Реинкарнация

Дни в Пальметто не были сложными, тренировки изводили, но сама учеба была достаточно простой. Он выбрал адекватные предметы, которые были интересны и в которых он разбирался. Единственное, что было тяжелым это совмещать все это с работой, что забирала силы намного больше, как минимум потому, что Ичиро давал просто уйму документов на перевод. Зато получилось разговориться с некоторыми Лисами, хоть и половину из его сокомандников сторонились Веснински. Его это не волновало, ведь он мог спокойно пережить без этой глупой иллюзии дружбы. Но все же одна из них смогла забраться в его дыру в сердце, хоть и совсем немного. — Ну а вдруг?!, — выпалил Натаниэль, громко воскликнув, — вдруг в толще льдов все же окажутся бактерии, айсберги растают из-за глобального потепления и начнется восстание зомби?, — парень рассмеялся, протирая свое лицо и расплываясь в широкой улыбке. Наркотики затемняли его сознание, позволяя глупо рассуждать и вести себя более открыто. — И что бы ты сделал?, — девушка задумчиво глянула на него, давая блондинистым волосам рассыпаться по мягкой траве. На удивление они спелись. Рене не задавала лишних вопросов, держала границы и ни разу не заставила Веснински засомневаться в этом. Она не раскрыла ни одного чужого секрета, рассказывая лишь разрешенное и рассуждая о том, что не особо имело значения, но было действительно интересно. У Уокер был достаточно разнообразный склад ума и она не была похожа на ту же Элисон, что постоянно лезла не в свое дело то комментируя его внешний вид, то давая непрошенные советы. Они лежали на заднем дворе университета, скрываясь от солнца под большим деревом, а в груди будто что-то теплело. Наверняка, метадон все же повысил температуру его тела. — Убежал, заперся бы в бункере, либо нашел другое безопасное место, — без раздумий произнес Натаниэль. Его учили сражаться, но бегство было для него более удачным решением, ведь Мэри удачно вбила это в его голову, — сражаться можно сколько угодно, в конце концов обязательно найдется тот, кто будет сильнее тебя — Я бы сражалась за своих близких, — лицо Рене осветила нежная улыбка, пока пальцы сжимали небольшой серебряный крестик, — не важно, что я умру, если моя семья будет в порядке Вернулся ли бы он за кем-то? На вряд ли. Скорее всего он бы был просто балластом для людей. Через некоторое время, вещества бы закончились и он загибался бы от ломок, жуткого скручивания костей и постоянной тошноты. Возможно у Ичиро был бы бункер даже на этот случай и ему предстоит отсиживаться все время там. Взгляд пал на украшение. От Ники он узнал, что она христианка и это не было большим открытием, но довольно сильно его удивило. Как пережив такое, она смогла поддаться вере? Пережив изнасилование, банду и впоследствии тюремное заключение, она смогла жить, как обычно, любить и верить. Натаниэль еще больше и больше убеждался, что выражения о девушках, как о слабом поле, настолько глупы, что даже не должны подвергаться обсуждению. — Почему вера? — Моя мама показала мне веру, люди находят в этом спасение и я нашла, — Уокер действительно была Ангелом, несмотря на свое прошлое, она приняла свои ошибки и научилась всему заново, — я плохой человек, который очень хочет быть хорошим — У некоторых просто нет выбора. Истина в том, что нет хороших или плохих людей. Добро и зло не в людях, а в их поступках, — Натаниэль наконец-то улыбнулся, прекрасно зная, что девушка продолжит: — Истина в том, что все мы — каждый из нас, каждый атом, каждая галактика и каждая частица материи во вселенной — движемся к Богу, — она рассмеялась, озаряя такой грязный и потерянный во лжи, мир, своим светом, — Грегори Дэвид Робертс Рене так же пригласила его на спарринг, рассказав, что Эндрю очень даже неплох с ножами, хотя Натаниэль совершенно не ожидал, что Уокер одержала победу. Он не думал, что сам Лейтенант мафии окажется слабее. Хотя возможно дело было в технике, да и насколько известно Веснински — Миньярд работает с огнестрельным оружием. Он сразу же отказался от боя на ножах, но сказал, что подумает о рукопашном. Все же эта тема была довольно щепетильной для него.

