Не теряй своё лицо

      Очередная бессонная ночь не прошла для Энид бесследно. Синяки под глазами тщательно замазаны тональным кремом. Натянутая улыбка, и она готова к урокам. Все домашние задания выполнены, но в голове пусто, будто она не тратила на это практически все своё свободное время. Пары тянутся, как давно изжеванная жвачка, невкусная и не доставляющая никакого удовольствия. Записав очередную задачу, волчица, грызла кончик карандаша, пытаясь сообразить решение. Зачеркнув несколько строчек, она все же покосилась в тетрадь брюнетки.       Урок был невероятно скучен, как в принципе и большая их часть. Редко когда преподавателям удавалось заинтересовать знающую практически всю программу наперед девушку, поэтому быстро решив задания она погрузилась в свои размышления.       Слишком долго не происходило ничего странного и интересного, будто все события решили уместиться в первой неделе пребывания. Ни шифтеров-каннибалов, ни посторонних насекомых в комнате, даже Галбрейт давненько не подливала масло в огонь. Похоже она даже забыло о наказании, что совершенно не похоже на женщину.       Аддамс буквально утопала в бессмысленной рутине. Когда бы она могла подумать, что соблюдение графика написания романа будет не из приятных новостей, а наоборот, показателем застоя.       Быстро «скопировав» решение к себе в тетрадь, блондинка глянула в телефон, чтобы узнать время, оставшееся до обеда. — Мисс Синклер, — будто и ждал этого момента учитель. — Я просил не пользоваться гаджетами. Лучше напишите решение на доске.       Девушка вздохнула и взяв тетрадку ещё раз переписала решение, уже на доску. — Не верно.       Произнёс учитель, поправляя очки. — Этого не может быть.       Задумчиво пробормотала оборотень, внимательно смотря в тетрадь и сравнивая с записями на доске. — Неправильный ответ, Синклер, ищите ошибку. — Что такое, волчонок, проблемы со зрением? — меланхолично усмехнулась ведьма подходящей к ней девушке, подпирая щеку рукой. — Дай мне посмотреть.       Сразу же протянула руку блондинка, прося верное решение.       Без прекословий Аддамс убрала руку со своей тетради и задумчиво уставилась в окно. Солнца уже не было который день, это хорошо. Руки постоянно мерзнут, это неприятно. За то шея в тепле благодаря новенькому снуду, с которого в этот раз пылинки сдуваются ежеминутно. Скучающе наблюдая за опадающими хлопьями девушка позволила себе зевнуть, все равно все заняты своими решениями и никто не заметит, что сама Аддамс умеет зевать.       «Боже, откуда я вообще эти цифры взяла? Точно, я посмотрела не в то задание несколько раз.» — Спасибо, — Энид пододвинула тетрадь ближе к провидице и уставилась на неё. — Три минуты осталось, — прошептала блондинка. — Наконец. У меня начало складываться впечатление, что мы попали во временную петлю пока не скончаемся в ней, — медиум немного встрепенулась, возвращая себе деловой вид и не спеша принялась собирать учебные принадлежности.       — Надо успеть, чтобы быть первыми в столовой, — блондинка тоже последовала примеру медиума       — Не вижу причин спешить. Твоя трава никому не сдалась, ее в избытке даже поздним ужином.       Раздалась оглушительная трель звонка. Брюнетка поднялась ожидая готовности оборотня отправляться в кафетерий. — Я просто не хочу стоять в очереди, — кинула девушка, проходя мимо гота — Как скажешь, — вздохнув девушка поспешила за оборотнем.                     В столовой все было как всегда, тот же мужчина, который стал уже практически «родным», без лишних вопросов выдавая кофе брюнетке и ни слова против не говорящий ее спутнице.       Взяв себе стейк с кровью и картофельным гарниром ворон проследовала за столик.       Оборотень же потратила несколько минут, облизываясь на свежие пирожные, не в силах выбрать, какое из них она хочет больше. Ограничившись салатом, картофелем фри с любимой содовой и «буше», волчица догнала медиума, и села напротив, потирая руки. Взгляд ее упал на тарелку Аддамс, и девушка тут же прикрыла рукой рот, сдерживая рвотные позывы голодного желудка. Потерпев немного, Энид более не глядя на соседку и ее еду, уже без аппетита заковыряла вилкой салат.       Ведьма вздохнула, не отрываясь от нарезания стейка на маленькие кусочки. — Это начинает беспокоить… — она покачала головой и отправила небольшой кусочек в рот. — Энид, я все понимаю, но твоему организму необходимо мясо. В пирожных не содержится необходимое количество нутриентов, а волк-вегетарианец это даже не смешно. — Я больше не буду есть мясо, — упрямо возразила Синклер, впихивая в себя помидорчик. — Даже смотреть на него не буду. — Ты должна есть мясо, — взгляд черных глаз неодобрительно впился в блондинку. — Это не выбор, а физиологическая необходимость для твоего вида.       Энид раздраженно бросила вилку в тарелку, от чего часть еды выпала за ее край на стол. — Уилла, я же сказала, что не хочу! — она тяжело вздохнула, смотря на оглядывающихся на них учеников и продолжила шепотом. — Они. Ели. Их. — Я видела, — совершенно непроницаемо она съела еще кусок мяса не отводя взгляд. — Я не заставляю тебя есть человечину. Говядины вполне достаточно.       