talk peace to a wolf

Щедрик, щедрик, щедрівочка, Прилетіла ластівочка, Стала собі щебетати, Господаря викликати

Видимо, не все проблемы должны решаться сразу. К такому выводу Арсений приходит, натолкнувшись на резкий отказ Антона на предложение обменяться адресами. Пожалуй, никакой острой необходимости слать письма на зимних каникулах и нет, не так уж долго они длятся. Но Арсения всё равно задевает то, насколько быстро, ни на секунду не задумавшись, Антон говорит нет. И, пожалуй, впервые Арсению на зимних каникулах даже скучно. Коляда в их семье больше напоминает празднование не-магами Нового года. Правда, в этом году к ним всё же зашло несколько групп ряженых. Семья его набожностью не отличается, но не пустить или выставить за дверь колядующих было бы огромным пятном на репутации. Поэтому у Арсения была возможность наблюдать за толпой молодёжи, влетевшей в их дом с какими-то праздничными песнями. Кажется, даже не на русском. Смотреть на них было по-хорошему забавно, Арсений и сам немного заражался этим весельем. И даже не слишком его скрывал, несмотря на то, что отец такое поведение не одобрял. Любопытно, но, пожалуй, впервые в жизни Арсений заметил, что среди ряженых никогда нет волков. В смысле, никто в волков не переодевается. Раньше это казалось чем-то самим собой разумеющимся, а теперь Арсений впервые задумался, с чем связана такая традиция: с уважением к другому виду или со страхом. Если дело в последнем, то Арсению впервые в жизни хочется вырядиться на праздник. Волком. Просто в качестве протеста, пусть и глупого. Рассказ Антона задел что-то глубоко в его душе. Ту её часть, что отвечает за аллергию на дискриминацию. А ещё слова Антона заставили Арсения задуматься о том, что притеснять общество может не только слабых, но и тех, кто достаточно силен и в теории способен защититься. Просто в одиночку не выстоишь против целого мира. Арсений сидит у окна, подперев кулаком щёку, и со скукой наблюдает за мерцающим вдали огоньком от костра, который жгут деревенские ряженые. Современная деревня — не то же самое, что деревня в прошлом. Теперь это скорее маленький магический город, надёжно защищённый от чужаков. Когда-то в прошлом это действительно было имение, принадлежавшее предкам Арсения. Сегодня, к счастью, грёбаное рабство осталось в далёком прошлом. Но к семье Поповых у местных всё равно особое отношение. И это особое отношение было, пожалуй, одной из причин того, почему он не может просто присоединиться к толпе веселящихся магов (помимо гнева отца). Это заставит всех почувствовать неловкость. — Ты нечасто впадаешь в такую меланхолию, — за спиной раздаётся голос сестры. Виктория тихо проходит к пустующему стулу и садится на него со всей подобающей аристократке грациозностью. Их отношения нельзя назвать слишком уж тёплыми, но они ровные. — Всё нормально? Ясно. Похоже, даже желание присоединиться к беззаботно радующимся наступлению нового года людям в этом доме кажется моветоном. Интересно, а как обстоят дела у Антона? Отмечают ли оборотни Коляду? И если да, то может ли Антон при этом участвовать в торжестве? Он как-то упоминал, что ему не слишком весело находиться в обществе оборотней, потому что те во всём ему подчиняются. Если Антону так же скучно, как сейчас Арсению, то почему он отказался от общения на каникулах? Хотя, ответ лежит на поверхности: у него есть Позов. И этот факт вроде бы не должен задевать, ведь эти двое не один год были друг у друга, а Арсений о секрете Антона-то узнал за пару дней до отбытия домой. Довольно справедливо, что Антону не нужно общение с ним в это время. Они просто соседи по комнате, которые договорились попробовать подружиться. Но разве установление дружеских контактов не предполагает такой вещи, как общение вне стен школы? — Аааарс, приём! — окликает его вновь сестра, слегка нахмурившись. — Ты какой-то странный. Всё хорошо? Виктория старше брата на четыре года и уже успела выпуститься из Родины. Она решила продолжать обучение в Велемудре — престижном магическом университете, отказавшись выходить замуж. Будь она единственным ребёнком в семье, это стало бы проблемой, но, к её счастью, есть ещё Арсений, считающийся наследником. На всякий случай Виктория всё же старается пореже бывать дома, не задерживаясь надолго даже на летних каникулах. Но на Коляду