Любовь, магия и сумеречные талисманы

К городу подходили по торговому тракту, который пролегал вдоль Хрустальной; это, можно сказать, был единственный путь, самый простой и очевидный. Изъезженная вдоль и поперёк пыльная дорога, слева — река, справа — джунгли. Когда Хиро и Алекс учились в Высшей школе магических искусств, регулярно ездили по ней на прогулки в Наньху. Хиро казалось, что это было настолько давно, что чуть ли не в прошлой жизни, хоть в действительности с тех пор прошло даже меньше года. Теперь Хиро следовал по ней, но уже без Алекса. Вчера с Евой, а сегодня в составе союзного войска. Муж же был далеко, за Сумеречным хребтом, где-то в Фениксе, как написала Астера, в больнице. Прошло уже больше суток с момента получения сообщения, и пока Хиро не вернётся домой, он не узнает ничего нового. Мобильник остался во дворце. Враг их ждал, по-иному и быть не могло. Щит-стену так и не установил, но крепостную стену всё же укрепил магией. Долго такая защита не продержится, но силы, чтобы её разрушить, потребуется немало. На боевом ходе плечом к плечу стояли имперские маги, сильные: десятые и девятые. Наверное, пройди дальше на запад, качество защитников сильно бы ухудшилось, но такой манёвр был лишним, имперцы ведь тоже не останутся на месте. Рано или поздно с элитой их войска всё равно придётся столкнуться. Да и к чему деликатничать? Боевые магические отряды союзников рассредоточились вдоль стены, держась всё ещё на достаточном расстоянии от противника. Задние колонны всё прибывали, вставали в арьергарде. Вскоре вся местность перед крепостными стенами Наньху стала, словно по линейке, расчерчена боевыми порядками. Зелёные квадраты перемежались с серыми. Хиро стоял в авангарде прямо напротив северных ворот, Ева вопреки традициям заняла место рядом с ним, она не собиралась выполнять роль мага-поддержки, впрочем, этого от неё никто и не требовал. Бой начался по сигналу горна, и всё смешалось в единую кровавую круговерть. Ворота пали слишком быстро, и причиной тому был Хиро. Не желая растратить резервы своего организма слишком рано, сумеречный талисман он закрыл, сразу как оказался в городе. Имперцы рьяно сопротивлялись, бились за каждый клочок земли, за каждый двор и переулок, но неминуемо оттеснялись назад. Их воины падали на брусчатый камень, заливая улицы кровью. Словно искорёженные слитки окровавленного золота, их ярко-жёлтые кители в алых пятнах застилали серые мостовые. Бо́рцы и лазурные тоже несли немалые потери, кто-то, получив ранение, отступал назад, а кто-то, не в состоянии бежать, присоединялся к павшим вражеским воинам, смертельно раненый или мёртвый. Без жертв среди гражданских тоже не обошлось. В отчаянии некоторые имперцы забегали в жилые дома, хватали забившихся в подвалы людей и, прикрываясь ими, как щитом, пытались отступать. Чаще гражданских удавалось спасти, но не всегда. В итоге по городу продвигались медленнее, чем хотелось. Территории порта Наньху их магический отряд в составе шестой роты достиг только под вечер, и это учитывая, что они ушли далеко вперёд остальных. Оказалось, тем самым они загнали себя в окружение. Хиро, который до сего момента старался не использовать сумеречный талисман, понял, что без него тут не обойтись. Тело наполнилось силой, зрение стало чётче и ярче, в висках стучал ровный и в то же время тяжёлый пульс. Он всерьёз опасался столкнуться с Кацу Мином, особенно когда ему на пути попадались высшие военные чины. Его мучили сожаления, когда одним взмахом руки он разрывал, испепелял, раздавливал лучших десятых магов. Генеральские алые лампасы и рыжие — полковнические — встречались нечасто. Каждый раз Хиро с замиранием сердца всматривался в лица, страшась совершить непоправимое, но главнокомандующего среди врагов не было. Когда порт и близлежащие кварталы удалось-таки зачистить, полностью заляпанный кровью Хиро уже слабо стоял на ногах. Сослуживцы смотрели