Ожоги

Утро выдалось адским: всё тело болело, кости ломило, а мозги превратились в кашу. Глаза влипли, как у котёнка и не хотели открываться. Аарон шумно промычал и попытался пошевелить своей ногой, что вызвало только больше неудобств. Всё же собрав все силы в кулак, Аарон смог преодолеть себя и раскрыть свои зенки. В глаза ударил свет, и зашипев подобно вампиру, снова забрался под свои два одеяла. Знобило причём конкретно. Перво наперво было трудно сообразить, где он и кто он. В висках бухало и пульсировало, его здоровье медленно, но верно катится по накатанной. Сколько времени он провёл в таком состоянии? Неделю? Может больше? Он уже и не вспомнит этого. Солнца видно не было, в окно пробивался приглушённый свет. Прилагая просто великие усилия, у Аарона получилось встать с кровати и дойти до окна. Всё небо заволокло облаками, а улица была полностью покрыта стеной из снегопада. Видимо, тот не прекращался с ночи. Бледные руки потянулись в сторону стекла и, ухватившись за холодный пластик, дёрнули за ручку. В комнату ворвался ледяной воздух. На дворе середина ноября, но мороз такой, будто середина января или февраля. Но Аарону нравилось, поэтому он подставил лицо под морозный ветерок, и позволял себе потихоньку замерзать. На удивление это было приятное ощущение, на минуту показалось, что на свете нет ничего кроме этого момента. Стало так спокойно и… тихо? Точно, только сейчас Аарон понял, что не слышит ни звука. Сколько сейчас времени? Он развернулся; на часах было пол первого дня. Все на тренировке — не удивительно, что никого нет. Кухня встретила его всё той же тишиной и одиночеством. Клацнула кнопочка кофемашины и горячий напиток медленно, но верно наполнял чашку. Миньярд наблюдал за этой картиной словно в прострации. В последнее время он часто залипал в одну точку без причины. Вот и сейчас, бежевая струя горячего кофе полностью завлекла его внимание. Думать не хотелось абсолютно. Он просто сидел в полном одиночестве и потягивал свой кофе. Плед не грел его, но тому и не нужно это было. Возможно, прошёл час, может, два. Парень так и сидел на одном месте —смотря в одну точку в окне. Уже долгое время парень использовал наблюдение за снегом, как отвлечение. — Хэй, — послышался оклик из-за спины. Аарон вздрогнул, и резко обернулся, задевая чашку с уже давно холодным напитком. Та слетела со стола — послышался треск разбивающейся о пол керамики. — Аарон! — Рыжий парень с маху подбежал к напуганому блондину. —Ты не поранился? Аарон поднял взгляд, и встретился с таким же взором голубых глаз. Они были близко, Нил стоял на расстоянии чуть вытянутой руки и с беспокойством осматривал его. — Я… нет, — голос был очень хриплым и непривычным, сам Аарон сначала не понял, что это говорит он. Конечно же, это была ложь, пару осколков всё же впилось в его ладонь. Джостен отошёл от блондина и скрылся за углом, появляясь снова всего спустя пару мгновений. В его руках: ставок и метла. Он собирался нагнуться, как Аарон понял, что происходит. Нет, так не пойдёт, чашку разбил он — ему и убирать этот беспорядок. Он слез со стула и присел, принимаясь собирать осколки с пола. — Нет, всё нормально, я уберу, у тебя плачевное состояние, — Нил схватил Аарона за запястье руки, которой тот взял осколок. Секунда, и послышался задавленный писк. Аарон сидел зажмурившись и шипел от боли. Джостен сначала даже не понял в чём дело, но после двинул большим пальцем и ощутил слой бинта. В голове сразу всплыло воспоминание о прошлой ночи. Рука, кровь, мороз. Нил сразу же отпустил повреждённое запястье, напоследок проводя пальцем по бинту, как бы извиняясь. Это не предвещало ничего хорошего: сначала Аарон босый и без верхней одежды бродит по городу, потом в обмороки падает, а сейчас он ранен? Что это? На пальцах виднелось немного крови, но бинт был полностью сух. — Прости, я не хотел сделать тебе больно, — на тон ниже произнёс Нил. Он правда не хотел делать тому больно. Миньярд тоже его семья, как и остальные Лисы. Пускай у них натянутые отношения, и как бы Нил не отрицал, он всё же волнуется. Особенно учитывая всё происходящее, потому что, что-то явно происходит. И это точно ничего хорошего. — Твоя рука в крови, — решил перевести