Анонимность

Перед самым взлетом Ксюша прямо в салоне самолета говорила с кем-то по телефону, пытаясь не материться, но все-таки «блять» да вылетало, что заставляло людей поворачиваться в поисках источника звука. Ксюша даже не извинялась, только злобно смотрела на лица, что с любопытством, а кто-то с укоризной, смотрел на нее. Веронике было максимально неудобно, она только пожимала плечами, стыдливо краснея перед людьми. — Всё, давай, некогда мне, я в самолете, — рявкнула Ксюша напоследок и сбросила. Удивительно, как с каждой минутой в полете лицо Ксюши расслаблялось. К концу она уже улыбалась, как дите. Оказавшись на улице у аэропорта, в нос ударил влажный воздух. Веронике показалось, что ей нечем дышать. Влажный климат разморил ее, ощущалось, как легкое опьянение. Жутко хотелось спать, глаза закрывались и не желали открываться ни под каким предлогом. Ксюша взяла всё в свои руки, самостоятельно нашла тех, кто обещал их встречать. Мужчина с белоснежной улыбкой стоял, держа табличку с названием отеля, в который они как раз должны были заселиться. В автобус зашли несколько человек, Вероника особо не разглядывала их, просто такие же новые гости отеля. Мужчина что-то не останавливаясь говорил про отель и том, как рад он их всех видеть тут. Обещал великолепный отдых, прекрасный завтрак этим утром, коротко посвятил в меню на этот день. Ксюша даже задавала вопросы, какие — рыжая не слышала. Она даже не помнила, как они добрались до своего номера, как Ксюша смогла ее раздеть и уложить в постель. Утро выдалось не очень приятным. Удалось поспать четыре часа из-за ночного рейса и долгой поездки до отеля. Очнулась Вероника из-за недостатка воздуха и какого-то кошмара, в котором шатенка ее усердно душила. Светло-бежевые стены напугали ее, зелень в горшках напомнила ей, что она не дома. Поодаль Ксюша стояла у зеркала во всю стену и сушила волосы. — О, ты проснулась! — слишком радостно для этого дня сказала Ксюша. Она была полностью голая и на удивление свежо выглядела. — Скоро завтрак. Пропустим — не поедим. А я пиздецки голодна. — Господи… — прошептала Вероника и легла обратно головой на подушку. Тело было всё мокрое и липкое от пота, кожа лица была жирной, будто кто-то намазал ее сливочным маслом этой ночью. Шея ныла, и боль отдавала в затылок. — Мне плохо… — О-о. нет! Даже не смей заболевать сейчас, слышишь?! — воскликнула боксерша, тут же оказавшись уже у постели. — Тебе надо принять прохладный душ и всё пройдет, обещаю. Я проснулась в таком же состоянии. — Да-да, знаю. Просто акклиматизация, наверное. — Да, да. Просто акклиматизация, — будто она утешила себя, чем рыжую, когда повторила эти слова. — Вставай, опоздаем! Веронике пришлось встать. Ксюша оказалась права, после прохладного душа полегчало сразу же, хоть в нос и ударял влажный воздух. Наконец рыжая смогла разглядеть их номер: бежевые стены, зелень до потолка в огромных коричневых горшках повсюду; телевизор на панели напротив их кинг-сайз постели с белоснежным бельем, что пахло хлопком и телами; за деревянной панелью прятался диванчик оливкового оттенка, журнальный столик, на котором валялись уже различные документы; у окна стоял небольшой круглый столик, на котором стояла хрупкая стеклянная ваза с цветами и запиской:

«Добро пожаловать в «CITY PARK HOTEL»

