Реинкарнация

Пусто. Он бежит, оглядываясь по сторонам. Ничего нет. Его окружает лишь искрящийся белый свет, что заставляет щуриться и смаргивать непрошенные слезы, которые моментально стираются размашистыми движениями предплечий, руки обнажены, показывая свету свою уродливость. Он совсем один. Но он продолжает бежать, лёгкие обдает огнем, а привычное и приятное онемение мышц сейчас ощущается как бремя. Он никогда не признаётся, что одним из его множества страхов было одиночество. Он никогда не оставался один, в детстве у него была семья были родители, чуть позже Мэри окружала его неимоверной опекой, он постоянно был с ней, они не отрывались друг от друга, благодаря паранойе и постоянной паники, и даже когда все это было разрушено к нему пришел Ичиро, с которым он жил, разделяя место в огромном особняке. Натаниэль не выжил бы будь он в полном одиночестве. Хоть он никому, так и не доверился — это не имеет значения, его окружают люди, что готовы пожертвовать собой, ради него. Но сейчас. Сейчас пусто. Пространство давит, а он бежит, задыхаясь в рваных вдохах, что заставляют лёгкие гореть огнем. Ему страшно. Он не понимает, то ли яркий свет, то ли неимоверный ужас позволяет слезам все быстрее течь по щекам. Неподъёмные ноги движутся быстрее, стоит лишь кусочку черноты появится на горизонте, его обволакивает тьма. Он замедляет шаг, оглядываясь, но замирает на месте, парализованный ещё большим кошмаром. Его копия стоит напротив, размахивая поржавевшим топором, надменно направляясь к сыну, что снова возобновил бег. Чужой смех взрывается в сознание, погружая в панику и выворачивая наизнанку его страхи. Он бежит, пока не врезается в стекло, а хохот не сменяется на пустоту и голос, что твердит:

«Беги сколько хочешь, но ты никогда не убежишь от себя, Натаниэль»

Он поднимает голову и видит перед собой отражение. Чужие Его? огненные волосы струятся по щекам и шее, на его лице шрамы, но Настоящий Веснински понятия не имеет какие они на самом деле, ледяные глаза врезаются в него, а отвратная улыбка показывает зубы, пока он пятиться назад медленными шажками, бросая взгляд на окровавленные руки и остро заточенный нож.

«Прими меня»

Он воет, надрывно, так что звук вынуждает его поёжиться, ворваться ладонями в сухие локоны, но вырваться сразу же, как только он чувствует влагу на коже. Нож падает из скользких рук, а вязкая алая жидкость капает на пол. Он старается вытереть, судорожно сжимая одежду на своём теле, но это тщетно. Натаниэль путается в своих ногах, падая и пытаясь хотя бы отодвинуться, но Поддельный Веснински все движется ближе.

«Ты уверен, что я из нас подделка?»

Настоящий он стоит напротив и смеётся, надвигаясь скалой на больное сознание, пока разваливающиеся кости и плоть хрипит, тонет в слезах и в своей ничтожности, в страхе и осознании. Он тянется к ножу, размазывая кровь по полу, а после поднимается на несгибаемых конечностях, врезаясь лезвием в легкие человека, что не движется, а лишь улыбается, пока из губ рвётся красная жидкость и сам он чувствует, как захлёбывается, а зияющая рана отражается на его теле. Металлический привкус появляется на языке, кровь вырывается наружу.

«Мы на веки — один человек»

