I'm the flame | Я - пламя

Лина не до конца понимала, что случилось. Она все еще лежала на полу. Ее тело было грязным, из одежды — лишь непонятно откуда взявшийся плед, в голове — туман, а в мышцах — сильная слабость. Словно она болела и ничего не ела несколько дней. На нее смотрят три пары глаз. Охотника и Рэйчел среди них она ожидала увидеть меньше всего. — Что случилось? — спросила Лина. Собственный голос казался чужим. Рэйчел молча встала и протянула Лине сумку, которую принесла с собой. — Держи. Тут твоя одежда. Моя бы тебе все равно не подошла, пришлось залезть в твой шкаф. Джейсон тебе все расскажет. А мы пойдем за вашими друзьями. Они тихо вышли и плотно закрыли за собой дверь. Лина и Джейсон остались наедине. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. В его глазах играла смесь облегчения и недоверия, будто он всё ещё боялся, что она исчезнет, если он моргнёт. — Ты жива, — выдохнул Джейсон. — Похоже на то, — попыталась улыбнуться Лина, но вышло слабо. — Я бы хотела одеться. До Джейсона не сразу дошло, что одежда Лины сгорела дотла вместе с ней, и сейчас ее так кстати спасал очень вовремя принесенный Рэйчел плед. — Джейсон? — Лина снова вернула его в реальность. — Не мог бы ты…? Парень опомнился. — Да, конечно. Прости. Он резко встал и отошёл к окну. Сжал подоконник ладонью так, что побелели костяшки пальцев, и замер, уставившись в тёмные шторы. Лина открыла сумку. Пальцы дрожали, но знакомые вещи, их запах и прикосновение к ним будто медленно, но верно возвращали её к жизни. Каждый жест давался с усилием, словно мышцы не слушались, никак не могли проснуться. Джейсон не смотрел, но Лина продолжала ощущать его присутствие, и от этого было немного неловко. Он всё ещё не верил в её возвращение. И только одна мысль не отпускала: теперь он обязан сделать всё, чтобы она осталась жива. Чтобы они все остались живы. Когда Лина была готова, Джейсон предложил ей сэндвич с горячим сладким чаем из термоса, который, опять же, принесла Рэйчел (боже, узнай Лина о том, что сама Рэйчел принесла ей не только одежду, но и перекус, она точно подумала бы, что еще спит). Лина знала, что ей необходимы силы, поэтому от еды не отказалась, даже несмотря на то, что у нее почти не было аппетита. — Как ты себя чувствуешь? — Джейсон осторожно заглядывал в ее глаза в поисках ответа. — Ну… сложно сказать. Меня немного тошнит. Думаю, это пройдет. Еще ощущаю слабость. Но знаешь, уж лучше чувствовать слабость, чем вообще ничего не чувствовать. — Я очень испугался за тебя. Лина внимательно смотрела на Джейсона. Именно в этот момент она смогла прочитать все его мысли и эмоции. Буквально видела, как страх потерять ее все еще прятался в его глазах. Он медленно приблизился, почти робко, словно они только что начали все с чистого листа. — С днем рождения, Лина, — прошептал он, не отрывая взгляда от ее широко раскрытых золотистых глаз. В ответ девушка слабо улыбнулась. Она никогда не представляла свой восемнадцатый день рождения таким — она сидит на полу со следами сажи на лице с кружкой горячего чая, а вокруг нее царит самая настоящая война. — Я не таким представляла свой день рождения, — повторила она вслух. — Давай представим, что этот день еще не наступил? Джейсон усмехнулся: — Все что угодно. — И все-таки, что произошло? Последнее, что я помню — это поедающий меня огонь и маленькая девочка. — Ты сгорела в собственном огне. Затем пожар прекратился. Тогда же сюда ворвались Рэйчел и Охотник. Сказали, нужно подождать до рассвета. И вот — ты ожила. Возродилась. Как птица феникс. — Ничего не понимаю. Как это возможно? — Я тоже не знал об этом. Видимо, эти двое знают довольно много секретов. Но, возможно, оно и к лучшему. — Джейсон замолчал ненадолго, а затем снова продолжил. — Мне