S.T.A.L.K.E.R. Мертвый воздух

Сон пришёл незаметно. Возможно это был даже не сон, а очередная потеря сознания. Никакие галлюцинации с миллионами голосов и маленькой девочкой, к счастью, не мерещились. Все прошло как мгновенье. Но телу и сознанию вполне хватило этого мгновенья, чтобы успокоиться. Боль напоминала о себе лишь легким нытьем мышц. Голова, которая недавно казалась вываренной в кипятке, ощущалась значительно свежее. Вист сидел какое-то время на краю дивана, в принципе не понимая, что делать дальше. Тоска по-прежнему окутывала его сердце, но сил на слезы и истерику не было. Был только зверский голод и жажда… Вода и консервная банка всё ещё стояли на столе. Может стоит снова попробовать? Губы и рот должны были уже промыться с предыдущих попыток. Да и все равно, нужно же как-то поддерживать в себе жизнь. Пусть сейчас она и казалась откровенно бессмысленной. А какой в ней смысл? Из зоны вряд ли получится сбежать. Сдаться военным — самоубийство. Приходится только ждать, пока какая-нибудь тварь не соизволит полакомиться твоими костями. Но до этого надо тоже дожить. И попытаться уже сделать хоть глоток этой гребаной воды. В этот раз попытка утолить жажду оказалась успешнее. Не сразу, через силу, Вист заставил себя сделать несколько глотков. Ощущение кровавой каши во рту не ушло, но было осознание того, что бесконечно плеваться будет бессмысленно. Жажда взяла свое, и Вист в миг опустошил полулитровую бутылку чистой воды. Вот только голодный желудок не обманешь. Есть откровенно не хотелось, скорее было желание в очередной раз блевануть. Кислое ощущение во рту заставляло желудок неприятно крутиться внутри. Но ничего не поделаешь, придется потерпеть и есть через силу. «Где там нож-то?» — Вист поднялся с дивана. В голове по-прежнему штормило, будто он находился не в подвале, а в лодке не в самую спокойную погоду. — Да что же ты… — недовольно буркнул он, опираясь о стенку. Нога уже почти не болела, если, конечно, её не тревожить. «Повезло же… калекой в зоне оказаться…» — подметил он, стараясь не расслаблять рассудок, ибо боялся вновь потерять сознание. Доковыляв до самодельных полок, он снял оттуда свою разгрузку и… кобуру. В которой лежал выданный ему пистолет Макарова.  «При мне был пистолет…» — завис Вист, вытянув оружие из кобуры. Обойма была полная, даже патрон ждал своего часа в патроннике. Нужно было только сделать короткое движение пальцем, снять с предохранителя и… Сознание расщепилось на двое. На сознательное и бессознательное. Первое визуализировало картину, где Вист достал пистолет из кобуры и пристрелил Чапаева, когда тот забирал с тела Кента автомат. Бессознательное… так же просило возмездия. Наказания. Палец невольно скользнул по ушку предохранителя, снимая все ограничения с оружия. Стоит только нажать на спусковой крючок. Здесь. Сейчас. *Щелчок* Пистолет встал на предохранитель и медленно вернулся в кобуру. «Какая разница… это ничего не изменит…» — подавленно уперся лбом в холодный бетон стены Вист. Надев обратно на себя разгрузку, он медленно поковылял обратно к дивану. Наконец-то можно попробовать поесть. Сев на диван, он достал нож и взял в руки жестяную банку, которая с первого же взгляда не внушала доверия. — Это что… ржавчина на ней?.. — удивленно рассматривал банку Вист. — Тут… воск?.. Банка определенно была уже использованной. Причем ни раз. Разрезы на жестяной крышке были прокапаны обильным слоем воска. Желание пробовать содержимое постепенно отпадало. Но разве староста будет кормить гостя помоями? Стоило попробовать, хотя бы из приличия. Отчистить воск не составило никакого труда, после чего банка спокойно открылась. Внутри оказалась привычная на вид мясная субстанция в собственном соку. Очень похожая на тушёнку из курицы. Белое мясо, порубленное маленькими ломтиками. Выглядело достаточно аппетитно. Живот, требуя поскорее еды, сильно заурчал. Вот только смущал запах. Он не был похож ни на курицу, ни на говядину, ни на свинину. Он был более кислым и сладковатым. Кто знает, сколько времени была запечатана эта консерва? И сколько раз использовали эту банку? — Ладно… — поджал губы Вист и зачерпнул ножом содержимое банки. На самом деле положить это мясо в рот стоило немалых усилий. Запах, по мере приближения к лицу, становился более едким и приторно сладким. Но, осторожно положив мясную субстанцию на язык, оказалось, что вкус самого мяса не настолько плох. Носоглотку, конечно, сразу наполнил тот самый запах, отчего хотелось поскорее всё выплюнуть. Однако само мясо на вкус было похоже на нечто среднее между козлятиной и говядиной. Сухое и очень волокнистое. Кушать, в конечном итоге, можно. Хотя желудок вряд ли скажет спасибо. «Откуда только здесь такое мясо?» Вист засомневался в том, что здесь есть какой-то скот. Конечно, он слышал о тех людях, которые вернулись в ЧЗО после аварии. Они продолжали здесь хозяйство. Но это же было давно. И какая к черту корова сможет существовать в такой среде, где даже человек выживает с трудом? Оставалось надеяться, что это не человечина. А что? Про сталкеров разное говорят. Доесть целую порцию он так и не смог. Наесться, наверное, можно. Вот только качество очень сомнительное. Вист не стал рисковать и закрыл банку обратно. Можно доесть потом, если желудок отреагирует трезво. На часах девять часов утра. Спать уже не хотелось, но и что было делать — неизвестно. Тишина подвала давила на мозги, а спертый запах плесневелого бетона отвлекал от любых размышлений о дальнейшей судьбе. Апатия продолжала захватывать всё тело Виста, но бесконечно здесь сидеть и ныть нельзя. «Надо подняться и найти Волка. Может он скажет что-то дельное…» С этими мыслями Вист вновь поднялся с дивана и осторожно двинулся к лестнице. Нога почти не болела, на его удивление, но