Бегущее семейство

      Первым звонком стала задержка месячных, а ведь раньше все было как часы, день в день. Вторым — повысилась раздражительность, если раньше хотелось убивать лишь время от времени и то не всех, то сейчас она еле сдерживала себя, чтобы не удавить обычного ученика, который неправильно вздохнул или посмотрел. Даже Вещь стал неправильно ходить, Ксавье не так рисовать, Энид… Там все неправильно…       Торп пытался успокоить девушку уже ставшим для них привычным способом. Затягивал в укромный угол и там занимался с ней сексом до изнеможения. Немного помогало. В этом плане они вели себя хуже ее родителей. Нет, до публичных проявлений чувств не дошли, однако, несколько раз их все-таки застукали. Угрозами Аддамс заставляла их молчать, но шила в мешке не утаишь, кто-то все же проговорился и об их романе узнали в Неверморе.       Многие были удивлены, вот только ожидаемой реакции не последовало. Посплетничали и забыли. Никто не удивлялся тому, что на людях провидица ведёт себя сдержанно и холодно. Несколько парней обнаглели и спросили художника, как ведёт себя Аддамс в постели. На что были посланы, а после каждого из них ждал неприятный сюрприз.       В целом все обошлось более мирно, но писательницу постоянно не покидало странное чувство. Как будто бы скоро что-то произойдет. Событие, которое изменит все. И не в лучшую сторону. Впервые ее охватывала паника и приходилось искать утешение в объятьях своего парня. Который был не против, а очень даже наоборот.       У девушки начались странные видения, в которых она не видела смысла и закономерности. Женщина с руками в крови, которая проклинает того, кого любила… Сама Уэнсдей с пустотой в взгляде, прижимала руки к своему животу… Они с Ксавье ссорятся, она его обвиняет и не желает больше видеть, а он с ненавистью смотрит на нее и называет убийцей… Через много лет она встречает его, он счастлив с другой…       Художник также жалуется на странные сны, однако, там за ними охотится то странная женщина с безумным взглядом, то целая толпа. А рядом слышно детский плач. Они пытаются разгадать смысл снов и видений, пока однажды, незадолго до конца учебного года она не понимает, что у нее уже второй месяц задержка. Из-за всего случившегося девушка не обратила на это внимание, теперь начала осознавать, собрав факты воедино. Она беременна.       На всякий случай, Аддамс все же пошла в аптеку и купила несколько тестов. С замиранием сердца она пошла в туалет. Вещь, который перед этим ее подбадривал сам волновался. Он знал, что для каждой девушки-подростка беременность нежелательна. А для Уэнсдей тем более. Нетрудно догадаться, что она сделает. Вот только последствия могут быть непредсказуемыми. Писательница сделала пять тестов и все они были положительные. Как такое могло произойти? Ведь они с Торпом предохранялись. Пусть часто их секс был спонтанным, но зелья она пила регулярно. Оно точно проверенное. Хотя, даже самые надёжные контрацептивы не дают стопроцентной гарантии. Зелье могло испортиться, она могла что-то перепутать. Проблема сейчас в другом. Внутри нее существо, которого девушка не желает. Она не будет матерью. Никогда.       Решить это проблему можно только одним способом, сделать аборт, избавиться от этого паразита. Вещь советовал ей не спешить, подумать и посоветоваться с Торпом, ведь он отец и тоже должен принимать решение. На что писательница фыркнула. Он сделал свое дело и забыл, а ей мучиться, носить в себе это существо, только потому, что он будет против. А художник в любом случае будет против, это провидица уже поняла.        Скорее всего видения предупреждало именно об этом. Она сделает аборт, они с Ксавье поссорятся и разойдутся. У него будет своя жизнь и он найдёт себе другую, которая родит ему ребенка. Вот только ломать свою жизнь в угоду парня Уэнсдей не собиралась, даже если он ей и нравился. Если Торп не желает принимать ее решение, то им вместе не по пути. Пусть находит себе ту, которая будет смотреть ему в рот и родит дюжину детей.       Вещь, конечно, пытался ее отговорить, советовал хотя бы обратиться к матери и посоветоваться. На что девушка лишь закатила глаза. Ей не хотелось даже признаться в том, что она поддалась слабости и попала в подобную ситуацию. Ведь гот с косичками презрительно относилась к подростковой беременности, считая, что так попадаются только глупые девушки. Нет, этого не будет.       