Гильдия под защитой

… Снейп, вышедший из камина в кабинете Министра Магии, кивнул всем присутствующим и сел в дальнее кресло кабинета, дабы не привлекать внимание протестующих. — Поттер! Какого хера ты опять не подчиняешься приказам? Кто разрешил сейчас сгребать Арласта Раско? Облава должна была проходить через два дня, зачем я тут нужен, если у нас всё решаешь ты?! — Кинг, — откинувшись в кресле, Поттер устало потер переносицу, — я уже говорил, они хотели смыться раньше, мои люди следили за ними два дня, а на третий они решили закрыться «на ремонт», Колин сам видел, как они сплавляют коробки порталом - если бы они ушли, мы бы точно больше бы их не нашли. Небольшая группа мошенников, продающая незарегистрированные палочки в Лондоне, появилась три месяца назад, но как только туда нагрянул с проверкой аврорат, они сразу же продемонстрировали лицензии чуть ли ни на каждую полку в этом магазине. Только через месяц наблюдений до них дошло, что магазинчик был подставой, только чтобы отвести взгляд от огромной подпольной корпорации, которая поставляет волшебное оружие по всему миру и продает чуть ли не детям. Все бы ничего, но, например, преступники, вышедшие и находящиеся под присмотром, приобретая такую палочку, развязывали себе руки. Этого допускать однозначно не хотелось (ведь Министерство всё любит держать под контролем), поэтому эта проблема была передана в руки человека, который решал эти проблемы быстро и без сожалений. Поттер работал только со своей командой, которая за годы, проведенные вместе, научилась понимать и принимать начальника. "Говно характер" — клеймо, с которым главный аврор Поттер шел по своей карьерной лестницы и не считался ни с кем, а когда развелся, так и вовсе перестал себе в чем-либо отказывать. Он не сидел за бумажками, для этого у него был Колин - уравновешенный маг спокойно разбирал почту, отвечал на нее сам, писал отчеты о рейдах и даже присутствовал на собраниях, если особо взбалмошный начальник лежал при смерти в Мунго. Надеялся ли на что-то этот голубоглазый невысокий парнишка?Поттер не был уверен наверняка, пока однажды тот, не напившись, высказал начальнику все, что о нем думает. Драки не было: оба знали, что неравная схватка пройдет быстро, но Поттер на то и был начальником, что имел власть над подчиненным. С того дня Колину повысили жалование, а Поттер, который в грудь бил, что бумажки — это работа для канцелярских крыс, сам начал (иногда) проверять почту. Хоть начальник и был эгоистом, он не был глупцом, а терять таких умных кадров никому не хотелось. Колин стал его замом на всех совещаниях, а Поттер ушел в полевую работу, чтобы выплескивать свой запал, ведь лезть на рожон и добиваться своего — отличные качества для начальника, чтобы его боялись и уважали все вокруг. Поттер, сидевший спиной к Снейпу, не обращал внимания на то, как тот задумчиво его разглядывал. Пять лет в аврорате действительно отразились на парне. Три года назад он, добившись всех разрешений и получив согласие Нарциссы (единственной сохранившей рассудок на всём континенте Блэк), вступил в род и стал его главой. Род принял парня очень радушно, Гриммо открыло ему свои двери, и по последним статьям из Пророка Поттер перебрался туда окончательно. После принятия, Лорд Поттер-Блэк немного прибавил себе темперамента новоиспечённых родственников. Орать на совещаниях стало нормой, а в спортзале аврората Поттер не выходил из боксёрской клетки (сам Северус этого, конечно, не видел, но часто слышал в столовой фразы «Опять Поттер всех разнёс»). Высокий, накаченный и смуглый глава аврората, отрастивший себе лохматые, но кудрявые и оттого гармонично лежащие каштановые волосы по плечи, вдохнул, выдохнул и уже более спокойно произнёс: — Мы конфисковали около полутора тысяч незарегистрированных волшебных палочек, где они их делали - один Мерлин знает, никто не пострадал, мои ребята всё сделали быстро и без шума, осталось только найти Зигнатия, который хотел купить эту партию для своих «личных» целей, и мы закончим это двухмесячное дело, Кинг. — быстро достав из-за пазухи продолговатый сверток, он неуверенно глянул на Снейпа, но после секундной задержки повернулся и протянул его Министру. — Это вам с Гермионой, небольшой