При фразе «есть человечину» волчица резко вскочила и прикрывая рот, убежала из столовой в сторону уборной. — Вот же maledizione… Аддамс, ты совершенно не умеешь подбирать выражения.       Ворон нахмурилась, проклиная себя же шепотом. Оборотню явно требовалась помощь специалиста, к несчастью в обозримом будущем психологов в Джерико больше не предвидится и придется как-то справляться с этим самим. Или же… «Гениальная» идея посетила темную голову.       Энид нужен врач. Врачи дают лекарства. Лекарства тот же яд, просто в допустимой дозировке. Галбрейт уже демонстрировала обширность своей коллекции, может найдется что-то подходящее. Провидица решила после обеда попытать удачу. Все же давно ее не было на пороге директорского кабинета, не порядок.       Через несколько минут, бледная волчица с мокрым от ледяной воды лицом вернулась за стол. — Я, пожалуй, заберу это в комнату, позже доем. Ты уже закончила? — Иди без меня. Я задержусь, — девушка невозмутимо продолжала есть свою ополовиненную порцию. — Для чего? — Для еды. — Хорошо, не забудь, что вечером у нас репетиция. — Эм… да… Репетиция. Я абсолютно точно не забыла про репетицию, — растерянно протараторила гот, взглядом умоляя Энид догадаться чтоб она пояснила. — Напомни, что за репетиция? — Для конкурса талантов. Сегодня утром ты сказала, что согласна на все, если я дам тебе ещё немного поспать, помнишь? — Не верь всему что я говорю в полусне. Никогда. Это демоны говорят моим ртом.       Чертовы бессознательные разговоры. Конечно медиум ничерта не помнит, она в этот момент все еще спала, а мозг делал все, чтобы продлить мгновения беззаботности. — Я уже придумала танец и набросала костюмы на ликантропии. Нужно будет зайти в ателье, — вдохновленно продолжала Синклер не слушая брюнетку. — Если это будет унизительно я перережу тебе глотку, а затем покончу с собой.       Хоть девушка и попробовала среагировать в своем привычном стиле, внутренне была рада, что ее волчонок может так легко переключиться и отвлечь себя.       Оборотень потрогала свою шею скривив лицо и чуть присев согнув ноги в коленях выставила ладони вперёд. — Нет-нет, не стоит! Я все понимаю, они будут чёрными.       Гот схватила девушку за ворот и притянула ее очень близко к своему лицу. — Я про «танец» в том числе, — и очень быстро чмокнув в щеку отстранила от себя, вернувшись к практически закончившейся еде.       Энид, распахнув глаза от такого близкого запаха мяса, быстро кивнула, поспешила взять небольшой подносик и удалиться в комнату.                     Блондинка в своём обычном амплуа, не упустила возможности поболтать в коридоре со знакомыми и поделиться новостью о том, что они с Аддамс все-таки примут участие в конкурсе, говоря об этом намеренно громко, чтобы проходившая мимо Бьянка это прекрасно слышала. — Не думай, что в этот раз вы сможете выиграть, — остановилась сирена. — На этот раз мы такой радости вам не предоставим.       Энид довольно улыбнулась и вздёрнула носик. — Это мы ещё посмотрим, приз за лучший костюм уж точно будет наш. — Сначала покажите, а потом поговорим.       Хмыкнула темнокожая и с недовольным видом продолжила свой путь.       «Ещё раз уделать Бьянку, это просто потрясающе!» Оборотень даже не сомневалась в Аддамс. Если она с ней, то шансов у остальных — ноль.       Довольно мурлыкая себе под нос какую-то песенку, блондинка проскакала в комнату и аккуратно поставила на стол поднос.       «Надо продумать все.»       Девушка принялась расхаживать по комнате, делая разные непонятные движения, что со стороны могло показаться очень странным, будто Энид сбежала из психбольницы. На самом деле в голове волчицы уже зрело грандиозное представление, осталось только собрать все воедино.       Синклер застыла посреди комнаты, представляя единый концепт танца и остановив невидящий взгляд на таракане, что затаился около ее кровати. В голову пришла гениальная идея. — Точно! Ты совершенно прав, спасибо таракашка!       Показала она на него пальцем и вдруг взвизгнув подпрыгнула. Оборотень быстро запрыгнула на кровать и, схватив тапок, хлопнула по убегающему насекомому.                     Покончив со своей порцией Аддамс направилась прямиком к директорской двери.       Это было очень странно. Не часто, или даже еще никогда, она не направлялась туда с просьбой подобного, мирного, характера. Было даже как-то некомфортно. Ей гораздо проще было идти выяснять отношения, докладывать о произошедших ужасных вещах или с покушением на убийство, чем просить что-то.       Решив не затягивать с этой крайне неприятной процедурой она постучалась. — Ни минуты покоя…       Женщина оторвалась от рюмки и быстренько поставила ее в шкаф. Затем прочистив горло немного хриплым от долгих переговоров с министерством голосом, позвала: — Да-да? — Ужасного дня, директор.       