among cold and harsh waves

Минхо так и не продержался три года без отношений. Дело было не в том, что в нём бурлили гормоны, и не в том, что он не мог пропустить мимо себя ни одной юбки... Просто так получилось. Подвернулась возможность, и он ей воспользовался. Он был осторожен — настолько, что даже Джисон не знал, что у него была девушка, аж до тех пор, пока они не расстались. Это произошло на втором году существования Stray Kids, и, даже если сейчас Джисон понимает, что объективно не имел на это права, тогда он чувствовал себя преданным. Они должны были идти к наградам, мечте, своему будущему как группа — в конце концов, именно Минхо сказал, что они смогут достичь чего угодно, если не будут отвлекаться. А затем Джисон узнал, что Чан был в курсе. Даже менеджеры, которые жили с ними, знали и бровью не повели. Чанбин, который, конечно же, блять, тоже знал, сказал Джисону, что Чан в какой-то момент усадил Минхо на разговор и напомнил ему о том, что нужно быть осторожным, но в то же время намекнул, что запрет на отношения был просто формальностью. До тех пор, пока их приоритеты были на месте, компания могла закрыть на это глаза. Джисон узнал об отношениях Минхо даже не от него самого, а, упаси господи, от Хёнджина: тот мимолётом бросил фразу о том, что Минхо "где-то шляется и, наверное, зализывает раны", когда Джисон его искал. Джисон одарил Хёнджина полным непонимания взглядом, и тот, лишь пожав плечами, продолжил: "Ну, знаешь, его же бросили". Как ни в чём не бывало, будто был уверен, что Джисон в курсе. Джисон, сбитый с толку новой информацией, нехило разозлился. Ему хотелось узнать больше деталей, но гордость не позволила разузнать у Хёнджина подробности. Вся группа знала, что они с Минхо были не разлей вода, поэтому никто не мог даже допустить мысль о том, что Джисон не знал ничего об его отношениях. В то время они ещё жили в одном общежитии, и, вместо того, чтобы отсиживаться в своей комнате с Чонином, Джисон пошёл к Сынмину и Хёнджину, которые жили с Минхо. Когда Минхо вернулся поздней ночью, они втроём играли в карты. Сынмин и Хёнджин едва заметно кивнули ему в знак приветствия, а Джисон просто проигнорировал, делая вид, что слишком занят своими картами — хоть они и играли в UNO, а карт у него было всего три. — Хани, — пропел Минхо, — Ты сегодня с ночёвкой? Джисон едва слышно промычал в ответ, и тут же самодовольно ухмыльнулся Хёнджину, кидая на колоду "бери 4". — Выкуси! Хёнджин, в присущей ему манере, театрально заскулил. Тем временем Минхо непонимающе нахмурился, а Сынмин молча поднял бровь, глядя на эту сцену. — Хан Джисон? — позвал Минхо вновь, на этот раз мягче. — Что? — наконец обратился тот к Минхо, резко и всё ещё не глядя. Джисон понимал, что ведёт себя глупо, но не до конца понимал, что послужило конкретной причиной, — Я занят, не видишь? После этой фразы даже Хёнджин прервал свою драму, почувствовав повисшее напряжение в воздухе. — Как скажешь, — пробормотал Минхо. Джисон раздражённо выдохнул, кивая на Хёнджина и напоминая, что сейчас его очередь. В конце концов, когда настал ход Джисона, он понабрал себе кучу карт, и игра затянулась ещё как минимум на полчаса. Этого времени Минхо хватило, чтобы умыться и побродить по комнате, раскладывая вещи на свои места, а затем скрыться за плотной занавеской, отделявшей его кровать от остальной части комнаты. К концу кона — завершившегося победой Сынмина, конечно же, — Джисон окончательно почувствовал себя не в своей тарелке. Он понимал, что ему стоило вернуться в свою комнату, особенно, учитывая, что Сынмин и Хёнджин тоже начали готовиться ко сну. Никто из них и бровью