Синклер заметила, что с подругой что-то случилось, в последнее время, с тех пор, как Аддамс заподозрила беременность, она была невнимательной и более раздражительной. В ответ на вопрос могла съязвить, причем не так как обычно. На вопрос волчицы об их последнем свидании с Ксавье грубо прошлась по ее отношениям с Аяксом, выставляя все так, как будто каждое их действие — это мерзость. — Почему ты так говоришь? — в глазах у Синклер появились слезы. — Ты же ведь сама встречаешься с Ксавье и он тебе нравится. Ты должна понимать мои чувства. — Я никому ничего не обязана. — огрызнулась ведьма. — У меня есть своя жизнь, в которую ты бесцеремонно лезешь со своими расспросами и ванильными советами. — Я хотела, как лучше… — А получилось, как всегда. — Уэнсдей, я не понимаю, что с тобой происходит. Ты становишься какой-то… — Какой? — Более злой. Вчера ты накричала на Ксавье. — Он схватил меня и попытался затащить в укромное место. Ему резко приспичило целоваться. — Раньше тебе это нравилось. — Мне и сейчас нравится. — Так почему же? — Скажем так, это был неподходящий момент. — У тебя часто такое случается в последнее время. Ты Кенту чуть не выдрала волосы, потому что тебе не понравилась их длинна. А Бьянку пыталась придушить, так как вдруг вспомнила, что когда-то они встречались. Я не понимаю тебя. Если раньше ты была более логичной и последовательной, то сейчас ты злишься по каким-то надуманным поводам. И ведешь себя так, как будто просто ищешь причину, чтобы сорвать злость. Уэнсдей, что происходит? С тобой точно все в порядке? Может, у тебя психологическая травма или что-то в этом роде? Может тебе стоит обратится к врачу? — Ты хочешь, чтобы я сделала ему психологическую травму? Со мой все в порядке. — Может у тебя ПМС? Хотя, оно так долго не длится. Когда у тебя в последний раз были месячные? — Со мной все в порядке… Энид, прошу тебя, давай не будем усугублять... Я пошла, мне нужно… К Ксавье…       С этими словами Аддамс буквально выбежала из комнаты и долго ходила по окрестностям, пытаясь успокоиться. Художник также заподозрил неладное, поэтому заручившись поддержкой волчицы пытался расспросить провидицу, чем ещё больше ее раздражал. Они с Торпом настолько поссорились, что целый день на разговаривали. Правда, на следующий день бурно помирились, чуть не сломав стол в его мастерской. Вещи она пригрозила, что обломает ему все пальцы и разрубит на куски, если тот хоть кому-то проболтается, поэтому тот вынуждено молчал.       Ей повезло, что заканчивался учебный год и они разъезжались по домам. Поэтому несмотря на все усилия они не сумели ее разговорить. Энид быстро успокоилась, решив, что все разузнает после каникул, напоследок обняла подругу и попросила ей хоть изредка писать, а если нет, то предоставить такую возможность Вещи. Гот с косичками промолчал, пытаясь успокоиться, ведь ничего такого волчица не имела ввиду, однако, гормоны брали свое.       Ксавье был более подозрителен, так как она вела себя с ним прохладнее, чем в последние месяцы. Перед отъездом они ещё раз занялись жарким сексом у него в мастерской, хотя ночь до этого они также провели вместе. Девушка все же надеялась, что сделает аборт незаметно и он об этом никогда не узнает. Ей все же не хочется с ним ссориться и рвать отношения. Пока он устраивает ее в качестве парня, а тем более любовника.       Дом встретил девушку хмурой радостью. Как обычно мать и отец говорили, как они соскучились, мать пыталась выведать у дочери по поводу ее личной жизни, кажется, она что-то подозревала или у нее было видение. Конечно писательница все отрицала, кажется, Мортиша ей не поверила, значит что-то видела. Не о ребенке, это точно, иначе здесь был бы целый концерт. А если ей известно о Торпе, то это не так страшно. Можно будет сказать, что это всего лишь эксперимент и никаких серьёзных отношений между ними нет. Хотя, в принципе, так и есть. Ужасно, когда один из твоих родителей провидец, но еще хуже, когда с помощью своего дара может узнать тайны своих детей.       Пагсли, в отличии от взрослых, которые увидев, что дочь начала злиться всерьез, оставили ее в покое, никак не унимался. Он постоянно расспрашивал о школе, о новых приключениях, о друзьях, которых она там нашла. Казалось, он никак не может заткнуться. Глубоко в душе провидица понимала, что брат просто соскучился, однако, клятые гормоны вновь дали о себе знать. Она не выдержала и метнула кинжал в Пагсли, который вовремя пригнулся. Мальчик был рад подобному вниманию сестры, но та не выдержала и в спешке пошла в свою комнату, оставив родных в недоумении.       