***

Натаниэль очень долго откладывал поход к командному психологу, как минимум потому, что не видел в их встрече необходимости, а как максимум все врачи, работающие в сфере психологии и психиатрии не вызывали никакого доверия. Веснински никогда не понимал, как простые разговорчики могут помочь, как могут убрать мысли в голове и навязчивые идеи. Все это было для него на ровне с глупостью, хоть Рене и Эндрю достаточно хорошо отзывались о Бетси Добсон, да и сам Ваймак уже наседал на него не с просьбами, а скорее с указами посетить сеанс. Он был самым последним из всех Лисов. Личный прием был просто обязателен и тут он уже не отвертится бумажками и справками о его состоянии, которые всучил Эбби — их медсестре. Скорее всего в этом не было чего-то страшного, хоть и ноги подкашивались, пока он стоял напротив двери. Какого черта? Он пережил своего отца, он Младший Советник Морияма и его пугает какой-то поход к психологу? Да. До чертиков. Вдруг Бетси вотрется к нему в доверие и после расскажет все Дэвиду. Вдруг она сразу же узнает все его секреты и заметит зависимость, ведь это не было скрыто даже от глаз Миньярда, а сейчас он должен был провести час наедине с человеком, у которого в обязанность входило читать людей. Хотелось кричать, но он все же постучался, шумно выдыхая и проходя внутрь, присаживаясь напротив. Кабинет был весьма сносным, атмосфера светлой, но его это настораживало еще больше, будто затишье перед бурей. Он впечатал холодный взгляд на девушку, сцепляя руки вместе. — Здравствуй, Натаниэль, — она нежно улыбнулась, но его затошнило, — как твое настроение? Хочешь о чем-то определенном поговорить или мне задать несколько вопросов? — Нет, нет определенного, — Веснински сжал челюсть, аккуратно уводя руку на загривок и прикасаясь к небольшим ранкам, что шли по всей задней стороне роста волос. — Хорошо. Тогда говори, если тебе неприятна тема или ты просто не хочешь отвечать, — голос специалиста был напитан добротой, волосы были убраны в небрежный пучок, но юноша больше не смотрел на нее, рассматривая пол и стараясь сконцентрироваться на чужих словах, хоть его сознание старательно убегало от нарастающей проблемы точно так же, как и тело дергалось в позыве бежать, — как тебе в Лисах? Общаешься с кем-то? — Рене, — Веснински не был многословен, но реакция Бетси не менялось, будто это не беспокоило ее, — с Кевином тренировки — Ты ведь и раньше был знаком с Эндрю. Разве вы не общаетесь? — Нет, — сразу же отрезал Натаниэль, продолжая говорить, но не думая, что его послушают, — он мне не нравится и я не хочу об этом говорить Не то, что бы ему не нравился Миньярд, его уважение к личности вака-гасира не прошло, но из-за натянутых отношений и прошлого инцидента с украденными документами, он просто не хотел обсуждать это и относился с двоякими чувствами. Бетси еще спрашивала о Пальметто, Лисах, сам Веснински рассказал ей немного об их взаимоотношениях с Рене. Психолог не переходила границы, ни разу не уточнила о его прошлом и о шрамах, которые покрывают его лицо. Несмотря на это, парень вышел оттуда истощенным, его слишком сильно вымотали эти разговоры и просто атмосфера, что будто пожирала его изнутри, высасывала душу и все силы. Он упал на переднее сиденье, прикрывая глаза и слыша восторженный возглас Ники, что затянул его в одностороннюю беседу.