приезжает исправно, возможно, потому, что немного сочувствует Арсению, на которого возложена вся ответственность, чего можно было бы избежать, будь магическое сообщество менее ортодоксальным, и не хочет оставлять его одного. — Просто задумался о предстоящих экзаменах, — лжёт Арсений с лёгкой улыбкой. — Кажется, что до них ещё много времени, но иногда я беспокоюсь, будет ли его достаточно на подготовку, — видимо Виктория проникается его фальшивыми школьными переживаниями и пытается как-то найтись с приободряющим ответом, но Арсений не даёт ей развить свою мысль. — Знаешь, пойду-ка пороюсь в нашей библиотеке. Может, там есть книги, которые окажутся полезны. Он решительно встаёт, инстинктивно оправляя несуществующие складки пиджака. Арсения в фамильной библиотеке интересует далеко не углублённый курс школьной литературы. Он просто внезапно вспоминает о совете, который дал Позов: поискать в древних книгах побольше информации о волколаках. Совет этот, если так подумать, кажется немного странным. Дима создаёт впечатление хорошего друга, особенно если взять во внимание историю с кольцом. По сути, он предложил Арсению найти информацию об Антоне, которую тот по какой-то причине решил не сообщать, хотя хороший друг вроде бы должен ревностно оберегать чужие секреты (и Позов занимался этим несколько месяцев). Так что изменилось? В любом случае, раз выкинуть Антона из головы всё равно не удаётся, то разумнее всего сублимировать в созидательное. Нужная книга находится далеко не сразу. Как и предрекал Позов, фолиант оказывается довольно старым, времен Российской Империи. Коричневый кожаный переплёт, вытертый пальцами множества предков Арсения, приятно холодит руку. Побуревшие от времени страницы, к счастью, неплохо сохранились и не выглядят так, словно способны рассыпаться от любого неосторожного движения. Машинописный текст сбивает с толку странными оборотами и твёрдыми знаками в неожиданных местах. Арсений утешает себя тем, что это, по крайней мере, не берестяная грамота (а такие в их библиотеке тоже есть), хранящая в себе древние знания на старославянском. Разумеется, Арсений его знает. Но не слишком хорошо и предпочёл бы не продираться через непривычный взгляду современного человека текст без особой необходимости. Несмотря на то, что найденная Арсением книга написана во времена Российской Империи, когда магическое сообщество уже приобрело знакомую иерархию, сохранившуюся в некоторой степени до наших дней, сфокусирована она больше на анализе сведений, которыми располагали древние славяне. Наверное, это как-то связано с тем, что у магической аристократии плохое отношение к волколакам. Возможно, к тому моменту существа этого вида уже ушли в тень, подобно тому, как сейчас скрывается Антон. Автором книги выступает предок Арсения, некий граф Павел Попов. Который, судя по всему, проявлял к волколакам большой интерес и имел какую-то необычную точку зрения. По крайней мере, его сочинение существенно отличается от того, что Арсений знает по занятиям в Родине. Например, по версии Павла Попова волколаком был Вещий Олег. В качестве аргумента граф почему-то упоминает ещё и то, что великий князь не оставил после себя потомства и не был женат. Почему это должно доказывать принадлежность Олега к очень редкому виду магических существ — не ясно. Но на основе этого же критерия Павел сомневается, что волколаком был Всеслав Полоцкий (хотя ему это многие приписывают), подчёркивая, что у того было шестеро сыновей. Строчку же «Всеслав-князь людям суд правил, князьям города рядил, а сам в ночи волком рыскал» из «Повести временных лет» граф предлагает трактовать как указание на то, что Всеслав был всего лишь оборотнем, причём обращённым, поскольку никакой достоверной информации о том, что до него в роду Рюриковичей были другие оборотни, нет. Арсений, фыркнув, задаётся вопросом, как этот Всеслав в таком случае умудрился не наплодить волколаков, но автор древнего фолианта позаботился об этом ответе: конкретно этот князь волшебником был, а вот в целом среди Рюриковичей магов было не очень много. И жена Всеслава была не-магом, за счёт чего все его сыновья не то что волколаками, даже оборотнями не были. Былинный богатырь Волх Всеславьевич, исходя из слов графа, был именно волколаком. В самой легенде утверждается, что мать его была княжной (и, по-видимому, сильной ведьмой), а отец — змеем. Который при этом умел превращаться в волка, что наталкивает Павла на мысль о том, что не стоит думать о нём, как о настоящем змее. Оказывается, в иерархии оборотней помимо человеческого имени у любого вожака есть второе имя, обычно как-то отражающее личностные качества. Арсений вспоминает, что Руслан назвал своим вожаком какого-то Лютого, и это, судя по всему, вовсе не человеческое его имя. Так что отцом былинного богатыря вполне мог быть оборотень Змей, как бы абсурдно это ни звучало. Вся эта информация, на первый взгляд, не несёт Арсению никакой пользы, но ему отчего-то в целом интересно в неё вникать. Судя по тому, какими уникальными и редкими являются волколаки, может, наверное, быть и так, что сейчас в мире нет больше никого, кто принадлежал бы с Антоном к одному виду. С этого ракурса узнавать о волколаках, вошедших в историю, становится ещё более интересно. Отдельно Павел отмечает, что в известной всем сказке про Ивана Царевича и Серого Волка последний очевидно был волколаком, поскольку был разумен в своём волчьем обличии. Обращает внимание на это граф для того, чтобы подчеркнуть, что славяне, в общем-то, к волколакам относились нейтрально. Не поклонялись, само собой, но явно не воспринимали с неприязнью. В этом смысле у волколаков было больше шансов на нормальную жизнь, чем у простых оборотней, которые себя не контролировали и вредили людям в деревнях. Оборотней убивали жестоко, причём как тех, кого поймали с поличным в волчьей форме, так и тех, кого случайно удавалось вычислить в человеческой. Волколаков же в деревнях уважали, считая, что они являются детьми богов. С одной стороны это было связано с тем, что и волками, и людьми волколаки были чрезвычайно могущественны. Ни один чародей, бросивший вызов волколаку, не мог выйти из этой битвы победителем. Сами волколаки при этом обычно отличались довольно спокойным нравом, нередко становились во главе племён и правили мудро и справедливо. Отдельно их любили за то, что они были способны укрощать оборотней, и деревня, в которой появлялся свой волколак, была защищена от неожиданных нападений. Аконитовых зелий в тот момент не существовало, а в чистом виде аконит был для оборотней смертельно опасен. Так что волколак по сути был единственной гуманной сдерживающей силой, не позволяя людям и оборотням навредить друг другу. Короче, как понял Арсений, до определённого периода волколакам жилось не так уж и плохо, и, более того, они делали лучше жизнь всем, кто их окружал. Переломный момент случился во времена Ивана Грозного. Тот был магом и весьма амбициозным, который в принципе недолюбливал всех, кто сильнее. А потом с ним случился Басманов и всё пошло по пизде. На этом моменте повествования Арсений, пробежав взглядом по строчкам, давится медовухой, которую с полчаса назад притащила сестра, с любопытством заглянувшая в библиотеку (пришлось солгать, что он готовит доклад о редких магических существах). С огромным трудом ему удаётся не заплевать позорно древние страницы медовухой. Нет, о неподтвержденной теории о том, что Грозный и Басманов были далеко не друзьями, Арсений знал. И информацию о том, что Басманов при этом был волколаком, воспринял спокойно. Но строчка «Басманов по своей волколачьей природе, склонной к мужеложству, полюбил царя» всё же Арсения изумляет. По своей волколачьей природе, склонной к мужеложству. Внезапно становится понятен аргумент графа о том, что Вещий Олег мог быть волколаком, раз не оставил после себя детей. Арсений лихорадочно перелистывает страницы с историей, добираясь наконец до описания характеристик волколаков как вида. Одной из которых, если верить Павлу Попову, является абсолютная гомосексуальность волколаков, сочетающаяся при этом с бесплодием. Эволюционный механизм, так сказать, не позволяющий подобной силе множиться ещё больше. Никто не знает наверняка, к чему мог бы привести союз волколака и волшебника или волшебницы (да, волколаки бывают обоих полов), и ещё более (по версии графа Попова) страшно представить, какой силы мог бы быть ребёнок, оба родителя у которого являются волколаками. Склонный к излишней теологии граф уверен, что так боги защитили мир от появления существа, способного его уничтожить. Как эту хуйню объяснить с научной точки зрения, Арсений