немного тему Нил, и снова потянулся к руке, чтобы посмотреть причину травмы пальцев. Аарон прикрыл свою руку рукавом рубашки и отвёл взгляд. Бледные щёки покрылись лёгким румянцем. Со стороны ситуация выглядела весьма обычно, но для отстраненного Аарона — это было очень близко и смущающе. Запястье горело и было не ясно: то ли ожоги горели, то ли это прикосновения Нила вызывали такой молящий жар в его теле. Даже сквозь бинты. — Всё нормально, не стоит, я сам. За эти дни блондин уже и забыл, насколько этот парень красив и проницателен. Было ощущение, что эти голубые глаза смотрят ему прямо в душу и видят всё, как на ладони. Аарон боялся этого и одновременно хотел, чтобы кто-нибудь заметил. Хотел, чтобы его нашли и спасли от всего этого ужаса. Нил же разглядывал чужое лицо словно в трансе. На обычно бледном и недовольном лице расцветала гамма эмоций. Это было так… необычно. Тут глаз зацепился за лёгкий румянец на щеках парня. — Ты заболел? — А? — Только и успел выдавить Аарон, когда почувствовал ладонь на своём лбу. — Я не знаю, — спустя пару минут блондин всё же дал ответ и отвёл взгляд, он чисто физически не может поддерживать долгий зрительный контакт. Парень не видел, но чётко чувствовал как лицо медленно пунцовеет. — Не сиди на осколках. — Рука исчезла с чужого лба. Температуры не было, и Нил чуть успокоился. Он снова проницательно взглянул на блондина, как бы безмолвно говоря, что возражения не принимаются ни в каком виде. Спустя всего пару секунд старший сдался и отступил. Он обошёл осколки чашки и сел на диванчик гостиной. Пока Нил сидел к нему спиной и был занят, появилась возможность рассмотреть рыжего спустя долгое время. Тот чуть похудел, но всё ещё казался сильным. Ровные плечи, накаченная спина, которую обтягивала футболка. На лице красовались неровные и бугристые шрамы. Руку снова обожгло от воспоминаний. Он вспомнил ту ночь, когда Джостен пришёл к нему… кхм к Мэтту. Щека Нила была очень горячей, а его лицо было так близко. Казалось, если бы тогда в комнату не зашёл Мэтт, то он бы точно не смог сдержать себя и поцеловал бы его. Скорее всего этот поцелуй стоил бы ему жизни, но разве ради этого не стоит умереть? Аарону в принципе жить не зачем больше. Он довольно давно отчаялся и разочаровался во всём в чём только мог. В первую очередь — в себе, это было самое главное разочарование в жизни Миньярда. — Хочешь поговорить? Аарон пару раз моргнул и только тогда понял, что уже довольно давно пялится, и за это время Нил похоже заметил его. И снова этот проницательный взгляд прям в душу, он словно протягивал руку помощи и видит боль, Миньярд очень хотел схватиться за эту руку. Это было похоже на соломинку для утопающего или это он придаёт ситуации такой исход? Зачем Нилу хотеть ему помочь? Аарон только и делает, что всё портит и ломает. Напомните хотя бы один день, когда бы он не огрызался с Нилом или с кем-либо ещё? Всё, что сейчас происходит — это просто вежливость. Да как он вообще мог подумать о том, как кто-то мог волноваться за него, после того, что тот натворил. В сердце что-то болезненно кольнуло, похоже корни начали давать шипы. Когда всё зашло так далеко? — Нет, — он отвернулся, чтобы больше не смотреть. Чтобы не хотеть помощи, не хотеть поцеловать. — Ладно. — Нил встал и скрылся из поля зрения. Вытряхивая осколки в мусорку, он ещё раз бросил взгляд на фигуру, что сжалась на диване. Что-то было не так, явно не так. Но ему сказали «нет», и Нил не может воспротивиться этому. «Нет», — значит нет. Хотелось, что-то сказать, но что? Как поддержать… «друга?» в подобной ситуации? Нил так не умел, с Эндрю были проще, тому не нужны были слова. Причем здесь Эндрю? Они близнецы, но разные люди, конечно, Аарону нужны слова. Они совсем не похожи с Эндрю, одновременно одинаковые, но невероятно разные. Сейчас это было особенно заметно. Джостен потянулся к шкафчику на кухне, и достал оттуда аптечку. Кровь не может появиться из воздуха, но и навязываться Нил не хочет. Он просто подошёл к дивану и положил коробочку на журнальный столик. Как бы намекая не оставлять проблему нерешённой. — Если что, я буду в вашей с Мэттом комнате. — Это было единственно, что он смог придумать, прежде чем уйти.

