Любовью разрисованный холст

Нил наблюдал за своими друзьями. В хорошем смысле. За парочками, если быть точнее. Дэн и Мэтт были такими счастливыми. Только один взгляд друг на друга вызывал у них широкую улыбку и сверкающие любовью глаза. Они ходили за ручку и всё время обнимались. Нил считал, что они идеально дополняют друг друга. Если бы в мире существовали родственные души, то они были бы ими. Жан и Кевин были островком спокойной и неловкой любви. Они не любили публичное проявление привязанности, поэтому в школе только вместе хихикали за обедом, соприкасаясь ногами. Жан устраивал им романтические свидания, а Кевин таскал того по всяким крутым местам. Они ещё смущались всех, но Нил знал, что их чувства были очень крепкими. Элисон и Рене были одной из самых странных парочек в школе. Рене была тихой христианкой, когда Элисон шумной популярной девушкой. Элисон была сторонницей публичного проявления привязанности и постоянно обнимала свою девушку и чуть ли не кричала, как она её обожает. На это Рене брала её за руку и уводила от попавшегося под руку человека. Ники и Эрик были редким для них явлением. Эрик был очень загружен и не часто появлялся рядом с ними, но Ники всем рассказывал, как он прекрасен и как он спас его жизнь. Нил был рад, что Ники больше не убивает в себе то, кем он является. У Аарона периодически были девушки, но это были недолгие отношения. Он никогда никого не приводил к ним за стол. Нилу нравилась стабильность, и он не хотел бы всё время видеть новых лиц. А вот у Эндрю за всё это время никого не было. Даже когда он проколол ухо, он никогда не рассказывал о своих любовных похождениях. Не то чтобы это было тем, что он рассказывал бы за их столом. Его ни с кем не видели, а домой он уходил всё время в чьей-то компании из друзей. Почему-то мысль о том, что Эндрю начнёт с кем-то встречаться вызывала у него не самые приятные чувства, хотя он и ему желал всего самого наилучшего. Нил был рад видеть своих друзей счастливыми и любящими. Они вселяли в него столько светлых чувств, что он не переставал улыбаться. Пять месяцев под надзором ФБР стоили того.

—

В выходные они с мамой активно обустраивали территорию дома. Они были словно художниками, рисующие на голом холсте, добавляя всё больше и больше красок и деталей, создавая такую прекрасную картину под названием дом. Был уже тёплый конец апреля, и через месяц закончится первый год его учёбы. Он был сложным, но полным новых приобретений. Дом, друзья, чувства. Вчера у них была большая вечеринка в честь дня рождения Дэн и Жана, которые они решили объединить в одну. Мэтт весь день таскал Дэн на руках, говоря ей тёплые слова, а Кевин обнимал и держал за руку Жана. Нил полюбил дни рождения. Его мысли прервала пришедшая Элисон. Она рассказала ему новые сплетни, вышедшие фильмы и о Рене, конечно же. — Так, ты уже подрос, мой ангелочек, определился ли ты со своей ориентацией? — Не знаю. Не сказал бы, что меня кто-то привлекает. — Вообще никто? — Не-а, — пожал плечами он. — Хм, то, что тебя не привлекают другие тела это мы поняли. Ммм, может есть кто-нибудь очень интересный? С кем бы ты хотел быть как можно ближе? После её слов в голове сразу всплыл Эндрю и его щёки вспыхнули. — Ага! Попался! — она подскочила и стала мять его красные щёки. — Эли! — Значит кто-то всё же привлекает моего ангела. Она наконец отпустила его, и он решил ей немного рассказать об этих непонятных чувствах, надеясь, что она поможет. — Ну, мне с этим человеком очень хорошо. Он придает мне чувство безопасности