не очень понимает. Он делает себе пометку в памяти: нужно попросить Позова скопировать страницы о волколаках из литературы в его библиотеке и прислать их. Кто знает, может, найденный Арсением труд графа Попова является обычной графоманией. Он усилием воли заставляет себя вернуться к страницам с Грозным и Басмановым, чтобы понять, как в итоге эта гей-драма превратилась в системную дискриминацию волколаков. И узнаёт, что Басманов, судя по всему, в Грозного был действительно влюблён. Постепенно начинающий раздражать Арсения предок услужливо подмечает, что волколаки (как будто и без того у них проблем мало!) однолюбы. В отличие от оборотней, у которых волчья сторона сильна лишь в полнолуния, у волколаков важную роль в жизни играют черты и людей, и зверей. И волчья моногамия тут разгулялась во всей красе. Волколаку Басманову не повезло. Хотя, сложно сказать наверняка, даже если смотреть на текст Павла Попова, который в истории явно чуть более сведущ, чем сам Арсений. В основном, волколаки отличаются спокойствием и мудростью. Но очевидно, что и среди них бывают парни с гнильцой, излишне амбициозные или имеющие садистские наклонности. В случае с Басмановым вряд ли уже удастся узнать — он изначально был поехавшим любителем насилия или вмазался в это из желания служить тому, кого любит, а потом кукуха отлетела. Драмой этой Арсений зачитывается с изумлением. Он знает, что у не-магов всю информацию о возможном романе царя и опричника до сих пор стараются всячески выдавливать в соответствии с общим — немного гомофобным — политическим курсом. В магическом сообществе такую вероятность допускают, но стараются обходить стороной. Если Басманов действительно был волколаком, то становится понятно, почему. В любом случае, если довериться словам графа, история для этих двоих хуёво закончилась. Грозный заподозрил семью Басмановых в измене, приказал своему бойфренду убить отца, тот, относившийся к партнеру с собачьей преданностью, это сделал, а в конец ёбнувшийся к тому моменту царь пришёл к выводу, что Фёдор, в таком случае, способен предать и его. Если не сейчас, то в будущем. И страх перед чужой мощью оказался сильнее любви. Басманова то ли казнили, то ли сослали гнить в темнице. Но с того момента волколаков начали притеснять как вид. Отчасти свою роль сыграло ещё и то, что все привыкли волколаков воспринимать как довольно добрых ребят, которые всегда знают, что делать, и выступают защитниками. А на примере Басманова все впервые задумались о том, что волколаки могут быть очень жестоки, а невероятная сила делает их при этом чрезвычайно опасными. Арсений со стоном откладывает книгу в сторону. Пытаясь найти полезную информацию о волколаках, он ожидал, блядь, не этого. Самое обидное, что эта полезная информация где-то в книге точно есть. Но пока он по сути узнал только о том, что Вещий Олег был геем. Иван Грозный был если не геем, то кем-то типа басманосексуала (потому что его интересовал один конкретный волколак). И Антон, если всё же верить словам графа, тоже гей. Который когда-то встретит человека или любое другое магическое существо и полюбит его раз и навсегда. Эта мысль заставляет Арсения досадливо поморщиться. Антон кажется совершенно замечательным парнем, будет очень плохо, если он вдруг полюбит кого-нибудь ужасного, того, кто склонит его к жестокости и будет использовать его преданность и силы ради зла. Хуже всего, что Антон, должно быть, и сам это понимает. И это накладывает на него ещё больше ответственности, хотя её и так слишком много для подростка. Мало того, что он не может нормально дружить с оборотнями и не должен рассказывать о себе людям, так ещё и влюбиться в кого попало тоже нельзя. У Арсения была парочка романов с девчонками из параллели и одна безответная влюблённость в парня из факультета чернобожичей (он так и не определился, что его испугало больше: то, что это был парень, или то, на каком факультете тот учился). Во всех этих случаях он сначала думал, что это любовь, пылко поддаваясь бушующим гормонам, но быстро остывал. Во многом ещё и потому, что у Арсения паршивый вкус, и все объекты его романтического интереса были как люди так себе. Но он думает, что это нормальная часть взросления — совершать ошибки и влюбляться не в тех людей. У Антона даже этого права нет. И это весьма печально.