плевать. — Что? — переспросила Лина, не понимая, к какой части его истории относилось последнее предложение. — Мне плевать, почему это произошло, и каким образом. Я просто рад, что с тобой все хорошо. — Джейсон немного помедлил. — Я… — начал он, но Лина остановила его. — Стой. Не надо. Ты обещал, помнишь? Как только все закончится. Обещаю. Даже если завтра нас разлучит тьма, я найду миллион способов снова встретиться с тобой. Лина чуть подалась вперед, и их губы встретились. Коротко. Едва касаясь, но в этом касании было всё: облегчение, страх и радость, что они снова вместе. — Я никогда не отказывался от своего обещания. Джейсон отступил, не отпуская её взгляд, а Лина, всё ещё чувствуя тепло, едва улыбнулась. — Хорошо, — прошептала она. В этот момент все вернулось на свои места: в комнату тихо вошли Охотник с Рэйчел, а за ними — Марк и Ирен. Стоило двери за ними плотно закрыться, Ирен, не скрывая своих переживаний, бросилась по очереди обнимать Джейсона и Лину. — Вы не представляете, как я рада, что с вами все хорошо! — Когда она выпустила Лину из объятий, та заметила, что ее глаза слегка блестели от слез. — Они знают, — пояснил Охотник. — Я все рассказал по дороге сюда. — Если бы мы знали, что все так закончится, я бы ни за что не согласилась разделиться. — Ирен явно жалела о том, что произошло, но время не повернуть вспять. Что случилось, то случилось. Главное, что все были живы. Ну, почти. — Ладно, у нас нет времени на сожаления, — отрезала Рэйчел. — Роксана Митчелл в этом театре, и вам нужно как можно скорее ее найти. Охотник покажет вам место, где Королева прячет ее, и на этом нам придется попрощаться. Марк удивился: — Уходите? Но я думал, вы пришли сюда помочь нам. — Вы в нас больше не нуждаетесь. К тому же, я предупреждал вас, как только Лине перестанет грозить смерть, мы с Рэйчел уйдем. Это больше не наша война. Мы сделали все, что было в наших силах. — Охотник сделал небольшую паузу. — Готовы идти? Лина? Все взгляды снова вернулись к сидящей на полу девушке. Лина без угрызения совести продолжала жевать бутерброд, хотя он давно не лез в горло. Она поспешила проглотить еду, слегка прокашлялась и, поставив ладони на пол для поддержки, попыталась встать. Ноги не до конца слушались ее. Голова слегка закружилась, стоило Лине оказаться в вертикальном положении, усилилась тошнота, но она старалась не показать виду. Молчаливая реакция всех остальных на происходящее показала обратное — скрыть свою слабость у Лины не получилось. — Я в порядке. Просто мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя. Давайте просто пойдем медленно. — У меня есть идея. — Голос Марка, внезапно нарушивший возникшую тишину, привлек всеобщее внимание. — Я думаю, я могу попробовать помочь Лине восстановиться быстрее. — Он окинул взглядом присутствующих. Реакцию Лины он увидел последней. Ей явно было не по себе от этой затеи. — Разве не в этом суть исцеления? — Лина? Что думаешь об этом? — Спросила Ирен, не скрывая тревоги. Видеть, как один из них не в состоянии даже прямо стоять, было для нее тяжело. Она понимала, что испытания не закончены, и им нужно как можно скорее найти Роксану. К тому же, Лина действительно была слишком слаба, чтобы продолжить путь вместе с ними. — Хорошо, давай попробуем. Марк ведь уже исцелял меня один раз. Так что, я думаю, все будет хорошо. Лина протянула Марку ладонь, но едва она коснулась его пальцев, ее сильно дернуло током. Сильнее, чем до этого. В сотни раз сильнее. Марк ощутил то же самое: холодный ток пронзил нервы, ломота прошла по суставам. — Ауч! Ты слишком холодный. Я не могу. — Лина дёрнулась, попыталась вырвать руку. Но Марк не слушал ее. Он снова сжал ее руку, на этот раз сильнее, не принимая отказа — это было неподходящее время для ребячества. В его