и комфорта. Мне всегда есть о чём с ним поговорить, и он очень заботлив. Ох, и… я думаю, что… некоторые его части тела привлекают меня. Он, наверное, сидел просто с пунцовым лицом, потому что по ощущениям у него был жар под сорок градусов. — Да ты влюблён, ангелочек! Кто этот человек? Расскажи мне. — Эли, нет. Я не знаю. Это всё так ново для меня. — Я тебе даю полную гарантию, что ты по уши влюблён. Скажи мне хотя бы это девушка или парень? Я никому не расскажу и не буду больше допытываться. — Парень, — пробормотал он. — Мой мальчик! Она и вправду перестала его спрашивать об этом. Вечером она выслала ему ссылку на статью о демисексуальности. Это было похоже на него. Теперь он ещё больше стал осознавать, что у него есть особые чувства к Эндрю. Сердце бешено стучало, к щекам приливала кровь, а улыбка растягивала его губы ещё шире. Но в последнее время Эндрю стал более замкнут. Больше молчал и был более отстранённым. Его друзья не придали этому значения, а на его вопрос Эндрю лишь отмахнулся. Нил не стал лезть, так как не хотел надоедать, если он не хочет об этом говорить. Сегодня их тренировку отменили из-за отсутствия горячей воды. Он пошёл в сторону дома, но понял, что забыл телефон в раздевалке. Нил стал возвращаться обратно, быстро шагая. Он завернул за угол дома, который был уже в паре минут от школы, как остановился в ступоре. Эндрю целовался с парнем. Его сердце сначала упало вниз, а потом бешено забилось. Дышать стало труднее, а в горле пересохло. Они услышали шаги и Эндрю обернулся на него. Когда они встретились глазами, Миньярд удивлённо моргнул. — Я-я… простите… что помешал. Я эм… я пойду. — Нил! Нил уже не слушал, он развернулся и рванул вперёд со всех ног. Почему он почувствовал себя преданным? Его крохотные ростки светлых особенных чувств были втоптаны в грязь. На что он вообще надеялся? Эндрю такой красивый, сильный и интересный. А он ребёнок. Нил всё бежал и бежал, стараясь заглушить мысли и чувства усталостью и болью в мышцах. Он не хотел никого видеть или слышать. Он не хотел домой. Он вообще ничего не хотел. Когда ноги уже кололо от переутомления, а лёгкие не получали нужного воздуха, Нил перешёл на шаг. Он не знал, в какой он стороне и где вообще находится. Уже был закат. Сколько он бежал? Он потянулся за телефоном и вспомнил, что так и не забрал его из школы. Название улиц были незнакомыми, а район был обветшалым и грязным. Может ему лучше повернуть назад? Он по прямой бежал? Наверное, лучше идти назад, чем вперёд, где район с каждым шагом становится всё менее благоприятным. Он развернулся и зашагал обратно на слабых дрожащих ногах от долгого бега. Очень долгого бега. Нил краем глаза заметил, что за ним начали следить. Он судорожно начал перебирать в голове, поймали ли всех друзей отца или кто-то ещё остался. Сзади него послышался бег, и он развернулся. Высокий мужчина с безумными глазами прижал нож к его животу и схватил за плечо. Даже если он его протянет, то не заденет ничего жизненно важного. Дилетант. — Паренёк, гони бабки. — Пошёл ты. Он знал, что тот его не послушает, чтобы он не наплел. Он вывернул его руку, которая неправильно держала лезвие, и ударил его ногой в пах. Когда мужчина свалился на землю, он развернулся, но его уже начали окружать. — Эй, парень, ты хорошо одет, значит деньги есть. Если бы он не так устал, то он либо успел бы убежать, либо смог бы отбиться от трёх мужчин, но его ноги еле-еле держали его. Особенно после недавнего удара. Он должен признать, что ему было страшно, но он