Девушка резко закрыла за собой двери и села на кровать. Чем дальше, тем хуже еще немного и обычно хладнокровная Аддамс превратится в истеричку. Никакие успокоительные не помогали. С этим нужно что-то решать. Единственный выход — это как можно скорее найти хорошего врача и избавиться от обузы. Деньги не проблема, у нее есть некоторые накопления, в крайнем случае, возьмёт тайно у отца. Код от сейфа она знает, а Гомес не заметит небольшой, по его меркам, суммы. Главное не затягивать, ведь чем больший срок, тем выше вероятность осложнений и после определенного срока врачи отказываются делать аборт, даже за большие деньги, хотя и здесь можно договориться.       Как она нашла хорошего, сговорчивого, а главное молчаливого доктора — это отдельная история. Даже если доктор Джеверли ее и порицал за раннюю беременность, желание сделать аборт, то никак это не показывал. Он молча осмотрел пациентку, велел сделать необходимые анализы и только потом, когда узнал, что все в порядке, наконец выдал согласие избавить ее от этой обузы. Уэнсдей относилась с понимаем, хоть ее и раздражало объяснять родителям, зачем ей нужно в город. Она отвращением смотрела на счастливые лица будущих матерей, когда они улыбались, делились советами и показывали снимки своих будущих детей. Кошмар.       Была одна минута слабости, когда доктор, который делал УЗД, чтобы отговорить ее от опрометчивого шага, дал ей послушать сердцебиение малыша. Тогда внутри у девушки что-то оборвалось. Она слушала маленькое сердечко и не могла передать свои ощущения. Нежность… Радость… Хотелось обнять это существо и защитить… От кого?.. От себя… Чуть не крича, Аддамс заставила доктора выключить звук и угрожала его убить, если он продолжит издеваться на ней       Она приняла решение и не будет его менять. Ей не нужен этот паразит, который изменит ее жизнь, заберёт все свободное время, не позволив осуществить свою мечту, сделает из неё обычную домохозяйку, как мать. Нет, никогда этому не бывать! Это всего лишь гормоны, писательница ничего не чувствует к этому нежелательному существу. Нужно от него избавиться и все пройдет.       Вначале ей предложили медикаментозный аборт, но когда она выпила предложенную таблетку ее стошнило и так несколько раз, хотя раньше тошноты почти не было. Проклятая таблетка никак не желала залезать в ее желудок, чтобы она ни делала. Даже уже когда, казалось, не было чем, ее все равно тошнило или девушка рефлекторно выплевывала таблетку.       Чтобы дальше себя не мучить, провидица решила сделать вакуумный аборт. Вот только приборы ломались или не работали. До этого все было хорошо, оборудование качественное, как клялись ей медработники, но стояло поднести его к Аддамс тут же резко выключалось. Никто ничего не смог объяснить, все лишь разводили руками. Упрямая девушка потребовала от растерянного доктора сделать наконец хирургическое вмешательство. Даже он уже пытался ее отговорить, однако, она требовала предоставить оплаченные ею услуги.       Когда доктор взял инструменты и решил приступить, ведьма почувствовала, как волна магии охватила ее тело. Доктор, его помощник и инструменты раскидало по сторонам. Этого не может быть. Ребенок, даже ведьма в подобном возрасте ещё не владеет магией. А даже если и подобное было, то как он понимал, что от него хотят избавиться? Нет, это нереально. Вот только как объяснить, что ее магия действует сама по себе, защищая ребенка? Как будто кто-то ею управляет. Это странно.       Доктор крестился и вернул ей деньги, прося ее больше никогда не приходить. Раздосадованная гот с косичками вышла с больницы, где наткнулась на взволнованного Ксавье. Он сразу же бросился к ней, как будто бы осматривая. Кажется, Вещь, гад, все же разболтал ему. Придёт она домой, устроит ему кровавую расправу. — Уэнсдей, как ты?.. Что ты с собой сделала?!.. Почему ты мне ничего не сказала?! — он чуть не плакал. — А что я должна была сказать? — разозлилась Уэнсдей. — Ксавье, я беременна, но сделаю аборт. — Уэнсдей, это же жизнь. Это живой человек, которого ты убила… Хотя, тебе же все равно. — вдруг разозлился юноша. — Зато тебе наплевать на меня. — прошипела писательница. — Наплевать на мои желания и планы. Наплевать на то, что я чувствую. Ведь это не тебе нужно