жесте не было мягкости, только решимость. Лина чувствовала жуткий дискомфорт. Словно она принимает ледяной душ во время болезни — когда тебя ознобит, местами в теле просыпается жар, а сверху льет холодная вода, заставляя тело дрожать еще сильнее. Белый теплый свет, появившийся в сплетении их рук, означал, что они все делают правильно. Он не выглядел умиротворяюще — скорее ослеплял, резал глаза. Марк чувствовал, как силы уходят — бесследно, безжалостно, будто кто-то черпал из него ведро за вёдром. Лина, напротив, ощущала, как по жилам пробежала чужая энергия, но только благодаря ей дыхание стало глубже, щеки налились теплым персиковым румянцем, ноги перестали подгибаться. Марк резко разжал её пальцы, и свет погас. Лина качнулась — словно её лишили кислорода, выдернув трубку под водой. Она держалась на ногах, но пустота внутри только усилила усталость. — Лучше? — коротко спросил Марк, даже не глядя на неё. — Да. Спасибо. Наверное, нам пора идти. — Лина выпрямилась. — Отлично, — сказал Охотник и направился к выходу. — Идем, у нас мало времени. Все последовали за ним. В коридорах было удивительно тихо, и Джейсон не мог не спросить: — Почему здесь нет Одержимых? Это очередная ловушка? — Нет. — Ирен улыбнулась. — Мы убили парочку, пока шли к вам навстречу. Хотя я очень сомневаюсь, что больше мы ни одного не встретим. Охотник ловко провел их по тёмным коридорам театра, избегая залов, где могли остаться ловушки Королевы. Он шел уверенно, словно каждый изгиб здания был ему знаком, и иногда останавливался, прислушиваясь к слабому, едва ощутимому пульсу энергии — это была душа Роксаны, чей след становился все менее ясным. — Она здесь, — сказал он наконец, указывая на скрытую за тяжелыми занавесками дверь. — Королева заперла ее внутри зеркального лабиринта, чтобы девочка не смогла выбраться сама. — Опять зеркала? — Лину не покидало ощущение дежавю. — Пока у Королевы нет телесной оболочки, любое зеркало — ее маленькая жизнь. — Объяснила Рэйчел. — Лабиринт? — переспросила Ирен. — Значит, снова придется разделиться? Охотник покачал головой: — Лабиринт сам решит, кого разделить. Он посмотрел на Лину чуть дольше, чем на остальных, но ничего не сказал. — А вы? — Марк резко обернулся к нему и Рэйчел. Рэйчел ответила вместо него, её голос был холоден, но в нём не чувствовалось злости: — Это не наша дорога. Мы довели вас до лабиринта, дальше вы должны идти сами. Охотник добавил спокойнее: — Я говорил, что останусь, пока над Линой висит смерть. Теперь её судьба в её руках. И в ваших. Мы сделали всё, что могли. Лина, Марк, Джейсон и Ирен снова посмотрели на устрашающего темно-бордового цвета занавес, за которым скрывалась та, которую они так долго искали, и то, что, возможно, уже давно ожидает их. Когда они обернулись, Охотника и Рэйчел с ними уже не было. — Просто исчезли, — тихо сказала Ирен. В её голосе сквозила не столько злость, сколько недоумение. — В их стиле, — хмуро заметил Марк. — Хотя, должен признать, они здорово нам помогли. Неожиданно для самой себя Лина усмехнулась: — Никогда не подумала бы, что мне захочется сказать Рэйчел «спасибо». — Она не из тех, кто ждёт благодарности, — тихо сказала Ирен. — Но, как ни странно, мне кажется, что в её холодности было больше заботы, чем казалось. — А Охотник… — добавил Джейсон после короткой паузы. — Он сделал для нас больше, чем обязан был. Если честно, я не думал, что он способен на что-то подобное. — Да, да, они герои и все такое. Но они всё равно ушли, — буркнул Марк. — В самый трудный момент. — Может, потому что это и есть наш момент, — сказала Лина, и сама удивилась уверенности в собственном голосе. — Я думаю, нам пора идти. Она отдёрнула занавес, и четвёрка шагнула вперёд — в лабиринт зеркал, где их отражения вспыхнули сотнями копий.