не повёл, когда вместо этого Джисон молча отодвинул занавеску на кровати Минхо, чтобы заглянуть внутрь. Минхо ещё не спал: он что-то листал в телефоне, и из-за подсветки, освещающей черты его лица, когда он посмотрел на Джисона, его глаза казались черными и пугающими. Он даже не пошевелился — до тех пор, пока Джисон не опустил взгляд, виновато поджав губы. — Хён, — прошептал Джисон, и, прежде чем он успел сказать что-то ещё, Минхо немного отодвинулся в сторону, освобождая для него немного места, чтобы проскользнуть внутрь. — М-м? — промычал Минхо, — А теперь ты снова добренький? Джисон почувствовал укол стыда, разливающегося жаром по смущённо надутым щекам, — Да. Наверное, — пробормотал он с дрожащим выдохом. Краем глаза Джисон заметил, как губы Минхо изогнулись в лёгкой улыбке, прежде чем тот заблокировал телефон, и пространство вокруг погрузилось в темноту. Джисон проморгался, привыкая к темноте до тех пор, пока не смог разглядеть смутные силуэты, а затем повернулся на бок лицом к Минхо. — Хён, — повторил он, на этот раз ещё мягче и смущёнее. — М-м? — Минхо тоже повернулся к нему лицом, и Джисону потребовалось несколько секунд, чтобы успокоить колотящееся сердце. — Ты не хочешь мне ничего рассказать? — А есть что-то, что ты хочешь услышать? Джисон нахмурился, а затем вздохнул. Он слишком устал, чтобы упрямиться дальше. — У тебя есть девушка? — Нет, — невесело усмехнулся Минхо, — Ну... Уже нет. — Ты не говорил. Теперь вздохнул Минхо. — Прости, — пробормотал он спустя несколько мгновений, и тогда Джисон с удивлением понял, что на самом деле ему не нужны были извинения. — Всё в порядке, хён. Я просто хотел бы узнать об этом не от Хёнджина. — Там не было ничего серьёзного. Не важно, — заверил его Минхо. Джисон хотел возразить, потому что, если у Минхо была девушка, это было очень даже важно, но старший продолжил: — И, Джисони... Когда мы вместе, мы обычно разговариваем о другом. Это было правдой, но лишь наполовину, потому что основную часть времени они просто находились рядом друг с другом в тишине — но Джисон понимал, что имел в виду Минхо. Это молчание было для них важнее любых слов. — Как это произошло? — спросил он. — Она попросила мой номер, — тихо ответил Минхо, — Через нашего менеджера. Мы начали активно переписываться, а потом... — пожал он плечами, — Всё произошло слишком быстро. Честно говоря, мы были на свидании от силы пару раз. А потом она положила всему этому конец. Сказала, что быть со мной скучно. — Оу, — поморщился Джисон. Ранее он был уверен, что Хёнджин преувеличил, сказав, что Минхо бросили, ведь в голове Джисона такой исход был невозможен; он был уверен, что инициатива разрыва принадлежала Минхо, потому что кто в здравом уме вот так просто с ним расстанется? — Ты в порядке, хён? — чем дольше он об этом думал, тем больше не понимал эту девушку. Для Джисона Минхо был одним из самых интересных людей, которых он только знал. — Эм, — пожал плечами Минхо, — Могло быть и лучше. Но и намного хуже тоже могло. — Хён, — повторил Джисон, осторожно тыкая пальцем ему в живот, — Не обязательно делать вид, что тебе всё равно. — Знаю, — усмехнулся Минхо и ткнул его в ответ, — Но я не особо-то расстроен. — Что? Она вообще тебе нравилась? — спросил Джисон с лёгким раздражением. — Ну... Она милая, с ней было о чём поговорить, но, — пожал он плечами, — Думаю, она не так уж сильно мне и нравилась, потому что сейчас я не чувствую ни злости, ни разочарования. Хотя, мы и встречались-то всего-ничего. Максимум полтора месяца. Джисон вздохнул. — Но нравилась достаточно, чтобы нарушить пункт о запрете отношений. — Наверное, — хмыкнул