Анонимность

Полки в ванной пустовали, и больше не было баночек с бальзамами для сохранения блонда. Блесков для губ тоже не оказалось на месте. Даже мыло с ароматом роз исчезло и появилось новое, пахнущее сочной дыней. Веронике стало как-то легче, но мысль не покидала ее: «А вдруг, она просто убрала для виду? И Арина все еще тут бывает?» — и это не покидало Веронику даже когда открылась баночка пива в руках Ксюши, а в руке брюнетки уже был пивной напиток с фруктовым вкусом. Вероника иногда вставала и уходила в туалет, но ее взгляд всегда скользил по полкам комода в поисках какой-то нетипичной для Ксюши вещицы, но больше ничего не находилось. Даже белых волос на полу не было! Будто работал профессиональный клининг. Роллы, которые приехали через полтора часа после того, как приехали девушки, были неимоверно вкусными. — Так, мне остаться у тебя на ночь? — нагло восседая в одежде Ксюши, спросила брюнетка. — Ты поздно спросила. В любом случае ты останешься у меня, даже если не хочешь, потому что я уже выпила и не сяду за руль, а такси тебя хрен довезет в такое время. — Я не против остаться, просто уточняю. — Вот и отлично, — Ксюша одарила ее улыбкой. — Может, посмотрим какой-нибудь фильм? Есть предложения? — Я думала мы поговорим. — Поговорим? О чем? Да, вторая бутылочка этой фруктовой гадости явно ударила в голову, раз Вероника смогла выпалить такое. Голубоглазая будто поняла, что в голове темноволосой девушки, что тревожно смотрела на нее. — Не люблю такое, становится не по себе, — прервала тишину Ксюша. — Будто я что-то натворила. — М-м, ну как сказать, отчасти, да, вопросы к тебе имеются, — выдохнула девушка. Ксюша притихла, осторожно посматривая на Веронику. Даже стало забавно, голубоглазая выглядела как маленький ребенок, который ждал ремня. «Видимо, не любит разбор полетов в отношениях. Разговаривать по-серьезному не умеет совсем, эх…» — подумала Вероника, и хотела замять этот разговор, но Ксюша только сказала: «Давай уже, ну!» и Веронику понесло. — Это не мое дело, но я должна знать, понимаешь? — начала Вероника. — Угу-м, — нехотя ответила Ксюша, потянувшись к сету роллов. «Ей плевать или она пытается отстраниться таким образом?» — задавалась вопросом Вероника, глядя, как хозяйка дома совершенно спокойно продолжила поедать роллы. — В твоем доме были вещи, которые намекают на то, что тут живет кто-то еще,— начала брюнетка, прикусив губу. — Так-так, — не глядя на девушку, шатенка продолжала есть. Ей совсем не хотелось говорить об этом. — Далее? Вероника даже удивилась. На этой ноте на месте Ксюши любой бы начал объяснять, хотя бы! — Я подозреваю, что это вещи Арины. Они лежали в ванной. — Так это ты все-таки лазила в тот день, — ухмыльнулась Ксюша и засунула ролл в рот, и с набитым ртом продолжила: — А я думала, это я долбанулась или в доме кто-то есть помимо меня! — Это все вывалилось на меня из шкафа, — не ожидая от себя, Вероника зачем-то начала оправдываться. — Ага, стояло и вывалилось, знаем, проходили такое! — закивала Ксюша издевательски, — Магия какая-то! — Суть в том, что мне неудобно быть тут и понимать, что ты живешь с ней. — Она не живет здесь. — Съехала на днях? — Она уже неделю или две тут не живет. — А эти бальзамы? — Остались у меня. — Да что ты? Дорогущие бальзамы остались тут у тебя? Не поверю. — Дорогущие бальзамы куплены были за мои деньги, и до этого я была тоже блондинкой. — А блески для губ, чё, — ты любительница красных губок? — Вероника уже завелась не на шутку, и даже отложила бутылку. Ксюша отложила свою следом за девушкой. — Окей, — кивнула