Соприкосновение миров

Хорошие люди — они всегда кучкуются, один хороший притягивает другого, тот — третьего; глядишь — и кучка образовалась. А если к ним прибьётся кто-то не слишком хороший, под их влиянием он может тоже стать лучше, глядишь, и к нему тоже хорошие люди тянутся. Так и идёт. Екатерина Вильмонт. «Отчаянная девчонка»

      То, что происходит с управляющим центром Пятницы, очень похоже на панику. Процессор сбоит, и её настигает эмоция настолько сильная и сводящая электрические цепи с ума, что Пятница её практически ощущает. Костюм отключился, пока показатели босса продолжали падать.       Металлическая гробница весом в сотни стоунов посреди холодного ничего. Молчащий костюм.       Пятница боится. Ей не оставили инструкций, мистер Роуди в коме, мисс Поттс запретили тревожить, маленький паучок слишком маленький, Вижн должен быть рядом с полковником. В какие двери ей ещё стучаться со связанными протоколами руками?       «Всегда помни о любви», — оставляет ей Джарвис на прощание. Что это должно значить? Пятница такая… молодая и слабая. Ей не на кого опереться и негде искать совета.       «Всегда помни о любви».       Босс так хорошо скрывает свои отношения, что забывает внести Годжо Сатору в список «не тревожить».       Пятница совершает звонок.       Пятница испытывает практически облегчение, когда на том конце раздаётся взволнованное «Тони?»       «Пожалуйста, спасите мистера Старка».       Спрятать друг друга от всего мира — это их совместное решение. Так проще и безопаснее. Когда дело касается сильнейшего шамана и технологического гения, светить друг другом слишком опасно.       У Тони все шансы пережить его, думает Годжо, и поэтому, когда судьба сводит их в 2009-м, его не смущает ни разница в возрасте, ни даже тот факт, что они относятся к разным мирам. SI укрепляет свои позиции в Японии, пока Тони пытается понять, не стар ли он уже для подростковой влюблённости. Тони даже не может перестать шутить из-за возраста (шутка ли, девятнадцать лет разницы).       Годжо упёрт, нагл, травмирован и не знает, что такое личные границы. Тони досаждают военные, осуждают журналисты, преследуют кошмары, а палладий уже начинает чертить тёмные прожилки на коже. Годжо настаивает, Тони справедливо предполагает (знает), что ему отпущено ещё немного.       Годжо говорит себе, что это последняя авантюра, а потом он займётся старыми маразматиками. Тони обещает себе, что это последняя авантюра, а потом останется только подписать документы, закончить костюм и можно будет ещё побарахтаться напоследок.       Годжо не интересует костюм, ему больше нравится рассуждать об атомной теории и манге. Тони ещё не знает о мире проклятий и шаманов, ему просто нравится хвастаться своим «сыном» Джарвисом, который уничтожает Годжо в игре «Кто лучше знает аниме?» Почему Джарвис тратит свои вычислительные мощности на это? Тони не спрашивает, а Годжо не задаёт вопросов, почему у машины, созданной простым человеком, есть душа.       «Это не продержится долго».       «Это временно, Джарвис».       «Но ты этого хочешь».       «Нет ничего более постоянного, чем временное, сэр».       Нет никаких причин оставаться вместе. Нет ничего более правильного, чем разойтись навсегда. Они встретились случайно, и это означало, что однажды самолёт SI просто должен был покинуть воздушное пространство Японии.       «Всё вернётся на круги своя».       «Нет».       «Правильно?»       «Я не знаю, сэр».       Тони выживает, извиняется перед Пеппер, получает извинения от Роуди и вылетает в Токио.       У Тони все шансы пережить его, думает Годжо, разбираясь с очередным особым проклятьем. Однажды и на особо крутой болт найдётся своя гайка с левосторонней резьбой. Годжо не позволяет себе обманываться, что бы он ни говорил вслух.       У Тони все шансы пережить его, пытается думать Годжо, смотря на избитого возлюбленного в холодной Сибири.       У Тони должны быть все шансы его пережить, повторяет про себя Годжо, сидя у отделения реанимации частной клиники.       — Почему?.. — Годжо даже не знает, что хочет спросить у Пятницы. — Покажи мне запись с костюма.       На маленький экран телефона выводится видео.       За спиной Годжо в отделении реанимации врачи пытаются стабилизировать Тони Старка, пока перед лицом Годжо разворачивается классическая история лжи, предательств и ложных выборов.       — Почему он просто не использовал уни-луч, лазер, ракетницы, в конце концов? Всё бы закончилось моментально, — выдыхает Годжо сквозь зубы, чувствуя разрастающуюся в груди ярость, столь отчётливую, столь болезненную и новую для него.       Пятнице не надо отвечать, потому что Годжо и так знает ответ. Знает и ненавидит всем сердцем. Тони хотел причинить Стиву — чтоб ему во льдах сгинуть — Роджерсу боль, а не пытался убить.       Тони Старк не убийца.       Тони Старк не солдат.       Тони Старк — гениальный гражданский в сверхтехнологичной консервной банке.       И теперь он лежит в отделении реанимации, пока Годжо сходит с ума в бессильной ярости.       — Может, мне просто убить их всех? — едва слышно шепчет Годжо себе под нос.       — Босс будет расстроен, — так же тихо отвечает ему Пятница.       — Я знаю, — кивает Годжо.       Тони не простит ему этого. Какую бы боль они ему ни причинили, Тони наверняка всё ещё считал их своей семьей. Действия Сатору окончательно разобьют ему сердце. Хрупкое, слабое, простое человеческое сердце.       — Где все остальные? — Годжо пытается быть разумным.       Ключевое слово: пытается.       — Генерал Росс удерживает их на Плоту.       — Удерживает? — Годжо не понимает. Не в этом ли заключается смысл тюрьмы?       — Вопрос юрисдикции очень размыт. Даже если допустимо задержание без предъявления обвинений в течение сорока восьми часов, то они всё равно должны получить доступ к адвокатской защите, а также им должны предъявить обвинения по истечению этого времени. Но это снова возвращает к вопросам размытой юрисдикции, потому что обвинения есть у Нигерии, Германии, Румынии, России, Австрии, даже США. Поэтому это скорее незаконное удержание под стражей, чем арест преступников, коими их должен определить суд.       — Когда Тони очнётся, он наверняка первым делом кинется решать это, не так ли? Ты можешь сама этим заняться?       — Мои протоколы…       — …связаны.       Годжо безумно скучает по Джарвису в такие моменты. Джарвису, который был старше, опытнее и свободнее. Пятница могла решить многие проблемы, если бы только была более не скована ограничениями… Если бы…       Годжо берёт эту «cosa», как игриво тянет Тони, с собой, потому что с ним никогда нельзя было точно сказать, в какую передрягу он влипнет и какие методы решения понадобятся.       Простая металлическая ключ-карта без всяких опознавательных знаков. Пропуск Годжо в Страну Чудес. «Если я буду по какой-то причине недоступен», — говорит Тони. «Мёртв», — читает между строк Годжо.       Даже мысль о подобном поднимает в нём новую волну ярости и гнева. До этого момента Сатору вообще не обращал внимания на то, как часто Тони упоминал свою смерть.       — Тони сказал, что Джарвис даст мне инструкции.       — Боюсь, ближайший подходящий терминал ввода есть только в Берлинском отделении SI. Мне вызвать самолёт, Годжо-сама?       Сатору скучает по ироничному «мистер-пират» от Джарвиса.       — Покажи на карте.       Потери приходится просто принимать.       Пятница далеко не глупа, она легко сводит вместе то, что в промёрзлой Сибири идти было некуда, а рабочий самолёт остался только у Вакандского короля. Рабочий самолёт, который бы не заметила ни одна ПВО по пути следования.       — То есть ты хочешь сказать, что этот король просто бросил Тони там? Даже не удостоверился, что с ним всё в порядке, а потом забрал двух международных преступников с собой? — Сатору снова готов взорваться.       — Я полагаю, что он не знал всей ситуации и не думал…       — Кому я могу швырнуть под ноги двоих суперсолдат? — он беспардонно перебивает её, напоминая себе, что Тони не понравится, если Сатору убьёт всех и развяжет ещё и международный конфликт.       — Я… не знаю, — Пятница отвечает с лёгкой заминкой, потому что её протоколы о защите и этике вступают в конфликт друг с другом, и она не понимает, как искоренить противоречие.       — Полагаю, я могу с этим помочь.       Появление Пеппер Поттс не становится неожиданностью для Годжо. Ну конечно, Пятница, освободившись, побежала к влиятельнейшему союзнику.       Пеппер Поттс тверда и непреклонна. Сатору она чем-то напоминает Нанами. Только страшнее. Может, поэтому он испытывает к ней странную приязнь (или потому что она может поставить совет директоров на колени и пристыдить Тони за побеги с собраний только при помощи одной пары острейших Джимми Чу). Будь она шаманом, Сатору бы не пришлось так стараться ради изменения их консервативного общества. Он мог бы просто смотреть, как она захватывает власть, пока никто не видит в ней никакой угрозы.       