А, какой вид! Вероника от этой картины выбежала на балкон, запутавшись прежде в полупрозрачных шторах, которыми играл теплый ветер. Солнце пекло, небо было лазурным, не таким как в Орске даже в самый прекрасный погожий летний денек. Всё было другим. Рыжая ахнула, когда до нее донесся шум прибоя. Синее огромное море было настолько близко, что протяни руку и, возможно, долетят капельки соленой воды прямо до нее. Под ней у ее ног зелень на дереве маняще зашуршала, открывая виды на апельсины, яркие, сочные, оранжевые апельсины висели прямо на ветвях, заставляя их склоняться ниже. — Это так красиво… — не в состоянии подобрать слова лучше, проговорила Вероника, зная, что Ксюша уже позади нее. — Это просто… — Я знаю, — ответила шатенка. — Охуенно, да. — Да, именно охуенно! — громче сказала Вероника и засмеялась. — Тс-с! — и голубые глаза опустились вниз. — Мы на седьмом этаже, но нас слышно, поверь. И, правда, уже внизу у бассейна на них смотрели отдыхающие, недовольно кривя свои рожи. — А сколько времени? — Почти девять. Завтрак, детка. Собирайся. — приторно нежным голосом напомнила шатенка и зашла обратно в номер. Рыжая резво высушила волосы, надела новое легкое платье голубого цвета на бретельках. Ксюша только одобрительно кивнула, ожидая ее уже у двери. По длинному коридору они дошли до лифта и спустились на первый этаж. На открытом воздухе, среди множества столиков они нашли именно свой — он так и манил их, а ветви апельсинового дерева зазывали к себе, потягиваясь лениво к столу. Пока Ксюша с подносом ушла выискивать что-то вкусненькое, Вероника успела сделать несколько снимков, выложить их во все социальные сети и даже заскучать. Живот недовольно бурчал, требуя завтрака. За соседними столиками отдыхающие смеялись, что-то обсуждали и в сотый раз чокались бокалами, наполненными вином. И рыжая жадно облизнулась, подумав, что точно начнет этот день именно с этого напитка, как типичная аристократка. Ксюша не прогадала, она будто чувствовала желания девушки и на подносе принесла два бокала вина и множество блюд. Оладья, яичница с беконом, различные горячие бутерброды с начинками, нарезки фруктов красиво лежавшие на тарелочке вместе с овсяной кашей. Овсянка пахла ванилью, а кусочек сливочного масла сверху уже растопился. Девушки напали на еду, как звери, довольно причмокивая и комментируя каждый укус. — М-м, короче, ужины есть, но не входят в оплату. Завтраки, шведские столы — да, — поясняла Ксюша, пережевывая пищу. — Угу, — давясь бутербродом, смогла ответить рыжая. — Так что, выбирай ресторан, куда сегодня пойдем. — Может, тут для начала попробуем? — Окей. Они глянули на вино одновременно, подняли глаза друг на друга и хитро улыбнулись. — За этот прекрасный день, — произнесла тост шатенка. «Дзынь» было очень громким и неуместным, будто они уже в ресторане вечером и это их не первый бокал. От неожиданного звука они даже рассмеялись. Люди вокруг будто подхватили и чокались намеренно также громко, забыв о скромности. Кто-то даже успел разбить бокал и осколки полетели вниз. — С чего начнем этот день? — заинтересованно обратилась голубоглазая к девушке. — Пожалуй, с прогулки! — Всего-то? — шатенка разочарованно отпрянула назад. — Я сегодня на приключения великие не гожусь. Я бы прошлась и обратно легла бы спать прям до ужина. — Э-э-эй. — А ты делай что угодно тебе! А что такого? — Ладно, понимаю. Ты устала. Это я привыкшая к перелётам. — А ты часто летаешь? Ксюша сморгнула, осознав, в чем призналась. Конечно, понятно, работа, все дела, но неужели так часто? Ксюша по правде говоря выглядела лучше Вероники, которая попыталась даже нанести ВВ-крем для сияния кожи. Вместо сияния лишь был серый оттенок лица, говорящий о ночном перелете и критическом недостатке сна. — Ну, по работе же, — добавила Ксюша внимательно глядя на девушку. Странно, но она вытянулась как струнка за столом при этом разговоре. — Я думала, ты катаешься по области или там в соседние… — конечно, она соврала для приличия. Рыжая прекрасно помнила, где была Ксюша, благодаря информации Ивана. Просто полеты. Полёты. Летала куда-то без страха, что ее поймают? Странная связь бы обнаружилась между прилетом Ксюши и последующим убийством. Хотя, о чем это она? Пока вычислят убийцу, Ксюша успеет состариться. — И