все-таки не позволяла уверенно опираться на неё при подъеме. «Трость…» — стыдливо посчитал Вист, была бы тут к месту. Дойдя до последней ступеньки, Вист осторожно открыл хлипкую деревянную дверь и высунулся наружу. Какое же было удовольствие ощутить в своих легких свежий осенний ветерок, который приятным холодком покалывал привыкшую к духоте кожу лица. На улице была пасмурная погода, как и подобает осени. В воздухе царил аромат дыма, от костра неподалеку, и мокрой опавшей листвы. Изначально Вист не понимал, где он находится. Сталкеры могли унести его куда угодно. Но теперь, стоя тут, он понимал, что это та самая «аномальная деревня», о которой говорил полковник. Только аномалий, судя по всему, здесь не водилось. Зато стало понятно, почему он решил обойти её и советовал не соваться сюда. По деревне разгуливало около дюжины человек с оружием. Все они были сталкерами, судя по всему. Но даже Вист своим неопытным в военном деле взглядом оценил, что для четверых военных они не угроза. Вооружены сталкеры были скверно. У кого-то старая винтовка мосина, кто-то носил за спиной охотничий карабин, а были и те, кто и вовсе имел при себе лишь пистолет. Каких-то бронежилетов и касок среди них тоже не водилось. Все в каких-то куртках да плащах, повезло, если от дыр они не походили на решето. Небольшая штурмовая группа зачистила бы всю деревню без проблем. Удивительно, как они вообще живут под боком блокпоста? Никто, к счастью, не обратил внимание на вышедшего из подвала Виста. Все были заняты своими делами. Теперь Вист благодарил Волка за то, что он срезал нашивки военного. Вряд ли все эти сталкеры знали о ночном госте, иначе не оставили бы сейчас от Виста и мокрого места. Но подойти, поздороваться, узнать о местонахождении Волка было все-таки страшно. Благо делать этого не пришлось. — Эй! Подходи сюда! Не бойся! Голос был знакомым. Определенно это Волк. Он стоял у бочки, в которой активно пылал огонь. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Волк, осматривая ногу и лицо подошедшего Виста. Вист в свою очередь застыл взглядом на его лице. В подвале он не мог его рассмотреть, но сейчас… оно неестественно напрягало его. Серые, будто туман, глаза. Проницательный взгляд. Суровое и бледное лицо, которое больше напоминало видавший виды камень. Через левый глаз, по всей длине лица, уродливый рубец некогда глубокого шрама. Даже возраст определить было трудно. От шестидесяти до семидесяти точно. Но крепкая комплекция и твердый командирский голос вряд ли могли быть у такого старика. — Я… я в порядке… — помялся Вист. — В порядке? А по тебе не скажешь. Во всяком случае выглядишь лучше, чем в нашу последнюю встречу. Погрейся у костра, расслабься. — Хорошо, — продолжал неуверенно Вист. — Спасибо, что помог. Я бы точно там коньки отбросил. — Что верно, то верно. — ловким движением поджег сигарету Волк и с наслаждением затянулся. — Не благодари. Жить будешь — отработаешь. Извини, тебе не предлагаю сигарету, лучше не напрягай свой организм. — Нет-нет, я не курю. — Правда? Молодец какой. Правильно, даже не начинай. Такая дрянь на самом деле. Жаль, что задумываешься об этом слишком поздно. — задумчиво осмотрел тлеющую сигарету Волк. — Ну вообще, что делать-то будешь? Вист задумался. В голову ничего не приходило. Как он не пытался что-то сообразить, поток мыслей упирался в бетонную стену и возвращался обратно к смерти товарищей. — Не знаю… вообще не знаю. — Наверное хочешь поквитаться за своих друзей? Вист ощутил, как его больно кольнуло в груди. Да, конечно он желал поквитаться с Чапаевым. Но разве Вист мог сравниться с профессиональным опытным военным? Который, пусть даже и пользуясь фактором внезапности, не оставил ни единого шанса троим менее опытным солдатам. — Да, хочу. Но я ничего не смогу сделать. Он там, за стенами блокпоста. В окружении вооруженных до зубов солдат. За пулеметом, в конце концов. Мне его не достать… Волк задумчиво поднял глаза к небу. Ответ юноши его смог даже удивить. Любой другой сейчас бездумно бы рвался на блокпост, горячо желая собственными руками порвать недруга. Там он, этот «любой другой», и остался бы навеки. Но расчётливость Виста вызывала уважение. — Ты прав. Его тебе не достать. Военные крайне редко стали выходить за пределы охраняемых территорий, особенно этот Чапаев. Сильно же вы его задели, раз он соизволил сам исполнить приговор. Вист не смог ему ответить. Очевидно, что тема была тяжелой, а душевные раны ещё ныли. Он бы предпочел сейчас не говорить с кем-то, особенно с малознакомым человеком, об этом. Волк, судя по виду, не задумывался о таких вещах. Но… — Не обессудь, что говорю об этом так спокойно. Мне жаль тебя, и я понимаю, какого это. Сам сколько раз проходил через такое. Просто надо об этом разговаривать. Будешь зацикливаться — с ума сойдешь. Да и нужно мне как-то познакомиться с тобой, поставить тебя на ноги. Мне нет никакого интереса в том, чтобы ты приставил свой пистолет к виску и… ну ты понял. Вист стыдливо вспомнил свои мысли в подвале, когда он нашёл свой пистолет. — Всё в порядке. Я понимаю. Просто я в тупике… — Ну, жизнь не кончается. Поверь. Раны заживают. Покрываются прочной коркой, и ты совсем перестаешь их ощущать… — украдкой прикоснулся он к своему шраму. — Кстати… неприятно об этом говорить, но надо. Вист вопросительно взглянул на Волка. — Мои ребята сходили к аномалии. Все, о чем ты говорил, подтвердилось. На Виста внезапно накатила морозящая дрожь. Сердце испуганно вырывалось из грудной клетки. — Они… там?.. — с дрожью в голосе спросил он. Волк лишь еле заметно кивнул. «Они там… они там… они там…» — в бесконечном цикле разносилось в мыслях потрясенного Виста. — «Они там… они там… значит… и Кент тоже там?.. его тело?..» — пробило его на дрожь. — Там… мало