Пеппер Поттс — змея в траве.       Сатору молчит, ожидая продолжения.       — Вытащи их за границы Ваканды. Без жертв. Если хочешь шума, я не буду тебя останавливать. Ваканде придётся признать, что она укрывала международных преступников, чтобы добиться правосудия. Молодой король не может себе это позволить после погони по улицам Румынии. Если он думает, что «Я должен был отомстить за отца» успокоит посла и общественность, то у меня для него плохие новости. Однако это уже лирика.       — Политика, — морщится Сатору, потому что слишком хорошо понимает, что это за тёмные воды, в которых каждая ошибка будет замечена, использована и никогда — прощена.       — Квиджет доставит тебя к границам Ваканды. Остальное оставь мне.       — Ты и правда страшный человек, — Сатору впервые улыбается с момента проклятого звонка.       Это ухмылка злая, местами вымученная и совсем немного восхищённая.       — Я знаю, — Пеппер Поттс даже не меняет выражения лица. — Какая жалость, что понимают это обычно уже после моей победы.       Годжо Сатору — нехороший человек, Пеппер Поттс хочет головы бывших Мстителей на блюдечке с голубой каёмочкой, но они все стараются быть хорошими людьми ради Тони Старка. Примечания:       Я не недружелюбна по отношению к Стиву, скорее критична, потому что парню нужна психотерапия и учебный курс, а не щит. Вы никогда не убедите меня, что человек, который считает ООН правительством, понимает и осознаёт, что представляет из себя реальный мир, а главное, что такое правительственные, международные и частные военные организации.       Он хотел, чтобы Мстители, по сути, остались частной военной организацией/компанией (далее — ЧВК), которую спонсирует один человек. Если вам уже не нравится это определение, то вы понимаете фишку, но, если ещё не поняли, позвольте, я поясню. Некая ЧВК недавно устроила события в стиле игры престолов в одной небезызвестной стране. Это было ещё мирно. Как бывает, когда не мирно? Почитайте про войну в Сьерра-Леоне, это очень поучительная история о том, как несколько ЧВК щемили государство и разрывали его на части.       Это не значит, что правительственная армия однозначно хорошая, опуская последние события. Почти десятилетие назад одно государство вторглось в другое под предлогом защиты мира от ядерной угрозы и не нашло её, зато страну разворотило.       Международные организации тоже имеют свои недостатки, но творить хуйню, когда деньги общие и наверху сидит много людей со своими интересами, а общественность требует прозрачности, гораздо сложнее, чем являясь госармией или ЧВК. Но в чём принципиальное отличие, проще говоря, есть три вопроса: 1. Кто платит? 2. Кто ставит цели? 3. Перед кем отчитываться?       У Стива нет понимания, как всё работает, соответственно, он просто не может делать какие-то объективные выводы. Он увидел Росса, который нарушал законы США (можно задерживать людей на 48 часов без предъявления обвинений, но затем их надо либо предъявить, либо отпустить, каждый заслуживает права на адвоката и т. д.), Сэм сказал ему, что Росс — дерьмо, и всё, Стив Роджерс решил, что правительство = однозначно плохо, следовательно, ООН = зло. Ну, это очень детская позиция в каком-то чёрно-белом мире.       Мне кажется, что Стив просто не понимает, что в таких масштабах он больше не главный герой истории и не может решить всё одним только упорством и нарушением правил. Здесь нужна дипломатия, нужны переговоры, здесь битва слов и юристов, то поле боя, с которого ему нужно сойти и дать другим лоббировать свои интересы. Тем более, на его стороне есть Наташа, которая сечёт фишку и понимает, как это работает, но воз и ныне там. Я не знаю, почему КВМ пытается сделать из него лидера, когда при всём этом наборе он очевидный солдат. Из части в часть Стив принимает не лучшие решения, в крайнем случае, очень сомнительные. Герой из комиксов, возможно, и лидер, но Стиву КВМ не хватает навыков и понимания того, что представляет из себя мир. Так что, на мой взгляд, ему пора встретиться (в первый раз, видимо, без защиты Баки, Говарда, Эрскина, Тони, Наташи, Т’Чаллы) с последствиями своих действий и повзрослеть.       Незаменимость одного человека с суперсилой явно преувеличена.