На последней парте

Алексей проснулся на час раньше будильника, разглядывая пыльные гардины своей комнаты. А вот, что насчёт Сабурова, тот как будто исчез, просто растворился в какой-то момент. Не известно куда и во сколько он ушёл. Наверняка, было ещё темно, когда он покинул комнату парня, но зачем так нужно делать, парню было неизвестно. Его никто не выгонял и уж тем более не просил уйти, а хотели видеть утром и днём, и вообще всегда. Мужчина своим присутствием смущал и одновременно успокаивал Лёшу, но каждый раз, когда Нурлан уходил, мерзостное ощущение наполняло всё изнутри. Пора бы уже привыкнуть и смириться с мыслью, что в общем-то он и не нужен учителю. Зачем ему смотреть на подростка? Он же не дурак, кто позволит такие отношения? Да и с чего ему вдруг хочется думать, что такие отношения возможны в такой ситуации? Алексей уже сидит за партой, утыкаясь взглядом в доску, словно хочет в ней дырку просверлить. Физик активно пытается что-то разъяснить, хотя сам понимает, что в гуманитарном классе это настолько же бесполезно, как научить хомяка разговаривать. Лёша бы окончательно заснул, если бы не сообщение. Нурлан Алибекович: Зайди ко мне в кабинет, это срочно.

8:45

Вы:

Зачем?

8:47 Нурлан Алибекович: Зайдешь, расскажу.

8:49

Вы:

Я не приду.

8:52 Нурлан Алибекович: Это срочно.

8:53

Вы:

Мне всё равно.