Ведьма привычно шагнула в кабинет. Ровная спина, немигающий взгляд, лицо будто из гипса и холодная сталь в голосе, все как всегда. Выбивались из образа только пальцы, что нервно теребили краешки рукавов от нетипичного содержания предстоящего диалога. — Аддамс… Вспомни черта и он появится, — усмехнулась женщина. — Надеюсь в этот раз у вас хорошие новости? Потому что я еле уладила дело о двух нарушителях.       Мисс Галбрейт поднесла пальцы к вискам. — Благодарю за комплимент, — девушке действительно нравилось когда про нее говорили в подобном ключе. — На самом деле я к вам по личному вопросу. К сожалению, ничего ужасного или же впечатляющего не произошло. Меня… волнует кое-что, и вероятно вы располагаете средствами чтобы мне помочь. — О, даже так, — подняла одну бровь блондинка. — И что вам нужно? Совет? Урок? Инструменты для пыток?       На мгновение ворон ухмыльнулась с последнего и сделала мысленную заметку, что по такому поводу тоже есть к кому обращаться. — Синклер. Ее состояние меня беспокоит. После увиденного она плохо спит, если спит вообще и отказывается употреблять мясо в любом виде. В дальнейшем это может привести к серьезным проблемам.       Хелена даже не пошевелила мускулом, оставляя прежнее, немного насмешливое, выражение лица. — А кто в этом виноват, Аддамс? Разве я не предупреждала, что вы опасны для Синклер? — Предупреждали, — чуть ли не прошипела девушка, но пыталась сдерживать свои интонацию. — Я пришла не за выслушиванием морали. У вас есть способ решить это или нет. — Сколько ещё вам нужно кровавых событий, чтобы это понять?       Продолжала давить блондинка. — Это было ее решение пойти со мной, — Аддамс нахмурилась. У женщины будто один из столпов в жизни никогда не отвечать на поставленные вопросы. Даже с ножом у горла.       Женщина подошла к ученице чуть ближе, внимательно изучая язык ее движений. — Слабость вам не к лицу, Аддамс.       Она сжала челюсть так что проступили желваки, не сводя тяжелого взгляда с голубых глаз. — У вас есть. Решение. Или нет. — Конечно есть.       Кивнула директриса и чуть нахмурила брови сосредотачиваясь. С кровью живых существ она не очень любила работать, слишком малое количество железа. Сконцентрировав внимание на сердце провидицы, женщина слегка нагрела его, заставив молекулы двигаться чуть быстрее в одном небольшом участке, создавая тем самым неприятные болевые ощущения.       Грудную клетку пронзила тупая ноющая боль. На рефлексах она схватилась рукой за одежду в районе груди и сжала ткань в кулак, падая на колени перед Галбрейт. Боль была невероятной, не идущая в сравнение с ножевыми ранениями, будто женщина решила выжечь ее черное сердце прямо сейчас. Во рту стало сухо и провидица издала хрип, перетекший в шипящие рычание.       Поправив белые брюки, Хелена села на корточки рядом с готом и подняла ее лицо к своему. — Именно это вы будете чувствовать, когда однажды сами приведёте Синклер к тому, от чего не сможете ее спасти, — монотонно прошептала она, будто гипнотизирующим голосом и прекратив свои действия, продолжила обычным тоном. — Поэтому рациональное решение, мисс Аддамс, может быть только одно — держать оборотня на расстоянии, собрать сопли и быть тем, кто ты есть на самом деле.       Отдышавшись от невероятного опыта гот сглотнула, обводя взглядом непозволительно близко находящееся лицо женщины. Было огромное желание ударить руку, но собственные все еще дрожали и она не могла пошевелиться. — Откуда вам знать кто я есть на самом деле, — она все же дернула головой в попытке вырвать свой подбородок из захвата чужих пальцев.       Мисс Галбрейт сжала ее челюсть ещё сильнее, не позволяя освободиться. — Я вижу это в твоих глазах. В твоих жестах. В твоих предпочтениях. Я вижу тебя насквозь. — Допускать вероятность, что вы ошибаетесь не в вашем стиле, не так ли, — черные глаза сузились. — Вы меня не знаете.       В шею директора смотрело лезвие ножа, который успешно был извлечен из нагрудных ножн пока она сжимала рубашку во время болезненного приступа. Ворон двигалась быстро даже в таком состоянии, это не отнять.       Почувствовав покалывание от прикосновения к коже холодного острия, женщина даже улыбнулась, затем тихо рассмеялась. — Именно об этом я и говорю Аддамс, — она чуть кивнула в сторону руки медиума державшей нож. — Если ты понимаешь, о чем я. Угрожаешь, отрицая. — Дайте лекарство и я уйду, — скалилась девушка, увереннее сжимая рукоять с теплоизолированной обмоткой. — Какое лекарство вы требуете от меня? — Для Синклер. — Много хотите.       Директриса молниеносным приемом выбила нож из руки Аддамс и встала, деловито направившись к креслу. Ворон так же сразу же поднялась, оттряхивая колени. — В счет бонуса, который был мне обещан.       Хелена резко остановилась. «Черт, не стоило разбрасываться словами.» — Что ж, — она поскребла ногтями по столу, чуть покусывая губы и развернувшись ещё раз взглянула на ученицу. — Я держу свои обещания. — Я знаю. Это одна из причин моего уважения к вам, — вскинув бровь Аддамс победоносно приосанилась.       