шатенка. — Тут да, проебалась. Где еще ты лазила? — голубые глаза недовольно взглянули на Веронику. — Нигде. — Может перерыла мою спальню еще? — Я спала там. А блески и эти бальзамы сл… — Случайно, да-да, слышали! — отмахнулась Ксюша и встала с пола. — Какая гадость, ты не доверяешь мне? Ты — мне? Кажется, это я должна не доверять тебе! — С чего бы? — Вероника следом встала и пошла за Ксюшей. — И вообще, почему ты начала обвинять меня именно тогда, когда я говорю о теме, которая тебе просто неприятна, потому что ты чувствуешь вину! — Чего-о-о? — Ксюша развернулась посреди коридора и посмотрела в глаза девушке, — Какую вину, за что? — За ложь. — руки уперлись в бока, Вероника вздернула подбородок и подошла ближе к шатенке. — Ты лжешь. Если она и съехала от тебя, то совсем недавно. И да, может мне и стоило проверить комод в твоей спальне, вдруг я бы там увидела трусы блондиночки? «Ой, это я зря» — промелькнуло в голове, когда голубые глаза прищурились. — Иди, смотри и нюхай, — рыкнула Ксюша и пошла быстрым шагом в спальню, зовя за собой гостью. — Идем, чё ты? Идем, поглядишь! Пожалев о своих словах, она медленно пошла в спальню. Ксюша уже нервно постукивала пяткой о пол. Держалась за открытую дверцу. — Иди, взгляни, раз ты любишь рыться в чужом белье. — Слушай, Ксюш. — Смотри, на, — указывая кивком на комод, продолжала шатенка. — Ксюш, извини. Просто я не хочу быть обманутой, я слышала о ваших отношениях, которые как качели — то вверх, то вниз, и я не хочу быть замешана в этом треугольнике. — Как я была замешана в твоем? — съязвила голубоглазая и начала прожигать взглядом девушку, что стояла, поджав губы. — Это говоришь мне ты, да? — Мои отнош… — Это я не могу довериться тебе! — громко заявила шатенка, и подорвалась к девушке. Тыкнув пальцем в грудь, она нависла над брюнеткой, что с вызовом заглянула в голубые глаза. — Это я не могу довериться тебе, — повторила шатенка, — ведь это ты ушла из длительных отношений по щелчку пальцев, будто для тебя это все пыль. Это ты написала мне, находясь в отношениях. Это мне сложно, а не… Уголки губ Вероники задрожали — при виде этой картины Ксюша вздохнула, прошептав виноватое: «Бля…», но девушка уже не слышала, а скрылась в туалете. Замок на двери туалета защелкнулся изнутри. Зеленые глаза заполонили слезы, из-за чего сложно было разглядеть забавные узоры на двери. Шмыгая носом, она тихо заплакала, и в голове возник комментарий одной особы под недавней записью паблика: «Фу, какая шлюха эта Ромашка, сделала больно девочке и бросила ее, а теперь кинулась на Ксюху». Прошло несколько дней, всего лишь несколько дней, а эта история будет преследовать ее всю жизнь, даже если и удалится запись со стены паблика. И голубые глаза всегда будут смотреть на Веронику с презрением, а в любой ссоре она так и будет говорить? «Какое еще общение может быть с этой девкой, что сама только недавно выгнала бывшую девушку из дома?!» — Ромашка, — послышалось за дверью, — прости, правда. Так и думала, что мы поссоримся сегодня из-за темы бывших. Вероника не ответила, только сидела на унитазе и молча слушала. — Я знаю, гадко вышло — я бросила Арину, ты — Асю. Мы, вообще, обе те еще дуры, — послышался тяжелый вздох за дверью, и Ксюша постучала. — Ты слышишь меня? — Слышу, — буркнула Вероника. — Я, правда, давно рассталась с Ариной, мы давно не вместе, — заверила Ксюша, — А твои отношения пусть касаются тебя. То, что там обсуждают тебя — это же чушь, выдумки людей. Ты не плохой человек, верно? Так вышло — разлюбила. Я не осуждаю тебя, а так, сморозила херню. — Очень