Автор моих грёз

      Несмотря на то, что моё утро начиналось с опозданий на маршрутку, чувствовал я себя довольно бодро. Давно не секрет, что с памятью у меня бывают проблемы, но чтоб забыть завести с ночи будильник — впервые. Наверно, это всё из-за тупой философии, которую зубрил до 12 ночи, лишь бы порадовать Недорубова и сдержать своё дурацкое обещание. Благо, первой была экономика и Козюкова сама была любительницей прийти по звонку или припоздниться.       В итоге, я приехал, опоздав на 10 минут пары, но кабинет был закрыт, а группы не было. Почесав свою голову, решил зайти посмотреть в беседу, может писали что-то. Как оказалось, я забыл включить мобильный интернет, а потом телефон начал разрываться оповещениями и сообщениями. Открыв ВК, висело 3 непрочитанных диалога, где строчил кучу сообщений Костик, беседа нашей группы и Недорубов. С последнего собеседника я очень удивился, и в первую очередь, открыл диалог с ним. Сергей Недорубов — Поди проспал? 8:30 — Струсил на пару приходить, Ликимов? 8:32 — Не явишься до 8:45, автоматом поставлю 2 за тестирование. 8:35       Я был в шоке. Какой тест, если сейчас только первая пара. Открываю диалог с Костей. Константин Мусин — Чел, ты где??? Недорубов рвёт и мечет. 8:39       Уже без лишних раздумий, я лечу на 3 этаж, буквально взбираясь по лестнице за пол минуты. Подойдя к нужной аудитории, стучу в дверь и открываю её, заходя в кабинет. — Сергей Николаевич, извините за опоздание, — с отдышкой, — можно? — Успел таки, молодец, ровно 8:45, — безразлично произнёс, — садитесь на своё место.       Недорубов прям какой-то агрессивный. Малейший звук или шорох из аудитории, и он сорвётся, словно с пускового крючка. Даже дышать становилось страшно. — Слушай, — шёпотом, — а почему у нас сейчас философия и что он такой злой, как чёрт? — поинтересовался у друга. — Мы утром посмотрели замену, нам местами поменяли философию и экономику, потому что Козюкова выступает экспертом на конкурсе, а пару из-за беготни она терять не хотела. И как оказалось, Недорубов только утром узнал, что ему поставили пару и примчался сам чуть ли не по звонку.       Теперь я понял, что начало дня точно будет самым худшим за последнее время. — Я раздам каждому по разному варианту, составлял отдельно для каждого, списать не получиться, — ходил по рядам и раздавал листы, — если у кого-то замечу телефон, отниму до конца пары и получите свою заслуженную 2. Все поняли? А теперь сдаём тетради, заодно проверю, как вы ведёте конспекты и выполняете задания дома.       Это зверь воплоти, а не человек. Давно я не видел его настолько злым, сегодня мне нужно быть очень осторожным, словно выполняю операцию в стиле ниндзя. — Сейчас 8:50, работы свои сдаём подписанные, с вариантом. По подчерку я не стану разбирать чья работа, а просто выставлю 2, если даже она верно решена. Время сдачи в 9:15, как раз до пятиминутки. Удачи. — сел за кафедру.       Сейчас мой мозг напрягся так сильно, как никогда раннее, просто вспоминая вчерашний свой зубрёж до самых ночей. Первым вопросом было «Что такое экзегетика?», единственное радует, что есть варианты ответов, и звучали они так: 1. Изучение славянских рун 2. Толкование корана 3. Толкование библии       Просто логически вспоминая, что в целом мы изучали, и первые два варианта я вижу впервые, поэтому, мой ответ падает на «толкование библии». — Сань, — шёпотом, — помоги, кто такие «славянофилы»? — Разговоры! — крикнул Сергей Николаевич, — Ещё замечание и выгоню за дверь. — снова опустил взгляд в журнал. — Извини, не могу, — быстро пробормотал, — мне бы самому кто помог.       Прости меня, друг, в этой войне, каждый сам за себя. И самому грустно, что бросил тебя на поле боя раненого и беспомощного, но злой фюрер держит ухо востро и наблюдает своим пристальным взоров. Неверное действие — расстрел.       Время шло, а я сидел думал над последним вопросом, который всё никак не мог обработать и вникнуть в суть. Звучал он так: «Какие идеи преследовал Карл Маркс?», но ответов было очень много и я не мог вспомнить какой из них верный, либо это вопрос с подвохом, и тут несколько вариантов, звучали они так: 1. Частная собственность должна быть упразднена 2. Следует отказаться от денежных отношений 3. Общество должно быть бесклассовым 4. Религия — пережиток прошлого 5. Прийти к коммунизму можно лишь с помощью пролетарской революции 6. Должна быть установлена диктатура пролетариата — политическая власть, защищающая интересы класса рабочих       Подумав ещё чуть-чуть, я выбрал 3 ответа, ссылаясь на то, что по смыслу они подходят, хотя все звучат как правда. Это были 3, 4, 5. Ну, была не была. — Сдаём свои работы и разбираем тетради, — грозно сказал Недорубов, — Время вышло.       