не только, — спортсменка заполнила тишину. — Я успела мир повидать. — Интересная у тебя ра-бот-ка, — последнее слово рыжая выделила не намеренно. Само как-то вышло. — Такая вот работка, благодаря которой мы тут, — будто ткнула девушка в собеседницу, хотя могла сказать это менее аккуратно. К примеру: «заткнись, дорогуша, эта «работка» кормит тебя и обувает». — Верно, — выдохнула девушка и отпила вина, лишь бы рот свой занять чем-то и не говорить гадостей. — Не важно, ладно. Ксюша натянуто улыбнулась в ответ. Девушка в голубом привстала со стула, собираясь куда-то уходить. — Еще посидим давай. Хочу насладиться этой красотой с тобой. — Хорошо, — смиренно она плюхнулась рядом со спортсменкой. Шатенка властно приобняла девушку за плечи, прижав покрепче к себе, и отвернулась, отвлекшись на зелень вокруг. Посидев еще минут пятнадцать, пара все же решила прогуляться до моря. Голубоглазая этой идеей вдохновилась больно слишком. Понадеялась, видимо, что Вероника сейчас захочет большего и они обойдутся без обеденного сна. На этих эмоциях Ксюша потащила за собой девушку на выход. Вероника придерживала платье сзади, пока ее слишком сильно тянули и она не поспевала за партнершей. Ксюха устремилась вперед, как какой-то волнорез, сносила гостей, и Вероника всех подряд одаривала извинениями. В этот момент Ксюша в очередной раз кого-то толкнула. Пострадавшая попятилась назад, жалобно пискнув. — Осторожно, ишачка, блять, — послышалось со стороны. — Да пошел ты! — сразу отреагировала Ксюха и потянула девушку снова за собой. — Извините, мы просто торопимся! — затараторила рыжая и встретилась с серыми глазами, что внимательно смотрели на нее. Черные пряди ее игрались с ветром. Серые глаза успели внимательно просканировать рыжую и упустить из своего поля зрения. Девушки пронеслись мимо серых глаз слишком быстро. Вероника даже обернулась, ведь рядом с серыми глазами оказались карие — это и был источник продолжающегося мата. Какой-то парень продолжал возмущаться, отдаляясь от них. Вероника заметила только татуировки на руках, и серые глаза снова глянули ей вслед. Обладательница таких глаз убрала свои черные волнистые волосы за ухо и обернулась. И смотрели девушки друг на друга взаимно до тех пор, пока на потерялись из виду. «Что за чертовщина сейчас была?» — подумалось рыжей. — «Какие волшебные глаза!» — добавила она про себя и улыбнулась. Давно ли она разглядывает чужие глаза так внимательно? Этот волшебный город, кажется, придает романтики всему и всем вокруг. Спускались они утомительно долго по лестницам. Спорт — точно не стихия Вероники. Зато Ксюше хоть бы хны, скакала как коза по ступеням вниз. Ее глаза прям сияли. Вероника такой еще не видела спортсменку. Вот какая она вне работы, надо же… Беззаботная, счастливая, как маленький ребенок, которого хочется погладить по головке и угостить мороженым. — Идем-идем, быстрее! Ну же! — мотивировала шатенка рыжую. Их отель как на зло находился на возвышенности. Такой красивый и так неудобно расположенный, гори в аду этот отель со своими лестницами. На пути им встречались женщины, что прямо на лестницах торговали голубикой, абрикосами. Аромат фруктов манил. Ксюша даже остановилась и купила стаканчик голубики, не сдержавшись. Она была какой-то другой, не такой как в магазинах Орска — заветренная, уставшая от поездок по городам. Она была настоящей, свежей! Из-под ног земля исчезла, когда Вероника вкусила голубые ягоды. — Охереть… — только и смогла прокомментировать рыжая. — Не то слово! — поддержала шатенка и поскакала дальше. Наконец, их ноги ступили на пляж. Крупная галька, камни серо-голубого оттенка накалились из-за солнца, но спортсменку это не смутило. Она скинула свои шлепанцы долой и побежала к морю, визжа, как чокнутая. Рыжая с улыбкой взяла