Нечисть с окраины

      Крик с вкраплениями визга был таким, что услышал, наверно, даже первый этаж. Арсений тут же неосознанно забеспокоился, как бы соседи полицию не вызвали, но соседи лишь привычно постучали по батареям, чтобы больше не шумел.       - Господи, едрить твою налево, нельзя же так пугать! – сердито шикнул Арсений, глядя на уже знакомую Тень на стене между дверным проемом и шкафом: те же очертания, та же шапка на голове, только зонта не было.       - Простите, господин Арсений, я не хотел, - Тень звучал виновато, даже голову вбок склонил, но сожаления за проникновение в чужое жилище в его голосе точно не было. – Если бы я мог позвонить в звонок, я бы обязательно это сделал.       - Ладно, проехали, - когда испуг отступил, а нервы чуть раскрутились, стало ясно, что злости на Тень нет, это всё от шока. У того и правда ведь никакой возможности позвонить или постучать, чтобы предупредить о своем появлении. Арсений на секунду представил, что он вот так же двухмерной сущностью лишь проскальзывает по предметам и поверхностям без возможности с ними взаимодействовать, и аж сердце сжалось от этого острого чувства беспомощности. – Зачем пришел? Что-то срочное, видимо? Хотя погоди, сначала скажи свое имя, а то я как-то неловко себя чувствую, не зная, как к тебе обращаться.       - Вальтер, господин Арсений, - Тень явно изобразила вежливый поклон, отчего на мгновение его голова будто скрылась в плечах, а потом вынырнула обратно.       - Ух ты, эм, - честно говоря, Арсений не то чтобы ожидал услышать «Виктор» или «Лёха», но и не Вальтер. – Это родители тебя так назвали? Красивое имя.       - У нас нет родителей, я сам себе выбрал это имя. В честь Вальтера Скотта.       - Нет родителей? А как же… Хотя ладно, наверно это не мое дело. Эм, красивое имя, - еще раз растерянно повторил Арсений, не уверенный, уместно ли ему будет спросить откуда вообще берутся Тени. По лицу Вальтера, разумеется, ничего понять было нельзя.       - Спасибо, господин Арсений.       - Давай без господинов, зови меня просто Арсений, а то я чувствую себя помещиком.       - Хорошо, Арсений.       - Так зачем ты все-таки пришел? Так поздно, еще и в квартиру проник. Я заинтригован, если только это не очередная сверхурочная работа.       - Ох, нет-нет, никакой работы, - засуетился Вальтер, что выразилось в легком волнообразном покачивании его силуэта по стене, и перетек на дверцу шкафа, видимо в попытке подойти поближе. – Просто, понимаете, я не уверен, но, думаю, это вас касается. Возможно. В общем, сегодня утром у нас в Бюро появилась новая душа, её человек умер вчера, но она не смогла сразу найти дорогу к нам и добралась только сегодня. Это был мужчина, он практически не задержался у нас, сразу направился к мосту. Его провожал не я, другая Тень, но я был в тот момент в зале, и, знаете, душа показалась мне странной. Я спросил потом у того, кто ее сопровождал, и ему тоже так показалось.       - И в чем же заключалась странность? – Арсений нахмурился и сложил руки на груди. Имелась у него догадка, о ком именно говорит Тень.       - На нем был след, как будто он из нашего промежуточного измерения, из места, где живут Тени. Но я совершенно уверен, что это была обычная человеческая душа!       Арсений задумался. Некто, умерший вчера утром и выглядевший подозрительно в глазах тех, кто провожает души на тот свет. Сверхъестественная смерть или нет, но она имела отношение к чему-то сверхъестественному. Или кому-то. Арсений думал о соседе Антона. Мог ли это быть он? Время смерти сходилось, но остальное… Бог знает сколько людей умерло вчера ночью. Падение из окна определенно не выглядело чем-то экстраординарным. И даже если его из окна выкинули – нечисть так не убивает, это человеческие методы.       Впрочем, не зря же полиция столько крутилась у этого трупа, квартиру всю обшарила, вопросов столько задавала. Наверняка там было что-то, о чем Арсений просто не знает, а мысль о том, что эта смерть была неспроста, приходила ему еще вчера, и Сережа с ним согласился. Другое дело, что это могло быть простым совпадением. Ну разбуянился какой-нибудь злобный дух, ну нарвался на него невезучий бедолага – что ж, бывает. Правда, следов Тени ни одна нечисть в этом мире после себя не оставляет, по крайней мере Арсений ни о чем подобном никогда не слышал. Да и какое отношение чья-то странная душа имеет к Арсению? С другой стороны, пункты о смерти соседа Антона и приезд самого Антона все еще оставались в списке «Что изменилось в последние дни», висевшем на доске с ходом расследования.       - А как этот след вообще выглядит, как ты понял это?       - Ну, он не слишком заметен, - чуть помявшись, ответил Вальтер, делая паузы и явно подбирая более точные формулировки. - это скорее ощущение. Знаете, как если вы просидели долго в булочной, и потом от вас пахнет выпечкой. Или как от курильщика тянет никотином после перекура. Но если присмотреться, то было видно неяркое серое пятно у него вокруг шеи.       - Ясно, - кивнул Арсений, утрамбовывая в голове новую информацию. – Но почему ты в итоге оказался у меня дома? Разве не логичнее с этой новостью было пойти к Ядвиге?       - А я ходил. После того, как убедился, что мне это не почудилось и несколько других Теней подтвердили мои ощущения, я поднялся в кабинет к госпоже Ядвиге. Она меня внимательно выслушала, а потом уточнила, были ли сегодня у вас смены в Бюро, попросила позвать Тень, провожавшую ту душу, и сказала возвращаться к работе.       - Но ко мне она тебя, получается, не отправляла?       - Нет, это, эм, моя личная инициатива, - чуть тише ответил Вальтер. Было слышно, что ему все еще несколько неловко за свое вторжение, и что он, возможно, зря растревожил человека – почти человека, - на ночь глядя без веских на то причин, но никакого сомнения в голосе. Он точно считал, что поступает верно, и Арсений почувствовал в груди, помимо тревоги и комка шебуршащихся подозрений, теплую благодарность. – Я решил, что это, по всей видимости, имеет отношение к вам и может представлять опасность, поэтому вы должны знать, что происходит что-то неладное, и, не знаю, проявить большую осмотрительность. Госпожа Ядвига, конечно, предпримет какие-то меры, я уверен, но она, как бы это сказать, мыслит более глобальными категориями, и о чем-то может просто не подумать.       - Спасибо, Вальтер, это очень, эээ, мило с твоей стороны. Спасибо, правда. Я это ценю, - Арсений качнул головой, будто подкрепляя этим свои слова. Будь у Вальтера тело, он бы пожал ему руку или вообще обнял, но так только кивать и остается. – Скажи, а ты запомнил внешность того человека?       - Да, не в подробностях, я видел его с некоторого расстояния, но описать смогу.       - Отлично, то есть если что, ты бы смог его узнать? – еще не зная, зачем именно ему эта информация, на всякий случай уточнил Арсений.       - Да, вполне. У вас есть его фото?       Вот чего у Арсения не было, того не было. Он и сам не представлял, как этот сосед выглядел, он никогда его не встречал, а если и встречал, то не знал об этом. Еще один человек, живущий в этом районе и идущий из дома на остановку или в магазин, сколько их тут таких. Но важно было убедиться, что именно сосед Антона был тем самым человеком, что пронес на себе след Тени через всё Бюро и, скорее всего, умер не сам по себе. Арсений и так подозревал, что раз полицейские тогда сразу почуяли неладное, то на теле должны были быть какие-то внешние, очевидные признаки насильственной или как минимум подозрительной смерти, но как это проверить? И его расчесанный тяжким мыслительным процессом мозг выдал вроде и очевидную, но в то же время безумную идею: им с Вальтером надо увидеть тело. Вальтер подтвердит или опровергнет догадку о том, что человек в Бюро и сосед Антона – одно и то же лицо, а Арсений проверит, что же с тем трупом было не так, может даже увидит, от чего он умер. Хотя подумать то об этом было легко, а вот осуществить… Арсений промычал себе под нос и с усилием растер лицо. Он хоть и дух, но тушка у него сейчас вполне мясная и через стены ходить не умеет. У Вальтера проблема с точностью да наоборот.       - Вальтер, скажи, а ты в моргах ориентируешься?       - Что? Где? – не понял Тень, озадаченно покачиваясь.       - Ну, в моргах? Местах, где мертвых людей хранят.       - Что? О, боги, нет конечно, никогда там не был, и вообще я боюсь мертвых людей.       - Чего? – теперь настал черед Арсения удивляться. – Ты же в Бюро работаешь с мертвыми людьми!       - Нет-нет, я работаю с душами, а они живые.       С этого ракурса Арсений никогда на ситуацию не смотрел, но, подумав, вынужден был согласиться. Интересная, конечно, тема для размышления, но ее он обмозгует как-нибудь попозже, а сейчас надо решить, насколько сильно он хочет разобраться в возникшей проблеме. На высохшие в художественном беспорядке волосы прыгнул Соджу, вырывая из потока сознания, и Вальтер умиленно заурчал.       - Какой очаровательный! Хотел бы я его погладить.       Соджу в ответ перебрался на плечо Арсения, поднял мордочку в сторону Тени и, кажется, принюхался. Поводил носом и юркнул Арсению под футболку и, больно цепляясь коготками, через рукав выскочил наружу, оттолкнулся и, распластавшись в полете, исчез в коридоре.       - Я ему так не понравился? – расстроено спросил Вальтер, и воображение Арсения мигом дорисовало ему пару бровей домиком и поджатые губы.       - О, нет, не принимай на свой счет, - Арсений ободряюще махнул рукой. – Он просто проверил, кто еще есть дома и убежал есть. Слышишь?       Из глубины квартиры и правда раздался тихий хруст фруктовых долек. Тень тут же заметно приосанился и даже стал выше, а помпон на шапке теперь смотрел точно в потолок.       - Вальтер, слушай, - немного запинаясь, но все же уверенно начал Арсений, - а если я смогу узнать, где именно сейчас находится тело того человека, которого ты, скорее всего, видел в Бюро, того, со следом Тени на нем, и очень сильно тебя попрошу об одолжении, сможешь ли ты сходить и посмотреть на него? Чтобы наверняка убедиться, его ты видел или нет?       Вальтер замер. Силуэт оставался недвижим какое-то время, а потом плечи опустились, голова поникла, и Арсений почувствовал себя последней сволочью. Словно он какой-нибудь бухой урод, который просит своего малолетнего ребенка сбегать ему за пивком для опохмела, потому что самого ноги не держат. Совесть била под дых, и в этот момент Арсений был рад, что не видит выражения лица Тени. Там наверняка сейчас бушевало сражение между стремлением помочь, потому что Вальтер – добрая душа и почему-то слишком хорошо относится к Арсению, и невозможностью пересилить свой страх и отсутствие малейшего желания соваться в столь неприветливое место. Силуэт вдруг заколыхался, как деревце на ветру, видимо придя к какому-то решению, но прежде чем он успел его озвучить, Арсений спешно добавил:       - Я пойду с тобой. Ты не пойдешь один, разумеется.       Теперь он чувствовал себя еще и дураком, что не сказал это сразу. В конце концов, один Вальтер мог заплутать, не найти нужного им мертвяка, да и шанс, что человек из Бюро и сосед Антона окажутся на соседних полочках в холодильнике, был мал, но не равнялся нулю. Так что идти однозначно надо было вдвоем или не идти вовсе.       - Ох, спасибо, я и не знал, как попросить, - теперь в голосе Вальтера звучало явное облегчение. – Я действительно боюсь всего… этого, - он помахал руками, показывая, что именно имеет в виду под «этим». Жесты его не сильно помогли, но Арсений и так понимал, о чем толкует Тень. – Так не люблю всю, что связано с самой смертью. В Бюро ведь уже, как я и сказал, приходят души, они разговаривают, думают, они живые, и Бюро - это часть их пути, на котором мы просто помогаем. Это приятная работа, хоть и не всегда простая, но мертвые тела… Просто безжизненные оболочки, они меня так угнетают, страшно смотреть на бывшее пристанище души, которому теперь только разлагаться и осталось! Как пустой дом, заброшенный и забытый. Так грустно.       Арсений лишь согласно кивал. Сам он относился ко всему этому несколько проще. Не радовался, конечно, видя чью-то смерть, но и не впадал в уныние, как Вальтер. Долгие годы среди людей в качестве духа позволили насмотреться всякого, а уж когда он стал человеком, вся эта проза жизни и вовсе будто за стенкой поселилась как старая соседка. А про период, когда в войну к ним в город эвакуировали толпы людей, больных, слабых, истощенных, и сам Арсений был приписан к одному из эвакогоспиталей для бумажной работы, хотя по факту пришлось быть и секретарем, и санитаром, и уборщиком, и говорить не приходится. Так что с каждой секундой мысль пробраться в морг, где хранится тело – надо узнать, в какой именно, и как туда попасть, часы работы и всё такое, - казалась все более реальной, весомой и осуществимой. Нужна хорошая подготовительная работа, и у него всё получится.       - Как я смогу найти тебя? Ты только помни, я тебя не заставляю, только прошу. Ты всегда можешь отказаться.       - Нет, я действительно хочу помочь. В Бюро спросите у ребят в комнате для персонала на втором этаже, я сам вас найду. Кстати о нем, мне уже пора обратно, я и так слишком надолго отлучился. Мой пропуск на выход по заданию скоро закончится, да и на электричку надо бы успеть.       - А какое у тебя было задание?       - Да душа одна тут заплутала, все не могла сама дверь в Бюро найти. Но я ей уже помог, это дело быстрое, но я специально попросил больше времени, чем нужно, чтобы успеть к вам зайти.       - Спасибо тебе большое, Вальтер, я очень ценю то, что ты делаешь. Если бы я мог, пожал бы тебе руку.       Вальтер в ответ беззвучно пошаркал ножкой, попрощался и был таков.