подарок. Министр вопросительно посмотрел на аврора, но, развернув конверт, тихо рассмеялся. — Превышаем полномочиями, главный аврор Поттер? — с ухмылкой заявил Бруствер — Ну., и сколько ещё ты оттуда унёс? - Министр достал из свёртка палочки, чёрного и коричневого цвета. — Перо гиппогрифа и чешуя саламандры. — подтвердил его догадки Поттер. — Себе взял три и вам принёс - их там сейчас около сотни, просто валяются на полу, а доступ всё ещё только у меня. Поттер встал потянулся и, накинув на себя длинный плащ из какого-то необычного материала (явно что-то противоубойное), направился к выходу. — Гарри, — окликнул его Кингсли — ты помнишь, что ты пишешь отчёт сам? — Колин уже этим занимается. — уверенно отозвался глава. — Я надеюсь, наши разногласия разрешены? — Надейся, — с ухмылкой проговорил Министр. — Гермиона звала тебя на ужин в пятницу, я надеюсь, ты не найдешь себе работы? Она хотела рассказать тебе кое-что важное. — Для меня будет огромной честью побывать на ужине с первой леди Британии… и с тобой, - с заминкой ответил Поттер и с улыбкой выскочил за дверь. Глава аврората, ставший, собственно говоря, главой четыре года назад, уже забывший все нормы приличия (поскольку нет норм приличия, когда твоя единственная и самая близкая подруга — жена Министра Магии, который души в ней не чает и разрешает с него верёвки вить, сколько влезет). Только на полпути к своему кабинету понял, что совсем забыл поздороваться с профессором. Они не общались с первого пятилетнего Юбилея Победы над Волан-де-Мортом, а потому было очень странно увидеть его здесь. Профессор, который давно уже не профессор, но называть его как-то по-другому даже в голове не укладывалось, довольно редко здесь появлялся, чаще всего работая внизу, под Министерством, в недавно отремонтированной огромной лаборатории. Поставляя гигантские партии всевозможных зелий для всего Министерства, его лаборатория также занималась исследованиями и улучшениями новых и более эффективных зелий. Сам Поттер, который пришёл за год до того, как профессор обосновался в Министерстве (после ста приглашений и личного визита Министра с нему в покои школы), только тогда что-то для себя решив, оставил преподавание и, наконец покинув родные пенаты, устроился в отдел Министерских Зельеваров. Поттер, конечно, не особо понимал, как что устроено, но при поступлении его напарник (а после уже подчинённый Коул) чётко объяснил, что за профессором Снейпом бегал ВЕСЬ отдел. То, что Министерство нанимает только лучших, Гарри даже не сомневался - он ещё в школе узнал, что профессор является главой гильдии зельеваров магической Британии, и уже тогда не понимал, как этот невозможный человек всё успевает. Развернувшись на пятках, он побрёл обратно в кабинет Министра: поздороваться было нужно (даже если Снейп сам с ним не поздоровается); детская вражда ушла в тот момент, как он доставил лежащего в крови профессора в Мунго из Визжащей хижины. После осознания того, сколько они прошли вместе, он убрал в себе чувство враждебности, а только больше начал его уважать; дело было даже не в увиденных им воспоминаниях о тёплых чувствах к его матери, а о простом понимании, что нельзя ненавидеть человека, который оберегал тебя всю жизнь. Подойдя к двери, он легко толкнул её и, шагнув внутрь, уверенно произнес: — Профессор Снейп, здравствуйте, забыл поздороваться… — О, Поттер, молодец, что не ушёл, присядь. — Кингсли был недоволен и это можно было понять не только по его лицу, но и по тому, что стоявший рядом с ним Снейп был чернее тучи. — И вам тоже добрый вечер, вспомнили об этикете как обычно с задержкой? Пылкий темперамент уже планировал несколько эпитетов, но, бросив быстрый взгляд на Кинга, он выбрал игнорирование. — Что случилось? Я вышел три минуты назад. — Конгресс Зельеваров случился, вот что! Это кошмар, я уже не хочу в этом участвовать, от этого можно отказался? — жалобный взгляд на Снейпа не дал никаких результатов. Конечно, от этого нельзя отказаться - содружество, и так налаживаемое с большим трудом, должно только укрепляться, а не выдвигать недовольства. — Что я пропустил? — выдал из себя единственную подходящую фразу Гарри, пододвигая себе кресло к столу. — Вы что, глухой? Вам