Минхо, — Я не... Она, вроде как, призналась в чувствах, а я просто не задумываясь их принял. А потом Чан сказал, что всё в порядке до тех пор, пока я не забываю о своих приоритетах. А я и не забывал. Возможно, поэтому ей и было со мной скучно. Джисон фыркнул. — Ты сказал, что мог бы. Подождать три года. — Верно, — рассмеялся Минхо, — Но именно так я и выразился, нет разве? Я сказал, что мог бы, а не что буду ждать, — он улыбнулся и легко щёлкнул Джисона по лбу, прежде чем обвить рукой его талию, — Прости. Наверное, нам стоило на что-нибудь поспорить. Джисон раздражённо простонал, закатив глаза. — Завтра угощу тебя мясом, идёт? — Минхо слабо, но игриво потряс его туда-сюда, — За то, что не сдержал слово. Типа. Хоть и не было никаких обещаний. — Воу, — сморщил нос Джисон, — Какое заманчивое предложение! Разве я могу отказаться? — Не можешь, — Джисон разглядел улыбку на лице Минхо даже в темноте, — Значит, мы всё уладили? — Нечего было улаживать, — пробормотал Джисон и после недолгой паузы добавил: — Она красивая, хён. Наверное, твой типаж. Сынмин этим вечером раскрыл личность девушки, с которой встречался Минхо — она тоже была айдолом и дебютировала незадолго до них. Технически она была сонбэ, но более-менее на одном уровне с ними в общей системе индустрии. Минхо ответил не сразу. — Да, — тихо согласился он спустя пару секунд, — Красивая, в смысле. Но не уверен, есть ли у меня типаж. Знаешь, Хани, мы немного говорили о тебе. Сонливость, уже понемногу накрывающую Джисона, будто ветром сдуло. Его глаза тут же широко распахнулись. — Обо мне?! Он и сам не понял, почему так удивился. — Да. Мы хотели посмотреть фильм, и я сказал ей, что уже смотрел его с тобой. А потом она упомянула, что одна из её подруг считает тебя милашкой. — Оу, — ему льстило слышать о себе что-то приятное, но почему-то этот комментарий ещё и позабавил Джисона. — Хочешь её номер? Джисон сморщил нос, слегка оскорбившись. — Твоей бывшей? — Нет, — рассмеялся Минхо, — Её подруги. Могу узнать, если ты заинтересован. Возможно, ему стоило бы спросить, что это за девушка, но он поймал себя на мысли, что ему было даже отдалённо не интересно. — Не будет ли это странным? Учитывая, что вы расстались, и всё такое. — Не-а, — пожал Минхо плечами и протянул руку, зарываясь пальцами в волосы Джисона, — Она меня бросила, значит теперь мне должна. Джисон фыркнул. — Ты ненормальный. — Я в курсе. Разве не поэтому я тебе так нравлюсь? — Да, да, — покачал головой Джисон, улыбаясь, — Но я сам справлюсь, хён. — Конечно справишься, — усмехнулся Минхо и мягко похлопал Джисона по макушке, будто с издевательским сочувствием; возможно, так оно и было, потому что на том этапе было сложно поверить, что Джисон мог бы справиться с подобным сам. Отсутствие у него хоть каких-то отношений доказывало обратное. Но всё же, улыбка Джисона стала лишь шире, и он, наконец, позволил потяжелевшим векам закрыться. Пальцы Минхо всё ещё игрались с его волосами, помогая расслабиться. — Спокойной ночи, Джисони, — прошептал Минхо. — Спокойной ночи, хён. Несмотря на предложение Минхо свести Джисона с подругой его бывшей, он так ни с кем и не встречался до тех пор, пока ему не исполнилось двадцать, а до истечения запрета не осталась скромная пара месяцев. У него всё началось точно так же, как у Минхо — как и в большинстве отношений между айдолами, если точнее — с обмена номерами телефона через людей, являющимися для них точками соприкосновения. Для Джисона ими послужили стилисты в салоне, который посещали многие айдолы. Романтичный флирт продлился всего два месяца, и он сходил с той девушкой от силы на два с половиной