***

      «Привет»       «Видел тебя сейчас во дворе, помахал, но ты меня не заметил»       «Заскочил в подъезд так быстро. Все в порядке?»       «Ты выглядел творожным»       «Ебучая автозамена, я хотел сказать тревожным»       Паровозик сообщений от Антона с хором звуковых сигналов пришел на телефон, когда Арсений вышел из ванны с вымытыми руками и собирался залезть в холодильник в поисках приготовленного со вчера обеда. Он отработал утреннюю смену на складе, а во второй половине дня поедет на смену в Бюро.       Немного не дойдя до холодильника, Арсений замер у стола, на котором оставил телефон, читая зависшие на экране блокировке сообщения. Дойдя до «творожного» сообщения, он рассмеялся. Пусть и ненамеренно, но это получилось мило, а голова и правда немного разгрузилась.       Все утро Арсений усиленно думал о том, спланировать проникновение в морг и гуглил в ущерб рабочему процессу информацию о том, куда полиция их города отвозит трупы. Это выяснить оказалось довольно просто, и буквально третья ссылка рассказала, что ему нужен городской морг при городской же больнице номер один. Это был большой комплекс, построенный в середине пятидесятых, в который постарались включить всё, что может понадобиться жителям разраставшегося на тот момент города. Морг располагался в двухэтажной пристройке, соединявшейся с основным зданием небольшим коридорчиком. После Арсений еще два часа изучал сайт больницы, ее планы, какие-то статьи местных писак и даже форум, посвященный ритуальным услугам. К моменту окончания смены у него горела задница от попытки успеть за последние полчаса сделать все дела, на которые ему отводилось утро, и вытекали глаза от переизбытка контакта с экраном компьютера. Домой он добрался на автопилоте с гудящей головой и тоннельным зрением, неудивительно, что он не заметил Антона. Хорошо хоть дорогу перед собой разбирал, и на том спасибо. А теперь немного посмеялся и расслабился.

«Всё в порядке, просто сильно задумался».

      «Что-то серьезное? Я могу помочь?»       Да, можешь вломиться со мной в морг и помочь опознать своего мертвого соседа?

«Да не, я разберусь. Просто надо будет обдумать всё хорошенько».

      «Ок, но если что обращайся»

«Хорошо. У тебя как дела? Сам-то не творожный?»

      «Знаешь, я как раз все утро чувствовал себя молоком, которое вот-вот прокиснет. Это делает меня творожным?»

«Нет, это делает тебя дурилкой картонной»

      Антон в ответ прислал гифку с хмурым котом, бьющим молниями из глаз, а затем несколько смеющихся смайликов.       «Смотри чё нашел»       Следом шла фотография, по всей видимости, стены в квартире Антона с куском ободранных обоев рядом с окном. Кусок был внушительным, но стена виднелась только в одном маленьком углу, всё остальное пространство словно чередующиеся слои горных пород в разрезе карьера занимали старые обои. Они внахлёст слоились друг на друга, всех цветов и узоров, розовые с розочками, белые с вензелями, однотонные зеленые, а под всей этой исторической толщей виднелись старые газеты, служившие ей основанием.       «Пытался утром обои начать отдирать, в итоге закончил чтением» - с кучей скобочек-улыбок приписал Антон. – «Тут еще даже царские газеты есть, прикинь!»

«Батюшки, ты нашел годичные кольца этого дома»

      «И не говори, даже жалко немного от этого избавляться»

«Ну так оставь газеты. Будешь говорить, что это дизайнерский замысел. Ретро и раритеты сейчас в моде»

      «Если это ретро намекает на необходимость капитального ремонта вместо косметического, то лучше его не афишировать. Ты чем занят?»       «Я сейчас обедать собираюсь, можешь зайти, если хочешь», - без лишних мозгокопаний написал Арсений. Присутствие Антона не тяготило и не создавало ощущения вторжения в личное пространство, и Арсению бы напрячься от того, как быстро он привык к кому-то новому в своей жизни, но ему наоборот от этого становилось спокойней.       «Бля, это я пропускаю твой шикарный халявный хавчик? Сорян, я уже в город поехал, собсно чё на улице и был».       «Но тебе приятного аппетита»       «И спасибо за приглашение»

«Так это ты за рулем, что ли, пишешь?»