???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????? Тело вмиг поднимается, Натаниэль дышит тяжело, поднимая руку к своей груди, а после и к волосам, жёстко врываясь в локоны, что кусками оставались в ладонях, а слезы текут не только во сне, оставляя после себя влажные дорожки на щеках. Мерцающий свет телевизора скачет на его силуэте. Рот искажается в беззвучном крике, пока тяжелая ладонь не приземляется на загривок, заставляя дернуться в страхе, но поднять взгляд на чужое ровное лицо. Эндрю стоит рядом, сжимая в губах сигарету. Он вспоминает, как они с Кевином смотрят матч. Но перед глазами не мигая стоит картина, стоит Настоящее Я, то что пугало его до невозможности и вынуждало тонуть в блядском отвращении к каждой частице своего бытия, своего образа и в осознании реальности. Стоит ему лишь слезть с веществ и он точно уверен, что превратится в монстра, которого уже никто не сможет сдержать в оковах. — Дыши, — хриплый и приглушённый голос отдается в его сознании, прорываясь сквозь бесконечный поток мыслей. Он чувствует, как диван прогибается под весом еще одного тела, — я возьму тебя за руку. Да или нет? Сил хватает лишь на то, чтобы судорожно кивнуть, пока ладонь вака-гасира прижимает, облаченную в перчатку, руку к своей груди. Веснински ощущает, как вздымается грудная клетка под его пальцами, направляя в нужное русло. Он надрывно глотает воздух до тех пор, пока его плечи не опускаются, а дыхание не выровняется. Натаниэль по-прежнему чувствует тяжесть на своей шее, что постепенно приземляет, но дрожь в его руках не прекращается, все тело содрогается в резких движениях, на самом деле не являясь такой проблемой. Но Миньярд не отстраняется, пока не удостоверится в полном спокойствии. Они сидят молча какое-то время, раскуривая пачку сигарет, иногда стряхивая пепел в кружку, что и так забита окурками. Тишина не гложет его, но он ни разу не смог ещё взглянуть в чужие глаза, пялясь то на руки, то на одеяло в своих скрещённых ногах. Ломка еще не подкралась, но он чувствует себя слишком трезво, полагая, что придётся увеличивать повседневные дозы из-за панического страха самого себя же. Веснински уверен, что хоть так обязательно сбежит от своего кошмара. — Я тебя разбудил?, — собственный голос искажен хрипом, принуждая откашляться. Он ненавидит то, каким болезненным звучит. — Я услышал, как ты вертишься Он чувствует, что должен поблагодарить и наконец поднимает глаза, смотря в те самые ореховые, но не понимает, что именно за чувство плескается в них. Было ли это пониманием или чем-то другим — неизвестно. — Заткнись, — Эндрю не позволяет ему и слова сказать, кратко взглянув на кривую улыбку напротив, что старается быть хоть немного счастливее. — Я ничего и не говорю — Я слышу, как ты думаешь, — раздраженно произнёс парень, туша сигарету и отворачиваясь на миг. — Спасибо, — в его голосе слышится искренность, пока он продолжает сжимать в руках последнюю папиросу, но сразу же слышит ещё более агрессивный ответ. — Я убью тебя, если не заткнёшься, — едва слышимые шаги начали отдаляться, оставляя после себя лишь теплоту на диване и запах сигарет, а потом уже и резкий хлопок двери, ведущую в спальню.