свидания. Она тоже была знаменитостью, айдолом его возраста, но дебютировала через год после Stray Kids. В конце концов, именно она разорвала отношения. "Между нами вообще ничего не происходит", — так она объяснила своё решение. Всё это практически в точности повторяло отношения Минхо; Джисон предположил, что причина была отчасти в том, что он слишком осторожничал. Он был зелёным и неопытным, не особо знал, как вести себя в отношениях, и боялся, что его раскроют и сделают выговор — хоть никого из мемберов, казалось, совсем не заботил тот факт, что у него появилась девушка. Когда его бросили, он спокойно принял это, глядя своей бывшей в глаза. Кажется, он должен был страдать — по крайней мере, хоть немного больше, чем это было на самом деле — так что для приличия разыграл небольшую драму, обиженно дуясь на весь мир и пропадая в своей комнате чаще, чем обычно. Это было лишь поводом, на самом деле. Чтобы никто из мемберов не донимал Джисона с вопросами, почему он практически не встаёт с постели; даже Чонин, его сосед по комнате на тот момент, лишь молча приходил и уходил. Так продолжалось до одного позднего вечера, спустя неделю после расставания. После длинного рабочего дня и горячего душа Джисон нашёл Минхо растянувшимся на его кровати. Он что-то листал в планшете, выглядя так расслабленно, будто здесь ему самое место — на кровати Джисона и нигде больше. Он даже не оторвал взгляд от экрана, когда тот зашёл в комнату. Джисон вопросительно посмотрел на Чонина, и младший лишь пожал плечами. Хан громко вздохнул, и только тогда Минхо, наконец, поднял глаза. Он отодвинулся ближе к стене, освобождая для Джисона пространство, и тот лишь рассмеялся. — Это моя кровать, хён, — сказал он, устроившись рядом со старшим. — Да. И? — ответил Минхо, — Я решил, что тебе пора перестать разводить нюни. — Разводить чт... — Джисон не сразу понял, о чем речь. Он уже и забыл, что ему якобы разбили сердце; что он якобы переживает из-за того, что его первые отношения, если их вообще можно было так назвать, закончились так плачевно. — О, точно, — пробормотал он. Минхо посмотрел на него тем самым взглядом, когда кажется, что тебя видят насквозь. Минхо часто так смотрел на него, и Джисон в очередной раз почувствовал себя открытой книгой. — Хани... — начал он, но Джисон не дал продолжить. — Я в порядке, хён. Я не страдаю, правда. Уже даже забыл, что по идее должен, если честно. Минхо прищурился, и Джисон едва ощутимо вздрогнул — не то чтобы ему было некомфортно под его пристальным взглядом, но, в то же время, в этом не было ничего приятного. — Хён, — проскулил он. — Ладно, — ответил Минхо, на этот раз, наконец, улыбнувшись. Когда Джисона бросили, Минхо стал первым, кому он об этом рассказал. Тот выслушал его, кивнул, а потом заплатил за кофе и ужин. В общем-то толком он ничего и не ответил, сказав лишь "Она многое упустила", но почему-то этих слов было достаточно для того, чтобы Джисон почувствовал себя лучше. Минхо с тех пор не возвращался к этой теме, и даже сейчас не сказал ничего по поводу расставания, лишь: — Выбирай фильм, — он протянул Джисону планшет и, опять же, даже эти слова окутали Джисона теплом и комфортом. — Чонини, — затем позвал Минхо, — Выключи свет, пожалуйста. Младший фыркнул в ответ, и Джисон тихо хихикнул себе под нос. — Но... — начал жаловаться Чонин, чем заработал в ответ испепеляющий взгляд Минхо. — Спасибо, Ини, — сказал Джисон, когда тот всё же встал с кровати, что-то недовольно бормоча себе под нос. Джисон подумывал предложить посмотреть Ходячий замок, который всегда его расслаблял, но рядом был Минхо, утешающий одним своим присутствием