что осталось… но очевидно, что это были военные. Мне жаль. Вист медленно присел на матрас, который лежал у костра, и взялся руками за голову. — Они мертвы… все мертвы... они не хотели умирать, понимаешь? Никто из них! — Потише-потише, парень. Это печально, я все понимаю. Но ты выбрался из этого. А мог бы сейчас там лежать. Ты этого хочешь? — Я!.. — хотел было согласиться Вист с вопросом. Но мысленно смог отдернуть себя. — Нет… просто… это я виноват. Не честно, что я выбрался. — Честно, не честно. Какая уже разница? Сомневаюсь, что ребята тебя обвиняют. Скорее они рады за то, что хоть кто-то выжил. Да и вряд ли они довольны тем, что ты сейчас сопли распускаешь. «Не забивай ты голову ерундой, Вист. Ну вот, опять поник.» — отозвалось голосом Кента в голове Виста невольным воспоминанием. — Нужно все равно как-то принять это и крутиться по жизни. Тебе уже все равно никуда отсюда не деться. Вист мысленно зацепился за последние слова Волка. — Ты о чём? Ты хочешь, чтобы я стал сталкером? Нет. Я не хочу быть им. — А чего ты хочешь? Вист задумался. Чего он сейчас хочет? Если трезво оценивать ситуацию, то возникает лишь одна более-менее здравая мысль. — Уйти отсюда. Я хочу выбраться из зоны. Ничего общего иметь с ней не хочу. Я не сталкер и не стану им. Не этого я хочу. Волк пожал плечами и слегка усмехнулся. — Из зоны нет выхода. Вроде ты об этом должен знать. Ночью же обсуждали это, тебе память отшибло? — Нет… просто… может есть возможность? Ну как-то же сталкеры возвращаются? — После того, что произошло весной, никто не возвращался. По крайней мере никто больше не может найти безопасные тропы. Выход только один — через военных. Но там тебе путь заказан, сам знаешь. Вист прекрасно понимал слова Волка. И понимал, что выхода из зоны нет. Но он не мог смириться с тем, что ему все же придется жить до конца своих дней в зоне. — Ты опытный сталкер, Волк. Ну неужели и правда нет ничего? Волк лишь помотал головой. — Пиздец… — Так, все. Кончай этот концерт. — присел Волк рядом. — Мне без разницы, хочешь ты быть сталкером или не хочешь. По факту ты уже сталкер. Это тебе не профессию выбирать. А теперь слушай меня, да повнимательней. Всяко будет полезнее, чем браниться на судьбу. Я тут староста, поэтому ты волей-неволей, хочу я или нет, попадаешь под мое крыло. К тому же я вижу, что парень ты не дурак. Люди мне нужны, так что на произвол не оставлю. Да и должок за тобой, помнишь? Как услышал меня, боец? Вист неловко отвел взгляд и кивнул. — Отлично. Значит, слушай. Забудь, что ты военный. Вообще. Сейчас ты вольный сталкер. Если кто-то узнает, что ты как-то связан с военными, будут проблемы. — Но я теперь не связан с военными. Ты ведь сам с меня нашивки содрал, да и говоришь, что я вольный… сталкер, — последнее слово Вист буквально заставил себя произнести. Волк наклонился ближе к собеседнику, оглядываясь по сторонам. Он не хотел, чтобы их кто-то подслушивал. — Это да. Это ты прав. Проблема в твоем позывном. Пусть ты теперь не военный, но любой сталкер спит и видит, как бы поквитаться с пулеметчиком блокпоста. Дантист тому пример, ты же слышал наш разговор? Он на месте пристрелил бы тебя, если бы не мое вмешательство. Понял? И никто тебя спрашивать не будет. Позывной «Вист» — табу. — И что, мне позывной новый нужен? Ну, зовите меня по имени. Мне без разницы. — Имени, считай, у тебя тоже здесь нет. Тут ты становишься другим человеком. Без какого-либо прошлого. Зона забирает у тебя все, с чем ты пришёл к ней. В том числе и имя. — Что за бред… и нет ни одного сталкера с позывным… ну… Дима? Влад? Миша? — Бывают и такие. Но ходят они с ними не долго. Если ты сам не выбираешь для себя кличку, то её дает тебе Зона со временем. Сталкеры будут смотреть на тебя, на твои успехи и провалы, твои навыки и все равно обзовут «Леший», «Косой» или пусть даже «Митяй». Могут, конечно, называть и «Дима Леший». Но все равно кличка к тебе привяжется сама собой. Лучше все-таки выбрать себе что-то сразу. Ты же не хочешь, чтобы к тебе привязалась какая-то обидная кличка? Многие тебя могли бы уже прозвать «Сопля» и «Нытик». Вист долго прожигал взглядом костер, пытаясь осознать всю ту нелепицу, по его мнению, что ему только что рассказал Волк. — Ладно, не томи себя. Понимаю, что тебе сейчас не до этого. Так или иначе до тебя дойдет, насколько это важно. — А как ты получил свою кличку? Волк. Волк с ухмылкой покачал головой. — Ребята дали. Не буду скрывать, уважают здесь меня. Не просто так ведь я стал старостой. Сначала погоняло было «Акелла», но потом как-то перешло в «Волк». Вообще, обычно новичкам я клички даю. Все-таки первое время я их гоняю. Вон, Дантист, получил кликуху за то, что в медицинском учился. А как в зону пришел, сразу кому-то все зубы выбил по пьяне. Он у нас ещё что-то вроде медика, между прочим. Валун, тот молодец, что нашёл тебя, получил погоняло за то, что какой-то камень пытался выдать за артефакт. Представляешь? Вист наигранно усмехнулся. Хотя смеяться ему совершенно не хотелось. — Могу и тебе погоняло дать, если сам ничего путного придумать не можешь. Виста это немного смутило. — Но ты ведь сам сказал, что позывной... то есть кличка, присваивается за какое-то дело. Я ведь ничего не делал. И ты ничего обо мне не знаешь, — осторожно заключил Вист, опасаясь, что Волк действительно назовет его «соплёй». — Мне и не нужно ничего о тебе знать. Никому не нужно. Да и вряд ли кому-то будет интересна твоя жизнь на большой земле. Однако кое-что ты уже сделал, за что я могу дать тебе погоняло. — И что же? — Ты выжил. Выжил в той ситуации, в которой должен был умереть. Пускай ты сам этого не осознаешь, но в критический момент что-то дало тебе силы бороться. Тебя крепко отделали, ранили в ногу, ты сильно вымотался. Но что-то