В кармане вдруг завибрировало. Девушка резко нахмурилась, доставая гаджет на котором высвечивалось «Любимое Солнышко». — Прошу меня простить, — бросила ведьма отворачиваясь и принимая вызов. — Да. — УИЛЛА УИЛЛА УИЛЛА! — истерично и задыхаясь от паники орала в трубку Синклер. — Неси свою бледную задницу сюда! СРОЧНО! — Не ори. Что произошло? — на всякий случай она убавила звук, чтоб директору не было слышно что говорит чрезвычайно громкая блондинка. — Быстрее беги в комнату, мать твою, Аддамс! — продолжала истерику Энид. — Я УМИРАЮ! — Не неси чушь, Синклер. Если бы ты умирала, то не говорила бы со мной по телефону так спокойно, — усмехнулась она в трубку. — Скоро буду.       Скинув вызов и поместив устройство связи обратно в карман она подошла к столу директора, ожидающе глядя. — Это займёт некоторое время. Я вызову вас, как будет готово, — ответила блондинка махнув рукой. — Можете идти.       Когда дверь за Аддамс закрылась из темного угла кабинета вышла тень. — И зачем она тебе так нужна, Лени?       Женщина покосилась в сторону. — Так и знала, что ты здесь, Джоди. Ревнуешь?       Комендантша только хмыкнула и скрестив руки вышла на середину. — Чем она тебя так зацепила?       Мисс Галбрейт нахмурилась. — Не выводи меня из себя и не задавай лишних вопросов, лучше возвращайся к работе. — Но… — Я все сказала.                            Дверь в комнату была чуть ли не выбита тяжелой подошвой черных ботинок и Аддамс влетела внутрь с ножом наготове. — Что за-… — только и успело вырваться у гота как она замерла судорожно обводя комнату.       Без лишних слов, некогда раздражающая радужная часть комнаты выглядела просто потрясающе.       Пол, часть стены, кровать, куча игрушек и некоторые элементы сомнительного декора, все это было покрыто внушительным слоем крови и ее брызгами. Посреди кровавой композиции находилось тело, рельеф которого настолько неестественно изламывался абсолютно во всех его частях, что вызывало невероятное восхищение. Аддамс хватило и секунды чтоб заключить, что абсолютно каждая кость сломана неоднократно и внутренние органы скорее всего походят на кашу детского питания. Но оно еще дышало и хрипело. Невероятно, как жизнь не покинула это нечто.       Забившись в угол на своей кровати с круглыми от шока глазами Синклер смотрела на Аддамс. — Голос… Быстро! — Синклер, я тебе не собака!       Оборотень даже слегка напугала медиума, что та немного вздрогнула. Все ее внимание было устремлено на гору мяса, более того девушка тоже была полностью вся в крови, из-за чего прямо-таки сливалась с картиной. Тем не менее ведьма издала тихий ультразвук.       Энид быстро засучила рукава, все ещё держа в одной руке окровавленную тапку, по-видимому забыв о ней, и показала руки с когтями. — А теперь я жду объяснений, — ворон тут же захлопнула дверь, закрывая ее на замок. — Как тебе удалось переплюнуть меня в изощренности пыток и тяжести нанесенных увечий? Масштаб проделанной работы и впрямь поражает.       Оборотень сглотнула и протянула руку вперёд, показав взмах. — Случайно… Тапочкой. — Поистине невероятно. Я поговорю с родителями о том, чтобы занести это в нашу фамильную книгу, — она достала телефон и с нескольких ракурсов сфотографировала это произведение искусства, не забыв запечатлеть свою девушку с вытянутой в руке «тапочкой». — Так, кхм, прости, отвлеклась.       Ворон стряхнула нахлынувший восторг и пошла осмотреть тело. Только глянув на его лицо и эти короткие рыжие волосы она его узнала. И тут стало не смешно. Девушка нахмурилась «Сомнений нет. Это тот самый, который шел из Невермора в обличии Аякса.» — Давай восстановим произошедшее по порядку. Ты увидела какое-то насекомое и решила прихлопнуть его тапкой. И в следующие мгновение происходит кровавый взрыв, а под тапкой вместо жука целое человеческое, поврежденное до умопомрачения, тело. Все так? — она присела на корточки перед шифтером и тыкнула концом ножа в торчащую из открытого перелома на плече кость. Тут же послышалось невнятное мычание и лицо озаряла маньяческая улыбка. — ТАРАКАН, Аддамс, это был дурацкий таракан! Я испугалась! — Таракан. Лилит ради, как скажешь.       Все ещё не пришедшая в себя волчица трясла своим «оружием пыток». Картина очень напоминала девушке ту ночь в лесу, от чего та не слезала с кровати и даже не смотрела в сторону шифтера, что собирал силы, чтобы произнести: — Убейте меня… Умоляю… Прекратите это.       Она с интересом склонилась над шепчущим мольбы телом, не прекращая страшно улыбаться. — О, так ты можешь говорить. Просто превосходно. Я обязательно тебя убью быстро и безболезненно сразу же после того, как ответишь на несколько моих вопросов. По рукам? — Быстрее… — прохрипело изломанное тело — Непременно. Вас всего пятеро и вы выполняете приказы от министерства? — Нас больше… — Сколько? — Не знаю, у каждого отряда свои задачи. — Ясно, так вас очень много, убить всех тогда не выйдет ни при каких обстоятельствах, — коротко задумавшись брюнетка приложила конец ножа к губам, постукивая в размышлениях и свела брови. — Какая задача у вашего отряда? — Разные… Я не хотел это делать… Не хотел. — Внеси конкретику и у меня останется только пара вопросов. Я настроена милосердно учитывая твое состояние, но не доводи до усугубления ситуации. Если тебя не убил болевой шок от этого, то и я могу не сразу справиться. — Я не знаю… Что мы ищем… Выполняем приказы… Сейчас я должен был забрать отсюда… Образец.       