***

Натаниэль опустил свое грузное тело на край крыши, крадя чужие сигареты и долго затягиваясь, чувствуя, как дым опускается в его легкие, наполняя не только бронхи, но и пустоту в душе. Его подташнивало, а голова начинала болеть вместе с телом, вещества медленно покидали его тела, возвращая сознание в отвратную трезвость. — Натаниэль Веснински, — Эндрю не отрывался от разглядывания горизонта. Чужой голос был хриплым, скорее всего от количества выкуренных сигарет. — Эндрю Миньярд, — в ответ произнес юноша, решая не медлить из-за нарастающей ломки, — зачем тебе нужны были документы? — Прямо с плеча рубишь, Веснински, не этот вопрос, — вака-гасира махнул головой, откидывая бычок, но сразу же снова поджигая кончик другой, они вместе продолжали выкидывать докуренные сигареты, — я тебе отвечу, но позже Натаниэль знал, что можно отказаться от неподходящего вопроса, да и из-за просто утомления просто не был в силах разозлиться, шестеренки в голове совсем не работали и он протер лицо, ощущая, как пару капель пота катятся по виску, но тот быстро смахивал непрошенную влагу. Прерывая его бесконечные потуги, Миньярд просто положил между ними раскладушку. По спине прошлись мурашки и он тихо сглотнул ком горечи, чувствуя, как в его мыслях случается круговорот мыслей и оборванных воспоминаний. Он помнил, как судорожно сжимал в руках телефон, как пытался сломать симку дрожащими пальцами, как до этого закопал обгоревший труп матери, как к крови на его ладонях прилипал песок. I'll take one Cause I needed to feel it so much, I needed that thing we call fun, but Now I'm ignored and I'll take some more, till Something is happening, Cause once I thought you were right here with me, so Maybe I'll take two or three Натаниэль поежился, но его бесконечный поток мыслей прервался, хоть и он готов был поклясться, что вот-вот у него начнет трястись глаз от нервов, пока спокойная песня сменяясь более отчаянными словами, словно передавая ту самую глубину, на которую опускалась его надежда. — Тебе звонят, сними трубку, — в глазах Миньярда не было ни намека на веселье, лишь серьезность, смешанная с привычной апатией. Его руки дрогнули, но пальцы скользнули по телефону, будто в тумане нажимая на кнопку и прислоняя экран к уху, немигающими глазами смотря ровно в чужие, а после замечая точно такую же раскладушку только в ладонях Эндрю. — Твои родители вероятнее всего мертвы, у тебя куча проблем, и впереди не светит ничего хорошего, и ты все это уже знаешь, — сообщил Миньярд, а после подхватил его подбородок пальцами, — мне плевать на Ичиро и на то, что вместо тебя он названивает мне, но мы в одном клане, ты часть моей Семьи. Мне не важно, когда ты воспользуешься телефоном, но вместо того, чтобы загибаться в одиночестве или умирать — ты вспоминаешь о моих словах и звонишь, усек? Натаниэлю потребовалось время, чтобы прийти в себя, хотя бы ради одного кивка. Он захлопнул крышку, повторив действия Эндрю, чувствуя, что теплое прикосновение на его подбородке пропало. Веснински не был уверен в том, что его лицо выглядит так же безэмоционально. Миньярд изучал его из полуоткрытых век, но после закатил глаза. — Если закончил страдать, то задавай свой вопрос, пока не начало выворачивать от ломки — Как ты попал к Ичиро?, — хрипло спросил парень, по-прежнему чувствуя такой казалось бы ненужный вес телефона в кармане, но теперь он ощущался лишь чем-то правильным. — Я попал в колонию для несовершеннолетних, а оттуда меня вытащил Ичиро, — будто прочитав мантру, Эндрю поднялся с нагретого места, последний раз взглянув на полуразваленного Натаниэля, оставив после себя лишь запах дыма и брошенную фразу, — приходи на спарринг, если захочешь