ее шлепанцы и неспеша пошла следом. С каждым шагом воздух становился влажнее, запах водорослей давал в нос. В ноздрях закололо, и мурашки прошлись по спине до затылка. Белоснежные лежаки, огромные зонтики и обилие полуголых людей. Несмотря на утро, люди уже нежились под солнцем, что светило еще не так ярко. Кто-то обмазывался солнцезащитным кремом, кто-то без страха грелся, зажмурив глаза. Тут был покой… Вероника бросила вниз шлёпанцы девушки, скинула с себя свои и босыми ногами ступила на гальку. Камни, как лучшие руки массажиста, делали больно и приятно одновременно. Вероника ойкала, но смиренно шла до Ксюши, что уже набрала в ладони воды и собиралась запустить в рыжую. — Даже не думай! — вовремя рявкнула рыжая и Ксюша замерла на месте. — Не надо, Ксюш! — Ладно-о-о! — с ноткой обиды в голосе ответила она и пошла дальше вглубь моря прямо в джинсовых шортах. По пути она сняла с себя майку и кинула Веронике. Промахнулась, она уже оказалась в воде. Рыжая, как недовольная мамаша, цокала и подбирала вещи. — Давай купаться! — предложила Ксюха, окунувшись с головой в море. — Я без купальника, — выждав, когда та появится из воды, пояснила Вероника. — В Сочи без купальника не ходят! Забудь про нижнее белье. Только купальник! Прохладная вода была чушь выше колен девушке, вот-вот и достанет до платья. Мокнуть и переодеваться не хотелось, но… — А, к черту! — выкрикнула Вероника и плюхнулась всем телом в воду. Пока Ксюша смеялась, рыжая успела подплыть и накинуться на нее, обхватив руками шею. Соленые губы Ксюши были такими вкусными и нежными. Нежнее, чем обычно. Она даже прижимала к себе рыжую по-другому, не как в Орске. Объятия были крепче. Настолько, что даже дух захватывало и ноги тряслись. Рыжая обхватила девушку ногами, повисла на ней и не хотела отпускать ее, а спортсменка была не против. Поцелуй длился вечность. Крики чаек на фоне, детский смех далеко от них и шум воды. Они качались на волнах до тех пор, пока огромная волна не накрыла их с головой. Обе подавились соленой водой, разъединились и закашляли. Обнаружив друг друга мокрыми и испуганными, они засмеялись. Море совсем утомило Веронику. Зеленоглазая поднималась по лестнице никакая. Ксюша наконец успокоилась и молча шла впереди, поглядывая на товар на прилавках. Они обе молчали до самого отеля. Уставшие, но счастливые, они приняли совместный душ и улеглись в постель. Среди разбросанных по номеру шмоток, косметики и обуви, они заснули. Это самый приятный бардак, который когда-либо был…

***

Вероника проснулась от звонкого смеха, что послышался со стороны балкона. Кто-то внизу что-то яростно обсуждал целой компанией, в которой был явный остряк, что заставлял всю женскую компанию дико ржать. Вероника глянула на экран телефона: 18:23. Скоро ужин, а они даже не обедали, голодный желудок снова об этом напомнил. — Ксюш, вставай, — рыжая потолкала девушку, что спала спиной к ней, пару раз в плечо. — М-м, щас-щас. — Кушать хочу. Пойдем в этот их ресторан? Искать что-то не хочется. — Собирайся тогда. — А ты? — Я собрана, ты же знаешь. Посплю еще пока. Она права, зеленоглазой нужно больше времени, чтобы собраться. Рыжая приступила. Вечер должен быть особенным. Как-никак у ее девушки праздник через пару часов. Нужно быть ослепительной, чтоб быть главным подарком для Ксюши за праздничным столом. Из чемодана она достала особенно платье — с глубоким откровенным декольте буквой «V». Отгладила его, натянула на себя кое-как. Ах, как хорошо пошел голод на пользу, на животе ни одной складочки. Ладно, имеется, но не такой большой, как год назад. Глядя на себя в зеркало, она вспомнила, что с Аськой в отношениях она только толстела. Говорят, это залог успешных отношений. С Ксюшей толстеть не удается. Вечные стрессы и расставания дают о себе