С трудом выдавил слова старик. — Образец чего? Тц…       Гот быстро сбегала к сумке и достав обезболивающее влила одну ампулу в его рот. — Ва-… вакцины… В рюкзаке… Я не успел найти… Их тут много… — Хорошо. Расскажи мне все что знаешь про Хелену Галбрейт. В чем ее дело? Почему министерство с ней ведет холодную войну, что им от нее нужно? — Я точно… не в курсе… Знаю только… что она сама сбежала. Тот парень… которого ты замучила в… подземелье… должен был… вакцинировать Энид… Не смог, ему было всего одиннадцать… Он растерялся… и я… тоже… Но не стал…       Аддамс тут же нахмурилась. «Одиннадцать?! Он тоже был чертов старик… На вид…» — Вы знаете что я его пытала в подземелье? Как? Об этом должны были знать только я и Галбрейт. Он добрался до вас живым и все рассказал? — Да… Мы в курсе всего, что ты сделала… Не знаю откуда… он не появлялся с тех пор. — Porca troia… — в черных глазах отразилась паника. Они знают что это дело рук Аддамс, что все это она. Это уже нешуточная опасность для нее и Энид. — Крайне извиняюсь, но твои ответы порождают больше вопросов. Так как ты пока единственный кто так хорошо со мной беседует я могу влить еще ампулу обезболивающего. Продолжим. Какого черта у костра вы жрали человечину? — Мы не можем… преодолеть этот голод… Это побочное действие… как и наше старение… — Побочное действие… От сыворотки шифтинга? — Да… — Это омерзительно… Кто вообще согласится на такое? Почему вы работаете и подчиняетесь приказам? — садистская улыбка давно сползла с бледного лица. То, что говорил этот человек было абсолютно ужасно, и не в хорошем смысле. — У каждого свои причины… я делаю… это… ради семьи… Чтобы их тоже не… не убили. Останови их… — Я… постараюсь. Но мне для этого нужна вся информация которой ты владеешь. Как твое имя, что с твоей семьей и сколько… Сколько тебе лет? — в ровном до этого момента голосе проскользнуло сочувствие. — Томас… Томас Келлу… Пятнадцать… У меня только мать и сестра… Если они узнают, что я рассказал их убьют… Сохрани это в тайне. — У тебя есть моя посмертная клятва, — Аддамс кивнула ему. — Скажи мне, пожалуйста, почему ты не смог вакцинировать Энид. — Она мне очень нравится… — Да… Я понимаю это. Она потрясающая девушка. Спасибо что не сделал этого, Томас. У тебя есть последние слова, которые я смогу передать твоей семье если когда-либо встречу их? — Скажи, что… я переехал. В Канаду… как и мечтал, — шифтер с трудом умоляюще посмотрел в глаза Аддамс. — Я видел вас тогда… в лесу… Не выдал… потому что там… была Энид. Она же меня и… — дрожащий уголок губ приподнялся. — …Быстрее. — Riposa in pace, Thomas Kellu, — девушка кивнула на его слова и, взяв большой размах, всадила нож в висок по рукоять. Самая быстрая и безболезненная смерть из возможных от холодного оружия. Она не знала что когда-нибудь кого-то так убьет.       Синклер сидела как тень, не двигаясь и ничего не говоря.       Тяжело вздохнув, Аддамс поднялась и посмотрела на волчицу. — Ты как? — М? Угу… — оборотень кивнула. — Нормально. — Надо его похоронить, — ворон кивнула в сторону парня. — Я в лес не пойду! — замотала головой Синклер. — И ты не пойдёшь! — О, превосходно. Запах разлагающегося трупа в комнате мне будет в радость.       Оборотень заскулила. — Как мы его вообще вынесем? — Я займусь этим. Ты иди отмойся и сложи свою одежду в стирку, ей я тоже займусь.       Синклер осмотрела себя и наконец осмелилась посмотреть вокруг, не доводя глаз до трупа. — Мои игрушки… — дрожащим голосом взвыла она, поджав нижнюю губу. — Энид я сказала, что займусь этим. Твои плюшевые уродцы будут как новые.       Ворон тоже осмотрелась по сторонам снова, оценивая масштабы работы и остановила взгляд на кровавом оборотне. — Знаешь, Синклер, ты выглядишь чертовски привлекательно, когда полностью покрыта кровью. Это возбуждает, — маньячка, ухмыльнувшись, подмигнула волчице и проследовала к своей гардеробной за необходимыми принадлежности для дальнейшего трудоемкого сокрытия произошедшего.       Энид только цокнула в ответ и поспешила выполнить, казалось простое задание. Она быстро помыла руки и вернулась за чистой одеждой. — Что ты с ним собираешься делать? — Ты точно хочешь это знать? — ведьма вышла из гардеробной с пачкой черных мусорных пакетов в одной руке и лучковой пилой в другой, разводя их в стороны как бы демонстрируя. — Пожалуй, нет, — блондинка тут же отвернулась и взяв первую попавшуюся одежду скрылась в ванной.                     Аддамс приступила к расчленению парнишки с телом старика. Это было несложно, учитывая степень переломанности скелета, достаточно прорезать плоть. Это занятие могло даже умиротворять и приносить удовольствие, если бы только не укол жалости, которую она к нему испытывала.       Разложив нашинкованное на маленькие кусочки тело по нескольким пакетам, она сложила их у своей части окна. Оставалось прибрать всю кровь, но для этого надо дождаться когда Энид освободит ванную, а пока можно приготовить необходимые растворы.                     