***

Холодно. Ноги и кончики пальцев закоченели. Отопление ещё не дали несмотря на морозы. Прошло порядочное количество времени, но блондин так и не решился зайти в свою комнату, хоть и хотелось. Он попросту не знал, что ему делать и, как жить дальше. Всё что он сделал за последнее время — это вытащил осколки и обработал все повреждения. В итоге на руке появилось только больше бинтов. Сейчас его очень сильно волновал Ники, и последний час он сидел поджав под себя колени и просто смотрел на телефон лежащий рядом. Он должен позвонить, ему жизненно необходимо услышать голос брата. Но так страшно, а если он услышит холод в свою сторону. Если Ники теперь ненавидит его после всего случившегося? Что он хотел сделать? Извиниться перед ним или просто поплакаться? Ха-ха, порыдать он и сам может, вчерашняя увлекательная ночь это доказывает. Неизвестность пугала, хотелось забиться в угол и спрятаться. Он уже полчаса собирается с силами и всё никак не может протянуть руку к телефону. На улице уже начало смеркаться, пять часов как никак. Полумрак только сильнее наводил дрожи. Ладонь взметнулась в воздух, но тут же вернулась на прежнее место. И так каждый раз, каждую попытку взять чёртов телефон в руки. В следующую попытку ладонь не вернулась в прежнее положение, а нашла своё место на щеке Миньярда. Он прописал себе пощечину. За то, что слабак и неудачник. — Трус, — сам себе прошептал парень. Пальцы на ногах сжались. Аарон зажмурился и схватил телефон в руки, вводя код блокировки по памяти. Он в каком-то бреду вводил номер брата. Первый гудок — подобен грому среди ясного неба. Абсолютная тишина давила, трубку долго никто не брал. А если Ники специально не берёт? Если просто игнорирует его? В трубке повисла тишина, после продолжительный гудок и… — Ты где, блять? Эндрю. Телефон с размаху полетел в стену. Аарон весь затрясся, дрожащими руками блондин закрыл свое лицо. Откуда у Эндрю телефон Ники? Почему ответил его близнец? Где кузен? Тошнотворная истерика подступала к горлу перекрывая кислород. Он сдерживал себя, как мог. Пытался применить технику дыхания, но получалось плохо. Прерывистые вздохи, то и дело вырывались из груди парня. Он уже и не скажет в какой момент начал «так» реагировать на родного брата. Эндрю был зол, он был очень зол. По голосу в телефоне это было слышно. Рот блондина то открывался, то закрывался в попытках глотнуть воздуха. Со стороны это выглядело так, будто он решил изобразить рыбу под водой. — Что за шум? — Из-за двери комнаты показалась рыжая макушка, а голубые глаза заинтересованно осматривали комнату. Аарон резко развернул свою голову почти на сто восемьдесят градусов. Всё. Контроля над дыханием как и не было, губы скривились, щёки обожгло влагой. Казалось, ещё пару секунд Нил пытался сообразить, что происходит, но спустя эти мгновения на место растерянности пришла решительность. Нил выскользнул из-за дверного косяка и обошёл диван в гостиной. Он особо не на что не надеялся, навряд ли Аарон что-либо ему расскажет. С его позицией тот видимо принялся молчать до последнего. Взгляд зацепился за разбитый телефон, он подошёл к месту усыпанному осколками дисплея. Поднял корпус и осмотрел, в технике Джостен всё равно ничего не смыслил, да и не хотел собственно. Сломанная вещь нашла своё место на журнальном столике. В то время как парень снова двинулся к дивану, занимая место неподалеку от блондина. Еще днём он не знал, что сказать, но за долгие часы нашлись пару слов, они бесполезны, но нужны. Определённо. — Я не буду спрашивать, — Нил перевёл дух, ему всегда такое давалось тяжело. Особенно учитывая, что Аарон недолюбливает его. — Но мы семья, как и все остальные. Я могу что-то сделать? — Он всё же посмотрел на блондина, ожидая, что его прогонят в привычной манере. Назовут идиотом и попросят не лезть не в своё дело. Может он вообще просто с девушкой поссорился, и это правда не его дело. В отношениях Нил мало чего смыслил и за последние пару дней точно в этом убедился. Воцарилась