знать. Лучший лифчик с пушапом, хотя, она в нем не особо нуждается, если понимаете о чем я. Ей немного даже стало грустно, от прошлой сочности в начале мая не осталось и следа. Вероника даже задумалась, что точно ли наркоманила Олеся, а не она? Даже скулы стали виднеться, надо же… Это была не она будто. Она даже не замечала того, как она изменилась внешне за этот год будучи с Ксюшей. Сидячий образ жизни дает о себе знать — мышцы, которых и так было не так много, пропали. Задница опала и превратилась к грустную лепёху. Пеших прогулок до работы больше нет, нет того, с помощью чего росла пятая точка. Да-а… Она выпрямила волосы, подкрутив их на концах по направлению от лица. Расчесала наращённые ресницы, на которые сходила заранее до поездки на моря. Надела лодочки на небольшом каблуке и отошла подальше от зеркала. Вот теперь она сияет, не то, что было утром. Блеск для губ придал губам сочности. Румяна оживили серое лицо. И как она еще не сгорела на солнце? Купались-то они больше часа на открытом солнце! Всё впереди, конечно. Она еще успеет побыть варёным раком. Ксюша проснулась от суеты вокруг нее. Звук фена, галдёж девушки у зеркала разбудил ее окончательно. Раздраженная шатенка подошла к рыжей сзади. Вероника развернулась к ней, подхватив сумочку. — Я готова, — объявила рыжая, ожидая комплиментов. Ксюша оглядела ее с ног до головы и в обратном порядке: — Ты чё как шлюха вырядилась? — Чего? — Чё за вырез. Сиськи убери. — Мы в ресторан идем! — Ты со мной идешь, ты не эскортница, блять, а я моя девушка! — выкрикнула Ксюша, схватив ее за плечи. — Чё это за пиздец? Еще хуже платья не нашлось что ль?! Веронику будто парализовало, пока шатенка трясла ее за плечи и отчитывала, будто верующая мамашка четырнадцатилетки в весеннее обострение. — Я для тебя так оделась… — тихо попыталась объяснить рыжая. — Просто для тебя, чтоб тебе было приятно. — Блять, ты то платья на хуй какие-то ебануто-короткие одеваешь, то теперь вырезы. Ты чё, блять? Почему тебя оно обтянуло, как колбасу?! Развернись, глянь! — и она насильно развернула Веронику спиной к зеркалу, заставив посмотреть на себя. Вероника только увидела только немного грустную задницу в обтягивающей ткани и ни одного намека на… — Где трусы? Ты чё без них? — рявкнула Ксюша. — Под такие платья одевают стринги, на, блять, полюбуйся! — и рыжая задрала платье наверх и развернувшись к ней спиной, нагнулась. — На! — Перестань! — после этого Вероника получила шлепок по заднице, да такой болючий, что в ответ только проскулила, отпрыгнув подальше. — Я одеваюсь и ты тоже, — кинула Ксюша, подойдя к комоду. — Понятно тебе? Меняй, блять. Чтобы выглядела, как монашка при церкви. — Не буду. — Будешь. — Не буду! — Придется. Не беси меня. — Я хочу выглядеть именно так, — она даже топнула ногой, оставив в ковре смятый отпечаток каблука. — У меня настроение бесить тебя, значит! — Значит, я никуда не пойду. — Значит, пойду я! — выкрикнула Вероника и рванула к выходу, зная, что если не сделает это максимально быстро, то ее остановят. Она оказалась права. Ксюша побежала за ней, но дверь закрылась прямо перед ее носом, а Вероника нервно хихикая побежала дальше, насколько это было возможно — добежать хотя бы до лифта на этих неудобных лодочках, которые уже начали натирать. — Вернись сюда! — выкрикнула Ксюша, выглядывая из номера, но выйти не могла, ведь она была лишь в нижнем белье. — Не-а! Вероника вызвала лифт, спустилась на первый этаж. Администратор на ресепшене помог ей понять, где находится ресторан, и она неспеша пошла в эту сторону. Она присела за свободный столик, собрав взгляды окружающих мужчин за сорок, что уже были изряждно перевозбуждены от алкоголя в их крови. Красные лица и дикие глаза мужиков жадно поедали рыжую, что ощутила дискомфорт только тогда, когда