Энид тщательно отмывалась от крови вот уже четвёртый раз. Ей все казалось, что этого мало, что она все ещё в ней. На самом деле она просто стояла под душем около десяти минут. Вода помогла прийти в себя, хоть ноги и подкашивались, но что сейчас там? В комнате. Оборотень даже не хотела думать о том, что именно делает ее девушка, хотя догадывалась. Выйти все же придётся. Как можно медленнее Энид тщательно и с нажимом терла себя полотенцем. А ведь этот шифтер не был плохим, но откуда ей было знать? Она же не виновата? Она вообще не знала, что это не пресловутый таракан. «Отныне ни одной мошки не раздавлю…» Одевшись, волчица ещё несколько минут постояла, глядя на своё лицо и собрав все силы, вышла из ванной. — Я все, — тихо произнесла она, смотря на дверь. — О, ты вовремя, mia lupa. Я как раз покончила с этим, — коротышка, явно в приподнятом настроении, старательно перетаскивала черные пакеты от цветастой кровати. — Мне нужна ванная для завершения уборки. Побудь пока на моей части. Она, к сожалению, осталась нетронута. — Хорошо.       Девушка быстренько добралась до телефона и послушно легла на кровать, застеленную чёрным цветом, уткнувшись в экран.       Напевая себе под нос какую-то жуткую колыбельную, медиум хлопотала над ведром с водой и тщательно вычищала каждый уголок половины комнаты своей соседки, попутно собирая пострадавшую ткань и зверей чтоб отправить их в таз с тем же раствором в ванной.                     Не прошло и трех часов, как все было чисто, практически как новое. Стиралка запущена, а на улице уже стемнело. — Что ж, похоже все. Комендантский час вот-вот начнется, можем собираться.       Вторя своим словам ворон отправилась переодеваться. Энид оторвалась от книги и обвела взглядом свою половину. — У меня ещё никогда не было так чисто… — изумлённо произнесла она. — В качестве благодарности принимаются поцелуи в районе лица, — высунулась ухмыляющаяся мордашка из гардеробной и тут же скрылась обратно. Девушка явно была без верха в этот момент, судя по оголенному плечу и неприкрытым ключицам.       Энид оживленно встала с кровати и чуть подскакивая подошла к гардеробной Аддамс, заходя в неё совершенно беспардонно.       Ворон стояла спиной ко входу, на ней были любимые штаны для вылазок, а руки усердно пытались зацепить со спины чертовы крючки бюстгальтера. Она тихо шептала бранные итальянские слова с каждой неудачей поражаясь, как столь простое действие может иногда настолько выводить своей несвоевременной невыполнимостью.       Оборотень нежно накрыла своими руками ее и зацепила нужные крючки, параллельно целуя девушку в линию скулы. Девушка вздрогнула от неожиданной помощи. — Энид… Твоя звериная бесшумная походка может свести в могилу. Я привыкла пугать, а не быть напуганной, — щеки медиума тронула краска. — Ты уже готова идти? — Да, — быстро чмокнув медиума в плечо, ответила Синклер. — Только прошу, не будем уходить далеко. — Пойдем на то же место, что и в прошлый раз. Нечего выдумывать.       Накидывая кожанку поверх свитшота и поправляя новенький любимый снуд заместо баффа, девушка закончила раскладывать по карманам стандартный набор и вышла с рюкзаком к волчице. — Кстати про это. Энид, я тебе отдавала рюкзак шифтера, где он? — Лежит где-то среди моих вещей, я совсем забыла про него. Уилла, это очень далеко, а если мы наткнёмся снова на тех… — вид Энид далеко не показывал уверенности. — Не наткнемся. Не так уж и далеко. К тому же совсем не в той стороне.       Ведьма свесилась с балкона проверяя на наличие людей под ним. Никого, отлично, можно скидывать. Получилось всего 5 нетяжелых пакетов. — Спускайся пока я скидываю.       Блондинка с глубоким вздохом преодолела балкон и шмякнулась тяжёлым стуком о крышу. — Закапывать трупы не совсем мое хобби, вернее даже совсем не мое и не хобби. С нами ничего не случится, все будет хорошо, мы тени, мы ниндзи, — бубнила себе под нос Синклер. — Да, именно так. Ты уже справляешься намного лучше, mio amore. — Аддамс усмехнулась, запихав два мешка в рюкзак, один взяла в руки и два всучила Энид.       Маршрут занял даже меньше времени, поскольку не пришлось делать крюк к сараю дворника, в этот раз у маньячки все было с собой.       Уже на месте она достала раскладную лопату из рюкзака и мыча похоронный вальс какой-то группы из конца прошлого тысячелетия, не без явного удовольствия занималась привычным делом.       Каждый шорох, свист вьюги, или треск веток качающихся деревьев заставлял оборотня буквально крутиться волчком каждую секунду. То тут, то там, Энид мерещились тени, от чего девушка каждый раз вздрагивала, готовясь к обращению и принюхиваясь к воздуху. — Фух, все, — еле вылезла коротышка из ямы на пол метра превышающую ее рост. — Скидывай, — она облокотилась на лопату обеими руками прогибаясь в спине словно кошка, тяжело дыша и похрустывая хребтом.       