лучше любого фильма, поэтому в итоге его выбор остановился на "Возвращении кота", так как Джисон знал, что Минхо питал к нему слабость. — О, этот мне нравится, — сказал Минхо, устраиваясь на кровати поудобнее. — Я знаю, — мягко ответил Джисон, улыбаясь и приваливаясь к его плечу. Хан Джисон хён, я прекрасно провёл время почему мы не встречаемся чаще 23:18 Stray Kids Ли Ноу разве не потому что ты занят, ахах 23:20 Хан Джисон не больше, чем ты!!! это у тебя фиксированный график съёмок на шоу 23:21 Stray Kids Ли Ноу а не ты ли продюсируешь новую группу? ахах кроме того, мы виделись дважды за 2? 3? месяца это уже прогресс, не 2 раза за полгода, как до этого 23:26 Хан Джисон но всё же я был бы рад видеться чаще 23:27 Stray Kids Ли Ноу окей твоё слово-закон ;) 23:32 Хан Джисон хён -_- 23:33 Stray Kids Ли Ноу что? ахахах ты же знаешь, что я для тебя всегда свободен, правда? 23:35 Stray Kids Ли Ноу джисони, это же не из жалости, да? 23:37 Хан Джисон ??? 23:40 Stray Kids Ли Ноу если это из-за развода, то я в порядке, честно просто чтоб ты знал 23:48 Хан Джисон хён, не глупи, а??? тем более мы всегда были рядом, когда в друг друге нуждались, да ведь? 23:55 Stray Kids Ли Ноу в смысле всегда, когда нас бросали? 23:56 Хан Джисон ну... 23:58 Stray Kids Ли Ноу а знаешь, ты прав давай видеться чаще 00:00 Когда Stray Kids исполнилось 7 лет, решение далось легко — вся группа продлила сотрудничество с JYP ещё на пару лет, и каждый из участников внёс некоторые индивидуальные условия в свои личные контракты. После того, как и вторые контракты подошли к концу, всё изменилось. Джисон был первым, кто сказал "нет". Когда он был молод, был подростком — а затем новоиспечённым взрослым — с глобальными мечтами и дерзкой уверенностью в себе, ему и в голову не приходило, что когда-то он устанет выступать. Чем больше сцена, чем ярче софиты, тем лучше. Оглушающие крики толпы придавали ему силы, энергию и уверенность в себе. Тогда больше ничего не имело значения. Но годы, проведённые в качестве айдола под постоянным пристальным вниманием, понемногу выматывали его. Сначала это было практически не ощутимо, но затем ущерб стал настолько велик, что его невозможно было игнорировать. Приоритеты Джисона изменились естественным образом; как бы он ни любил сцену, интроверсия и тревожность взяли над ним верх. То, что его потребность в исследовании своей сексуальности росла в геометрической прогрессии, будь то через музыку или другие возможности, тоже не помогало ему подавить настойчивое желание перейти к более личной жизни. Это и привело его к тому решению — он чётко решил завязать с айдол-индустрией. Он знал, что, наверное, нужно было сначала поговорить об этом с Чаном, но и понимал, что если бы это сделал, не нашёл бы в себе сил довести дело до конца. Не важно, как бы воспринял эту новость Чан, позитивно или негативно — Джисон в любом случае бы мучался от мысли, что его подводит. Поэтому он пошёл к человеку, который всегда вселял в него уверенность, что всё будет в порядке — пошёл к Минхо. — Поступай так, как считаешь нужным, — сказал тогда старший. Спокойно и уверенно, будто Джисон не собирался менять своим поступком не только свою жизнь, но и судьбу всей группы, — Мы... наверное, я не могу говорить за всех остальных, но я всегда поддержу тебя, Джисони. А потом Минхо нанёс контрольный удар — сказал, что тоже подумывает не продлевать контракт. Они ввосьмером долго обсуждали ситуацию и пришли к выводу, что нет смысла дальше существовать как группа, если она будет не в полном составе. Самым большим сюрпризом после распада Stray Kids стало решение Чана уйти из JYP