носить в себе паразита. — Но ты ведь даже мне не сказала. Я тоже имею право знать и принимать решение. Я его отец… Мог бы быть его отцом… — А что бы на это сказал отец? Не думаю, что он обрадовался бы стать дедом в таком возрасте. Уверена Винсент не поддержит подобное решение. Он бы все равно заставил меня сделать аборт или отдать ребенка. Или вообще сделать вид, что ты здесь не при чем. Хотя, достаточно простой ДНК экспертизы, чтобы доказать твое отцовство. — Знаю. Но я что-нибудь придумал бы. Например, обратился в прессу. Отец боится за свою репутацию и принял бы нашего ребенка. — Да, похоже, ты действительно перенимаешь у меня полезные умение. Например, шантаж. — Не уходи от темы, Уэнсдей. Ты приняла подобное решение не посоветовавшись со мной. Это ведь и мой ребенок. — Да, я так сделала, потому что знала, ты будешь против. Но это в первую очередь моя жизнь и мое тело. И мне решать, что с ним делать. — Тело, может, и твое, а вот ребенок наш общий. Это тоже часть меня. И мне больно, что ты вырвала его из себя, даже не посоветовавшись со мной. — Может, ты и прав. — вдруг согласилась она, понимая, что разговор зашёл в тупик. — Я действовала более лёгким путём. У меня было видение, что ты бросишь меня, ведь так или иначе, я все равно бы это сделала. Но мне не хотелось тебя терять. В моем видении ты бросил меня, когда узнал об аборте… Захочешь сделать это я не буду тебя останавливать. Но и жалеть о своем решении я не буду… Хотя, я бы все равно сделала это… Если бы смогла… — О чем ты? — удивился Торп. — Я точно не знаю, но моя магия защитила ребенка. Или это он сам… — Так ты?.. — в его голосе прозвучала надежда. — Да, я не сделала аборт, у меня не получилось. Доволен? Доктор чуть не сошел с ума когда с десяток попыток разными способами провалились. В конце его отбросило магией и он выгнал меня. — она не знала смеяться или злиться. — Значит ребенок жив? — Да. Настоящий Аддамс, нас так просто не убьешь. — в ее голосе прозвучала нотка гордости. — Мой малыш настоящий боец. — художник подошёл к ней ближе, опустился на колени и прижался к ее животу. — Ксавье, прекрати, на нас все смотрят. — девушка пыталась его отодвинуть. — Наш малыш жив и я скоро стану отцом. Разве это не чудо? — Торп, раскрой глаза, нам с тобой шестнадцать лет. Мы сами только вышли из детского возраста. — И что ты предлагаешь? — посмотрел на нее парень и нахмурился. — Мы можем отдать его на усыновление. Многие так делают. — Ты хочешь отдать нашего ребенка чужим людям? — эйфория юноши исчезла, он резко поднялся на ноги. — А что ты предлагаешь? Памперсы и подгузники до совершеннолетия? Ксавье, я так не хочу. — Зато я хочу… Отдай ребенка мне, когда он родится. Я о нем позабочусь. Лучше вообще без матери, чем с такой. — Снова начинается. — закатила девушка глаза. — Ксавье, ребенок это ответственность. Не игрушка. Взяв его нельзя выбросить. — Но ты хочешь именно это сделать. — Потому что я знаю, что не справлюсь с ролью матери. Я вообще не хочу иметь детей. Это не для меня. Меня интересует моя жизнь и мои планы. Я не хочу ее потратить на сопли и подгузники. Я не желаю посвящать всю себя семье, становиться похожей на мою мать. — Зато ты становишься похожей на моего отца. Которому плевать на собственного сына. Есть он или нет, лишь бы не мешал. Если бы не репутация, он бы также выбросил меня, как ты хочешь выбросить нашего ребенка. Это у тебя есть любящие родители, которым на тебя не безразлично. Но не у всех они есть. — Значит ты хочешь заставить меня принять этого ребенка? А ты не думал, что этим ты ещё больше заставляешь меня ненавидеть его? Мне пришлось отказаться от аборта, так как он или магия не позволяют этого сделать. Мне придется его вынашивать, рожать… А после ты ещё заставишь меня терпеть его, отказаться от себя… Стать лишь придатком к нему. Нет, я этого не хочу. — С одной стороны ты эгоистка, Уэнсдей… А с другой, может ты и права. — Торп тяжело вздохнул. — Я знаю, что такое быть нежелательным ребенком… Но если я заберу его, ты будешь нас навещать? Я хочу, чтобы наш малыш знал, кто его мама. Чтобы он видел тебя. Ты можешь не любить его, я буду любить его за нас обоих. — Возможно, это приемлемо. Но по силам ли это будет тебе? — Я справлюсь. — он был настолько уверен, что она поверила. — А, может лучше отдать моего ребенка мне? — спросила женщина, на которую до этого они не обращали внимание, провидица сразу ее узнала…