      И следом вытянутая моська из «Крика» Мунка.       «Нет, честное пионерское, только на светофоре. Просрал «зеленую волну» и теперь каждому переходу кланяюсь».

«Верю на слово, но все равно будь осторожен, дороги скользкие»

      «Клянусь здоровьем своих легких. Может тогда вечером увидимся»

«Не могу, я потом на смену сразу. Ладно, тогда в другой раз?»

      Арсений внезапно испытал легкое разочарование. Он уже незаметно для себя настроился провести немного времени между сменами и попытками разобраться в происходящем в приятной компании. Ему нужен был островок спокойствия.       «Обязательно. Хорошей тебе смены!» - и подбадривающий стикер, теперь уже с танцующей картошкой.       Обед прошел в компании Соджу, размышлений и Афанасия за окном. Впервые за день немного распогодилось, из-за плотной серой пелены показалось совершенно не греющее, но хотя бы радующее своим видом ноябрьское солнышко, и толстый паук выполз из своего укрытия под крышей порадоваться ему. В этот раз Арсений даже разделял его чувства. Настроение, несмотря на совершенную белиберду вокруг и потенциальный поход в морг было приподнятым, и даже начинало казаться, что у него всё получится и он со всем разберется. В конце концов, у него есть какая-то тактика и он ее придерживается.       Привычная поездка в автобусе в этот раз ничем не удивила. Никаких загадочных пассажиров, никаких теневых парашютов в небе, самым запоминающимся происшествием была ссора двух женщин преклонных лет, не поделивших место у печки. Арсений, закутанный по самую маковку и дышащий на своих задних рядах пивным амбре, оставшимся от кого-то из предыдущих пассажиров, отстраненно следил за разворачивающейся за спиной у водителя драмой и прикидывал в голове список дел на эту смену. Помимо работы, разумеется.       В Бюро тоже всё было, как всегда. Арсений не был уверен, изменится ли тут что-то даже если по ту сторону турникетов земля разверзнется и начнется апокалипсис. Разве что у всех работы прибавится, но само Бюро, как незыблемая твердыня с Ядвигой во главе, устоит. Поздоровавшись с охранником, Арсений сразу заскочил в буфет за порцией кофе и отправился в зал ожидания пообщаться с несколькими своими подопечными.       К концу четырехчасовой смены он проводил двоих человек на Калинов мост, остальным рассказал последние новости мира живых, по просьбе дам из бухгалтерии перетащил коробки с отчетной документацией в архив, немного побыл курьером, раз уж все равно сновал между этажами и отделами, помог Игорю с парой его подопечных душ, которые слишком разволновались перед выходом на мост и никак не хотели успокаиваться, и с чувством выполненного долга и со стаканом ромашкового чая в руке, заботливого приготовленного для него девочками-мавками в столовой, подошел к дверям кабинета Ядвиги. Памятуя об инциденте во время прошлого визита, в этот раз он сначала аккуратно прислушался, не раздается ли из-за двери посторонних голосов, затем постучал и лишь потом вошел.       - Привет.       Ядвига сидела за рабочим столом и с видом бесконечной усталости разглядывала лежавшую перед ней бумагу, исписанную от руки.       - Привет, - ответила она, подняла голову и со вздохом потянулась. Крупные серьги с яшмой в ее ушах качнулись в такт движению головы. – Ох, знал бы ты, дорогой мой, как я устала, хочу в отпуск.       - А ты можешь уйти в отпуск? – удивленно спросил Арсений. О такой возможности он, признаться, даже и не думал.       - Теоретически, - Ядвига пожала плечами. – На практике пока не проверяла.       - Сочувствую.       - Спасибо. Все ничего, но эти мелочи меня каждый раз вымораживают просто. Я проводник в мир мертвых, черт возьми, а вожусь с бюрократией, бумажками всякими, с такой мелочевкой, что даже смешно! – Она схватила лежавший перед ней лист и потрясла перед носом Арсения. – Вот знаешь, что это? Руслан, банник этот картавый, будь он неладен, опять написал жалобу!       - На что?       - В этот раз его не устраивает работа повара в столовой, видите ли, одни супы постоянно, невозможно их есть уже. Ну так повар водяной, конечно жидкая еда ему роднее будет!       - Так и ответишь?       - Не буду я ничего отвечать. У пищеблока есть своя заведующая, пусть все недовольные с ней разбираются. Мне, честно говоря, плевать с самого Калинова моста, чем кормят в столовой, какого цвета хочет папки бухгалтерия, какой мощности лампочки нужны в коридоры и вот это всё. Не моего масштаба проблемы.       Арсений вспомнил заведующую кухней и столовой – вештицу Серафиму, огромную косоглазую старуху с крючковатым носом и мохнатыми ногами, кокетливо выглядывающими из-под края длинного форменного халата, и невольно поежился. Спорить и ссориться с ней было опасно, потому что она могла не только проклясть или навести порчу, но и организовать тебе лягушек в еде на весь следующий месяц. Серафиму в Бюро опасались все, даже бестелесные Тени, которые в еде не нуждались и в столовую заходили разве что за общением. Неудивительно, что Руслан решил действовать в обход и вышел сразу на высокое начальство, но если он таки рискнет схлестнуться с Серафимой, то Арсений даже похлопает его упрямству, слабоумию и отваге. И помянет потом добрым словом, конечно.       - Что ж, тогда как насчет послушать про мои проблемки титанического масштаба?       - Ну валяй, что там у тебя еще стряслось?       Прежде всего Арсений рассказал Ядвиге про тень-парашют. Спросил, что это, на ее взгляд, может быть. Ядвига ответила, что на ее взгляд это какая-то хрень собачья, поэтому адекватного объяснения у нее нет и о таком она прежде не слышала. Но она могла поручиться, что это никак не связано с Тенями из Бюро и вообще с любыми Тенями, даже теми, кто у них не работал. Они такими способностями не обладали и не меняли формы присущего им силуэта, и тем более не были в состоянии накрыть город какой-нибудь своей теневой скатертью, если таковая у них имелась. Если они и брали из своей теневой прослойки между мирами какую-то вещь в мир человеческий, то носили ее на себе или держали в руках, но не оставляли отдельно. Арсений вспомнил Вальтера и его зонтик. Получается, там у Теней в их мире тоже есть разные предметы, одежда и аксессуары, и Тени просто надевают их и носят? Арсению всегда казалось, что они генерируют их прямо из собственной Тени силой мысли или что-то типа того. Надо будет пораспрашивать Вальтера об этом, интересно же, если задуматься поплотней.       - Слушай, а почему вообще Тени работают в Бюро?       - А почему нет? С Тенями проще. Они быстрее, умнее, послушнее и, в отличие от мобильной сети, ловят нужных мне людей везде, - и акцент на последнем слове не давал усомниться в том, что это значит буквально везде. – У нас с ними контракт, и на моей памяти они его еще ни разу не нарушили. Работает система, не сбоит, и ладно.       - И это ты заключала с ними контракт?       - Да, и это было так давно, что даже я сама себе начинаю казаться старой.       - Ладно, но у кого тогда такие способности могут быть? У какой нечисти?       - Ой, ну так сходу и не скажу. Ведьмы таким баловаться наверно могут, мало ли какие заклинания сочинят. Морок, в теории, мог подбросить видение, Чернобог, хотя это странно было бы. Никогда толком не понимала, в чем заключаются его силы. Божество с неопределенным набором способностей. Морена, наверно, могла бы, но это точно не она. Она подобным заниматься не будет. Вообще палатка над улицей в целом выглядит дурацкой затеей, для чего бы она там ни стояла. Арсений, слушая ее рассуждения, невольно напрягся. И Морок, и Чернобог так или иначе присутствовали на его доске расследования.       - А как выглядят Чернобог и Морок? Ты их видела? – подобравшись, спросил он.       - Видела, только тебе от того мало толку, - Ядвига махнула рукой и принялась заваривать себе чай. – Чернобога я встречала еще в те времена, когда он выглядел скелетом в латах и черном плаще. Так себе зрелище, я ему прямым текстом тогда об этом сказала, наверняка он уже сменил личину. По крайней мере я надеюсь на это, ребрендинг бы ему не помешал. А у Морока и вовсе невозможно одно лицо увидеть, он их меняет как маски, и с каким именно он на свет появился почти никто не знает. Такова уж его натура.       Что ж, Ядвига не ошиблась: Арсению от ее слов толку и правда было мало. Ну, он хотя бы попытался. Оставался еще вопрос.       - А Хорс?       - А что с ним? – не поняла Ядвига, кидая в чашку с чаем дольку лимона. Всё это она, как обычно, доставала прямо из ящиков своего стола.       - Ну, можешь, пожалуйста, рассказать какой он? Что может? Статьи в интернете я уже почитал, хочется услышать более достоверный источник.       - А что про него рассказывать? Сто лет его не видела. Он, кстати, на тебя похож. Внешне, я имею в виду. Такой же высокий брюнет, и глаза как у тебя голубые. Да и в характерах, на самом деле, нечто схожее есть, но совсем чуть-чуть. Оба упрямые можете быть и язвительные, когда доходит до чего-то важного для вас. Но в остальном ты гораздо спокойнее и мягче, а Хорс он всегда вспыльчивым был, импульсивным и громким, таким, что если захочет, чтобы его услышали, то его услышат. А ты тихий, хоть и себе на уме, - с улыбкой добавила Ядвига. Будто давала понять, что знает обо всех измышлениях Арсения, но лезть в них не будет, потому что ее дело ограничивается мостом.       - А силы у него какие?       - Да обычные. Бог света, бог тепла. Все по классике: умеет свет зажигать и гасить, сам светиться может. Может и солнце заставить гореть поярче, и лампочку.       - Лампочку? – озадаченно переспросил Арсений. Это у него в голове не укладывалось. - Я думал лампочки это уже про электричество, про физику там.       - Физика-не физика, свет есть – значит Хорс может им управлять, без разницы какой у света источник. И вообще, не духу погоды у меня за физику спрашивать.       - Справедливое замечание, - отрешенно кивнул все еще озадаченный Арсений.       Таким же озадаченным он выходил из кабинета. После разговора с Ядвигой вопросов, казалось, стало только больше. И это он еще решил, после некоторых сомнений, не спрашивать про подозрительную душу со следами Тени. Решил, что если она сразу не сказала, то и потом будет утаивать. Ох, еще же и морг этот, будь он неладен! Вот как туда пробраться? Хотелось побыстрее прийти домой, лечь и подумать. Или сначала отдохнуть и потом подумать. И написать Антону. Организм ощущал острую потребность в поддержке, чужом тепле и простом человеческом «давай закажем пиццу и глянем кинцо?». И никаких проблем. С Антоном можно было представить себя обычным человеком с обычными маленькими радостями, чтобы голова совсем не шла кругом. И мысли об Антоне ощущались такими правильными, что быстро вытеснили вопросы о дурацких богах и их дурацких проблемах.       Раздумья потекли как мед по ложке, плавно и гладко, перетекая с одного на другое, но не прерываясь. Антон ему нравился. Он удивительно быстро пробирался через невидимый круг, который Арсений нарисовал вокруг себя, чтобы никто посторонний как раз не приближался. Впрочем, Антон ведь уже не посторонний, так? С ним было спокойно, несмотря ни на что, даже несмотря на наличие Шастуна в списке на доске расследования. Обычно беспокойная интуиция молчала сейчас также, как промолчала в ту ночь, когда Арсений впервые сел в машину к незнакомому еще парню. С ним было весело, отчасти шумно, но шум и разговоры не утомляли. Антон постепенно будто нащупал ту грань, где можно приставать с расспросами и шутками, а когда надо дать посидеть в тишине.       И Антон был красив. У Арсения, в целом, были свои отношения с концепцией красоты, общественные стандарты были далеки от него также, как Арктика далека от Антарктики, потому что несмотря на девяносто лет жизни среди людей, частью общества Арсений себя не считал. Он смотрел на людей скорее как на отдельно взятые картины, в разных жанрах и цветовых гаммах, и находил или не находил в них нечто приятное глазу. И в Антоне он это видел. Нечто интересное, то, что хотелось разглядывать. Как картину художника-импрессиониста. Издали будто монолит, а вблизи столько мазков оказывается, и каждый со своей фактурой. Из разрозненных фактов, что Антон рассказывал о себе или показывал через мелкие привычки, сам того не замечая, постепенно собиралась цельная картина. В которой, впрочем, было еще много белых пятен.       