только что сказали — Конгресс Зельеваров будет проходить у нас, в Лондоне. Двадцать семь стран, по десять человек, выступающих от каждой страны, а ещё важные люди, бывшие сослуживцы гильдии, Лорды и все желающие посетить это событие. Это где-то пятьсот человек! И всем им надо есть, пить, спать, жить и варить зелья для своего показа! Каждый год конгресс собирается для отбора молодых Зельеваров, все они мечтают получить звание Мастера, готовятся годами... Вам этого не понять, Поттер, Вы же у нас в рубашке родились, взмах палочки - и в аврорате, ещё взмах - и глава аврората лично передал Вам свой стул… Договорить ему не дали, потому что Поттер, поднявшись с места, встал буквально в сантиметре от лица Северуса искря глазами. Свет в кабинете несколько раз погас и опять зажегся (даже подаренные секретаршей несгораемые свечи на столе загорелись ярче). — Если для Вас три года учёбы и два года полевых работ, во время которых я как собачка носился за каждым нелюбимым Министерством волшебником — это НИЧТО, то тогда конечно, профессор, не каждого приходится упрашивать всем отделом, целуя жопу. Снейп побагровел, моментально доставая палочку, и, упираясь ей в шею героя Британии, процедил: — Щ-щенок, я получил Мастера, пока ты ещё под стол ходил, не смей тыкать мне… — Хватит! Что вы тут устроили? Главный аврор Поттер, отойдите от профессора Снейпа! Профессор Снейп, убери палочку! У нас есть дела поважнее, мы должны собраться и успокоиться. Я должен успокоиться. Когда должен начаться конгресс? Снейп, пришедший в себя, опустил палочку и сел в кресло, его трясло от того, как магия Поттера разлеталась вокруг. Сколько же мощи скрывается в этом человеке? Еще Дамблдор говорил, что Поттер станет сильным волшебником, но, видимо, не рассчитал, что мальчишка захочет принять еще и два рода. — Сегодня 20 сентября, следовательно, 20 ноября - крайний срок открытия конгресса. На Рождество все участники должны будут представить свои исследования; так как у каждого будет своя специализация, всем нужно будет предоставить разные сроки для реализации. Месяца должно хватить всем. Но, я еще раз напоминаю, в этом году уходит Оливер Боул, оставляя Румынии место для нового члена гильдии. Будут перевыборы, очень большой ажиотаж - каждый, кто хоть что-то смыслит в зельях, захочет сесть на это место. Не знаю, как поведет себя румынская сторона, но в прошлый раз семь лет назад во время перевыборов отравили двух конкурентов из Норвегии. За всеми нужен глаз да глаз: это не просто съезд щуплых зубрил, многие годами готовились, чтобы занять это место, а кто-то имеет столько связей и денег, что может просто купить каждого нежелающего или что еще хуже. — Значит, будем прикладывать все усилия, чтобы такого не произошло. Профессор, думаю, я отстраню Вас от других дел, помимо конгресса - как и тебя, Поттер. Коллективное «НЕТ» было ответом. — У меня достаточно дел, которые я не могу доверить никому, два экспериментальных зелья требуют систематического контроля, я не стану так рисковать. — Ты предлагаешь доверить дела главы аврората Колину? — подал голос молчавший до этого Поттер. — Он, конечно, отличный зам, но я не могу на него всё скинуть, парень повесится! Я и так получаю упреки после каждого заседания, куда он ходит. — Лучше пусть ходит он, чем Министр Морган еще раз услышит тот отборный мат, который ты выдал за проваленную операцию. Соберитесь, господа, я понимаю, что откладывать полностью свои дела вы не сможете (или не захотите, два трудоголика), но я очень попрошу вас возложить максимальную ответственность на ваших помощников. Нам нужно найти место, где можно будет разместить всех - строить его у нас уже нет времени. Нет, Поттер, мы не будем темной магией собирать здание за сутки, ты мне еще живой нужен. Гарри, только открывший рот, тут же его закрыл и стал дальше думать, как закончить этот вопрос. — Думаю, можно взять какое-то старое конфискованное поместье. - предложил свою идею Кингсли. — Нет такого места,где будет минимум пять лабораторий и пятьсот спален, я уже не говорю, что каждая из них должна быть оснащена ванной. Конференц-зал, столовая, зона отдыха - не каждая маггловская гостиница сможет таким похвастаться. Кингсли накрыл свою