на него с благоговейным трепетом, приправленным страхом. Ева, бледная, точно призрак, придерживала его под руку. — Нам нужно передохнуть, — добавив голосу звучности, сказал он. — Есть передохнуть, капитан Кимура, — послышались голоса. Они расположились в административном здании порта, на крышу и к ограде Хиро выставил дозорных, а сам, отказавшись от услуг лекарей, плюхнулся в вестибюле на диван и тут же уснул. Ева присела на краешек и, подставив израненное правое предплечье пожилому целителю, прикрыла глаза, однако спать она не собиралась: даже тут, среди своих людей, предпочитала всё контролировать, мало ли что может случиться. Хиро проспал около двадцати минут, когда в здание забежал встревоженный дозорный и оповестил присутствующих о том, что с запада к ним приближается неприятель. Собрав людей, Хиро вышел на набережную, которая когда-то была излюбленным местом для прогулок. Сейчас она представляла из себя поле брани с обугленными стенами домов, побитыми деревьями и кустарниками, обрушенным парапетом и крупными ямами на дороге. Он поднял взгляд. Солнце уже зашло, а небо казалось чёрным, но в городе было светло. Полыхали пожары, вспышки молний почти ежесекундно озаряли улицы холодным светом, однако вокруг места, где они находились, стояла тишина. — Ты выглядишь как жнец смерти, только косы́ не хватает, — мрачно констатировала Ева. — Тебе бы стоило умыться. — На это у нас не было времени. Они выдвинулись в направлении незваных гостей и уже на следующем перекрёстке схлестнулись с несколькими отрядами имперцев. Врагов оказалось больше, чем ожидал Хиро, и в процессе боя к противникам присоединялись всё новые солдаты, которые спешили на помощь своим товарищам с соседней улицы. Хиро терял людей, но сумеречный талисман не использовал, после короткого сна он ощущал прилив бодрости, её не хотелось растерять, впустив в себя магию батарейки. Он понимал, что может и вовсе потерять сознание — без доспеха густая радиация талисмана оказалась изматывающе тяжёлой. Приходилось рассчитывать только на свои силы. Люди кружились в танце со смертью, она опаляла их магические щитки пламенем, пронзала зарядами электричества, обрушивала на них потоки разрывающего плоть ветра. Всё пространство перекрёстка тонуло в убийственных энергиях, а когда Хиро понял, что дело принимает совсем дурной оборот, приказал отступать. Они снова вернулись на набережную и двинулись на север. Враг неминуемо следовал за ними. Имперцы, почувствовав вкус пусть маленькой, но победы, не хотели отпускать противников. Их поредевшая рота бежала, Хиро прикрывал их спины, пытаясь растянуть щиток как можно сильнее и прикрыть отступающих, потому что ослабевшие маги поддержки совсем не справлялись с этой задачей. Талисман на его груди снова был развёрнут активной стороной. Защита отнимала сил не меньше, чем атака. Непривычная для Хиро роль истощала его, но он не мог допустить ещё больше смертей — враг дышал в спину и то и дело посылал в убегающих заклинания. — Папа, папочка, — послышался детский голос из узкого задымлённого проулка. Близлежащие дома полыхали огнём. Удивительно, как там кто-то мог выжить? В следующее мгновение на дорогу выбежала заплаканная девочка лет пяти-шести. Разорванное платье на её исхудавшем теле было перепачкано в саже и грязи. — Папочка, это ты? — крикнула девочка и кинулась к одному из солдат. Это заставило людей притормозить. Девочка подбежала к невысокому воину в сером кителе и, осознав, что обозналась, стушевалась и разочарованно захныкала: — Ты не папа! — А ну марш вперёд, — прорычал Хиро, глядя на замешкавшихся людей, а сам метнулся к ребёнку. В его спину что-то ударило, отбрасывая на пару метров ближе к огню. В глазах потемнело. Он попытался подняться. Сквозь багряную пелену он заметил, как Ева хватает девочку на руки и укутывается плотной магией щитка, а потом грудь взорвалась болью и Хиро полетел куда-то назад.

✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧

— Хиро, Хиро, очнись, пожалуйста. — Хиро лежал в тёмной пустоте и смертельно хотел спать, но ему не давали, кто-то его настойчиво звал. — Хиро, ну давай же, парень. Ты сильный. Он приоткрыл тяжёлые веки, глаза сразу защипало. Он лежал на земле, на набережной, живых людей, кроме Евы, вокруг не было. Она сидела рядом с ним и держала за плечи. — Ну вот, молодец, напугал же ты меня, — выдохнула с облегчением она и улыбнулась. — Дай воды, — прошептал Хиро. А когда Ева отвернулась, чтобы отстегнуть флягу с ремня, Хиро быстро нащупал за пазухой сумеречный талисман и, проворачивая камень, закрыл его. Кажется, женщина ничего не почувствовала. Напоив Хиро водой, она помогла ему сесть. Он осмотрел себя, на груди китель был разорван, а кожа наливалась синим. Ему хотелось понять, что сзади, — спину сильно пекло, как при ожоге, и пахло палёным, к тому же ныл затылок, наверное, Хиро ударился головой — однако это было невозможно, оказалось сложно даже повернуть шею. Неприятные ощущения чувствовались даже через «подавление боли», которое на него, видимо, наложила Ева. — Тебя ударили «штормовым ветром», и ты отлетел вон в то здание, — сообщила Ева и показала пальцем на догорающий деревянный дом. — Я сразу же кинулась к тебе. Дом был весь в огне. Хорошо, что к нам подоспело подкрепление, несколько отрядов лазурных, они пошли в наступление на наших преследователей, и те нас больше не атаковали. — Где девочка? — вдруг забеспокоился Хиро. — Люси я отдала Мэйлин. Думаю, она с нашими. — Что с моей спиной? — спросил Хиро, уже понимая, что ничего хорошего там быть не может — он улетел в горящий дом. — Сильный ожог, — с досадой ответила Ева. — Ты как вообще, встать сможешь? — Думаю, да. — Нужно срочно к лекарям. Я плохо владею защитной и вспомогательной магией, — призналась женщина. Для Хиро это была не новость, учитывая, что она постоянно ранит руки, но нужно отдать должное — в атаке Ева превосходна. — Да, ещё бы перекусить и немного поспать, — согласился с ней Хиро и криво усмехнулся, пытаясь сделать вид, что он совсем не страдает. Ева мрачно хмыкнула. — Да уж. Идём. Каждое движение давалось Хиро с большим трудом, словно тело налилось свинцом. Они кое-как добрались до лагеря, на скорую руку разбитого в небольшом сквере на соседней от набережной улице. Никаких палаток никто не устанавливал. Солдаты и офицеры спали, сидели, готовили пищу на кострах, расположившись прямо на траве. Так же работали и лекари, за тем лишь исключением, что раненых людей они укладывали на чистые простыни и засовывали им под шеи жёсткие подушки-валики. Свободных мест почти не было, но он и не планировал надолго задерживаться у лекарей. — Можешь мне помочь? — спросил он Еву. Та кивнула. — Раздобудь мне целый китель и разыщи наших ребят. Я пока найду какого-нибудь свободного лекаря. — Ладно, — согласилась она и убежала. Целитель отыскался быстро. Худенький мужичок с длинной бородкой усадил Хиро на траву и, проведя рукой вдоль его тела, снял боль. — Нужно убрать волосы, — сказал мужчина. — Я, конечно, могу их заколоть, но лучше просто обрезать, спасать тут особо нечего, они, к тому же, ещё и пахнут гарью. Хиро мысленно скривился. Он предполагал, что от волос мало что осталось, но надеялся на лучшее. Даже Еву не стал спрашивать, словно оттягивая неизбежный момент истины. Он потянулся к шее и перехватил опалённые, потерявшие магию пряди, их было совсем немного. Лента, которая держала волосы, конечно, сгорела первой, а рассыпавшиеся волосы, скорее всего, какое-то время сопротивлялись огню, но неизбежно сдались под напором стихии. То, что Хиро перекинул себе на грудь, представляло из себя печальное зрелище. Он ощупал затылок и, грязно выругавшись, пробурчал: — Обрезай. Понимающе посмотрев на пациента, лекарь выудил из сумки ножницы и ловко остриг ему волосы, открывая доступ к шее и плечам. — Дальше вы уж сами разберётесь. — Спрятав ножницы обратно