тишина, в какой-то момент Нил перестал надеяться на какой-либо ответ. На лице снова появилось замешательство, и зачем он только подошёл? Он ведь ничем помочь не может, а всё равно лезет. Вздыхая, Джостен встал со скрипучего дивана с целью вернуться в комнату Мэтта, но не успел сделать и пару шагов как подол футболки натянулся. Нил остановился и посмотрел вниз, Аарон схватился за самый кончик его футболки, но ничего больше, даже не смотрел и… — Обними… — Тихо, почти еле шевеля губами, не будь в комнате гробовой тишины и не услышал бы никто. Сначала глаза Нила широко раскрылись в удивлении, но после его взгляд смягчился и на лице возникла гримаса понимания. Движение, шелест одежды и старый диван снова скрипнул. На узкие плечи легла ладонь, приобнимая не слишком тесно, чтобы оставалось немного места для удобства. — Мне холодно. — Зачем-то добавил Аарон. Возможно, он хотел оправдаться, а может и нет, ведь правда тут была, парню было очень холодно. Он опустил голову на плечо Нила и прикрыл глаза. Чужое дыхание успокаивало, а сам Джостен был очень тёплым, словно маленькое горячее солнышко. Он тихо плакал, и пытался согреться, всё больше зарываясь носом в чужое плечо. Хотелось подвинуться ближе и теснее, но нельзя, тогда есть шанс выдать себя. Тогда это уже не будет похоже на дружескую поддержку. Но ничего страшного, и этого вполне хватало. Медленно, но верно к младшему Миньярду подступала сонливость. Слёзы перестали течь по щекам, а дыхание выровнялось. Тишину покрывало сопение и лёгкое подёргивание пальцев. Нил не шевелился, боясь разбудить парня. Смотря на то, что видел Джостен, возможно, Аарон впервые за долгое время заснул, а не отключился. Стараясь не создавать лишних движений, рыжий взял в свои руки бледные ладони и попытался согреть, те были ледяными, словно у трупа, но лёгкое подёргивание во сне давало понять обратное. Это было почти ласково, однажды мать пыталась так утешить маленького Нила.

***

Через десять минут навалилась скука. Под рукой не было мобильника или чего-либо ещё, что могло отвлечь внимание нападающего. Тогда он принялся разглядывать всё что попадётся на глаза, раньше он этим не занимался. Разве у них были часы в виде совы? Те причудливо размахивали крылышками каждые пять минут. У противоположной стены всё также валялись куски дисплея. В конце концов взгляд остановился на мирно сопящем Аароне. В первые он видел это лицо так близко и мог его хорошенько рассмотреть. Несмотря на то, что Миньярды близнецы, если хорошенько приглядеться, то можно увидеть отличия, например родинки и даже форма лица. У Эндрю были ярко выраженные скулы и прямой нос, у Аарона наоборот были небольшие щёчки, а носик был чуть вздёрнут. Да и в принципе он был каким-то не таким, другим. Это тяжело объяснить, но в близи видно, что они разные. Особенно это было видно Нилу, который раньше мог часами разглядывать старшего Миньярда силясь запомнить каждую чёрточку его лица и отложить в памяти. У Аарона лицо что ли добрее было. При этой мысли губы Нила тронула лёгкая улыбка. Если так посмотреть то, когда он спит и не плюётся ядом, то это даже мило. Особенно, если не знать его скверного характера. Он погладил большим пальцем чужое плечо и притянул блондина чуть ближе к себе. Не только ему здесь хреново, как говорится страдать вместе лучше, чем в одиночку или, что там говорят умные люди в таких ситуациях. Нилу не нужно было знать, чтобы почувствовать, что на плечах парня тоже были большие и тяжёлые камни. Ну ничего, всё будет хорошо. Он уверен в этом, не зря они Лисы. Тучи за окном принялись медленно чернеть, разразилась настоящая снежная буря. Она отделяла общежитие от всего мира, на расстоянии десяти метров не было ничего видно. Эта зима будет поистине холодной и суровой