заставило тебя встать и идти. Верно? «Беги…» — внезапно прозвучал голос той девочки из видения. Отчего все тело покрылось мурашками. Но Волк не может знать о девочке и видении. Так ведь? — Ну… да?.. — неуверенно отозвался Вист. — Скажи мне. Ты веришь в бога? Вопрос, который ударил по голове Виста словно кувалдой. Теперь он ощущал абсолютную неловкость от происходящего. Он не верил в бога, хотя, скорее всего, был крещенным. Он даже никогда не посещал ни храмы, ни церкви. В детстве ему всегда навязывали, что нужно быть христианином. Безусловно, в тот период он верил, что есть какая-то сила на небесах, которая определяет человеку судьбу и ждёт его после смерти. Но с годами все это выветрилось. Он стал задаваться многими вопросами, на которые религия отвечала слишком уклончиво или не отвечала вовсе. Почему существует рак у детей? Почему люди, которые веруют для показухи, получают от жизни больше, чем те, что веруют всем сердцем и живут в нищете? Религия проповедует отказ от материальных благ и ценностей. Она говорит о том, что наша жизнь — испытание. Он не осуждал никого, просто не видел себя частью этой системы. Если кто-то верует — пускай. Но он терпеть не мог, когда ему это навязывали. Было только удивительно, что такой человек, как Волк, верил в бога. Хотя… как говорится? «В окопах атеистов не бывает!». Вист не отрицал, что вера могла принести душевный покой. Он читал, как во время второй мировой войны людям, после долгой борьбы с религией в стране, правительство советского союза позволило открыто молиться богу. И не было бы этого, вместе с мужеством и отвагой, не было бы победы. Поэтому Вист все же не мог не уважать людей, кто адекватно верует. Но, опять же, себя среди них он не видел. Подсознательно ему было даже стыдно. Ведь большинство людей вокруг него все-таки были религиозны. И от этого он ощущал все те же цепи, которые отчаянно пытались сделать его своим звеном. Поэтому такие вопросы заставали его врасплох. — Ну… наверное… — промямлил Вист. — А что? — Ты читал Евангелие? — Нет. Пытался читать Библию, но как-то… — Я тебя понял. Можешь не продолжать. Стыдиться тут нечем. Это дело каждого, надо понимать. Есть там такой человек, в Евангелие. Он умер и должен был остаться таковым. Если бы не чудо божье. Чудо, которое, как я понимаю, случилось и с тобой. Ты должен был умереть там, парень. Но ты встал… и пошёл. Бог тебе помог. А я лишь принял тебя. — И… что ты хочешь этим сказать? — На иврите, «Бог помог», буквально переводится как «Елезар». Или же, как привычно нам всем, — «Лазарь». Вист понимающе кивнул, просто из вежливости. Никакого, по факту, дела ему до нового позывного не было. Да и ещё чтобы он имел какой-то сакральный смысл. Конечно, его немного удивляло то, как складно всё получается. Но девочку из ведения разве можно назвать богом? Иисусом? Что за бред. Только вот пронзительные глаза Волка как в воду глядели… может быть Вист действительно остался жив только благодаря этой девочке? — Лазарь, значит… — без особого энтузиазма произнес Вист. — Да. Не нравится, придумай сам. Или подожди, пока само не прилипнет. Но про позывной «Вист» забудь. — развел руками Волк. — Спасибо, Волк. Я подумаю над этим. — вздохнул Вист и протянул ладони поближе к костру. «Вот ведь. Казалось бы, посмотришь на Волка и не скажешь, что он такой. Выглядит как семидесятилетний старик, который всю жизнь прожил на помойке. А тут Евангелие… иврит… Лазарь… символизм и важность «погоняла. Да к черту это все. Лучше сейчас думать о том, как выбраться из всего этого дерьма…» — Ты, кстати, поел? — оторвал от мыслей Волк. — Да. Спасибо. Я заплачу, как смогу. При мне нет сейчас никаких денег… «Ни денег… ни вещей… ничего. Все осталось в казарме блокпоста. Кажется, скоро и я буду выглядеть как семидесятилетний бомж, если не выберусь отсюда». — Не бери в голову. За счёт заведения. Но только на этот раз. Я готов взять тебя под свое крыло до тех пор, пока ты не начнешь откровенно чудить. Но не жди, что я буду кормить тебя с ложечки. Разумеется, он не рассчитывал, что его дружелюбно будут откармливать как на убой. Понимал, что эта трапеза была знаком доброй воли. Вот только полноценное осознание того, что ему придется ещё и искать еду здесь, лишний раз заставляло чувствовать беспомощность и отчаянье. — Хорошо. Я понимаю, Волк. А что это было за мясо? Там, в банке. Волк помолчал, будто что-то обдумывая. Вист отчетливо читал по его лицу вопрос «Сказать или не сказать?». — Это собачатина. Мясо слепого пса, если быть точнее. Коров и свиней, как таковых, здесь не водится. Ясно. Вот почему вкус был такой… не похожий ни на что. Вот почему в запахе читалась трупная нотка. Вист в шоке напрягся, а живот крепко скрутило в узел. — Собачатина?.. Серьёзно? Что за «слепой пёс»? Это что, мутант?.. — Я понимаю, как это звучит. Но никто тебе тут стейк или гамбургер не подаст. Все выживают здесь как могут. И да, это мясо мутанта. Но нет, не переживай! Я его лично стрелял и готовил. Так что за качество готов отвечать. Отдал тебе лучшую порцию, чтобы ты сил набрался. Вист молча повернулся обратно к костру. Выражение его лица говорило само за себя. Глаза по пять рублей не смущали Волка, он все-таки понимал, что военных так никто не кормит. Вист же не понимал, хочет он вызвать у себя рвоту или встать и убежать подальше от своего собеседника. Видимо тому мясу, что осталось в банке, суждено было гнить там и дальше. — А… нормальная еда, у вас есть?.. — Есть и нормальная еда. Но стоит она не дешево. А денег, как я погляжу, у тебя не водится. Вообще… — поднялся Волк и размял спину, — заговорился я тут с тобой. Тебе нужно сходить к Сидоровичу. У него в продаже и нормальная еда есть, и может дело тебе подкинет, чтобы заработать на неё. Смотри сам. Ещё тебе