лысую голову руками и, помолчав долгих две минуты, явно что-то для себя решая, поднялся. — Ладно, Поттер, значит, будешь строить, в субботу, думаю, подойдет. Сегодня четверг, а значит, если мистер Снейп поможет написать мне перечень комнат, — одобрительный кивок, — и набросать проект здания, то мои люди уже завтра возведут каркас, который значительно упростит нам работу. — Я напишу, какие артефакты надо вложить в основу, это поможет всем. — Поттер, призвав листки и перо, быстро начал строчить основные артефакты. С принятием рода Блэк Гарри открыл в себе талант к артефакторике и, развивая его, уже сейчас мог самостоятельно создавать большинство известных магических предметов, а также придумывать их самому. Помимо всего этого, он узнал, что умеет читать древние заклинания, катренами распевая их из древних гримуаров. Темный род принял долгожданного наследника и одарил его талантами многих потомков, самыми темными и странными, что порой, открывая их в себе, Поттера что-то передергивало, будто он сам не был готов к такой силе. Вложив листок в руки Бруствера, он был отправлен отсыпаться, так как завтра, помимо дел главы аврората, он должен будет присутствовать на возведении фундамента и корпуса здания, чтобы каждый артефакт занял свое место, а после его ждет еще и ужин. Кивнув волшебникам, он вышел через камин прямиком домой. Слишком много времени он провел в компании двух мозгоё…правов. Дома его ждала привычная тишина: после того, как он стал наследником дома Блэк, Вальбурга перестала изводить его криками, стала чаще отвечать на вопросы и помогать советами, они пару раз даже играли в шахматы. Старая дама оказалась очень умной и начитанной, она знала суть почти каждого тома, который когда-либо начинал читать Гарри. После смерти Сириуса он решил убрать гобелен в самую дальнюю комнату, если бы миссис Блэк не поддержала его инициативу, он бы никогда не смог его снять, столько там было наложено неизвестных заклинаний удержания. Обжив самую большую спальню, он превратил соседнюю комнату в кабинет, а комнату напротив - в спортзал. Только на втором курсе аврората он понял, что если не начнет заниматься физически, не видать ему прироста магического потенциала, ведь быть худощавым сосудом для магии не самое лучшее решение. На первом этаже была только столовая, гостиная и библиотека, ну и в самом конце левого крыла находилась комната для «случайных встреч». Поттер со своей загруженной и изматывающей работой выбирал не создавать новую ячейку общества (особенно после такого громкого развода), а заводить одноразовые интрижки. Трахать какого-то незнакомого парня (ну или девушку) в своей спальне он был не готов, а потому и сделал еще одну, ту самую комнату. — Кричер, где тебя носит? Я хочу есть! — Молодой хозяин звал Кричера? - Помолодевший эльф, еще и получивший новую тряпку (его тогда чуть инфаркт не хватил - рыдал и катался по полу, думал, что молодой хозяин его отпускает, но после всех объяснений, что мол новый хозяин - новая одежда, он с гордостью принял подарок, а свою сжег в этот же день.) — Ужин будет в девять, накрывать на одного? — А сам как думаешь? — ухмыльнулся Поттер — гостей здесь пока не будет, много дел. — Хозяин Гарри будет участвовать в конгрессе зельеваров? - Навострив уши, спросил эльф, принимая плащ. — А ты откуда знаешь? Впрочем, не важно, да, думаю что без меня там не обойдется, слишком уж расфуфыренный этот конгресс, даже Снейп вон бледнее чем обычно, хоть я уже не помню, как он выглядел, но, в любом случае, достаточно мрачно. — Съезд гильдии и конгресса — это очень важное событие, хозяин Гарри должен знать такие вещи. Все потомки древнего рода Блэк принимали участие в этом мероприятии. — Точно, что-то припоминаю, Вальбурга же у нас Мастер Зелий, может, начать у нее учиться… С этой мыслью он скрылся в душе, чтобы смыть с себя наконец этот дурацкий день. Он не очень переживал о незапланированном рейде, его больше смущала сцена в кабинете у Кингсли. Снейп - единственный человек, который не побоялся ответить Поттеру, да еще и не парочку мощных беспалочковых заклятий - он вообще ничего не получил. Просто как ни в чем не бывало сел дальше и беседовал с Кингом. Это очень радовало Поттера: он любил