Детство в деревне, жизнь с суеверной матерью-травницей, любовь к небу и самолетам, травма, из-за которой от этой любви пришлось отказаться, то, как он иногда замирал на секунду, словно подвисал, и его обычная улыбка в глазах сменялась чем-то еще, не столь очевидным, и его привычка дымить как паровоз от сильных нервов, когда руки сами тянутся к сигарете… Перед мысленным взором встало то утро, когда Антон, задумчиво глядя на то, как полицейские снуют под окнами его дома, неосознанно постукивает кончиком сигареты о коробку, чуть проминает пальцами кончик, а затем, еще раз стучит и только потом закуривает. И выражение глаз такое взволнованное, но в то же время глубоко задумчивое. Даже словно понимающее. И весь образ показался Арсению вдруг знакомым, словно он видел вот так же стоявшего и курившего человека, только не Антона, но это было так давно… Память силилась добраться до косточки, найти то нужное, искомое, но сумбур в голове мешал и не давал сосредоточиться, а в следующую секунду на пути возникло что-то плотное и теплое, и мыслительный процесс прервался.       Арсений поднял голову и столкнулся взглядом с прищуром серых глаз. Он так плотно задумался, что наткнулся на проходившего мимо Женю. Тот лишь засмеялся в ответ на извинения, заметив, что уже второй раз Арс в него врезается и только потом здоровается.       - Ой бой, о чем задумался? Арсений пожал плечами и развел руки – сложно было вот так сходу ответить на этот простой вопрос.       - Слушай, - внезапно сообразив, кто именно перед ним стоит, сказал он, - не в службу, а в дружбу и по очень большому секрету, ты не знаешь, как можно пробраться кое-куда…, впрочем, не важно, забудь.       - Не-не, дорогой, говори давай, что хотел. Клянусь хвостом и усами, что никому не расскажу о твоих темных делишках. Ну, на какой секретный объект тебе надо попасть? – Женя, казалось, даже чуть приосанился, когда разговор завернул на привычное ему поле деятельности. Его глаза выжидающе заблестели, а губы растянулись в ободряющей полуулыбке. Он за локоток оттянул Арсения в угол и перекрыл собой пути отхода.       - В морг, городской. При больнице, - понизив голос еще на полтона, сообщил Арсений, хотя вокруг не было ни души.       - Тьфу ты ну ты, - выдал в ответ Женя, но разочарованным, впрочем, не выглядел. – Мелко мыслишь. А в чем проблема-то? Зашел, узнал, что надо, и вышел.       - Я так не умею. Если я куда-то и входил без спроса, там всегда было открыто. А в морге, вообще-то, люди работают, охрана сидит. Наверное. А в нерабочее время всё закрыто, и вообще посторонним вход запрещен.       - Ох, неискушенный ты мой, в этом всё дело? Внутрь попасть? Провести тебя туда?       На секунду Арсений завис, обмозговывая последнюю фразу.       - Это что, предложение?       - Ага, руки и сердца. Помощь свою предлагаю, думай быстрее: надо-нет. А то так давно ничем таким не занимался, охота ностальгию почесать.       - А для тебя это не опасно? В смысле ты же не так давно на свободе, - с сомнением протянул Арсений, терзаясь муками выбора. Женина помощь казалась подарком свыше, но и подводить его под монастырь не хотелось.       - Так лично я делать ничего противозаконного не буду. Мне тебя за закрытую дверь провести как два пальца об стол, а дальше ты сам. Если кого и поймают за руку, то тебя.       - Вот спасибо, - Арсений закатил глаза, но тут же собрался и уже серьезным тоном повторил. – Спасибо.       Что ж, одной проблемой меньше. Внутрь его проведут, а там как-нибудь разберется. Надо будет распечатать тот план здания с сайта больницы. И быстренько думать, как раздобыть информацию о том, куда именно им с Вальтером внутри идти и где искать искомое.       - Ну, и когда пойдем? - Казалось еще немного, и Женя начнет руки потирать от нетерпения. Его хитрая кошачья натура так и рвалась на свободу.       - Эм, у меня завтрашний вечер свободен, - немного поразмыслив, Арсений решил, что дня на подготовку ему хватит, а затягивать он не хочет. Он чувствовал, что, если идти по горячим следам, больше шансов на успех. – Морг работает до семи, а главный корпус больницы до восьми. По крайней мере, так в интернете написано.       - Чудненько, тогда завтра в семь там и увидимся.       - Погоди, - вдруг сообразил Арсений, - но ты же в Москве! А пропуск у тебя только в Бюро, как ты попадешь в Дальние Невины?       - Арсений, париться будешь в бане, а сейчас не делай мне мозги раньше времени. Главное будь где и когда условились, остальное оставь мне. Ну все, братан, до завтра.       И, хлопнув Арсения по плечу, довольный Женя, мурча себе под нос, уплыл за ближайший поворот. А Арсений, отмерев, поспешил в комнату для персонала на втором этаже предупредить Вальтера. А потом быстрее домой, лежать, думать и спать. И написать Антону, да.