присела за свой столик. Вежливый официант протянул ей меню и пропал. Выбор был огромным, но она решила больно не баловаться, платье предательски утягивало всё и сковывало движения. Особенно было сложно расслабить живот. Много еды в нее не поместится. Ладно, может быть, салат? Да, лучше его! Официант как чувствовал, подошел вовремя. Видимо по зеленым глазам было понятно, что она точно определилась с выбором и готова сделать заказ. Только вот пришел парень не с пустыми руками, а с бокалом белого сухого вина. — От соседнего столика для Вас, — прокомментировал молодой человек, указав в сторону не совсем анонимного поклонника. — Наслаждайтесь. Веронику не особо интересовало, кто был этим самым инициатором, но она обернулась. Как и ожидалось, краснорожий мужчина около пятидесяти лет поднял вверх бокал вина, глядя прямо на нее, и ухмыльнулся. Живот его весил как сама Вероника. Девушка сразу представила, что будет, если он сядет за ее столик. Стол придется отодвигать от него на метр, чтоб вместились все его телеса. Она нервно сглотнула, все еще смотря на него. Опомнилась лишь тогда, когда его бокал был пуст. — Я бы хотела сделать заказ, — отвернувшись от незнакомца, проговорила девушка. — Вино уберите, ему передайте, что я замужем, — небрежно отмахнувшись от бокала, она уткнулась в барную карту. — Не могу, — виновато улыбаясь, он склонился ближе к рыжей и прошептал: — Он всех девушек напаивает, а если откажетесь, он будет гонять меня за другими винами до потери пульса, лишь бы угодить Вам. Он своего добьется, уверяю. — Уберите этот бокал и больше мне таскайте от него ничего, — строго сказала Вероника, глядя молодому человеку в глаза. Парень нервно сглотнул, выпрямился, покачал головой, намекая мужчине на отказ. — Я Вас слушаю… В общем, Вероника уже ждала свой заказ, когда за ее столик кто-то сел, аж стул под человеком скрипнул. Рыжая тут же напряглась, но выдохнула. Голубые глаза озлобленно смотрели на нее. — Господи, это ты! — радостно заключила девушка. — Ты кого-то другого ждала что ль? — Нет, я просто… Ксюша не слушая ее, одним движением руки подозвала к себе официанта. — Бутылка вина красного, самого вкусного, что у вас есть. — Смотрите, у нас есть… — Не важно, я не особо в них шарю, просто принеси хорошего, на твой вкус. Не разочаруешь? Парень покачал головой. — Отлично. И еще… — Девушка, извините, — вторгся в диалог другой официант. — Я не могу отказать гостю в его желаниях, это всего лишь желание угостить Вас, — и он поставил на стол бокал уже красного вина. Ваши блюда готовятся, пара минут. — и он хотел уже было отойти, но вмешалась Ксюша: — Стоять! — приказала Ксюша, — Чё происходит? — она глянула на официанта, перевела взгляд на Веронику, что проглотила язык и ощущала себя полной шлюхой, виноватой в этой ситуации. Не так посмотрела? Не той походкой вошла в ресторан? Не то излучала, пока шла мимо мужчины? Ее не так поняли или она выглядела именно как любительница подачек от пузатеньких мужиков? — Понимаете, у вашей подруги появился поклонник стоило ей только войти сюда… — осторожно объяснил официант. И пока он нелепо пытался выйти из горячей ситуации, Ксюша пальцем подхватила его бейджик, что грустно висел. — Артур, дорогой, где сидит этот еблан? — поинтересовалась Ксюша, подняв глаза не него. Тот указал в сторону мужчины, описывать его не нужно было, он без совести снова поднял вверх рюмку водки и опрокинул ее залпом. — М-м, вот оно как! — отреагировала странным образом Ксюша, но в глазах заиграл огонь. — Как интересно. Стоило мне пропасть на десять минут, а у тебя уже поклонники! — она потянулась к презенту от незнакомца. — Ксюш, не надо! — предполагая, что можно от нее ожидать в такой ситуации, она выхватила бедный бокал. — Ты за кого сейчас волнуешься? — Я не знаю, за