нужно процедуру одну пройти. Так, формальность. Но она необходима всем, кто находится в зоне. У тебя же нет КПК? — Нет. — Странно, что вам его сразу не выдали. Военные обычно тоже подключены к системе. — К системе? — покосился Вист и тоже неуклюже поднялся. — Тебе Сидорович все объяснит. Он этим занимается. Так что ступай. Он в бункере у себя сидит. Вон там. Волк указал пальцем на западную границу деревни. Там, среди кустов, на земле, были двери в подвал, которые вели, судя по всему, в какой-то бункер. — Хорошо, пойду я. Спасибо, что уделил мне время. Волк слегка похлопал Виста по плечу, стараясь не напрягать его ногу. — Будет тебе. Скажи, что ты от меня. Он всё поймет. Вист уверенно кивнул и медленно пошёл в указанную сторону. Нога, все же, хорошо терпела испытание ходьбой. Будто её не прошила пуля, а кто-то хорошенько ударил дубинкой. Спасибо хоть кости остались целы. Но хромающий вид все же привлекал внимание других сталкеров, которые украдкой да посматривали на странного новенького. Конечно, все были заняты своими делами. Кто-то колол дрова, кто-то копался в старом запорожце. «Неужели он его починить пытается?» — задумался Вист. Атмосфера, тем не менее, была разряженной. Стоило лишь забыть о том, что ты здесь чужеродный организм. Но вот и граница деревни, которая была огорожена колючей проволокой. Между колючкой был проход, который охранялся каким-то сталкером. Вист остановился и долго не мог решиться пройти через него. Не от того, что боялся вооруженного незнакомца. Скорее ему было страшно покинуть ту зону комфорта, которую ему обеспечил Волк. В прошлый раз, когда он вышел за охраняемую территорию, пусть даже с вооруженным конвоем, все закончилось крайне печально. — Чего встал-то? — А… ничего. Просто задумался. — немного запаниковал Вист. — А, это. К Сидоровичу… туда же, верно? — Ну да. Вон его нора. Ты что, новенький что ли? Или память отшибло? — Я… да. То есть. Просто… уточнить хотел… — Странный ты. Ну иди давай, раз надо тебе туда. Не мозоль глаза. Вист, посчитав, что лучше промолчать, продолжил путь. Благо до бункера оказалось идти меньше, чем казалось. Около десяти метров отделяло его от деревни. Спустившись, он увидел перед собой гермодверь. «Заходи не бойся, выходи не плачь.» — прочитал Вист надпись на двери. Выглядело не приветливо. Вист взялся за ручку и потянул её на себя. Увесистая дверь нехотя поддалась и с ржавым скрипом открылась. — Кого там ещё занесло?! — встретил его яростный возглас. Вист зашёл внутрь. В помещении оказалось довольно тесно, по крайней мере, для посетителя. Было ощущение, что он попал не в бункер, а в магазин по продаже нелегальных вещей. В прочем, оказалось, это не далеко от правды. Бункер делился на две части, разделяемые металлическим забором, в котором было окошко с прилавком. За прилавком сидел, судя по всему, хозяин второй части бункера, который видимо не очень жаловал гостей и ценил собственное личное пространство. — Ты ещё кто такой? Ну, чё стоишь? Долго будем в гляделки играть? Коль притащил чего — выкладывай. Нет — проваливай! — нервно произнес толстый старик, сидевший за прилавком. Больше он был похож на жабу, чем на человека. Лысый, пучеглазый, сутулый донельзя. Когда он вообще в последний раз вставал со стула и выходил на улицу? Ему бы не помешало проветриться или хотя бы принять душ. Запах пота и нечистот напрочь выбивал любую мысль из головы. — Здравствуйте. Я от Волка. Он сказал мне прийти к вам. — Тфу ты. — откинулся Сидорович на спинку и уставился глазенками в толстый компьютерный монитор. — Так это он о тебе сегодня ночью мне рассказывал. Ну да, ну да. Вот зараза. Значит хабар с тебя не взять, так? — Хабар?.. — Ты что, откуда свалился-то, с Луны? Ой, послал бы я тебя подальше отсюда. Только вот Волк уж просит за тебя. Ох… — обреченно выдохнул Сидорович, будто похудел на килограмм десять в этот момент. — Он говорил про какую-то систему. Сказал, что вы знаете. — Да знаю я! И чё ты тут всё «вы» да «вы». Интеллигент нашёлся, тоже мне. Хотя кто тебя знает. Кто там обычно с такими патлами-то ходит? Это за них тебя так отделали? — хрипло рассмеялся он на весь бункер и полез что-то искать под прилавком. Вист прикусил губу. Одновременно в нём смешались смущение, непонимание и недовольство. Но последнее высказывать он все же постеснялся, мало ли эта жаба держит у себя там двухстволку? Оружие, по крайней мере, у него точно водилось. За спиной Сидоровича Вист видел обустроенное для жилья помещение. Диван, вентилятор, несколько старых ноутбуков и компьютер. Был даже верстак с инструментами, на котором лежал полуразобранный АК-74. — Так что за система-то? — Да подожди ты! Чё как муха приставучая! — продолжал он рыться в каких-то коробках у ног. — Вот, нашёл. — вытащил он на прилавок КПК, похожий на очень древний смартфон, и коробочку с какими-то датчиками. — Бери эти и суй себе куда хочешь. — подвинул он коробочку ближе к Висту, а сам подключил КПК к компьютеру и начал что-то ловко строчить на клавиатуре. Вист взял коробочку и слегка потряс её. Внутри находилось несколько маленьких датчиков, снизу которых блестели иглы. — Это что? — задумчиво поинтересовался Вист. — Это датчики, которые будут проверять состояние твоей жизнедеятельности. Пульс, вес, калории, температура тела, уровень заражения радиацией, уровень кислорода в крови, уровень интоксикации, а также твое местоположение. Коли себе куда хочешь. Вист достал один датчик из коробочки, осматривая его. — И… зачем это мне? — Ну, блядь, ты даёшь парень. Ты действительно с луны свалился? А как ты собираешься выживать в зоне, скажи мне? — Я не собираюсь… — Да мне насрать, — перебил его торгаш. — Мне абсолютно похуй, что ты собираешься, а что нет. Можешь уёбывать. Вон дверь. Вот только когда копыта