также понимал, что ему нужно защищаться. Побежать назад он не мог, потому что не лучший вариант, как он уже рассудил. Забрать нож и отбиваться тоже. Мама наругает его за это. Три мужчины были больше его, и он не смог бы всех обезвредить. Что ж, придётся бежать. Как только он рванул, другой мужчина сразу же побежал за ним, будто знал, что он решит. Его ноги предательски подкашивались, а скорость снижалась. Бегите бегите бегите Вдруг его схватили за рюкзак, и он потратил драгоценные секунды на остановку и его снятие. Он думал, что убежит без него. Бог с ним, с этим рюкзаком, главное его безопасность. Однако, его уже догнали двое других и его расслабившееся ноги подкосились. Его схватили за запястья, и он стал всеми силами вырываться, за что его ударили в солнечное сплетение, и он согнулся пополам. — А мальчишка ничего такой, симпатичный. Нила начало тошнить. Они поднимали его за руки вверх, как тряпичную беспомощную куклу. — Нет, отпустите. — Что ты там бормочешь? — Не трогайте меня! — Какой резвый, — ладонь легла на его спину и поползла вниз. — Нет, не надо. Две пары рук стали гулять по его телу, и он беспомощно старался вырваться. — Нет, отпустите, пожалуйста. — Пойдем-ка с нами, — они начали его тащить в сторону одного из домов. — Нет! Отпустите! Нет! Пожалуйста! Не успели они его дотащить, как раздались мигалки и их быстро окружили с двух сторон полицейские машины. — Руки вверх! Мужчины отпустили его, и он обессилено рухнул на землю, сворачиваюсь калачиком и дрожа. Это было страшно. Это было мерзко. Пока всех скручивали, с ним попытались поговорить, чтобы он встал, но у него ни на что не было сил. Он хотел домой, к маме. — Нил! — раздались голоса его друзей, и он поднял голову, приоткрывая глаза. Около него упал Эндрю, а за ним стояли Аарон, Ники и их мама. Он снова свернулся, опустив голову к груди. Он не хотел их сейчас видеть. — Что с ним? — раздался голос Аарона. — На него напали четверо мужчин. Как мы поняли, в целях грабежа и сексуального насилия. Все замолчали, и он услышал ещё одну подъехавшую машину. — Парень, нам надо, чтобы ты поехал с нами в участок и дал показания. Он хочет домой. — Нил, мальчик мой, — раздался голос его мамы. — Мама. — Я здесь, всё хорошо, — она начала гладить его по голове, и он немного расслабился. — Мэм, вы его мама? Нам нужно взять его показания. Можете сказать как вас зовут? — Ария Джостен, — она притянула его голову к себе на колени и продолжила поглаживать. — Оу… эм… одну минуту, — он куда-то отошёл, удивлённый чему-то. — Если ты не хочешь давать показания, ты можешь этого не делать, слышишь, Нил? — мягко говорила ему мама. Нил подумал о других детях и людях, которые забредали сюда или эти мужчины находили их в других местах. По телу прошлась дрожь от воспоминаний их рук. К горлу подступила тошнота, и он проглотил комок в горле. — Я сделаю это. — Хорошо, я буду с тобой. Если хочешь, твои друзья тоже могут поехать. — Не надо. Только зря время потратят. — Нил! — раздался недовольный возглас Ники. — Не говори так. Если ты хочешь, мы все будем с тобой и поддержим тебя. Ты стоишь нашего времени. Мы тебя четыре часа искали. — Ангелочек! — Мисс Джостен, — раздался голос другого полицейского. — Ваш сын согласен на дачу показаний? — Да. — Мы поедем с ним, — твёрдо сказал Ники. — Конечно! — воскликнула Элисон. — Ты меня так напугал. — Хочу сказать… — Не надо офицер. Они будут ждать его у участка. — Что ж, хорошо, мисс Джостен. Садитесь в ту машину. — С ним может доехать кто-нибудь из друзей? У меня