнь, оставляя после себя холод и пустоту.       Всадник неожиданно спросил:       – Ты желаешь чего-то?       От напряжения она не замечала, что с мокрых волос на платье и пол капала вода. Зябко поджав пальцы ног, Вики не задумываясь произнесла:       – Жить.       Мужчина лениво окинул взглядом посветлевшее небо и в пустоту, не глядя на нее, разочарованно сказал:       – Ты встречаешь Смерть без страха. Да, стремишься выжить – инстинкт говорит за тебя, но истинного желания жить я не чувствую, иначе давно бы впитал его.       Она сглотнула пересохшим горлом. Застарелая боль кольнула в груди.       – Вы говорите пугающие вещи.       Он пожал плечами.       – Обычные.       Их разговор был странным – скупым на фразы, но важным в деталях, в прямых взглядах, в почти незаметных движениях ног, в робко сжатых в кулаки руках. Голод всегда любил смотреть на язык тела людей.       – Зачем вы здесь? Я нужна вам? – вопрос дался ей нелегко, но ответ проглотить оказалось еще сложнее.       – Пока не решил. – и он отстраненно, мимоходом добавил, – За тобой охотятся, будь разумной, не делай глупостей, как сегодня.       Мужчина сделал акцент, а девушка поняла, что он все видел.       «Черт!», – она отвела взгляд, пытаясь спрятать полыхнувший огнем стыд, но уже через пару секунд упрямо вернула его назад.       – Краснеть не буду, – проговорила она с красным, как помидор, лицом.       – Было бы разочаровывающе. Теперь, когда захочешь снова это сделать, знай, что я могу быть где-то рядом, – он коротко с удовольствием рассмеялся и закурил сигарету, медленно втягивая дым.       «Как стылый северный ветер – хлесткий, пробирающий до мурашек».       Эта его насмешка и злость…Вики подошла к нему, отметив густые брови, взметнувшиеся вверх на бледном лице, остановилась на расстоянии вытянутой руки и тихо сказала:       – Понравилось? Так имейте смелость признать это.       Девушка стояла близко, ближе, чем кто бы то ни было до нее, сверкала своими упрямыми голубыми глазами и даже не думала падать без сил. На длинной шее быстро пульсировала жилка.       – А говорила, что не глупая, – Голод окинул ее тяжелым взглядом, задержавшись на стремительно стучащей под кожей венке.       – Обычная.       Он смотрел сверху вниз, долго, неотрывно, подавляюще. Она окончательно замерзла, но не уступала.       Уголки его губ тронула едва различимая улыбка. Всего на мгновение, но впервые – искренняя.       Ее потянуло за ней словно в гипнотическом забытье:       – У Смерти есть имя?       – Я не Смерть.       – Уволились?       – Поменялся сменами.       Вики не любила курящих, но стоило признать, что он курил красиво – неторопливо, с наслаждением и выдыхал в сторону, не цепляя ее дымом.       – У меня есть предложение: помогите мне спастись, а я сделаю то для чего нужна вам, если это не навредит моей жизни.       – Я и без твоего согласия сделаю то, что мне нужно.       Молчание затянулось пока девушка подбирала слова. Какой же он был раздражающий в своей самоуверенности!       – Мне совсем нечего предложить?       Всадник задумчиво сощурился, выдыхая очередную порцию дыма.       – Ты бессмертная без силы. Слабая, ничего не умеющая. Попробуй. – От этого чуть вибрирующего голоса у нее что-то вздрогнуло в груди.       Он подцепил большим пальцем ремень ножен, поправил, поудобнее устроив его на плече. Вики поймала себя на мысли, что внимательно следит за его руками: длинные, тонкие пальцы, аккуратные ногти, ладони без мозолей – не похоже на руки воина, но почему-то она не сомневалась в том, что перед ней свирепый противник.       – Я вижу токи вашей силы, – слова тихие, четкие и опасные для нее, – они втягивают в себя жизнь, но на меня ваша сила не действует, огибает стороной. Надеюсь этого достаточно, чтобы вы захотели помочь мне?       