кого. За всех, блять, в этом ресторане. — Не надо-о волноваться. Отдай, — слишком тихо произнесла Ксюша, протягивая руку. — Дай отхлебну-то, пить так хочется. Вероника раздумывала несколько секунд, не решаясь отдать, но глаза Ксюши говорили всё сами за себя. Не отдаст — будет хуже. Не убьет же она его этим бокалом на глазах у всех. И она дала ей то, что она просила. Ксюша выхватила его слишком грубо, отчего Вероника даже дернулась. Шатенка поднялась из-за стола и подняла бокал вверх, привлекая все внимание к себе. Многие развернулись к их столику. Даже музыка будто притихла. — Мужик! — окликнула его она, тот уже смотрел на нее, жадно улыбаясь. Прям ждал представления. — За твоё сломанное ебло, родной! — и опрокинула его полностью, допив до дна. Наступила настоящая тишина. Вероника прикрыла лицо ладонями, бежать некуда, устраивать сейчас истерики — не в ее позиции. Руки застрялись. Шатенка рухнула на свое место, отдав официанту бокал раздора. — Принесите, короче, мне… Дальше Вероника не слышала, музыка стала еще громче. Шум в ушах был еще громче. Она ощущала как горят ее щеки, но ничего не могла сделать с этим. Она решила дойти до туалета, смыть с себя этот кошмар, но Ксюшин голос заставил обратно присесть. — На место села, — скомандовала шатенка жутким голосом. — Не дёргайся. И Вероника не смогла противостоять. — Оделась, как шалава. Еще удивляешься, чё тебе тут винцо притаскивают, как… — Перестань, а! — перебила Вероника, наконец взглянув на спортсменку за столом, что так и смотрела на того незнакомца, который делал вид, что голубые глаза не прожгли в нем еще дыру. — Скромнее одеваться надо, идиотка, — она перевела взгляд на рыжую, что никак не могла остыть и краснела дальше. И румяна были не нужны, оказывается. — Еще долго будешь унижать меня? — Пока не станешь слушаться меня. — После того, как ты избила меня, ты слишком себе много позволяешь. — После того, как я дала тебе всё о чем мечтают все бабы Орска, ты стала наглеть. — Ты щас о себе или о квартире? — Обо всём. — Считаешь себя самым крутыми призом в моей жизни? — Я, может быть, и нет, а другие бабы — да. Смотрела новости в этой ебанутой группе? Твои фотографии из «инстаграмма» уже во всю блистают. Все боготворят меня, пока ты тут издеваешься надо мной. — Так и пиздуй к ним, не забудь рассказать о некоторых деталях своей ра-бот-ки! — и она встала из-за стола. — Села, блять, на место, — сквозь зубы приглушенно проговорила Ксюша. — Пошла ты на хуй, — выдала рыжая и помчалась к выходу. Ксюша успела схватить ее за руку, но отпустила, возможно, дала время остыть или не смогла удержать ее, ведь рыжая вылетела из ресторана пулей. Пока зеленоглазая мчалась к выходу, она снова заметила на себя взгляд серых глаз, что с любопытством смотрели на нее. Девушка с черными волнистыми волосами снова смотрела на нее, сидя недалеко от выхода. Вероника только заметила эти длинные великолепные волосы до пояса, какого-то парня рядом с ней, что тоже разглядывал ее, проводив до самого выхода. Рыжая даже обернулась, оказавшись у самой двери. Всё верно, сероглазая также смотрела, парень с татуировками разглядывал ее, держа за руку свою девушку. Рыжая вышла из ресторана и облегченно выдохнула. Добрела до своего номера, телефон разрывался от звонков, открыла дверь и легла в постель не переодевшись. — М-да, — только и смогла сказать девушка вслух. Телефон в очередной раз зазвенел и Вероника хотела отклонить вызов, но удивилась, увидев видеозвонок. «Олеська» — появилось на экране. Не думая, она нажала на зеленый значок. На экране появилась Олеся, Вероника даже слова сказать не могла, только удивленно таращилась в экран. — Ты чего трубку не берешь? Ни ты, ни Ксюха! Мы вам звоним, а вы игнорите! — возмутилась Леся. — Привет! — Боже мой, Леся… — задыхаясь