8:55 Сообщения не переставали приходить, но Щербаков даже и не думал их читать. Слишком его задел уход преподавателя этим утром, или ночью, это так и не стало известно. Да и диалог можно было начать с приветствия. Глупо это всё, он только пришёл в школу и не успел даже накосячить. Оценки и правда были так себе, но об этом всем уже давно известно, а если его хотели увидеть, можно было просто написать без этого «срочно». После звонка на перемену Лёша проскакивает в другой кабинет. Благо, перемена короткая и он не успел засветиться перед школьным народом. Одноклассники потихоньку подтягивались к своим местам. Лёша их особо и не знал, после формирования классов по профилям ему не хотелось заводить друзей. Зачем? Осталось совсем немного доучиться и они все станут незнакомыми людьми, удалят друг друга из друзей и отпишутся из всех социальных сетей. — Здравствуйте. Я возьму Щербакова не на долго? Нужно в классе помочь. — Да, конечно. — кивает женщина и одаривает коллегу улыбкой. Лёша хотел возмутиться, но лицо Сабурова было, мягко говоря, напряжённым. Щербаков собрался и вышел в коридор следом за Нурланом Алибековичем. — Что вы хотите? — бросил вопрос в спину брюнету парень. Он не мог догнать преподавателя. Дыхания не хватало, да и левый бок заколол. — Ну всё, я остаюсь здесь! Лёша запрокинул голову и попытался отдышаться, но старший даже и не думал останавливаться, пришлось чуть ли не доползать до нужного кабинета. — Может, уже скажете, зачем я тут? — отдышавшись переспросил Алексей. — Поговорить надо. — Сейчас? — Если я позвал сейчас, значит сейчас. — Ну, я слушаю Вас. Что опять случилось? — оперевшись на стену и сложив руки на груди, парень приготовился к серьёзному разговору. — Ты как себя чувствуешь? Я прекрасно помню, что было ночью. — Что Вы хотите конкретно услышать? — Правду. — Не хочу это обсуждать с Вами. — Алексей намеренно сделал ударение на последнее слово. — Я хочу помочь. — Нет, не хотите. Вам просто интересно. Сабуров был готов поклясться, что светло-голубые глаза стали цвета воды на глубине бушующего океана. — Лёш, я хочу тебе помочь. Зачем сопротивляться? — Я не сопротивляюсь. — А что ты делаешь? Я хочу тебе лучшего, а ты, как ребенок. — Не смейте со мной так разговаривать, — Алексей расправил плечи и смотрел совсем не добрым взглядом. Вряд ли он сам понимал, что, как и с кем он сейчас говорит. — Я могу идти? — Нет. Но Щербаков вышел в противовес словам мужчины. Он сразу пошёл домой, добравшись за считанные минуты, хотя обычно дорога занимает больше времени. Его раздражало буквально всё. Всё было как-то не так. Лёша переоделся и сел на пол. Не прошло и двадцати минут, как входнач дверь открылась. — Собирайся, ты переезжаешь. Нурлан Алибекович стоял на пороге квартиры, переминаясь с ноги на ногу. — Да хватит уже! Не могу Вас видеть. — Где твои вещи лежат? — Сабуров проигнорировал парня, по-свойски прошёл в квартиру и открыл шкаф, который стоял в комнате парня. Он загрёб в охапку всю одежду и засунул в пакет. — Пошли. — Прошу, уйдите. — прошептал парень на грани нервного срыва. Учитель схватил парня за запястье и потащил в машину. Мальчишка сопротивлялся, но его руку сжимали только сильнее. Оба сели в машину и куда-то поехали. Гробовая тишина резала уши. Лёша уже представил, как его сейчас убьют и закопают в лесу. И никто его искать не будет, или будет, но без успешно. Преподаватель не глупый, и явно справится с одним трупом. — На выход. Парень бы и сам справился, но его опять взяли за запястье. Пару лестничных пролётов и они оказались в квартире. Его сразу же затащили в комнату. — Теперь ты здесь живёшь. Лёша сел на кровать, потирая запястье. Вся кисть была красной и с маленькими едва кровавыми подтёками. Он не хотел выходить из комнаты, не хотел быть в этом доме и видеть Нурлана. Лёша лёг на край кровати и достал мобильный телефон. По его щекам одна за другой потекли слезы. Интернет совсем не мог отвлечь, слишком резко всё произошло за этот день. Стук в дверь. — Пошли кушать. Щербаков уже не хотел сопротивляться, да и есть очень хотелось, он лишь опустил голову и пошёл на кухню за Нурланом Алибековичем. Они столкнулись на кухне. Леша мыл руки и старался не смотреть по сторонам. Случайного столкновения глазами не хотелось, но стоило ему повернуться и он утыкается носом в чужую грудь. Оба делают шаг назад. — Это я тебя так? — взглядом Сабуров указал на запястье парня, а в ответ получил лишь опущенный взгляд. — Напугал тебя? Прости, я не хотел. Садись за стол. Алексей сел за стол, в то время как учитель доставал из маленького шкафчика мазь. Нурлан Алибекович встал на колени перед учеником. — Давай ручки, я осторожно. Алексей протянул мужчине трясущиеся руки, брюнет аккуратно, насколько это было возможно, обхватил его ладони и подтянул их к себе ближе. От холодной мази, которой Нурлан растирал запястья парню, пошли мурашки по коже, а каждое касание отзывалось неприятным ощущением. — Ну всё, скоро заживёт. — попытался улыбнуться Сабуров, но и в этот раз ему ничего не ответили, даже не подарили мимолётный взгляд, это было ожидаемо. Нурлан винил себя за агрессию, хотел вернуть время назад и просто решить всё в спокойной обстановке, возможно, они бы даже пришли к какому-то единому решению. Обед закончился, и Нурлан, как бы не хотел на самом деле остаться сейчас, но уехал на работу, оставив парнишку одного дома, молясь всем Богам, чтобы тот ничего не учудил с собой в его отсутствие. Лёша обошёл весь дом вдоль и поперёк. Просто из интереса он облазил все полочки, но ничего интересного так и не нашёл. Всё слишком обычно, не считая часов в каждой комнате. Интересно, зачем их здесь столько? Решив скоротать время, Щербаков решил открыть тетрадку и что-нибудь написать, хотя бы пару строчек, но слова не шли в голову, а посторонние мысли не давали сосредоточиться. Алексей пересел на пол, но от этого лучше не стало. Тогда он закрыл шторы и выключил свет, погружаясь в темноту. Так, вроде, даже лучше. Главный герой со своей возлюбленной на прогулке в поле, ведут свецкие разговоры. Он проводит её до дома, целует руку на прощание и едет в кабак, где должна состояться встреча с его старым товарищем. Обычные разговоры о жизни прерываются товарищем, чьё имя знать совсем не обязательно, мужчина предлагает сходить в некое место. Они приходят в небольшой дом, где играет пианино и в целом царит уютная атмосфера. Перед носом пробегает девушка. На ней до неприличия мало одежды. Она мельком оборачивается и легко улыбается прихожанам. — Это она! — вскрикнул Дмитрий. — Я же проводил её до дома. Как она здесь оказалась? Он последовал за девушкой, та сразу же заперла за ним дверь. Лёгкий, почти невесомый, поцелуй. Нежность её движений сводила мужчину с ума. Девушка улыбалась и завлекала мужчину в постель. — Я дома. Ты чего в темноте? — Ничего. — сказал Алексей и попытался спрятать тетрадку за спину, но было уже поздно, его поймали с поличным. — Дай я хоть прочитаю, что ты там пишешь. — Не надо, там ещё не готово. — Алексей поднялся с пола и пересел на диван. — Может, я сразу отредактирую? — Рано пока. — Что ты там написал? Я хочу посмотреть. Лёша поджал губы, закинул ноги диван. Ему опять стало страшно. Руки затряслись, а дыхание сбилось. Видеть злого Нурлана второй раз за день совсем не входило в его планы. — Я... — запнулся парень, поспешно исправляясь. — Я правда завтра покажу. Хочу дописать. — Щербаков спрятал руки в рукава. И почти перестал дышать. — Хорошо. Я жду завтра. — Сабуров видит состояние ученика. Ему до ужаса стыдно, что он заставил мальчика бояться. Теперь придётся ждать, пока он отойдет. — Я к себе. Алексей заскочил в комнату и максимально тихо закрыл за мужчиной дверь. Он выключил свет и лёг под одеяло с головой. Листая ленту в телефоне, он не заметил, как достаточно быстро прошло много времени. В соседней комнате перестали возиться и тоже погасили свет.

«Хочу посмотреть, как он спит.»

Лёша не знал, когда преподаватель уснёт, но прождал около тридцати минут. На цыпочках он аккуратно преодолел коридор. Приоткрыв белую дверь парень уставился на спящего Нурлана.

«Он такой милый, когда спит.»

Лёша внимательно разглядывал черты лица спящего брюнета. Когда глаза совсем уже привыкли к темноте, можно было разглядеть всё в мельчайших подробностях, каждый изгиб. Это сводило с ума и адреналин в крови заставлял краснеть щеки. Это был до жути странный опыт. Лёша закрыл дверь и ушёл к себе. Он сразу заснул, представляя себе, как его учитель сейчас спит рядом с ним, как чужие руки его обнимают, прижимая к себе, и слышно лёгкое сопение рядом.