***

Аарон проснулся от резкого хлопка. Дверца окна ходила ходуном и хлопала об оконный косяк. Он лежал посреди дивана и ему снова было холодно, Нила ни где не было. Появилось яркое ощущение, что всё произошедшее просто дурной сон, но лежащий на столике разбитый в дребезги телефон говорил об обратном. Конечности затекли, но блондин не обратил на это никакого внимания. В последнее время всегда плохо, его тело уже привыкло к ноющей боли в мышцах. Ему ещё потребовалось некоторое время, чтобы собраться с мыслями и подняться. Он мог просто остаться здесь, но гостиная, что была совмещена с кухней уже порядком осточертела. В голову пришло единственно верное решение — это библиотека, там всегда хорошо и свободно. К тому же куча книг, будет чем отвлечься от всего. Этого ему сейчас не хватало больше всего поэтому, он принялся собираться. В сумку полетел блокнот, пенал ещё что-то и… банка? На письменном столе у кровати Аарона стояла банка оригинального монстра, блондин точно помнил, что не покупал ничего. Он в принципе в последнее время мало пил и мало ел, что уж там до покупки энергетических напитков. Сумки и обуви Мэтта не было, значит это принёс Нил? Зачем? Он уже делал так, но в прошлый раз это был своего рода презент за неудобство. А сейчас? Возможно, он выражает так свою благодарность, в прошлый раз он оставил ему сэндвичи с мясом. Признаться честно, Аарон тогда был дико голоден и бедные сэндвичи были уничтожены всего за пару жалким минут. Парень слегка улыбнулся и взял банку со стола, пихая её в свою сумку. Мелочь, но так приятно, особенно, если это всё же Нил купил для него. Аарон никогда не признается, но он всегда любит заботу. Скорей всего это даже не она, а просто благодарность за то, что Миньярд не протестует по поводу того, что Нил уже который день спит в их комнате и видимо планирует тут задержаться. Но это не особо важно, всё равно приятно. На щёки легли бледно-розовые цветы румянца. На плечи упало осеннее пальто, которое блондин не успел сменить на зимнюю одежду. Он планировал просидеть до глубокой ночи. Благо библиотека работает круглосуточно. Путь до неё не длинный, трудностей возникнуть по сути не могло. Было немного непривычно выходить куда-либо без телефона. Как заядлый задрот, Аарон был приклеен: к мобильнику, компьютеру и плойке. И сейчас, идя по улице было совсем непривычно ощущать лёгкую пустоту в кармане. Но ощущение фантомной свободы было очень приятным, если Эндрю будет его искать, то навряд ли сможет это сделать. Родной брат даже не интересовался чем тот занимается и чем увлекается в свободное время. Эндрю никогда не было интересно, на самом деле Аарон давно думал об этом. Он пытался избежать этих мыслей, но всё приводило к одному итогу. Возможно из-за того, что в прошлом Эндрю не получил должной защиты, он теперь пытается выместить на них. Он защищает Ники, Нила и Аарона с Кевином, чтобы просто восполнить эту необходимость внутри себя. Это было лишь предположение, но оно очень давно и очень плотно засело в голове младшего, не давая покоя. Впрочем, сейчас не об этом. Грузные двери распахнулись; Аарон проскользнул в тёплое помещение. Пахло как обычно: старые книги и какой-то дешёвый чай. Всё было так по-родному, что ли, с другой стороны ему всегда нравилась атмосфера библиотек и подобных ей мест. Но почему-то именно эта ему нравилась больше всех. В этой были обшарпанные стены, ещё старые стеклянные окна в деревянной раме видимо ещё СССР существовал во время, когда те устанавливали. Почти все книги были жёлтыми, а столы тяжёлыми и блеклыми. Верхнего освещения давно не было, Аарон щёлкнул по кнопке настольной лампы и та тускло загорелась. Он развалился на большом для него стуле и достал большую часть того, что взял с собой. Читать особо не хотелось, да и темновато для этого было. Зрение и так ни к селу, ни к чёрту, а тут ещё чтение в полумраке не хватало, он совсем зрение посадит. Хоть что-то из его здоровья должно было остаться. Есть ещё кое что, чего Эндрю тоже не знал, точнее даже не подумал поинтересоваться. Карандаши и краски — эти вещи всегда были в сумке Аарона, он до безумия любил рисовать. Во всех его тетрадях были аккуратно нарисованы кости и мысли, а его проекты и вовсе походили на шедевры. Правда