в сумку, он аккуратно снял с парня рваный и обгорелый китель и то, что осталось от рубашки. Хиро чувствовал, как вместе с одеждой с его спины отдираются и частички кожи, ткань словно вплавилась в его тело. Потом кожу чем-то промыли и нанесли заживляющую мазь, сдобренную тёплой целительной энергией лекаря. Чтобы ту же процедуру повторить с грудью, пришлось снять несколько защитных амулетов и сумеречный талисман, а когда лекарь закончил, Хиро заметно полегчало. — Переломов нет, только ушибы, ожоги и сотрясение, завтра будете в полном порядке, — констатировал мужчина и, кашлянув в кулак, добавил: — Если так можно сказать. Хиро хмыкнул и посмотрел на него. — Если вы чувствуете себя лучше, наверное, вам нет смысла тут задерживаться. За сквером стоят повозки, на них вывозят из города раненых. Езжайте в штаб. — Зачем же мне покидать город, если сражение ещё не окончено? — вскинул брови Хиро, чуть улыбнувшись. — Вы же капитан Хиро Кимура? Нам всем дали распоряжение по поводу вас: если с вами что-то случится, отправить вас к главнокомандующему. — Но вы же сами сказали, что завтра со мной всё будет в порядке. Зачем мне возвращаться? — Хиро отчего-то веселил этот диалог. Притворяться тем, кем ты не являешься, было, конечно, непорядочно, но забавно. — Капитан, вы же не планируете сражаться без магии? Хиро встал с земли и, широко улыбнувшись, запустил в воздух несколько ярких светлячков. Они плавно поднялись к кронам деревьев и остановились, присоединившись к сотоварищам. Мужчина даже раскрыл рот от удивления. — Ничего себе. В таком случае простите, я был не прав, — неловко выговорил он и добавил: — Я могу сделать для вас что-то ещё? — Нет, спасибо за лечение. До свидания. — Хиро развернулся, намереваясь самостоятельно отыскать свою роту, но увидел Еву. С широко распахнутыми глазами она стояла рядом с высоким клёном, комкая в руках зелёный китель и белую рубашку. — Как ты это сделал? — Ну… — начал Хиро, но понял, что сам не знает, что сказать. Врать Еве ему не хотелось, он внутренне сопротивлялся сам себе и вместо ответа выдал: — Вот так. — Не знала, что бессмертным не нужны волосы, чтобы управлять магией, — заключила она и сунула ему в руки одежду. — Пока не надевай. Пусть мазь сначала впитается. Пошли. Шестая рота Хиро расположилась в центре сквера. Солдаты сидели рядом с фонтаном, вокруг костра, на непонятно откуда взявшихся крупных брёвнах. На огне жарилось какое-то мясо, по запаху напоминающее баранину. Кто-то спал, устроившись за спинами товарищей, кто-то жевал пшеничные лепешки. Заприметив главного, они вскинули головы и притихли, видимо, не ожидая встретить своего бессмертного капитана в таком жалком виде. — Ну, чего случилось? Что за лица? Со мной всё хорошо. Повоюем ещё! — гаркнул на них Хиро, и люди поспешили спрятать взгляды. Хиро никто из них толком не знал, и они боялись его гнева, совершенно не понимая, как этот человек поведёт себя, если его разозлить. — Ева, Ева! — откуда-то из-за спин солдат выглянула девочка и с детской непосредственностью кинулась к женщине, повиснув у неё на шее. К ним подошла заспанная Мэйлин. — Её осмотрел лекарь — каким-то чудом, но с Люси всё хорошо, пара лёгких ушибов и болячка на коленке. — Хорошо, спасибо, сержант, — благодарно улыбнулась Ева, прижимая к себе малышку. Почему-то девочка, выбирая между Мэйлин и Евой, тянулась именно к последней. — Не забывай, мы в ответе за тех, кого приручили, — усмехнулся Хиро. — Я не боюсь ответственности, милый, — язвительно фыркнула Ева. — Милый, — хохотнул он. — Так ты меня ещё не называла, мы вышли на новый уровень? Женщина театрально закатила глаза. — Ева, а этот дядя — твой парень? — с опаской посмотрела на Хиро Люси. — Нет, дорогая, он мой друг. И этому дяде нужно срочно умыться, чтобы не пугать маленьких детишек своим внешним видом. Это была отличная идея, Хиро так и поступил, а потом, съев половину лепёшки и небольшой кусок мяса, расстелив на земле одеяло, которое откуда-то