***

Читает Арсений до глубокой ночи, пользуясь отмазкой в виде подготовки к учёбе. Такое рвение приходится по душе отцу, если верить словам Виктории. А утром к Арсению прилетает гамаюн. От Антона. Птица передаёт ему какой-то свёрток и смотрит на Арсения выжидающе, не планируя улетать. На её человеческом лице появляется недовольство, когда в поле зрения появляется Мария — одна из горничных. — Мне велено передать вам послание, когда никого постороннего не будет рядом, — сообщает гамаюн доверительным шёпотом. Такое ощущение, что без тайн Антон обходиться не способен. Арсений отсылает птицу в авиарий, пообещав, что придёт туда через пару минут. Он надевает зимнюю мантию и кутается в шарф. Зима — ужасное время года, которое теплолюбивый Арсений переносит с трудом. Так что он старается не выходить на холод без особой необходимости, но сейчас повод веский. Он пересекает двор поместья быстрыми шагами, стараясь не попасться на глаза никому из домочадцев. Вообще-то нет никакой проблемы, если его увидят на пути в авиарий, но он заражается атмосферой секретности, устроенной Антоном. — Я тебя слушаю, — нетерпеливо говорит Арсений, глядя на прикорнувшую на жёрдочке птицу. Других гамаюнов сейчас на месте нет, потому что у Виктории в университете появилось огромное количество друзей. И это большая удача, птицы обычно любят посплетничать, если не получали указаний молчать о чём-либо. — Арс, привет, — начинает гамаюн голосом Антона. — Мы общаться обычным магическим способом не можем, потому что отец сразу всё спалит и прибьёт меня за то, что я кому-то рассказал о себе. Но я подумал, что мы могли бы через интернет болтать, как не-маги. Выслал тебе смартфон, он простенький, конечно, но мессенджер потянет. У вас вышка есть, я проверил, так что с интернетом всё должно быть нормально. И телефон будет работать, я зачаровал как надо. Это, конечно, не навсегда, но до конца каникул эффекта точно хватит. Я там в посылке инструкцию подробную написал о том, как включить телефон, как в чат зайти и так далее. Если ты заморачиваться не захочешь, то всё нормально, я понимаю. Но ты вроде как спрашивал про адрес, чтобы быть на связи, так что я подумал... Что ты, может, захочешь попробовать. В любом случае, рад был услышаться. А, и покорми Всемила, пожалуйста, он издалека летел. Несколько секунд Арсений тупо смотрит на зажатый в руках свёрток. Он не до конца понял, о каком способе связи говорит Антон, но... Почему-то чувствует радость от самого факта такого подарка. Он подумал, что общаться вне школы Антон не хочет, и успел изрядно себя накрутить. А всё оказалось куда проще и прозаичнее. Насколько Арсений понял, отец у Антона — не самый приятный человек. И Антон его действительно побаивается, хотя во много раз сильнее родителя. — Так и что насчёт еды? — требовательно зовёт Арсения гамаюн, сделав недовольное выражение лица. С именем Всемил семья Антона, конечно, погорячилась: у птицы, кажется, отвратительный характер, и милой её Арсений вовсе не находит. Он достаёт из одного из ящиков специальный корм для гамаюнов и щедро насыпает полную миску, не будучи уверенным в том, сколько еды птице нужно. Своих гамаюнов Арсений самостоятельно никогда не кормил, потому что этой работой тоже занимаются слуги. Он собирается подождать, пока птица поест, чтобы наговорить Антону ответ, но Всемил смотрит на него с раздражением. — Ну чего ты тут топчешься, мальчишка?! Кусок в горло не лезет! От тебя послание принимать не велено. Вот как. Что ж, это логично. Антон же ясно дал понять, что привычным способом с ним общаться нельзя. Арсений чувствует себя дураком. Ему немного досадно, что он ничего не может сказать в ответ, потому что он не уверен, что сможет разобраться в хитром устройстве немагического телефона. А что, если у него не получится? Расстроится ли Антон, если не получит от Арсения