будешь откидывать, спрашивая себя «А какого хуя мне так плохо и что с этим делать?» — не гони на меня. У Виста вдруг встали волосы дыбом. Попустили его, конечно, знатно. — Я… я просто хочу понять, зачем это? И все. — Ну смотри. Во-первых — ты будешь четко знать, что происходит с тобой. И когда надо принять меры. Вот проебёшься ты с радиацией, дозиметра у тебя под рукой не будет, что станешь делать? Ты ведь её не почувствуешь. А вот умирать потихоньку будешь. Понимаешь? То-то же. Во-вторых — у нужных людей ты всегда будешь на виду. Не переживай, никто никому рассказывать, где ты сейчас дрочишь, не станет. Такой уж закон. А если наебать попытаешься или сдохнешь где, люди смогут найти тебя. Конечно, своё местоположение ты даёшь в добровольном порядке, это не значит, что я могу зайти в программу и сразу отыскать тебя. Но если ты копыта где-то откинешь, я это узнаю. И твое бездыханное тело смогут увидеть на цифровой карте все, кто находится в радиусе двухсот метров. А это значит, что за твоими вещичками «присмотрят», хе-хе. Уже нехило? И это только датчики. А без КПК вообще никуда в зоне. Тут тебе и карта, и база данных с общими понятиями о аномалиях и мутантах, и личный дневник, сканер, камера, видео-аудио проигрыватель, приёмник и чего вообще тут нет. Без него сталкеры как без трусов. Но дело твоё. Будешь брать? Вист задумался. С одной стороны, это ещё больше делало его сталкером. С другой же… пока он находился в зоне, в экстремальной среде, было бы действительно полезно иметь при себе приблуду, которая будет тонко анализировать процессы организма. — Ладно, я согласен. Иглы хоть стерильны? — КПК мне принесли от какого-то сталкера, который погиб где-то на болоте. Как думаешь, датчики в каком состоянии? — хитро заулыбался он, рассматривая растерянное лицо собеседника. — Да стерильно все, не обосрись тут. Они одноразовые. Колись и кайфуй. Вист вздохнул с облегчением. Датчики действительно были в вакуумной упаковке, почему до него сразу не дошло, что они стерильны? Или может не хотел того же опыта, что и с той консервой? — А куда колоть-то? — Хоть на жопу себе. Ну в инструкции написано, что лучше все-таки на каждую руку и на шею. Была не была. Благо Сидорович подсуетился, достав баночку со спиртом и ватный тампон. Вист закатал рукава горки и хорошенько протер кожу на предплечье, куда собирался поставить датчик. — Это ещё что у тебя? — с интересом взглянул Сидорович на предплечье Виста. — Не знаю. Тату. Оно всегда там было, сколько себя помню. — Правда? Ну-ну, — с неким недоверием протянул Сидорович и вернулся к компьютеру. У Виста на левом предплечье действительно была татуировка, которой он уже не придавал никакого значения. Родители говорили, что ему набили её в каком-то частном роддоме, в котором так помечали детей. Татуировка представляла собой число девять, изображенное на римский лад символом «IX». Прямо над ней он и поместил датчик. Оказалось, это совсем не больно. Игла хоть и внушительной длины, но тонкая и, судя по всему, прочная. Плюс задняя сторона датчика намертво прилипла к коже, исключая любые риски случайно оторваться и выпасть. Так же он поступил и с остальными датчиками, хотя крепить его на шею так, чтобы воротник его скрывал, было все же неприятно. — Отлично. Сейчас они синхронизируются с КПК и начнут передавать сигналы. Пока давай тебя зарегистрируем. Как тебя звать-то? — Дмит… — Кликуха твоя, дурень. — А, Вист. Сидорович резко взглянул на Виста, начиная прожигать его своим подозрительным взглядом. — Как-как? Вист, говоришь?.. — недоверчиво приподнял бровь Сидорович. Вдруг вновь перестал ощущать твердость в ногах. До него только что дошло, какую ошибку он совершил. Говорил же Волк, никому не говорить своего позывного. — То есть… я!.. Поздно. Сидорович медленно достал из-под прилавка двуствольный дробовик и направил его на солдата, не отводя от него гневный взгляд. — Вист, значит… за твою башку мне сталкеры по гроб будут обязаны. Понимаешь? — Стой, нет, подожди! — Вист медленно стал поднимать руки и готовиться падать на пол, чтобы хоть как-то спастись. *Щелчок* Боёк звонко ударил по корпусу ружья, но выстрела не последовало. Сердце Виста замерло, будто перестало биться вовсе. Вся ледяная душа вмиг упала в пятки. — БАХ! — от всей души рассмеялся торговец, в то время как Вист дрожал от нахлынувшей паники. — Ну ты и придурок! Боже! Ха-ха-ха! А стоит ли вообще тратить на тебя эти датчики, КПК, да и время своё, если ты такими темпами откинешься в ближайшие дни! Ах-ха-ха-ха-ха! — противно продолжал он ржать, убирая дробовик обратно под прилавок. — Да знаю я тебя. Мне Волк все рассказал. Не суетись. Странно, что тебя на месте не прикончили. Но мне, честно, до пизды на ваши тёрки. Так как тебя обозвать-то? «Обосратышь»? Вист пытался прийти в себя. Мысли в голове опять спутались, а мышцы предательски дрожали. «Он что, больной что ли?» — Немой что ли? — возмущенно прорычал Сидорович. — Настолько обосрался? Висту тут же захотелось протащить эту тушу через окошко и крепко сбить самодовольную улыбку с лица торгаша. Но духу, к сожалению, на это не хватало. Как и сказать что-то против. Мало ли он местный авторитет и вызовет охрану, которая расстреляет нарушителя на месте. — Ла… Лаз… Лазарь я… — с трудом произнес он, вспомнив первое, что пришло в голову. — Лазарь? Это ты сам себе придумал? Верун, что ли? Тогда оставь надежду, всяк сюда входящий! «Он до сих пор издевается? Почему вдруг вспомнилась надпись на его двери? Что за выблядок…» — Нет, меня так Волк назвал. — А. Ну тогда понятно. Хе-хе. Ладно хоть не самим Христом спасителем. Хе-хе. — вбивал что-то в компьютер Сидорович. «Лазарь, значит… надо будет привыкнуть этому. Волк прав, другие сталкеры вряд ли будут рады увидеть человека с позывным «Вист». Как бы того я не хотел, всё равно придётся какое-то время мириться с местными уставами. Надеюсь надолго это не затянется…» — Всё, готово. Держи, Лазарь. Теперь ты в системе. Сидорович отключил КПК от компьютера и протянул его собеседнику. Тот же, в свою очередь, немного замешкался. Казалось бы, обычная формальность, бытовая ситуация. Но в голове Виста это казалось чем-то сакральным. Будто, взяв этот КПК, он заключал строгий контракт с самой зоной. Насильно принимая правила её игры и своё новое имя. Деваться только уже некуда и назад опять не повернёшь. Нужно немного подыграть, чтобы выиграть хотя бы крупицу времени. — Спасибо… — медленно протянул руку он и забрал КПК. — Разберешься сам, что там да как. Не хитрый аппарат. С тебя десять тысяч деревянных, кстати. — Чего!? — в миг оторвался Лазарь от КПК. — Чего слышал, — утомлённо вздохнул Сидорович. — Ладно, вижу, что ты голодранец. Отдашь по мере возможности, все равно ты должен быть в системе. Можешь, кстати, поработать немного на меня, дел всегда хватает. Оплату гарантирую. Что скажешь? Никаких дел вести с этим человеком Лазарю, разумеется, не хотелось. Удивительно, что Волк доверял этой жабе, раз рассказал историю о незваном ночном госте. Только вот что делать? Денег действительно в карманах не водилось. Поэтому стоило прощупать почву. — И что за работа? — Не дрова наколоть уж точно. Мне иногда нужны некоторые вещи, поэтому прошу сталкеров найти и принести их мне, за хорошую монету. Или вот ещё… — склонился над монитором Сидорович, что-то изучая на нём. — Недавно погиб один сталкер. И я знаю, что у этого сталкера было кое-что интересное в сумочке. Найдешь, принесёшь, в долгу не останусь. Лазарь анализировал у себя в голове, стоит ли браться хоть за одно? Все они подразумевали выход из деревни и прогулку по зоне. К этому он точно был сейчас не готов. — Это всё? — Ну ты даёшь, тебе мало? Ну вот тебе занятие для настоящего хищника. Один упырь перешёл дорогу другому упырю. Понимаешь? Нужно сделать так, чтобы первый упырь забыл о том, как дышать и гонять кровь по венам. Понимаешь, о чём я? Разумеется, Лазарь понимал, о чём говорил Сидорович. Но одна мысль о том, чтобы убить человека, до сих пор вызывала у него ужас. Плюс ко всему, жути нагнало то, как Сидорович спокойно говорил об этом. Будто убивать людей, по чьей-то указке — рутина. — Я тебя понял. А, Волк ещё сказал, что у тебя есть еда нормальная. Это правда? — поспешил перевести тему Лазарь. — Не был бы я торговцем здесь, если бы у меня чего-то не было. Есть всё, кроме оружия. Мне запрещено продавать тут стволы, иначе военные быстро сметут всё здесь к чертям собачьим. — Военные? — напрягся Лазарь. — Да. У меня с ними есть связь. Но тебе это знать не обязательно. Да и помочь отомстить я не смогу. Извини, конечно, но мой бизнес и репутация мне важнее. Так, что про еду-то ты говоришь? Купить хочешь? У тебя всё-таки бабки есть? Так давай на стол! Коли нет, то можем договориться. «Опять какие-то договоры. Впрочем, чего ещё ожидать от такого человека? И что? Он предложит мне кого-то убить за буханку хлеба?» — Опять какая-то услуга? — Нет. Можно обойтись без этого. Если есть что не нужное — скидывай на стол. Я оценю и дам тебе равноценную вещь. Еда у меня есть, так что за ассортимент отвечаю. Лазарь задумался. «Что-то скинуть? Похоже в зоне работает бартерная система. Не удивительно, в таком месте вряд ли экономика держится чисто на какой-то валюте. Только вот что предложить? При мне ничего толком нет». Он тут же стал хлопать себя по карманам и разгрузке. И, всё-таки, кое-что нашлось. «Три обоймы под АК-74м. Вещь, несомненно, полезная. Но у меня нет автомата и вряд ли появится в будущем. Стоит ли от них отказываться? Наверное, стоит. Я помру от голода быстрее, чем смогу отыскать здесь этот ствол. Может хотя бы один оставить?» Лазарь расстегнул подсумки и выложил две обоймы на стол перед торгашом. — Говоришь, оружие не продаёшь. А что насчёт этого? Сидорович взял одну обойму и начал её рассматривать. — Я сказал, что не продаю оружие. Но не говорил, что не покупаю. Обоймы хорошие, патроны тоже вполне свежие. На них будет спрос. И что ты за них хочешь? — Всё, что могу позволить себе из еды. Сидорович кивнул. Он повернулся спиной к Лазарю, встал с кресла, нелепо доковылял до комнаты, которая была чуть глубже в бункере, и вскоре вернулся с товаром. — Вот. — выложил он на прилавок две консервные банки, чёрствый хлеб и обрубок колбасы, который составлял одну треть от целой палки. Сердце Лазаря тут же заколотилось от волнения. Консервы выглядели свежими, не тронутыми. Хлеб хоть и чёрствый, но видно, что съедобный. А колбаса... — Эй-эй! Ты сейчас утопишь меня в своей слюне. Я своё дело знаю и, кто бы что не говорил, никого не обманываю. Тебе повезло, что спрос на хороший патрон высок. Так что забирай и проваливай, если дел ко мне больше нет. Лазарь кивнул и забрал всё, что лежало на столе. Рюкзака у него не было, так что пришлось распихивать куда попало. Колбасу и хлеб — в разгрузку, вместо обойм. Консервы — в мед.