Entertainment. К тому моменту он провёл в компании больше половины своей жизни — наверное, именно поэтому такое решение было вполне логичным. Чан основал 3RACHA House вместе с Джисоном и Чанбином, и с тех пор работа стабильно приносит им лишь удовлетворение. Сынмин остался в JYPE и с тех пор начал продвигаться как сольный исполнитель, регулярно записывая саундтреки для дорам, благодаря которым у него появилась дополнительная аудитория, но в основном он преподаёт вокал для трейни. Чонин заключил контракт с актёрским агентством. Ему пришлось начинать с нуля из-за отсутствия опыта, но в последнее время он начал получать более крупные роли. Хёнджин тоже начал сольную карьеру, благодаря которой продвигается в Китае и Японии и зарабатывает хорошие деньги, а Феликс стал успешным инфлюенсером в социальных сетях. Минхо поступил на службу практически сразу после распада группы, что притормозило развитие его карьеры. У него не было чётких планов, насколько знал Джисон, но после возвращения он тоже попробовал себя в актёрстве — сыграл пару эпизодических ролей, даже получил комплименты за навыки и так называемую "актёрскую внешность", но спустя год полностью с этим завязал. Однако, продвигая свои проекты, он хорошо проявил себя на развлекательных шоу, и так они стали главным источником его дохода. — Возможно, однажды мы воссоединимся, — сказал Чонин, когда они обсуждали возможность распада группы, — Через пять лет, или десять. Все они тогда что-то промычали в знак согласия, но пять лет уже прошли, а планы на воссоединение так и не появились. Все заняты своими делами — так что, думает Джисон, если только ещё через пять. По крайней мере, хорошо, что они всё ещё есть в жизни друг друга, пусть даже и в других качествах. "Ты же знаешь, что для тебя я всегда свободен, правда?" — написал тогда Минхо, и первым делом Джисон задался вопросом, знает ли он это на самом деле. Когда они были моложе, он с уверенностью мог сказать, что да, он знал. Но, опять же, их отношения очень изменились с течением времени — сначала в мелочах, а затем более ощутимо. Когда они встречаются лично, проводя время бок о бок, он тут же забывает про все эти изменения. Они всё ещё подходят друг другу как кусочки пазла; заполняют пробелы друг в друге так легко, будто им всё ещё двадцать и они всё ещё проводят каждую свободную минуту вместе. Не проходит и недели с последней встречи, когда Минхо звонит Джисону. Когда его имя высвечивается на экране телефона, Джисон удивлёно моргает, но тут же принимает вызов. — Мне нужно куда-то выбраться, — говорит Минхо без всяких преамбул, даже не дожидаясь приветствия от Джисона, — Не хочешь сходить в зал? У Джисона много дел, которые нужно закончить в этот день, но нет никаких важных встреч или элементов расписания, которые никак нельзя сдвинуть, поэтому он не думает и двух секунд. — Идём. Прежде чем он успевает спросить, о каком зале речь, в динамике раздаётся "Отлично, заеду за тобой через полчаса", а затем слышится тихий щелчок, оповещающий о том, что собеседник положил трубку. Джисон, вероятно, мог бы оскорбиться, но на деле лишь усмехается: некоторые вещи никогда не меняются. — Отличный прикид, — первое, что говорит Минхо, когда Джисон забирается на пассажирское сидение его скромной Kia Optima. Джисон непонимающе хмурится, но затем опускает глаза, глядя на свой жёлтый спортивный костюм, и смеётся. — Очень удобный, — отвечает он, слегка качая головой, — И привлекает внимание, — добавляет, игриво подмигивая. За последние два или три года Джисон понемногу утратил пристрастие к броскому стилю, всё больше и больше склоняясь к повседневному