никакого сообщения? Будет ли он ждать этого сообщения? Предъявит ли что-то по возвращении в школу? Арсений не может понять, по какой причине его вообще всё это тревожит. Но одна мысль о телефоне заставляет его волноваться настолько сильно, будто ему предстоит сдать очень сложный экзамен. Арсений отчаянно не хочет облажаться. Он почти бежит, возвращаясь в усадьбу, и на всякий случай несётся в библиотеку. В комнату может прийти кто-то из родителей. И если отец заметит, что дверь заперта, то будет крайне недоволен. А если поймает сына с немагической штуковиной в руках, то и вовсе выйдет из себя. В библиотеке же его может потревожить разве что Виктория, которая чуть больше уважает чужое личное пространство и не станет поднимать скандал из-за запирающих чар. Из инструкции Антона следует, что нужно зажать третью кнопку слева и удерживать до тех пор, пока на чёрном экране не появится цветная надпись. Потом подождать, пока вместо надписи не возникнет изображение неба, после чего следует нажать на крошечную отметку в виде самолета, затем ткнуть пальцем в том месте, где виден маленький кружок с фотографией Антона, выбрать белое окошко с надписью «сообщение» и написать то, что хочется, нажимая на появившиеся на экране буквы. После нужно нажать на самолетик, который появится сбоку. И сообщение должно возникнуть на экране, одновременно появившись и у Антона. Это звучит не так уж и сложно. Арсений думает о том, что можно написать Антону. Рассказать хочется сразу о многом, но он не уверен, что принцип работы этого удивительного немагического устройства позволяет посылать большие письма. Нужно выбрать что-то лаконичное, не слишком личное и легкомысленное. За несколько дней Арсений, неожиданно даже для себя, успел соскучиться по Антону. Но это определённо та вещь, о которой сам Антон не должен узнать. Вдруг он поднимет Арсения на смех за излишнюю сентиментальность. «Кто-нибудь говорил уже, что у тебя раздражающий гамаюн? Имя Всемил этому чудовищу совершенно не подходит», — пишет Арсений, решив, что самым оптимальным вариантом будет написать что-то будничное. Он не знает, сколько придётся ждать ответа от Антона, но на всякий случай не выпускает телефон из рук, гипнотизируя взглядом собственное сообщение. Всё-таки этот способ связи по-настоящему удивителен. Поразительно, на какие невероятные вещи способно сподвигнуть людей отсутствие магии. «И тебе привет Арс», — приходит ответ от Антона меньше чем через минуту. — «Ты слишком строг к Всемилу, он сварливый, но очень умный и ответственный. А ещё он меня обожает, благодаря чему удаётся держать от отца в секрете многие вещи. Как проходят твои каникулы?» Каникулы Арсения проходят за изучением сведений о волколаках, но это точно не та информация, которую он собирается сообщать Антону. Поэтому он очень абстрактно рассказывает о приходе ряженых, семейном ужине и других безопасных мелочах. Антон в ответ пишет о том, что всю Коляду бегал с волчатами по лесу. Причём полнолуние в этом году на Коляду не пришлось, так что волком был только Антон. Арсению сложно вообразить, как может порадовать беготня по лесу, но, наверное, животная природа работает немного иначе. Он всё ещё не привык к этому факту, даже при условии того, что в последнее время все его мысли крутятся лишь вокруг волков. Диалог бодро скачет с темы на тему, и Арсений всё больше восхищается таким изобретением, как телефон. Из-за быстрой скорости ответов у него возникает полное ощущение, что он говорит с Антоном так, словно они находятся в одной комнате. Хотя в действительности между ними несколько сотен километров. И почему-то от этой фантомной близости сладко щемит в груди. Что это за чувство, Арсений понять не может, но не уверен, стоит ли это вообще как-то анализировать. Но одно Арсений знает точно: оставшиеся дни каникул теперь пройдут куда интереснее.