Услышав команду, волчица послушно скинула мешки в яму и буквально подпрыгнула от внезапно каркнувшего ворона, что прилетел по всему видимому, почуяв мертвеца. — Он же настоящий да? — глядя на птицу прошептала девушка. — Кто знает, Энид… Кто знает… Могу сбить его. У меня охотничья рогатка с собой, — усмехнулась девушка приступив к закапыванию. — Сбей, — вдруг не своим голосом от страха уверенно произнесла Энид.       Аддамс тут же воткнула лопату и, натянув мини-оружие с заряженным метательным ножиком, прицелилась в парящего над ними ворона. Она еще не использовала эту рогатку как лук, но не мешало бы научиться. Безупречное попадание, правда не в грудь, а в крыло и птица с душераздирающим криком падает в кусты. Ведьма пожала плечами, надо будет пристреляться к такому методу. — К сожалению, всего лишь птица. Принеси мой клинок, — как ни в чем не бывало вернулась к лопате девушка.       С облегчённым выдохом, волчица поспешила в сторону упавшего ворона, ни на секунду не теряя бдительности. Рассмотрев на белом снегу черное копошащееся и кричащее пятно, Энид присела перед ним на корточки. Птица была жива, и девушку вдруг охватило невероятное чувство вины к несчастному существу, что обречено теперь умереть из-за ее трусости. «Проклятые шифтеры». — Уилла, — тихонько позвала она, закапывающую яму брюнетку, подходя к ней ближе с чёрным комком в руках. — Давай вылечим его крыло? Не хочу, чтобы он умирал из-за меня.       Девушка протянула Аддамс ножик и погладила ворона. — Синклер ты… — только хотела начать причитания медиум о том, что в школьных правилах конечно не прописано, что с животными нельзя и все же мало кого это обрадует, но она взглянула в черные, как ее собственные, бусины глаз. Ворон замолчал и накренил голову. Девушка неосознанно спародировала его жест. — Выглядишь так, будто тебя зовут Амайо. Ладно. Клади в рюкзак. Возможно выдрессирую его, они очень умны.       Аддамс более не медля вернулась к своему занятию. Энид радостно подскочила и аккуратно сложила птицу в один из рюкзаков. — А ты видела, что он сразу успокоился при вашем зрительном контакте? Это потому, что ты тоже ворон? А чему ты будешь его учить? А разговаривать научишь? Я буду кормить его своими самыми любимыми пирожными! — как маленькая волчица прыгала вокруг своей работающей девушки похлопывая в ладоши. — Но самое главное, он будет жив! — Если ты скормишь ему свою сладкую гадость, я тебе скормлю твой же хвост, — немного помолчав она добавила. — Для всеобщего развития: Амайо переводится как «Дождливая ночь» с японского языка. Какое-то время увлекалась Хайку.       Последние кучи земли были навалены на образовавшееся возвышение, девушка переводила дыхание. — Может ему понравится! — возмутилась оборотень. — Хочешь чтоб он умер от диабета? Похвальное стремление, но направь его лучше на людей, а не животных. — Разве у птиц бывает диабет? — сомкнула брови оборотень и встала поближе к медиуму.       Повисло молчание. Аддамс даже немного грустно смотрела на холм. — Энид, ни единая душа не должна знать о произошедшем в комнате. Никто и никогда. Ты его слышала, его семья умрет. Я понимаю, что клятва была дана только мной, и все же… — Я поняла, Уилла. Не буду об этом писать, — прошептала девушка сквозь вновь повисшую тишину.       Провидица уже аккуратно накинула свой рюкзак, в котором мертвечина сменилась животиной и уж было сделала шаг, как замерла. — Не будешь… писать? Что ты имеешь в виду, — она медленно двинулась в сторону академии, внимательно вслушиваясь в слова волка.       Синклер мелкими шажками семенила рядом, с полной головой мыслей о новом питомце. — Я говорю про свой блог… Как ты думаешь, он больно клюётся?       Смолянистые глаза забегали по снежному покрывалу леса, обрабатывая поступившую информацию. Девушка резко остановилась, разворачивая оборотня к себе за плечи и впиваясь в них пальцами действительно как хищная птица когтями в добычу. Она тряхнула белокурую девушку, смотря ей в глаза чуть ли не с яростью. — Энид. Maledizione. Синклер. Я не сдвинусь с места пока не получу развернутые объяснения какого черта ты делаешь одолжение не писать об этом в своем… блоге. — Что? — искренне непонимающим и без того напуганным взглядом посмотрела на провидицу волчица.       Аддамс чуть ослабила хватку, вдумчиво и четко произнося каждое слово. — Твой. Блог. Я жду объяснения. — Ну, мой новостной блог, что с ним не так?       Ворон сделала очень глубокий вдох настолько нервный, что без труда было слышно прерывистую вибрацию. — Дай мне свой телефон с открытым блогом. Сейчас. — Вот… — Энид разблокировала свой красный гаджет и быстро войдя а Инстраграм, протянула готу.       Медиум дрожащими пальцами приняла телефон, бегло вчитываясь в строки. Чем дальше она листала, тем больше взгляд пропитывался паникой и страхом.       Она молча долистала до конца и застыла как статуя, смотря будто сквозь экран, в попытках осознать свалившееся как пятитонная плита на черную макушку откровение. Взгляд расфокусирован, она настолько сосредоточилась на процессировании что пальцы разжались, смартфон беспрепятственно соскользнул с бледной ладони в снег, а девушка даже не моргнула, ни единый мускул не двигался. — Осторожнее! — Синклер тут же присела, быстро поднимая телефон, стирая с него прилипший снег и взглянула на Аддамс снизу вверх. — Уилла? Ты меня пугаешь… — Энид, — проглотив ком, но все так же не шевелясь хрипло прошептала медиум. — Я сейчас задам тебе всего один вопрос.       