Прошло несколько долгих секунд прежде чем мужчина протянул, пристально разглядывая ее лицо:       – Интересно…, значит видишь движение силы?       Девушка кивнула, а его голос оживился:       – На что это похоже?       – У вас? – взгляд скользнул по черной одежде, пальцы напротив его груди очертили круг, она задумчиво пожевала губы.       – На погасшую черную звезду, втягивающую в себя потоки энергии, – Вики раскинула руки в стороны, захватывая воздух в кулаки и с силой их свела в одну точку, ровно напротив солнечного сплетения.       Постоянно мерцая, сила вибрировала, вторя пульсу его сердца. Девушка, завороженно отслеживая ритм, подняла руку, чтобы коснуться, но всадник резко перехватил ее ладонь.       – Простите, – она хотела освободиться, но он не позволил, сжал еще крепче.       Замер странно, словно совсем перестал дышать.       – Я никогда такого не видела, – сожалея пояснила Вики, – это удивительно красиво.       Кожу руки кольнуло прохладой. Поглощенная любопытством, она не заметила, как впервые за все это время мужчина отвел от нее взгляд.       – Что еще ты видишь? Вики посмотрела на его острый подбородок, на линию плотно сжатых губ.       – Ничего.       Он тут же кивнул, припечатав:       – Врешь.       Уокер молчала. Ее взгляд постоянно возвращался на крепкие мышцы груди.       – Какая прияяятнааая встречааа! – прошелестел, вдруг жуткий замогильный голос за ее спиной. Воздух наполнился тоской, безысходностью, солнце потускнело.       – Не очень, – глухо отозвался Голод, отпуская ее руку.       – Смотри ка, и правда тебя касается без последствий, – Вики повернула голову и тут же уперлась в огромные ярко-желтые глаза с вертикальным зрачком.       Мужчина стоял очень близко, склонившись к ней почти нос к носу. Высокий, выше ее на две головы, худой. На лице сверкала зловещая ухмылка, от которой в венах стыла кровь. Только волосы серыми длинными лентами походили на что-то более-менее человеческое.       Девушка отшатнулась, влетев спиной в Голода. Поспешно сделала несколько шагов в сторону, испуганно уставившись на двух мужчин. Абсолютно разных и в тоже время очень похожих.       Они молчаливо переглянулись, красноречиво общаясь между собой взглядами.       – Спокойно, слаааденькая, я не за тобой, – решил пояснить новоприбывший.       У него удивительно получалось сочетать уменьшительно-ласкательные нотки с леденящим душу шипящим голосом. Его силу она не видела вовсе, впервые за все время своего существования.       Голод осмотрелся, на секунду закрыл глаза. В подтверждение своих мыслей, Вики увидела, как легкие паутинки силы мощным выбросом накрыли все окружающее пространство, переливаясь зелеными мазками. Но у второго – ничего…пусто.       – Ты зачем здесь, брат? – недовольно спросил всадник.       – Как здорово, что все мы здесь сегодня собралииись, дааа? – пребывая явно в отличном настроении, прошелестело в ответ само зло.       Голод показательно-скучающе склонил голову на бок, лениво произнес:       – Я теряю терпение и еще очень голоден.       Смерть скривился, хмыкнул.       – А я могу не рассказать то, что тебе было бы интересно узнать. Потом опять будешь скрупулёзно распииисывать стены…       Вики, потеряв дар речи, ошарашено наблюдала за этим разговором. Великан снова посмотрел на нее своими жуткими глазами.       – Бедняжечка замерзлааа, ты совсем ее заморозил…       – Ближе к делу.       – Мой брат жутко скучный, – показательно-уныло вздохнул Смерть и тут же сделал шаг в сторону – его силы стали стремительно утекать к Голоду.       – Вчера днем я забрал пять вкусных душ, очень редких, – он почавкал, закатив глаза от наслаждения, – бессмертных. Такая редкость попадается раз в столетку, а тут сразу пять, почти одновременно. Божье благословение, что ли? И все на обед. Похожие сердцевиной на твою, малышка.       Вики вмиг похолодела, хотя казалось, холодеть уже было некуда. Вчера в обед она бежала по мосту.       – К-кто вы? – с нервной злостью спросила девушка.       Смерть перевел осуждающий взгляд на брата.       – Ты что, не представился? – и как бы извиняясь, посмотрев на Вики, добавил, – младшенький, четвертый в семье, родителям не до него уже было. Я – Смерть. Он – Голод. Голод, Смерть. Смерть, Голод, – водило зло туда-сюда пальцем, а Вики поняла, что хочет свалиться в обморок.       – Ууу…Хочешь, познакомлю тебя еще с братиком и сестренкой? Чума девчонка убойная, любит вечеринки. Войне похвастаться нечем, но он просто красавчиик, вдруг тебя интересуют семья, дети? – совершенно не издеваясь вопросил долговязый.       Голод посмотрел в ее испуганные глаза и едко произнес:       – Что? Уже не хочется помощи?       – От, – она неверяще уставилась на братьев, – от Всадников Апокалипсиса? – язык не слушался, воздух словно затвердел, в голове шумело, но спасительный обморок приходить отказывался.       Постояли. Посмотрели друг на друга.       Тишина. Солнце начало припекать. Откуда-то послышалось несмелое пение птичек.       – Стойкая, – заметил Смерть совершенно обычным голосом. Еще постояли. Красиво все же пели птички.       – Я все жду, когда она свалится, но, как видишь, с той ночи, как тебя заменял, так и не дождался.       – А мне вот как-то не очень, – еще подальше отошел Смерть, – ты сегодня жутко прожорливый.       Они разом посмотрели на девушку. Та вздрогнула, пятясь к выходу.       – И сколько покушений ты пресек за это время?       – Три.       – Хм, – Смерть постучал кончиками пальцев по губам, радостно оскалился, – дело принимает интересный оборот. Кхаларем, Раен, итаа?       Голод согласно кивнул.       – Маре шиа.       – Маааленькая, – зло повернулось к ней всем телом, – рутина зовет, еще зайду к тебе, – и явно веселясь добавил, – не по работе.       Долговязый исчез так же внезапно, как и появился, только тоска и безысходность никуда не делись, прочно осев в ее душе.       Спокойный мужской голос изморозью коснулся оголенной кожи:       – Может, забрать тебя себе да и дело с концом? Три покушения, пять смертей, в следующий раз я могу и не успеть. – Вики слушала его и понимала, что говорит это он не для нее, а просто рассуждает вслух.       В ту же секунду она бросилась прочь, но не успела сделать и десяти шагов, как холодные руки схватили за плечи, вжимая в твердое тело.       – Я разве отпускал тебя?       – А может поймаем на живца? – не веря, что сама это предложила, поспешно спросила Вики, перебивая его мысли.       – Может, но зачем мне это?       – Вам точно не будет скучно. А-а-апокалипсисов, – слово не хотелось произносится, – давно не было, маетесь, наверное, без дела?       – Хорошая попытка, но этого недостаточно, – он усмехнулся, пошевелив на ее затылке несколько волосков.       – Моя сила – ваша сила. Добровольно, без принуждений. – пошла с козырей девушка, сжавшись всем телом.       – Осторожно, ты можешь пожалеть о своих словах.       – Уже жалею, но вы разве оставили мне варианты?       – Нет. – довольный ее сообразительностью, ответил всадник.       Его голос зазвучал вкрадчиво, даже интимно, щекоча дыханием ухо:       – Не говори, что мы здесь были. Никому не доверяй. Крылья отрасти. Я приду через день, кивни, что поняла.       Вики развернулась в его руках и, поймав внимательный спокойный взгляд, склонила подбородок.       – Хорошо.       У нее были сутки, чтобы найти способ, как выбраться из этой передряги.