тут машина. — Хорошо. Когда он ушёл, она немного сжала его волосы, не сильно, но от волн злости, которые он чувствовал, даже не глядя на неё. — Грёбаная свинья. Конечно, сложно было не услышать каким голосом он произнёс «мисс Джостен», как будто издеваясь над ней. Видимо, у них было что-то в базе данных о их прошлом. — Мам? — Не переживай, мой хороший, всё будет хорошо. Просто расскажешь что как было и всё. Неозвученное «ты и сам знаешь, как это происходит» осталось в воздухе между ними. Она поднялась и помогла ему, но его ноги подкосились, а мышцы свело от бега и отдыха на земле. Эндрю подхватил его под руку, и он опёрся на него. Теперь он опять вспомнил о том, с чего это всё началось, и не знал, как вести себя с Эндрю. Но его руки были тёплыми, сильными и надёжными, и он не мог себе в них отказать. Хотя бы для того, чтобы довести его до машины. Его рюкзак отобрали в целостности и сохранности, что удивительно, и отдали ему. В машине он поехал с Элисон и Эндрю, держа их обоих за руки и прислоняясь головой на широкое плечо Эндрю. В участке он сидел вместе с мамой и рассказывал, что случилось. Как у него было плохое настроение, и он просто рванул, не глядя на дорогу и витая в своих мыслях. Что остановился в том районе и повернул назад. А потом случилось всё это. Ему пришлось бежать в туалет, потому что на этот раз тошнота всё же настигла его. Когда он вышел, вся его компания уже ждала на выходе. Они двинулись к нему, чтобы обнять, но он понял, что не вынесет прямо сейчас ещё одних рук на нём. Он содрогнулся и сделал маленький шажок назад. Эндрю сразу встал перед ним, загораживая от остальных. — Нет. Не сейчас. — Эндрю! — Заткнись, Хэммик, — прошипела Элисон. — Поехали по домам. Нам всем надо отдохнуть. Перед тем как пойти к машине, Эндрю остановил его протянутым телефоном. Его телефоном, за которым он возвращался. — Спасибо, — кивнул он и поплёлся в машину. Он так хочет домой. Как только они приехали, он сразу же пошёл в душ. Он варился в кипятке и мыле, старясь стереть с себя фантомные руки. Он не знал, сколько провёл там времени, но он начал чуть ли не в обморок падать от духоты и наступившего голода. В своей комнате он оделся в штаны, толстовку и носки, несмотря на жаркую погоду и завернулся в одеяло. Раздался стук в дверь, а затем она тихонько приоткрылась. — Нил, сыночек, я принесла тебе фруктов и воды. Поешь немного. Когда она ушла, он сел на кровати и съел всю тарелку, запив потом водой, и улегся спать. Мама оставила его на день дома, пока он ещё отходил от всего произошедшего. Нил провёл день на диване в гостиной, смотря свою программу про космос. Она успокаивала. Вечером он решил взять в руки телефон и увидел много непрочитанных сообщений, как в группе, так и личных. Все его друзья спрашивали о его самочувствии. Он написал в группу кратко «получше» и выключил телефон. Он решил отвлечься готовкой ужина. Поев с мамой, он отправился сразу в кровать. Удивительно, что его не настиг ни один кошмар за эти два дня. На следующий день в школе никто не задавал ему никаких вопросов, и он был благодарен за это. Он ещё немного отходил от стольких событий за тот день. Теперь они с Эндрю молчали. Их молчание продолжалось до самого конца учёбы. Нил ощущал это, как потерю конечности. Ему было немного одиноко и холодно без разговоров и времяпрепровождения с ним. День Рождения Ники они отмечали в торговом центре с игровыми автоматами и кино. Все его друзья водили от одной игры к другой. Нил снова учился чему-то новому вместе с ними. В честь