***

Ебучий Кевин. Какого черта надо умалчивать такие вещи? Почему его никто не предупредил, что он должен стоять здесь посреди гримёрной и искать одежду для интервью, что начнётся уже через пол часа. Он не рассчитывал на что-то большее, помимо скучного сидения в зале и уж точно не был готов разговаривать с людьми, особенно с этой куклой, что представилась Кэти Фердинанд. Их позвали сюда, лишь из-за того, что Бывший Ворон объявил о своём возвращении в игру, да ко всему прочему за самую ничтожную команду дивизиона. Они даже не отыграли ещё ни одного матча. Так какого блять хуя их позвали сюда? Натаниэль не хотел ни глупых вопросов, ни глупого внимания, что будет обращено на него. Как всегда, все его надежды были разрушены. Ему не везет даже в таких простых вещах, а он до сих пор грезит о спокойной жизни. К тому же состояние его было уж точно не из лучших. После увеличения дозировок ему стало до чертиков сложно контролировать себя и казаться нормальным человеком, а не тем, у кого перед глазами мельтешат звезды и весь обзор расплывается в бессвязные картины, а сознание вот-вот погрузиться в дрему. Ему привозят чуть ли не дюжину костюмов и его нервная система разрушается с каждой секундой ещё больше. Хочется засунуть всю эту одежду кому-нибудь в задницу и желательно, чтобы это был Дэй. Руки чешутся от злости, когда он пытается застегнуть чёртову ярко-оранжевую рубашку, но пуговицы выскальзывают чуть ли не каждый раз. Он тратит на это минут пятнадцать, а после заправляет ее в белые брюки и натягивает пиджак того же цвета, подчеркивая свою смуглую кожу и волосы, оставляя на руках привычные перчатки. Натаниэль сразу же отказался от гримеров, но на его кожу наносят пудру, а беспорядок на голове старательно укладывают, пока он закрыв глаза, избегает взора на свое отражение. В воспоминаниях не всплывает недавнего сна, лишь благодаря наркотикам. Веснински возвращается в общую комнату, натыкаясь на Кевина, он ещё не открыл своего рта, а уже хочется вмазать. — Расслабься, я чувствую запах гари, — Эндрю ухмыляется, одаривая его оценивающим взглядом, — я уже несу огнетушитель, ты вот-вот должен взорваться — Завались нахуй, пока я тебя не урыл, — рычит Натаниэль, усаживаясь в кресло, пока они дожидаются своего выхода, впечатываясь яростными глазами в силуэт Миньярда. Тот одет в привычную чёрную водолазку и костюм. Казалось, что по всему периметру комната обставлена зеркалами, поэтому он смотрит либо на сокомандников, либо в пол. — Прошу тебя, не наговори всякой дряни, — Дэй поправляет свой скучный образ, состоящий из белой рубашки, рыжего галстука, что смотрится беспредельно глупо, по его нескромному мнению даже не сочетаясь с голубым костюмом, — держи, это вопросы, которые будет задавать Кэти Он даже не вчитывается потому, что буквы попросту расплываются, да и ему совершенно не хочется тратить время на этот бред. Он делает глубокий вдох, дабы хоть как-то расслабить и без того до предела натянутые нервы. — Я не буду отвечать на то, что мне не нравится — Да ради Бога Их милую беседу прерывает сотрудник, прося пройти к выходу на сцену и он слышит, как представляют Кевина. Зрители хлопают, так что в ушах стоит дикий шум и хочется поскорее их прикрыть. Это прекрасно отдается на его лице, поэтому Эндрю в открытую ухмыляется ему. — Там будет Рико — Чего? Его никто не приглашал, — Веснински раздражается ещё больше, хотя куда еще. — Ичиро до сих пор считает меня посыльным, — Миньярд пожимает плечами, осторожно отодвигая шторки и заставляя проследить за его взглядом. Дэй отвечает на вопросы, держа свою дежурную улыбку. — Он не откинется, когда увидит его?, — сайко-камон хмыкает, расплываясь в оскале, ощущая, как по венам бурлит предвкушение, ему всегда хотелось стереть самолюбие Рико и сейчас в одурманенной голове эта идея звучит просто шикарно, — я точно не сдержусь В ответ он слышит лишь утвердительное мычание, видимо после той сделки у Морияма, Миньярд ожидал его взрывного характера. — Но сейчас мы встречаем наших новых участников!, — голос Кэти раздаётся по всему помещению, а гримеры в последний раз осматривают их, — Эндрю Джозеф Миньярд и Натаниэль Абрам Веснински! Он ступает на сцену вслед за своим сокомандником, краем глаза замечая каким большим был зал со зрителями и слыша вспышки камер, усаживаясь сбоку от Кевина, который так и сиял, создавая видимость прелестной обстановки. — Зрители и болельщики в предвкушении! Все хотят увидеть вашу игру!, — голос