обидную херню. Я чувствую себя плохим человеком, ведь бросила ту, которая любила меня и терпела мои выходки. Мне и так больно, еще ты говоришь о таком. — Понимаю, у меня также с Ариной. Извини, Ромашка. Вероника замолкла. — Выходи, иначе дверь ломать буду. Мне что, снова превращаться в кошку и гнаться за мышкой? Вероника тихонько засмеялась в туалете и вытерла слезы с щек. Брюнетка вышла из комнаты. Заплаканное лицо посмотрело на Ксению, которая с сожалением оглядела девушку и проговорила: «Правда, прости. Мне не стоит, видать, пить, сразу какие-то страсти просыпаются». Вероника отмахнулась и прошла в зал, шмыгая носом. Шатенка пошла за ней, тихо уселась напротив нее. В темноте зеленые глаза смотрели куда-то вниз, а в руках появилась уже бутылка фруктового пива. Она молча отпила из нее и развернулась к телевизору. Ксюша, не сводя с нее глаз, решила сказать: — Прости еще раз. Я понимаю тебя, ты нашла улики, не хочется быть обманутой. Обещаю, я не совру тебе. У меня никого нет, у тебя тоже. Мы просто узнаем друг друга ближе. — Угу, — ответила Вероника, создавая какую-то деятельность руками, она рылась в коробке для роллов. — Ты же веришь мне? Вероника кивнула, убирая с ролла запечённую шапочку. — Вероник, теперь ты веришь мне? — повторила она. — Верю, — громко заверила Вероника и наконец-то подняла свои глаза на собеседницу. — С трудом, но верю. Я столько раз слышала о вас слухи, как вы то бегаете друг от друга, то друг за другом, поэтому парочка губных помад меня немного смутила. — Я просто забыла обо всем этом, — оправдалась голубоглазая. — Я учусь, работаю, хожу на тренировки. Мне не до уборки! — Понимаю, — соврала девушка. «Не понимаю я! Нет! Можно было всё выкинуть сразу!» — Хорошо, — успокоилась Ксения и взяла пульт от телевизора. — Посмотрим фильм? Я выберу сама. — Давай. Ксюша аж задергалась от радости, вбивая название фильма на телевизоре. Вероника молча улыбнулась, разглядывая довольную Ксюшу. Хотелось поговорить еще о Арине и Асе, навсегда закрыть этот гештальт, но, видимо, шатенка была не в том состоянии, поэтому Вероника решила оставить на потом эту тему. В комнате раздался звук начальной заставки фильма…

***

Пошла третья бутылка фруктового пива, роллы уже не помещались и оказались в холодильнике. Фильм закончился уже как час назад. Ксюша предложила выйти на веранду или посмотреть задний двор, и гостья охотно согласилась. Идеальный газон на заднем дворе был виден ещё из окон зала и спальни, но кто бы знал, что тут стоит еще широкий стол со стульями, которые прикрывал огромный зонт из тех, что выдавали чаще всего где-нибудь на пляжах. Примятая трава вела к грилю, стоявшему в самом углу у забора. И Ксюша, поймав удивленный взгляд Вероники, пообещала, что днем они обязательно что-нибудь пожарят на обед прямо под солнцем. — И самое классное знаешь что? — спросила с улыбкой Ксюша. — Что? — Вероника посмотрела на Ксюшу, оторвав взгляд от идеально чистого гриля. — Вот что! — и задрав голову наверх, показала пальцем в небо. Вероника подняла голову тоже и даже закачалась. Казалось, звездное небо сейчас их поцелует. Серебряные бусинки россыпью разбрелись по небу — что-то дальше, что-то совсем близко, что, кажется, руку протяти и возьмешь звезду. — Охереть… — прошептала зеленоглазая, продолжая разглядывать ночное небо. — Тут Полярная звезда еще ярче, чем в городе! Правда, красивая? Девушка опустила взгляд на гостью, что все еще стояла раскрыв рот. — Вон она, вон! — тыкала пальцем брюнетка. — Вижу, — отозвалась девушка, разглядывая лицо Вероники. — И правда, красивая…