конца года, Элисон позвала всех к себе, сказав, что её родители уезжают. Они по привычному заказали пиццу и шумно отмечали, играя в игры и бегая по её огромному дому. А потом Элисон поставила алкогольные напитки на стол. — Элисон, откуда это у тебя?! — пропищал Ники, рассматривая бутылку с янтарной жидкостью. — Готовилась, выигрывала, — пожала она плечами. — Теперь я знаю, почему дружу с тобой. — Ещё слово, Хэммик, и ты даже без воды останешься. — Молчу-у. Рене сразу же отказалась. Жан попросил немного самого лёгкого, чтобы попробовать. Нил сделал также. Ники, Элисон и Дэн были какими-то виртуозными пьяницами, зная, что кому наливать и сколько. Нил с сомнением понюхал свой напиток и отпил совсем немного. Горло обдало жаром, а в нос ударил резкий запах. — Привыкнешь, — улыбнулся Ники, отпивая из своего стакана. Кто-то пил быстро, кто-то медленно. Нил очень медленно. — Давайте сыграем во что-нибудь? — Во что? — Правда или действие? — С бутылочкой. Сначала всё шло безобидно от «скольких парней ты целовала» до «станцуй шутливый развратный танец», но потом… ребята очень разошлись и во время всего этого ещё и пили. Нил под общую шумиху не заметил, как алкоголь ударил и ему в голову. — Нил? — Действие. — Просиди у Эндрю на коленях десять минут. — Эли! — Вперёд-вперёд, — она сама уже была явно не себе, особенно после того, как провела с Рене «семь минут в раю». Нил встал и подошёл к Эндрю, который сидел на диване с широким бокалом. Не увидев в нём несогласие, он послал всех и всё к чёрту и решил выполнить задание. Повернувшись к нему спиной, он сел ему на бедра. Эндрю немного привстал и прошептал ему на ухо, отчего мурашки прошлись по его коже. — Ты слишком много выпил. — Какая разница, — он немного оттолкнул его от себя, и они продолжили играть. После действия выпить залпом всё из стакана Эндрю, его мир окончательно поплыл. Он видел как многие расходятся спать или ложатся прямо в гостиной. Он сидел на полу, облокатившись спиной на диван и склонив голову к груди. Перед ним кто-то присел и потряс за плечо. — Эй, Нил, пошли спать. — Отстань, Аарон, — он начал от него отмахиваться, но блондин отвёл его руку, как назойливую букашку. — Пошли. — Не-ет, не хочу никуда идти. — Я могу тебя понести. — Аарон, ты шутишь? Ты же сопляк! А вот твой брат… — он широко улыбнулся. — У него такие сильные и надежные руки… они мне нравятся. Потом рука с его плеча переместилась на его спину, а вторая под колени и Нила подняли с пола. Он удивленно схватился за шею блондина. — Аарон, ты скрывал, что качаешься? Почему ты молчишь? Ты будешь меня тоже игнорировать, как и твой брат? Он такой дурак, — фыркнул он, пока его несли, как принцессу. — Почему? — Потому что! Я только понял, что он мне нравится, а потом он начал отстраняться, а потом я его нашёл в переулке, а потом… — он содрогнулся всем телом, и парень прижал его ближе к себе. — А потом стал игнорировать меня, когда нужен был больше всего на свете. Его наконец положили на кровать и он лёг на бок, желая уже поспать. — Я могу лечь с тобой? — Как хочешь, — промямлил он в полусне. Нил почувствовал, как сильные тёплые руки обхватывают его поперёк живота и притягивают ближе к крепкой груди, а лоб прислоняется куда-то ему в затылок. После этого он сразу заснул. Следующее утро далось тяжело. Голова трещала, а в горле пересохло. Он со стоном перевернулся и заметил на тумбочке стакан воды и таблетку, заботливо оставленные ему. Он выпил и то, и другое, и начал вспоминать вчерашний вечер. Да, сидеть на коленях Эндрю