Кэти звучит до жути наиграно и он ненароком смотрит на ее декольте, думая, что это очень даже непедантично являться на публику в таком. Но кто знает может именно этим Фердинанд и созывает своих фанатов?, — после двух несчастных случаев Лисы взяли новичков в команду. Почему именно Пальметто? Натаниэль вспоминает о попытках суицида двух игроков, понимая, что такая команда, как Лисы стремительно упала в яму год назад и получила волну негатива, обвинений, что именно тренер Ваймак довел их до этого. — Мой брат и кузен здесь, — кратко отвечает Миньярд, считая, что такого достаточно для зрителей. — Да, действительно вы с Аароном, как две капли воды, — она смеётся, но так, что хочется плакать. Они буквально близнецы, естественно, что они будут похожи для того, кто совершенно не разбирается в людях. — А я был знаком с Эндрю ещё до поступления, поэтому пошел по его стопам, — Веснински подхватывает довольно быстро, не стесняясь врать. Ичиро явно не погладит его по головке, если их тайна всплывёт. — Наверное, вы очень близки, раз даже не хотите отлипать друг от друга! Как же вы познакомились? — Все довольно скучно, мы работаем вместе и так получилось, что сдружились, да и мне как раз нужно было поступать по возрасту — Кевин ставит на вас очень большие надежды! Он уверен, что вы приведете его к победе, — слова ведущей заставляют его пропустить смешок. Знала бы она, как Дэй ведет себя на тренировках — никогда бы такого не сказала. — У Эндрю действительно талант, но Натаниэлю придётся много работать, чтобы догнать своих сокомандников. Они связались с нами очень неожиданно и я сразу понял, что это именно то, что нужно Лисам — Столько трудов для своей команды! Но что же окажется лучше скорое будущее или уже пережитое прошлое? Гимн Воронов разрезает повисшее молчание и он сразу же замечает, как побледнело лицо Кевина, моментально сжимая его бедро, пока Эндрю шепчет тому о какой-то сделке. — Первый номер и самое страшное оружие Университета Эдгара Аллана. Встречайте: Король Замка Эвермор — Рико Морияма! Натаниэль был готов поклясться, что гримаса Кевина скривилась в рвотном позыве. Он перевел взгляд, обнажая зубы перед Младшим Морияма, быстро перехватывая инициативу на себя. Его невозможно было не узнать, единица на скуле, так и кричит о статусе, а образ добавляет ему суровости, которая была наравне с бескрайней жестокостью. Но это не пугает Натаниэля. — Как я давно тебя не видел! Боже прошло, так много времени, я успел соскучиться, — Веснински стискивает тело японца в объятиях, перед этим усмехнувшись тому, как нехотя тот ответил, — я не побоюсь тебя убить, если ты что-то сделаешь Кевину, — шепот на японском оказался очень близко к уху Рико, не позволяя услышать это другим, а радостные слова сменились угрозой. — Я тоже очень рад вас видеть, — Ворон отодвигается, обмениваясь объятиями с побледневшим Кевином и лишь кивая Миньярду. — Вы знакомы с Натаниэлем? Этот эфир открывает так много нового! — Мы играли в детстве, я должен был попасть в Эвермор, но планы поменялись, — он видит, как вытягивается лицо Кэти в удивлении. — Ну или ты оказался слишком неподходящим для Воронов, — Морияма ухмыляется со своего кресла напротив. — Мне до жути не нравилось быть защитником, в душе мне подходит нападающий, — едко отвечает он, ни капли не жалея, что не попал в Эвермор. — И теперь вы сойдётесь в поединке! Прошлые друзья будут биться за первенство! В чем же суть вашей смены округа? Никто так и не объяснил точной причины, в КРЭ до сих пор молчат. Может ты откроешь нам эту завесу тайн? Причина в Кевине? — Кевин сыграл не такую уж и большую роль, мы хотим показать насколько могут отличаться умения северного округа от если быть честным. посредственных умений юго-восточного. Это решение далось нам непросто, ведь моментально на университет Эдгара Аллана обрушился шквал критики, многие считают, что мы перевелись, дабы сохранить первенство, но мы лишь надеемся вдохновить юг — Уж точно не из-за того, что вы не рады возвращению Кевина, — Миньярд усмехнулся, не позволяя Кэти сказать и слова. — Ох точно, прости, я совсем забыла о тебе, — Фердинанд мило улыбнулась, несмотря на напряженную атмосферу. — Вы предлагали ему лишь помощника тренера, а сейчас он выйдет с клюшкой в правой руке. Почувствовали угрозу?, — продолжает вака-гасира. — Наша связь с Кевином уникальна, мы семья и Вороны не хотели подвергать его большей опасности — Мне казалось семья должна поддерживать друг друга, — Натаниэль