Я отдал свой листок прямо в руки Сергея Николаевича, он посмотрел на меня, будто бы с прищуром. Противозаконного я ничего не делал, а когда искал свою тетрадь, она была перевёрнута оборотом ко мне, и ни как у остальных — лицом к лицу. В этот момент, меня пробил холодный пот, вспоминается, что на днях я записал куда-то свой последний придуманный стих, а куда именно, я не помнил. А теперь, кажется, припоминаю.       Молча возвращаясь на своё место, я чувствую, как холодеет всё тело, а лицо становится бледным. — Ты как тест написал? Я вот не на все вопросы знал ответы и просто пальцем в небо ткнул. — говорит друг. — Я… Я, вроде как нормально написал. — чуть-чуть отходит от оцепенения. — С тобой всё хорошо? Выглядишь каким-то бледным, — обеспокоился Костик, — точно всё нормально? — Да, всё нормально, просто от теста мозги распухли, много думал. — отвертелся и открыл тетрадь с лицевой стороны.       Я не мог заставить себя посмотреть на оборот тетради, боялся своих мыслей о том, что это было написано в философии. Там же, ещё, его цитаты записаны, чёрт возьми. О чём я вообще думал, когда отдавал свою тетрадь, сказал бы, что забыл и делов то.       Оставшаяся половина пары прошла очень даже спокойно, Недорубов перестал быть таким агрессивным, как в самом начале занятий. Будто тумблер в голове у него выкрутило в другую сторону — сторону добра и позитива, как канал Сергея Симонова. — Прошу задержитесь, Ликимов, — позвал преподаватель после звонка.       Чёрт, чёрт, чёрт! — Удачи, друг, — похлопал по спине, — жду в коридоре. — проговорил Костик.       Я подошёл к учительскому столу и даже старался глаза не поднимать, мне было страшно и неловко одновременно. — Я проверил твой тест, скажу, что справился неплохо, но последний вопрос ты не полностью правильно написал, — мелодично говорил Сергей Николаевич, — это специальный вопрос с подвохом, а подвох в том, что всё перечисленное про идеи Маркса, все 6 ответов — верные. Видимо, учил, но не досконально, — чуть улыбнулся, — а так в целом, молодец, порадовал меня. — посмотрел прямо в глаза.       Я растаял, как натуральный пломбир на асфальте под солнечными лучами. Просто молчал и смотрел ему в глаза, в который раз очаровываясь этим мужчиной, всё сильнее погружаясь в него, и утопающе крича: «не трогайте, я останусь умирать здесь». — Теперь можешь быть свободен, — сказал преподаватель, — ещё учи историю и станешь моим любимым студентом. — чуть ухмыляясь.       «Любимым» — это единственное, что отозвалось в моей голове, помимо других слов в этом предложении. — Да… Хорошо, — занервничал, — До свидания, Сергей Николаевич! — До свидания, Александр.       Я даже себе и представить не мог, что можно так потеряться при разговоре с ним. — Что он тебе говорил, зачем оставил? — подбежал допрашивать друг. — Да так, ничего, указал на ошибки в тесте и всё, — где-то витал. — Как-то ты не договариваешь, ещё же что-то было? — заинтересованно. — Ну… — наклонился к уху друга, — Он сказал, если я будут учить и историю, то стану его любимым студентом. — Вот те раз! — удивился друг, — Походу что-то да и происходит между вами. — констатировал Костик. — Да брось, что с меня взять, 17-ти летнего подростка, у него самого свои дети есть, может он меня воспитать хочет, как своего отпрыска? — перевёл в шутку. — А, кстати, ты не открывал свою тетрадь по философии? Он оказывается многим в тетрадях всё позамуливал и слова исправлял, какие были неправильно написаны. Такой дотошный, просто ужас, — возмущался друг, — тебе хоть что-то он написал? — Я не знаю, ща посмотрю, — достою тетрадь, — Да вроде нет. — листает и разглядывает страницы. — Как странно, он даже Евангелине поначеркал в тетрадке, — удивился, — да ты походу всегда его любимчиком был. — отшутился Костя.       Смелости показать оборот философии так и не набрался. Я ему доверяю, конечно, и для меня он близкий человек, но боялся его реакции, тем более на такие вот «стишки».       После довольно нервного учебного дня, я приполз домой только после пяти часов вечера. Бабка с последней пары так и не хотела отпускать после звонка, то парты ей подвинуть, то помочь бумаги с лабораторными вынести вообще для других групп. Так кошмарно бесило. Но я остался жив, считай день прожит не зря.       Переборов внутренних бесов, всё же решился открыть тетрадь, где действительно находился этот злополучный стих. Рядом, на полях, было чиркнуто красной ручкой, будто бы, когда путаешь стороны, случайно рисуешь какую-то козюлю из чернил. Я понял, что его он читал и видел всё, что там было. В этот момент мне стало так стыдно перед Недорубовым, что не знал куда деться от своих нахлынувших эмоций.       