от эмоций, не веря своим глазам, вымолвила Вероника. — Она самая, — ухмыльнулась Олеся, что выглядела свежее, чем Вероника, несмотря на тонну косметики. — Ты… Ты всё? — Что всё? — Ну, вылечилась? Не знаю, как спросить, — нервно засмеявшись, она поменяла положение тела в постели, чтоб лучше разглядеть картинку в экране. Леся находилась прямо у светильника, что источал теплый свет. Она будто помолодела лет на пять. Выглядела такой свежей, будто провела время в санатории, а не там, где на самом деле находится. — Ну, до сих пор еще тут. Просто у нас был детокс, он закончился и звонить мне особо некому, сама понимаешь. Я подумала о тебе… — Как чувствуешь себя? Все хорошо? — Да-да, все прекрасно со мной! Давай не обо мне? Время ограничено просто. Что там у вас? Блин, ты голая что ли, не пойму? Вероника раздраженно поправила вырез, подняв выше ткань платья. — А-а. Нихера себе, мадама! — прокомментировала собеседница одобрительно и захихикала. Может, Ксюша права? Тут даже Олеся заприметила откровенность платья. — Да мы в ресторан собирались и я вот… — Выглядишь супер! Ты так изменилась, эх. Моя девочка! — как мама восхищенно произнесла Олеська, подперев ладонью подбородок. — Я так скучала! — Я тоже. Я даже не ожидала, что ты вот так позвонишь. — А? — Олеся отвлеклась, исчезнув из кадра. — Щас-щас! — она вернулась обратно к телефону. — Кис, где Ксюша? Она трубки не берет. — Опа, здарова, красотуля! — послышался еще один знакомый голос. Женя появилась в кадре резко. Свежая, отдохнувшая и счастливая. Хоть глаза и были грустными. — Вероник, где Ксюха? — Слушайте, я просто в номере, а она осталась в ресторане. — В номере? — в голос повторили обе. — Мы в Сочи. — Оу, — удивилась Леся. — Давно? — Сегодня заехали. Мы там повздорили просто… — Из-за чего? — Олеся придвинулась ближе. Женя пропала из кадра, видимо, ей было это не так интересно. — Из-за моего вида, — стыдливо призналась Вероника. — Я хотела ее порадовать, такая вот я красивая, облизывайся и желай меня. А она обозвала меня шлюхой, и вообще, там какой-то мужик… блять, долго рассказывать! Олеся легко рассмеялась. — Ничего не меняется у вас! Понятно! — Да уж… — Меня пока не было, я тебя не посвящала в эти разборки, а оказывается вас в группе всё еще помнят. Вон, написывают мне. Интересуются, где же вы отдыхаете, — и взгляд ее был устремлен не в камеру, будто она уже сидела в диалоге с кем-то другим. — Ксюша мне про это тоже сказала, — недовольно вспомнила рыжая, отводя взгляд, скривив губы. — Сильно поссорились что ль? — Очень. — Ну не переубивали же друг друга, уже хорошо. — Когда вы вернетесь? — Ой, хер пойми. Наверное, еще месяц, два. Кстати, — она придвинулась ближе к экрану, видно было только ее губы, осмотрелась по сторонам и прошептала: — Сюда даже приезжал Солнцев. К Женьке. Говорили они о чем-то. — Мозги промывал? — Ага, просил взять себя в руки и вернуться к нему на работу. — А Женя что ответила? — она даже сама перешла на шепот. — Согласилась. Не в наших возможностях сейчас отказываться, когда он лично оплачивает наше лечение, — и оно оторвалась от телефона. — Такие вот дела! — громко заявила она и хитро улыбнулась. — Девочки! Ваше время окончено, телефоны на место! — послышался из динамика голос женщины. — Ой, ну ладно, позвоню на днях тебе снова, ладно? — с надеждой спросила темноглазая, будто готова была к отказу. — Конечно, буду ждать, — улыбнулась зеленоглазая. — Пока? — Поки-чмоки, давай! И звонок завершился. Девушка заблокировала телефон и встала с постели. Платье она аккуратно натянула на вешалку, разложила вещи по своим местам и улеглась обратно в постель. Неистово хотелось курить, но как на зло сигарет не было. Куда идти в поисках сигарет она не знала. Пришлось ложиться спать с желанием затянуться поглубже.