вставил свои пять копеек, иногда поглядывая на притихшего Дэя. Зрители оценили его высказывания недовольным гулом, но он прекрасно слышал восторженные хлопки Лисов. — Тебе ли не знать, что идеальных семей не бывает? Эвермор не перестал быть домом для Кевина, мы будем очень рады видеть его в наших рядах в качестве одного из тренеров Сука. Кулаки начали чесаться ещё больше, а хватка на чужом бедре усилилась вдвое. Он сжал челюсти, но не собирался отступать, хоть эти слова и выбили его из колеи. Веснински был благодарен Эндрю за продолжение: — Но как я смотрю ты получаешь нехилое удовольствие, тыча Кевина носом в свои успехи — Ты хочешь выдвинуть Воронов на пьедестал, пока Дэй будет отсиживаться за помощника, — Натаниэль растянул губы в оскале, видя, как лицо Рико изменилось на несколько секунд, прекрасно зная, что тот помнит об их первой встрече со Старшим Веснински и то, как маленькие дети сжимались в углу от страха из-за работы его отца, — вы всегда на первом месте, но выкарабкаться из низов разве не намного сложнее, чем всегда отсиживаться сверху? — Кевин с детства мечтал играть. Тебе ли этого не знать? Лисы дают Кевину шанс вновь стоять на поле, пока Эвермор хочет отодвинуть на задний план, — холодным голосом бросил Эндрю. Они буквально засыпали его обвинениями с двух сторон, не позволяя хоть как-то их отразить. — Сбавьте обороты, — прошипел Морияма, пока взгляд Фердинанд метался из стороны в сторону. — Извини, у нас небольшие проблемы с этим — Небольшие?, — Морияма презрительно фыркнул, — Кевин знает, что будет тянуть Воронов на дно из-за своей травмы, поэтому и сбежал, поджав хвост. Но в Лисах он попросту зарывает свой талант — Может ты просто боишься, что Дэй когда-нибудь затмит тебя? А может он уже это сделал, — как бы ненароком сказал Миньярд, ведь именно победа Кевина над Рико стала причиной перелома первого и разрушающей ярости второго. — Я знаю Кевина и я не боюсь его — Мы заставим тебя взять слова обратно, — пообещал Натаниэль, — ты подавишься ими Публика веселилась, поражаясь пылу новичков и похоже поддерживая их громкие слова. — Это что вызов?, — Кэти натянуто рассмеялась, стараясь разрядить обстановку, — даа, выбор действительно непростой, но решение всегда за Кевином. Что же ты выберешь: оранжевый или черный? Каким будет твоё будущее? — Я уже отвечал на этот вопрос, — произнёс Дэй, будто бы не стал главным обсуждением в их споре, — я буду с тренером Ваймаком, до тех пор, пока это возможно Лисы громко завизжали, оценивая слова своего сокомандника, пока Фердинанд прощалась с гостями, пожимая руки и одаривая лестными комплиментами, по всей видимости уже предвкушая сумму, что обрушится на нее после интервью. — Вы сделали мой день, мальчики! Они зашли в гостевую комнату, но Рико моментально прижал Кевина к стене, держа того за сжавшиеся в страхе плечи. Веснински не вмешивается, стоя чуть поодаль и рыская в полупустой пачке сигарет. — Утихомирь своих щенков, они раздражают — Да что ты?, — Эндрю подошёл сзади, сжимая шею отпрыска Мориям, а после и подставляя нож к мягкой коже, — не трогай мое, я предупреждаю первый и последний раз — Ты вернёшься ко мне, я обещаю, — хрипло произнёс Ворон из-за перекрытого воздуха, отпихивая руку вака-гасира и быстрым шагом удаляясь из гримёрной, пока Дэй медленно скатывался по стенке. Они сидели на последний ряду автобуса, вновь оставляя Кевина посередине вместе с бутылкой водки, которую ему в руки сразу же всучил тренер. Натаниэль тяжело вздохнул, кратко посматривая казалось бы на безразличного Эндрю, пока на половине сам все же не выхватил бутылку. — Это не поможет, — он прошипел на японском, раздражаясь от жалкого вида Дэя, хоть и сам был не лучше. Парень прекрасно понимал каких целей хочет добиться его сокомандник, опустошая спиртное. — Я смогу забыть об этом, — Бывший Ворон зарывается в волосы, опуская голову от безысходности. — Но это не решит твои проблемы!, — Веснински смотрит на алкоголь, моментом погружаясь в начало, когда сам был на месте своего друга сокомандника. — Как лицемерно с твоей стороны, — Миньярд хмыкает, вклиниваясь в разговор на японском. — Пошел нахуй — Он убьет меня, мы все умрём. Вы хоть представляете, что он сделает с Лисами?, — в пьяном бреду шепчет Кевин. — Мы заключили сделку, он ничего не сделает тебе, — Эндрю наконец оторвался от вида из окна, так же как и после кошмара Веснински укладывая руку на чужую шею, — я обещал тебе, а я всегда выполняю свои обещания