никто не знал об этом, он считал, что его не поймут, да и никто не спрашивал. Мать с самого детства говорила, что: «Рисование — это девчачье дело и ты не должны этим заниматься!» Это как-то плотно засело в его голове, именно по этой причине, он старался особо не разглашать о своём маленьком увлечении. Рука сама водила карандашом по листу в привычной манере. Он просто рисовал всякие каракули: апельсины, коты и кролики. Весьма успокаивающее занятие. Прошло, наверно, пару минут, а на листе начали вырисовываться черты лица, причём очень знакомые блондину. Вот он берёт синий цвет и аккуратно, стараясь передать всю глубину цвета, разрисовывает радужку глаз. Синий — сменяет оранжевый, бежевый и другие цвета. На листе скетчбука медленно и плавно вырисовывался очень красивый парень, его лицо украшали шрамы, но от этого он не становилось менее красивым. Аарон не заметил как от обычного чириканье он перешёл к тому, что сидел и пыхтел над своей работой. С особой аккуратностью выводил линии и совсем нежно касаясь листа бумаги раскрашивал его в разные цвета. Уже через два часа на листе красовался полноценный и вполне сервисный портрет Нила Джостена. Аарон провёл кончиками пальцев по рисунку, чуть задержавшись на губах, они получились малиновыми. Он рисовал по памяти и не помнил точный цвет, рука повисла над рисунком замирая не надолго. Аарон колебался, но после прикоснулся кончиками пальцев своих губ попутно прикрывая глаза. Ресницы дрожали и показалось, что пальцы всего на пару секунд стали тёплыми, такими, каким был Нил, когда тот обнял его сегодня. На щеках снова разлился лёгкий румянец при воспоминаниях. Интересно, какие губы Нила на ощупь, если бы они поцеловались, были бы они влажными и горячими или тёплыми и сухими? Парень судорожно выдохнул и приоткрыл глаза. На удивление напряжение из тела полностью пропало и сейчас он был абсолютно расслаблен. В горле сильно пересохло и Аарон потянулся к стоящей на столе банке. Сладкий энергетик быстро утолил жажду и был снова отставлен в сторону. Его купил Нил. Аарону тоже захотелось что-нибудь купить для него. Если Нил так благодарил его за позволение оставаться в комнате, то Аарон мог что-нибудь купить в благодарность за поддержку оказанную сегодня. Так было бы честно, верно? Или как ещё он попытается сам перед собой оправдать желание сделать приятно Нилу. Щёки покраснели пуще прежнего, а вздернутый нос зарылся в объёмный шарф повязанный на шее. — Обойдётся, — пробубнил защитник Лисов, надуваясь, как маленький ребёнок.

***

Ладно. Аарон стоит прямо сейчас в круглосуточном магазине и выбирает, что купить для Нила. Сладкое тот не любит, острое вроде тоже, и, что купить человеку, которому нихрена не нравится. Хер с маслом? Идея была вполне неплохая, но как оказалось, подобное не продаётся в магазинах. Тут взгляд блондина пал на привлекательную коробочку апельсинового сока. Пару раз Аарон видел как тот пьёт такой после тренировки. Получается тот нравится ему. Хороший выбор, простой, не вычурно и со вкусом. Подходя к кассе, Миньярд вдруг подумал, что сам Джостен чем-то похож на апельсин. Ну а что, такой же оранжевый и часто кислый, а иногда в редкие моменты, когда повезёт «сладкий». Да, именно таким он казался, когда был в расслабленном состоянии. Именно тогда было приятнее всего наблюдать за ним из-за книжки по анатомии в гостиной, или дверцы шкафчика в раздевалке. На часах было около часа или двух ночи, когда дверь в одну из комнат общежития приоткрылась. Сумка сползла с тонкого плеча, падая на пол. Аарон попытался, как можно тише переодеться в домашнюю одежду, в темноте это было сделать трудно, но возможно. Перед тем как завалиться в тёплую постель, он подошёл к столу и поставил коробочку с соком со стороны кровати Нила. Стараясь не шуметь, Аарон быстро прокрался к своей постели и скрываясь с места преступления, замотался с головой в два тёплых одеяла. Аарон уже прикрыл глаза, а его дыхание успокоилось, когда он в полудрёме услышал тихое: — Спасибо.