Откинувшись на кровать, я прикрыл глаза, стараясь ни о чём не думать, но его лицо стоит живым прям перед глазами. Его едва видная улыбка, пронзительный взгляд, жесты и голос, отзывающиеся эхом в подсознании. Да, я действительно влюбился и с этим уже ничего поделать не могу, да и просто не в силах бороться с ним и с этими чувствами.       Собравшись с мыслями, я встал с кровати и пошёл посмотреть в холодильник, есть ли чем поужинать. На удивление, в холодильнике мышь повесилась, видимо мать не успела закупить продуктов, а отец уехал в командировку на пару недель. Благо они всегда оставляют деньги на еду и просто карманные расходы, но даже при этом, я никогда не наглел и не тратил всё за раз в полный ноль. Совесть играла бо́льшую роль в данном аспекте.       Простонав пару нечленораздельных звуков, снова оделся, взял деньги и спустился в шестёрочку, что была в моём доме на первом этаже. Мне всегда нравился больше оверсайз стиль. Иногда посмотришь на парня в узких джинсах, словно две палки в колготках, выглядит ужасно. Но как говорится, на вкус и цвет, не мне судить об этом, главное, что вообще в одежде шёл и на этом спасибо.       Подходя к стеллажу с хлебом, я увидел, как мужчина в чёрном пальто ниже колена, стоит выбирает между обычным серым хлебом и бородинским. Лично мне никогда бородинский не нравился, на вкус слишком горчит и пряный. Ещё и эти семки сырые подсолнечника вообще там не к месту.       Я подошёл выбирать батон и глянул на мужчину в профиль. На самом деле, лучше бы я этого не делал, ведь узнал в лице хлебобулочника — Недорубова. Что он тут делал, так ещё и около моего дома. Я никогда здесь его не видел.       Моя паника заставила меня быстро взять первый попавшиеся батон и уйти в другой отдел. Очень надеюсь, что он меня не узнал. Но в то же время, было интересно последить за ним, выяснить откуда он здесь взялся. Чисто случайно никак не может быть, я ведь живу в 20 минутах езды от своей шараги.       Набрав корзину необходимых продуктов, избегая пересечения с Сергеем Николаевичем, я первее пробежал на кассу и оплатил покупки, кидая их в рюкзак. Дело оставалось за малым, просто выйти на улицу и караулить его у выхода, при этом не отсвечивая.       Подождав около пяти минут, он вышел из магазина и подошёл к своей машине. Ездил он на Ладе Веста белого цвета, данный момент я очень давно запомнил, ещё с начала первого семестра.       Недорубов закинул мешок с продуктами на заднее сидение и закурил сигарету. В жизни бы не подумал, что он курит, это очень сильно меня удивило. Даже после обеденного перерыва, когда третьей стояла пара с ним, никогда не несло дымом и прокуренным запахом от его одежды. Всегда только приятный парфюм, и видимо, недешёвый.       Докурив сигарету, и выбросив окурок на землю, Сергей Николаевич сел на водительское сидение. Тронувшись с места, он завернул ко мне во двор. Я стоял в шоке. Может померился со своей женой, или уже новую себе женщину завёл, хотя странно, так мало времени прошло с того инцидента. Я вошёл в арку вслед за ним.       Как ни в чём не бывало, он припарковал машину во дворе и зашёл в соседний, от моего, подъезд. Ранее, его машину я тут ни разу не видел, либо просто не обращал внимание. Но даже себе представить не мог, что я снова с ним увижусь и уже вне колледжа.       Больше ничего меня на улице не держало и я поднялся к себе в квартиру. Раскидав продукты по своим местам, я принялся готовить. Ничего более простого и быстрого не придумал, кроме как пожарить пельмешек. Считаю, что это было мудрое решение.       Нажарив целую сковороду пищи богов, я засел за свой любимый комп, на котором уже включился браузер после запуска. Открыв первое окно с соц.сетями, а второе с ютубом. Ведь так приятно есть что-то вкусное под просмотр фудблоггеров. Как говорил один гений: «Кушаю много, кушаю вкусно».       Прошло только около минут пятнадцати от хлеба и зрелищ, как прилетает сообщение в ВК. Даже стало интересно, кому я в восьмом часу вечера пригодился. Открываю диалоги и висит сообщение от Недорубова. Такого дня моё сердце точно не выдержит. Надеюсь, я умру во сне, и больше не буду страдать от собственного дебилизма и от своих чувств. Ничего не остаётся, кроме как открыть его сообщение. Сергей Недорубов — Ликимов, шпионить за людьми не очень хорошо, да и наказуемо законом. 20:07       Моё сердце ушло в пятки, именно только таким выражением могу описать свои эмоции на данный момент времени. Я даже не представляю, что ему на это ответить.