было очень неловко. Но не больше, чем ему самому потом пришлось держать руку на бедре Нила. Он со смешком вспоминал их пьяные игры, пока не вспомнил, как его несли в комнату. Вчера в пьяном бреду он подумал, что это был Аарон. Но сейчас, он понимает у кого такие сильные руки. Он со стоном прикрыл лицо руками и зарылся в подушки. Чего он ему только не наговорил. Почему Эндрю потом лёг с ним? Разве у него нет теперь парня? Нил с горем пополам поднялся и стал искать ванну. Умывшись, он спустился на первый этаж, где уже хозяйничала Рене, а за столом сидели Эндрю и Жан с кружками кофе. — Доброе утро, — пробормотал он, садясь рядом с Жаном напротив Эндрю. — Доброе утро, — произнесла Рене за плитой. Спустя пару минут он опять поднялся, чтобы заварить себе кофе. Рене приготовила блинчики, и они уселись вчетвером завтракать. После этого Рене и Жан отправились к своим половинкам, а он с Эндрю сидели на кухне, доедая свои порции. Нил решил, что, что бы он не наговорил, это, во-первых, было в пьяном бреду и неполноценный разговор, а во-вторых, он уже всё высказал, поэтому он встал и пошёл обратно в комнату. Эндрю подскочил за ним. Он следовал за ним до самой комнаты, поэтому Нил лёг обратно, кутаясь в одеяло. — Нил. Нил? — Нил почувствовал, как он сел на кровать рядом с ним. — Давай поговорим. — О, теперь ты хочешь поговорить, да? Наступила тишина. — Говори, я послушаю, — произнёс он, не желая вылазить из своего тёплого защитного кокона. — Даже не посмотришь на меня? — Нет. Эндрю издал протяжный выдох. — Ты мне нравишься, Нил. Я влюбился в тебя с самого первого взгляда, когда ты потерянно искал кабинет директора, — Нил удивлённо раскрыл глаза под одеялом, но пока что не вылезал. Эндрю прилёг сзади него. — Ты был ещё совсем ребёнком, а для меня это было слишком много, поэтому я молчал. А потом случились эти дурацкие танцы на Рождество и я понял, насколько безвозвратно влюбился в тебя, — Эндрю зацепил край одеяла и начал убирать его с головы Нила. — Я хотел защищать тебя, смотреть на тебя, обнимать тебя, — он открыл его лицо и, поставив руку около него, наклонился и посмотрел ему в глаза. — Я так переживал, когда ты пропал. Нил, — он протянул руку и коснулся его щеки, медленно гладя его скулу. — Ты будешь со мной встречаться? Да или нет? Нил удивлённо во все глаза смотрел в ореховые напротив. Он протянул руку и положил её на тыльную сторону ладони Эндрю, лежащую на его щеке. Сердце бешено билось в груди, грозясь вылететь из-под рёбер. — Да, — кивнул он, широко улыбаясь. Уголки губ Эндрю дернулись, и он начал подавлять свою улыбку. Миньярд приблизился и поцеловал его в щёку с горящими ушами. — Так вот почему у тебя всё время уши горели! — Ты идиот, Джостен. Нил засмеялся и потащил его в свои объятья, крепко сжимая. — Что насчёт того парня? — Я подумал, что смогу заглушить свою влюблённость, потому что мы все думали, что ты ас. Нил задумчиво помычал и запустил руку в его волосы. — Я хочу кое-что тебе рассказать. Это может быть важно, — Эндрю поднял голову и посмотрел в его глаза. — На самом деле, фактически, мне исполнилось тринадцать четыре месяца назад. — Что? — В моих документах мой возраст на год старше, чем при рождении. — О… тогда это многое объясняет, — Нил вопросительно приподнял бровь, ожидая пояснения. — Когда ты только пришёл в школу, тебе получается фактически было всего двенадцать. Совсем ребёнок. — Я это и не отрицал. Эндрю покачал головой, что-то ворча, и снова уткнулся в его грудь. Нил был счастлив. Они с Эндрю теперь вместе.