***

Следующий день, казалось, не собирался ни чем выделяться, это воскресенье и обычно в общежитии мало кто есть. Ладно, может Рене сидит и смотрит фильмы, а возможно она в зале тренируется, кто её знает. Милая, но опасная. Жаль она не во вкусе Аарона, возможно, они были бы неплохой парой, Рене тоже нравится медицина и она нежная, возможно, заботилась бы о нём. Но увы, Аарон давно осознал, что он гей. Он потянулся сидя на кровати и попутно зевая. Сегодня было полегче, мышцы не так сильно болели и на удивление в висках не бухло. Видимо дурь, которую он принял была некрупной пустышкой и ловил ломку с отходосом он всего двое суток. Уже что-то, неплохо. Аарон планировал взять больничный на неделю. В таком состоянии ни учиться, ни тренироваться он не может, точнее может, но это будут лишь жалкие бултыхания рыбы, выкинутой на берег из воды. Всё, он встал, в планах было встретиться с Кейтлин и поговорить с ней по душам, с этой девушкой он знаком очень давно, и мог вывалить ей всё. Она всегда была рядом даже, когда Эндрю угрожал ей расправой. Возможно, она сможет помочь ему или дать какой-нибудь совет, в котором нуждается блондин. Но сейчас скорее всего ему нужно было, чтобы его просто поняли. Не выслушали, проглотили и отмазались дежурными фразами: «Всё будет хорошо», «не переживай». Именно поняли, этого очень не хватает. Он уже успел написать ей и договориться о встрече пока валялся в постели. У Кейтлин сегодня дополнительная тренировка по черлидингу. Они учат какой-то новый танец и усердно тренируются. Поэтому он встретит её после репетиции Лисичек и они посидят в старой, родной библиотеке. В спокойной и мирной обстановке. Возможно, Кейт захочет поцеловаться, но, если Аарон ей откажет, она ведь поймет? Миньярд не может быть постоянно настроен на подобное, особенно в такое трудно время. Да, Кейт всегда понимала его, как родная, как сестра. Он очень хочет встретиться с ней. Излить свою душу хоть кому-нибудь, чтобы просто не держать в себе всё это. Всё равно кроме неё друзей у него нет, с таким противным характером Миньярд особо никому не нужен. Интересно, как там Ники? У него всё хорошо? Волнение всё не спадало, защитник Лисов до сих пор сжигал себя изнутри этими мыслями. Внезапно взгляд зацепился за нечто яркое с боку от себя. На столе рядом с изголовьем кровати блондина стояла коробочка с клубничным молоком. Повисло некое молчание, Аарон потянулся и взял её в руки. Он любил такое, и часто покупал, но эту коробку он точно не покупал. На лице расцвела очень мягкая и нежная улыбка, от осознания того, кто именно её оставил. Неужели Нил заметил то, что нравится ему? А что нравится Нилу? Аарон сделал себе заметку, чтобы по возвращению, что-нибудь обязательно купить. Аарон плохо знает, что тот любит и в прошлый раз купил наугад, ну раз он взял это, значит ему нравятся апельсины? Забавно, Нил сам чем-то похож на большой апельсин, особенно, когда одевается в форму Лисов. Рыжий и весь в оранжевой форме. Мило и нелепо одновременно. В этот раз у Аарона получилось запихать в себя пару вафель с какой-то приторной начинкой и запить всё это сахарное безумие клубничным молоком. Пища в желудке отозвалось приятной тяжестью, как же давно он нормально не ел. Боги, какая же еда на самом деле вкусная. Ну или это его изголодавшиеся рецепторы так считают. На часах было всего три часа, репетиция Кейтлин будет длиться ещё около часа и в принципе можно посмотреть телевизор и занять себя чем-нибудь, чтобы не ждать. Но сидеть в общежитии не хотелось, поэтому он решил сразу пойти к библиотеке. Заодно по дороге заскочит в магазин и купит что-нибудь для Нила и, конечно же, для Кейтлин, она сто процентов будет уставшей после тренировки. Выходя из корпуса у Миньярда даже приподнялось настроение так, что он буквально налегке дошёл до магазина. Там он встрял между рядами в попытках определиться, что взять. Минуты мучений закончились на злаковом батончики с кусочками апельсина для Нила и на овсяном молоке с печеньем для Кейтлин. Он с настроем направился на место встречи. Только вот этому настрою с самого начала прихода к месту