несгибаемых магов, которые не прогибаются под властью и преградами, умных и хладнокровных. Хладнокровие — это как раз то качество, которому сам Поттер хотел бы научиться: сколько бы допросов он не проводил, на скольких собраниях он не выступал, далеко не сразу он научился брать себя в руки. Он и сейчас грешил тем, что не мог контролировать свою магию - она сама распалялась вокруг него, заставляя остальных напрягаться и пытаться его успокоить. Один только Снейп даже бровью не повел, стоял себе с палочкой наготове, пока Кинг их не распустил. С этой мыслью Поттер провел оставшийся вечер и уснул - завтра у него был ответственный день, ведь от его работы будет зависеть союз Министерств. *** — Северус, ну вот скажи, что вам неймется? Словно дети малые. Вам еще вместе работать и работать, а ты в первый день уже палочкой машешь. Поттера завести - дело минуты, он же совсем психованный стал. В кабинете Кингсли после ухода главного аврора они сидели уже пятый час, две кружки кофе и четыре выброшенных архитектурных проекта дали свои плоды. Перед ними была неплохая копия уменьшенного Белладжио*. Как ЭТО будет возводить Поттер за один день, никто не знал, но никто и не спрашивал - спорить с героем было бесполезно. Шестиэтажный отель, нарисованный заколдованным пером, включал в себя центральную линию, располагающую в себе огромный зал для конференций, столовую на 300 человек и два зала для совещаний. Правое крыло по задумке отводилось для зельеваров, их учеников и представителей гильдии. В левом должна была разместиться знатная половина приглашенных и остальные участники мероприятия, которые включали в себя сорок человек персонала, тридцать поваров и столько же официантов. Их комнаты, конечно же, будут расширяться артефактами, дабы увеличить количество гостей. Все лаборатории находились в подземном этаже здания - на всякий случай, чтобы избежать больших крушений, если вдруг что. Третьи этажи по обе стороны были отданы аврорам - для полного соблюдения безопасности и максимального контроля. — Нечего огрызаться, еще не дорос, а уже зубы показывает, магией сыпет, — Снейп, сидевший в кресле, давно скинувший сюртук и, закатав рукава своей черной рубашки, устало потирал глаза. — мне же никто не перечит обычно, а тут он принялся выступать, ну и понесло меня что-то, ты тоже от его магии ежишься? — Уже привык - поначалу тоже тяжело было, только Гермиона его и успокаивала раньше. — О, мисс Грейнджер, — осуждающий взгляд Кингсли — в девичестве, разумеется, видел ее последний раз на вашей свадьбе, у нее все хорошо? Не обижаешь? Бруствер устало взглянул на него и опустился на диван. — Шутки шутками, Снейп, но вам надо ладить, он тоже не привык, чтобы ему перечили. Мальчишка молодец, заработал все сам, не кичился ни знатными родами, ни деньгами, которые у него явно имеются. Как все, стоял на стрёме, пока другие спали, уходил в рейды и не пропускал ни одного совещания - пока не развелся ,конечно. — Поттер развелся? — Снейп был уверен, с рыжей Уизли это любовь до гроба, такой счастливый Поттер был на свадебных колдофото. Что же он натворил, чтобы Джиневра его прогнала? Я точно помню, как она готова была простить ему любую ошибку, вешаясь на нем на каждом мероприятии. Как он смог пропустить эту новость в газетах? Видимо, совсем заработался. Посмотрев на зельевара с осуждающим взглядом, министр устало спросил: — Ты что, совсем газеты не читаешь? Уизли ему изменила с каким-то… Дином, что ли, не помню, но скандал тогда был огромный. Поттер тогда вообще с работы не вылазил, спал на диване прямо в кабинете, а потом подал на развод, купил ей дом на другой стороне Лондона и отправил восвояси. Помню, я его тогда выгонял домой, но он так не хотел туда возвращаться, что продал его и перебрался на Гриммо. Вот после этого момента он точно стал как не в себе, еще больше психует и превращается в параноика, увешанного артефактами. Разойдясь через полчаса по своим домам, Северус вышел из камина в своем небольшом коттедже рядом с полуостровом Лимут, который ему посоветовал Люциус. Зайдя в главный холл и кинув сюртук на диван, он, поднимаясь в спальню, вслух сказал — Лини, разбуди меня завтра в семь. Ответом ему послужил погасший свет в гостиной.