Энид быстро встала и взяв за плечи Аддамс заглянула в ее лицо, чуть пригнувшись. Взгляд черных глаз был все так же расфокусирован, не отводимый с незримой точки, что находилась где-то будто за пределами пространства. — В чем дело, Уилла? Если ты про то, что я пишу в блоге, так он же закрытый, там только наши ученики, даже мымра о нем не знает.       Наконец она посмотрела в эти голубые по-детски наивные глаза. — Ты действительно все это время описывала абсолютно все произошедшее с моим участием на всю школу, несмотря на то, как тщательно я старалась скрывать за собой все следы чтобы об этом не знало ни единой посторонней души? Все. Это. Время…? — где-то на подсознании теплилась надежда, что происходящее просто злая шутка, она даже звучно усмехнулась, подняв брови домиком. — Т…там… — оборотень громко сглотнула, — …не все… — Энид. Ответь «да» или «нет», — черты лица вернулись к серьезным и даже угрожающим. Кончики пальцев подрагивали, но ведьма все еще сдерживалась чтоб не выхватить оружие под влиянием нахлынувших как сквозь прорвавшуюся плотину совершенно разных эмоций. — Нннн… да… Но не все ведь! Только про шифтеров… Про то, что было в подземелье я… Я н-не писала…       Голос Синклер задрожал, так, что она с трудом могла произносить членораздельную речь. — Ммм. Да… Действительно не писала. Ха… Ха-ха…       Лицо Аддамс застыло в совершенно нечеловеческой улыбке и вывернувшись из рук, державших ее плечи, она медленно пошла в сторону академии. — Уэнсдей! Погоди! — оборотень поймала ее руку, попытавшись переплести их пальцы. — Подписчикам нравятся эти истории больше всего, я писала очень аккуратно и ты же герой!       Медиум резко вырвала руку, ударяя ей по ладони Синклер и прошипела с рычанием на задворках голоса. — Не. Прикасайся. Ко мне. Сейчас.       Девушка прибавила шаг, постепенно ускоряясь все быстрее и быстрее под жужжащий рой мыслей, который был настолько громок, что ворон не выдержала подобного напора и с невероятной яростью и рыком, со всей силой что есть в крошечном теле начала полосовать моментально выхваченными кинжалами ближайшее попавшееся дерево, пока не выбилась из сил.       Тяжело дыша она смотрела на кору, изрезанную в древесные лохмотья, все еще сжимая два клинка до дрожи в руках.       Не помогло, легче не стало. В отчаянии девушка несколько раз ударила в то же место, сбивая костяшки в мясо, не заботясь ни секунды о капающей крови и занозах.       Оборотень с искривлённым испугом лицом смотрела действия своей девушки и желая, и не решаясь ее остановить. Она искренне не понимала, что могло так разозлить медиума в ее блоге, ведь девушка действительно была уверена в том, что шифтеры узнают обо всем из других источников. Скорее, от Галбрейт, но точно не из ее закрытого аккаунта. Хотя, действительно… Об этом знают все… — Уэнс… Уэнс, прости… Прекрати, пожалуйста, ты сейчас сломаешь себе руки! — А я все… *удар* понять не могла… *удар* откуда же все… *удар* в настолько потрясающем курсе.       Разъяренная ведьма резко развернулась направляя наконечник лезвия прямо в грудь волчицы, тыкая им будто пальцем. — Так вот, пожалуйста. Вот она. Брешь в моей безупречной стратегии, — каждое слово было будто выплюнуто ядом. Она прищурилась, убрала клинок и прикрыв глаза помотала головой. — Галбрейт была права, — более холодный чем когда-либо взгляд прожег льдом разочарования. Она развернулась спиной к волку и снова неспеша пошла вперед. — Ты не более чем слабость.       Синклер быстро прошла мимо медиума, сильно задев ее плечом и обгоняя, перешла на легкий бег, все ускоряясь и ускоряясь. Вытолкнув своё тело по трубе на крышу, девушка, даже не балансируя, прошла до балкона и через несколько секунд оказалась в комнате. И чувство вины и боль и невероятная злость разливались по груди оборотня жгучей лавой. Она громко зарычала и скинула все, что лежало на ее заваленной всякой всячиной тумбочке. Все что могло, разбилось на полу, как и она сейчас, будто раскалывалась на мелкие кусочки. Острые когти разрывали и разбрасывали в стороны все, до чего могли достать, превращая комнату в настоящий хаос. Она пожалеет об этом, но сейчас вспыльчивая девушка была не в силах контролировать зверя. — Какая же ты дура, Синклер!       Что-то тяжелое, волчица даже не видела что, полетело куда-то в сторону и только звон разбивающегося стекла заставил ее остановится и повернуть голову.       Синклер смотрела на Аддамс, стоявшую перед ней чёрной тенью на балконе, а между ними разбитое вдребезги окно.       Без единой эмоции ворон опустила взгляд на осколки, подняла его на волка и прошла в комнату. Хруст стекла под тяжелой подошвой ненадолго заполнил повисшую гробовую тишину. Подхватив сумку с медикаментами она проследовала в ванную и заперлась там.