назначения было не суждено долго прожить. Поднимаясь по лестнице, Аарон подскользнулся и плюхнулся на задницу и с шипящим: «бля» кое как поднялся. Казалось, на этом всё закончится, но нет, блондин с нетерпением ждал девушку, но вскоре оказалось, что время без неё было куда приятнее. Кейтлин пришла злая и сходу, не дав даже поздороваться, начала рассказывать какая её сокомандница стерва и тупица. Она была настолько зла, что её обычно слегка розовое личико — покраснело настолько сильно, будто она в кипятке варилась. Каждый раз, когда защитник Лисов пытался вставить свои пять копеек или хотя бы слово, то его сразу же перебивали. Вот и сейчас. — Кейт, у меня пробле… — Господи, я так устала, мне нужна поддержка, почему ты молчишь? —Вновь воскликнула блондинка. — Ты перебиваешь меня, — ответил, с уже куда меньшим энтузиазмом, парень. — Ой, правда? Прости, кисунь. — Ничего страшного, я согласен с тем, что поведение твоей напарницы ужасно, но… — ему снова не дали договорить. — Да, а я о чём? Она совсем с дубу рухнула, ещё начала заявлять, что это я не умею танцевать, — девушка надула щёки и развернулась к своему парню. — Хочу обнимашек, — девушка уже потянулась к нему, но её остановили. На это черлидерша лишь удивлённо посмотрела на блондина. — Я не хочу, — Аарон попытался придать своему голосу твёрдости. —Я хочу поговорить, а не вот это. — Тебе жалко, что ли? Мы можем и обнимаясь поговорить, и к тому же ты не поцеловал меня при встрече. — Я не хочу, Кейт, что непонятного? — Вздохнул Миньярд. — Прекрати давить на меня, прошу. — Я не давлю на тебя то ты пропадаешь, то теперь морозишься от меня! — Она хлопнула ладонью по столу. — Не кричи… просто не сегодня, ладно? — Попытался найти компромисс Аарон. — Нет, сегодня. — Девушка резко подалась вперёд вешаясь на шею Миньярда. Стало резко противно, снова лишние руки, как тогда в столовой. В нос ударил призрачный запах потных тел и воспоминания о склизком языке на своём ухе. Это было так противно. Где-то в груди поселилось чувство тошноты, он упёрся руками в торс девушки, стараясь мягко её оттолкнуть. Но её напор не спадал, сколько Аарон не просил её слезть, та не хотела и всё твердила о том, что он просто зануда. — Разве тебе не нравится моё тело? — Она провела горячим языком по шее. Возможно, в её голове это выглядело сексуально, но только не для Аарона. У него закружилась голова, а тело на миг замерло, ещё мгновение и в глазах потемнело. Руки ослабли, почему его не отпускали? Проморгавшись, ясность ума всё же вернулась к нему и он смог оттолкнуть от себя девушку, в этот раз не сдерживая своих сил. Та плюхнулась на тот же стул, на котором сидела до этого. Они оба просто тяжело дышали, казалось всё закончится тем, что девушка влепит ему пощёчину и убежит, но нет, в её глазах вдруг появилась ясность. — Прости… не знаю, что на меня нашло, — начала она. — Не надо, — все ещё пытаясь отдышаться, возразил Аарон. Он поднял свой взгляд и пристально посмотрел на девушку, он никогда не любил её, но терпел из-за страха остаться одному. Друзей кроме неё у него не было. И именно сейчас он чётко понимал, что не хотел видеть её рядом с собой, она не казалась ему красивой, не привлекала его, не понимала. Она хороший друг, но другом ему та быть не хочет. Если не закончить всё сейчас, будет ещё больнее, как ей, так и ему. — Давай закончим это.

***

Еще час пришлось потратить на разговор с Кейтлин, в этот раз она и правда смогла с ним поговорить не перебивая. Временами девушка плакала и просила дать ей шанс, но скрепя сердцем каждый раз получала отказ. И вот вроде бы всё осталось позади, но они всё ещё сидели в тишине. Она не могла отпустить возлюбленного, а он единственного и близкого друга. Больно, снова больно. Казалось, в его корнях появилась ещё пару шипов. Тишину прервала мелодия, Кейтлин залезла в сумочку и порывшись достала свой телефон. Аарон даже не обратил на это внимание, но ему пришлось, потому как спустя всего полминуты, его окликнула Кейтлин. — Аарон. Он перевёл безэмоциональный взгляд на неё. Но увидев обеспокоенное лицо, немного напрягся. — Это Ники…