сумку. — Ну ты и разгильдяй, — цокнул Сидорович. — Спасибо! Я пойду. — Ага, иди. Не мозоль глаза. Кстати! С твоих пожитков ещё осталось. Немного, но деньги есть деньги. В твоём КПК есть твой личный счёт. Я уже перевёл этот остаток туда, можешь пользоваться. Если надо поменять на бумагу, то обращайся. Лазарь кивнул и покинул торговца, закрыв за собой дверь. По пути наверх он заглянул в КПК, увидев, что на счету действительно лежало 350 рублей. «Не густо, но уже и не голодранец» Настроение от покупки нормальной еды, как-никак, поднялось. Этого должно было хватить на несколько дней, если грамотно рассчитывать порции. «Вот только какой же противный этот торгаш. Реально, как Волк может водиться с таким? Доверять ему мою историю? Глядишь, какой-нибудь сталкер да получит задание на устранение «бывшего военного». Отвратительно…» Выйдя наконец на улицу, он с облегчением вдохнул свежий воздух. Душная атмосфера очередного подвала, пускай и более благоустроенного, успела утомить. В этот раз он решил задержаться на улице подольше. Дело было к полудню, выглянуло солнце, и стало значительно теплее. Имел же право Лазарь после всего, что случилось, спокойно постоять на тёплом солнышке? Пускай засохшая на лице кровь и неприятно стягивала кожу, но под тёплыми лучами Лазарь наконец смог окончательно ощутить, что он жив. Раньше, в полудрёме и мутном сознании, всё казалось больным сном. «Интересно… как там, на блокпосте? Наверное, все уже готовятся к обеду. Как там Дуб? Горюет, наверное, бедняга. Не по мне, так по Кенту с Гансом точно. Станет ли он по мне стрелять, если увидит меня? Кто знает. Чапаев точно бы отдал такой приказ. Но почему он не выстрелил в последний момент? Посчитал, что я и без того умру? Или испугался выброса? Что же он рассказал личному составу и Дубу?» Лазарь медленно повернул голову в сторону холма, за которым должна была быть та самая аномалия. «Сколько же я там пролежал? И лежит ли там ещё…» Сердце Лазаря больно кольнуло, когда перед глазами вновь возникли воспоминания прошлого вечера. Отвечать он себе не стал и, не думая ни о чём, побрёл в сторону холма. Вновь этот котлован. Почти неуловимый гул аномалий в воздухе, вызывающий трепет в груди. Возвращаться сюда было страшно, несмотря на то, что локация казалась менее враждебной при ясной погоде. Любой другой не сразу заметил бы чёрные пятна крови на земле, кишки на ветках кустов, раздробленные кости. Никто другой не придал бы этому значения, кроме Лазаря, который медленно ковылял к тому самому месту, пробираясь сквозь заросли. Гул по мере приближения к аномалии всё усиливался. Сверху кружила стая воронья, противным карканьем встречая незнакомца, который помешал им доедать свежие потроха. «Ах ты-ж сук!..» *Звук выстрела* «Ааааа!» «Беги…» В окружающей какофонии Лазарю слышались звуки прошлого, от чего душа внутри, будто под тисками, сжималась всё сильнее. — Ре… ребята… — невольно начал бубнить он, будто поддался гипнозу окружения. Что-то внезапно зашуршало в той стороне, где находился Кент. Сердце Лазаря тут же подпрыгнуло от страха. Он замер, прислушиваясь и положив ладонь на пистолет. Места, где расстался с другом, он не мог рассмотреть из-за кустов. Но он отчётливо, к своему ужасу, видел, как что-то там копошилось и сопело. «Кто это? Что это, блядь? Это же… не может быть Кент. Он погиб!» Лазарь пригнулся, достав пистолет и сняв его с предохранителя. Ситуация казалась до боли знакомой. В прошлый раз ничем хорошим она не закончилась. Неизвестность в очередной раз угнетала. Под костюмом вновь выступил неприятный холодный пот. Рисковать в этот раз откровенно не хотелось. Но там тело Кента, почему он не может его забрать и похоронить? «Блядь, да кто там вообще может быть у его тела!?» Вдруг, мысль о том, что над телом друга может кто-то издеваться, вызвала у Лазаря сильную злость. Да такую, что аж кровь вскипала в жилах. Пульс зашкаливал. На часах, которые были оборудованы пульсометром, значение скакало в районе 120 ударов в минуту. — Хей! Выходи! Иначе буду стрелять! — срывая голос, прокричал Лазарь. Он сам не ожидал, что выдаст такое. Но дать голос своему пистолету он был готов. Однако никто не ответил, опять. Лазарю показалось это издёвкой. В очередной раз никто не отвечал. Хотя, вдруг стало слишком тихо. Никакого движения и сопения с той стороны. Кто бы там ни был, он определенно услышал Лазаря и был готов реагировать. Точнее, уже начал… «Что…» Лазарь ощутил в носоглотке запах свежей крови. Что-то тёплое стекало по его губам. Он коснулся ноздрей пальцами. Это была кровь, которая только что пошла из носа. Но проблемы на этом не закончились. Внезапно заложило уши и поднялся свист в голове. — Какого… блядь… — схватился Лазарь за голову, ощущая потерю сил. Из кустов вышло нечто ужасное… Серые, как стекло, глаза. Какой-то гнилой обрубок вместо носа. Оно рычало, и от этого его челюсть неестественно дрожала. Существо было покрыто жёсткой шерстью, которая, казалось, могла в любой момент облезть с кожи трупного цвета. Только со временем до Лазаря дошло, что перед ним что-то похожее на собаку. Нет, скорее на адскую гончую… — Блядь! — направил он пистолет на тварь и нажал на спусковой крючок. Пуля предательски прошила кусты, в нескольких сантиметрах от морды мутанта. «Что… что ты делаешь!?» Пальцы не слушались. Они окоченели от бессилия и дрожали от страха. Прицельно стрелять было невозможно. В глазах помутнело. Да так сильно, что зрение на секунду отключилось вообще. Лазарю показалось, что сейчас он опять упадет в обморок. Но, когда зрение вернулось, случилось нечто более страшное. Теперь перед ним была целая стая этих псов. Из пасти каждого сочилась отвратительная смесь крови и гноя. — Нет. НЕТ! — с ужасом вырвалось у Лазаря. В один миг псы сорвались, будто кто-то им отдал команду «фас», хаотичной кучей набрасываясь на свою жертву. — НЕТ!!! НЕТ!!! НЕТ!!! Лазарь мог лишь дёргаться под тяжелыми тушами, которые топтались по его телу. Он понимал, что не может сопротивляться. — АРХ!!! НЕТ!!! Одна из псин вгрызлась в его плечо, разрывая бритвенно острыми зубами ткань и плоть. — ПОМОГИТЕ!!! ПОМОГИТЕ!!! ПОМОХР… Лазарь кричал до последнего, пока его лёгкие не заполнила кровь. Одна из тварей разорвала ему горло. Другая же псина оторвала сочный кусок мяса от его ноги. — БЛЯДЬ, КАКОГО ХУЯ!? ОТВАЛИ!!! Неподалёку послышался громогласный крик, за которым последовало несколько выстрелов. Видимо, кто-то все-таки пришёл на помощь. Жаль, что было поздно…