притащила Ева, улёгся на него и крепко уснул. Проснулся он на рассвете оттого, что рядом кто-то возился. Он повернулся на другой бок и увидел Люси. Она лежала между ним и Евой, в руках держала куклу и что-то бормотала себе под нос. — Доброе утро, Хиро, — обрадовалась девочка и тут же села. — Мне скучно, поиграешь со мной? Играть Хиро не хотел, ему срочно требовалось справить нужду. Мягко потрепав по волосам ребёнка и озвучив первое пришедшее в голову оправдание, он ушёл на поиски туалета, а когда вернулся, их лагерь уже не спал. — Пока тебя не было, к нам заходил генерал Дарк и сообщил, что через полчаса мы выдвигаемся. Нужно сменить людей на передовой, за ночь они не сильно продвинулись, но несколько кварталов всё же отбили. — Отлично, ты мне зеркало не найдёшь? — Найду, — отозвалась Ева. Небольшое складное зеркальце было извлечено из её кармана. Хиро, бегло осмотрев голову, грустно заключил: — По моим волосам где-то горько плачет цирюльник. — Не переживай, ты всё равно красавчик, правда, немного потрёпанный. — Знаешь, я совершенно не намерен делать из-за этого трагедию, но вот Алекс расстроится. Хитро улыбнувшись, Ева сказала: — Переживёт твой Алекс. Мне вот нравятся короткие причёски, с ними мужчины выглядят брутальнее, а девушки сексуальнее, жалко, что магам нельзя стричься. — Она немного помолчала, разглядывая Хиро, а потом, вспомнив о главном, добавила: — Так… теперь быстро завтракаем и готовимся к бою. — Как скажешь. — Хиро давно понял, что женщина просто обожает командовать, но его это совсем не раздражало, и он позволял ей такие маленькие вольности, даже если она фыркала на него в присутствии подчинённых.

✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧

Наньху удалось полностью освободить только к вечеру второго дня. Западные ворота никто не блокировал, поэтому отступление имперцев получилось довольно стремительным. Просто в какой-то момент все сражающиеся противники, видимо, получив ментальный приказ, поспешно укутались плотными щитками и, попрятав мечи, побежали в сторону выезда из города. Союзное войско не стало этому препятствовать. Однако на этом война не закончилась. Бо́рцам предстояло освобождение ещё нескольких приграничных поселений. Операцию запланировали на седьмое июля, и на следующий день Хиро вместе с военным командованием вернулся в Минори для участия в военном совете. Ева последовала за ним, прихватив с собой осиротевшую Люси. Как выяснилось, мать и остальные родственники девочки погибли во время пожара, а отец, давно бросивший семью, уехал жить в Лазурную Долину и поступил на службу в армию. Не так давно он приезжал в Наньху, повидаться с дочерью. Именно поэтому Люси и приняла одного из солдат в серой военной форме лазурных за своего папу. К сожалению, отца девочки отыскали в списке павших. Бедный ребёнок одним днём лишился всего, и Ева не могла этого так оставить. Хиро её поддержал. Когда они двумя колоннами въехали в столичные ворота, парень не поверил своим глазам. На улицах толпилось огромное количество людей: они славили бравых защитников Вечноцветущего Бора, аплодировали, держали транспаранты и плакаты и бросали цветы. Всё ещё не до конца восстановленный город смотрелся празднично, потому что соотечественники как могли украсили дома яркими лентами и гирляндами, вывесили знамёна и баннеры с изображением символов победы. Но самым удивительным для Хиро было то, что среди этого шума он отчётливо слышал своё имя. Сначала парень думал, что ему это только кажется, но голоса становились всё громче и раздавались со всех сторон. Вскоре он увидел двоих мужчин, скандирующих его имя. Заметив, что Хиро обратил на них внимание, они запустили в небо воздушные шарики в виде сердец и стали целоваться, а потом ему на шею накинули цветочный венок — девушка, сделавшая это, задрала блузку, демонстрируя крупную грудь, и Хиро понял — всё очень серьёзно, теперь он не просто народный герой, а ещё, вероятно, и символ свободной любви.