комфорту. Тем не менее, он отчасти не изменяет себе, так что в последнее время частенько одевается в яркие спортивные костюмы — это стало для него чем-то в стиле униформы, как сказал Чанбин. Угасанию его интереса к моде поспособствовал и тот факт, что теперь он сутками торчит либо в студии, либо дома. У него нет особых поводов наряжаться. В последний раз, когда они виделись с Минхо, Джисон попытался немного привести себя в порядок — надел свои лучшие ботинки, с лучшими джинсами и лучшим бомбером — но сегодня у него даже не было времени подумать, что надеть. Он едва успел хоть как-то пригладить свои непослушные волосы (кажется, скоро пора стричься) с помощью воска и геля. Он замечает, что Минхо одет практически так же, за исключением того, что его костюм тускло-серого цвета. "Немного раздражает" — думает Джисон, потому что даже в этом Минхо выглядит потрясающе. Спортивная одежда всегда была для него будто второй кожей. Джисон заглядывает в зал крайне редко. Будучи действующим айдолом, он ходил туда, чтобы набрать мышечную массу, обрести эстетичную форму тела, которая нравилась бы фанатам — что, в свою очередь, подпитывало его эго и повышало самооценку. Теперь такой мотивации нет, так что он благодарит небеса за свой быстрый метаболизм, который позволяет ему оставаться худым даже несмотря на сидячий образ жизни. Чан и Чанбин, однако, всё ещё не изменяют себе и практически живут в зале, поэтому время от времени, когда Джисону нужен хороший выброс эндорфина, он составляет им компанию. У Минхо острый глаз — или он просто настолько хорошо знает Джисона — потому что сразу замечает, что тот слишком быстро выдыхается и не может выжимать штангу как в свои двадцать. — Твоя выносливость стала ещё хуже, — игриво комментирует он. — Ну, я не молодею вообще-то! — огрызается Джисон в ответ. Минхо смеётся. — Помнишь, как ты страдал на тренировках нижней части тела? — продолжает издеваться он. Джисон фыркает. Минхо прав. Когда близился день ног, у него уже заранее была заготовлена пара-тройка отмазок. Он невольно вздрагивает, вспоминая обо всех тренировках с Минхо: тот никогда не упускал шанса заставить его делать упражнения на ноги, из-за чего тренировки с Чанбином ощущались на этом фоне как отдых. Однако даже тогда Джисону больше нравилось заниматься именно с ним — если честно, пункт "проводить время с Минхо" входил в топ-3 его любимых занятий, когда ему было двадцать с небольшим. — Ой, иди нахер, в тебе тогда проснулся садистский талант! — беззлобно обвиняет его Джисон. Выражение лица Минхо смягчается. — Так вот, значит, что ты обо мне думал? — его нижняя губа обиженно выпячивается, что кажется почти нелепым, учитывая его возраст. — Что? — Джисон на мгновение теряется, задаваясь вопросом, не перешёл ли он черту своим ответом, но затем замечает, как уголки губ Минхо ползут вверх, и фыркает. — Вот видишь! Чёртов садист! — бормочет он, и Минхо заливается смехом. — Эй! — цокает тот языком, — Я вообще-то просто тебе помогал! Ты постоянно пропускал день ног! Нужно было сбалансировать нагрузку, чтобы получить максимум пользы для здоровья. — Пользы? — стонет Джисон, — Слушай, я просто хотел выглядеть горячо. Минхо смеётся. — Ты выглядел горячо не из-за мышц, но да, наверное, они тоже поспособствовали. Он говорит это так просто, будто констатирует факт, и Джисон краснеет. Минхо и правда иногда выдаёт всё, что у него на уме, даже не задумываясь. Это тоже не изменилось с течением лет. — Боже, — качает Джисон головой и пытается как ни в чём не бывало продолжить разговор, — А помнишь, когда мы были в туре? — Джисон, мы были в туре хрен знает сколько раз, — отмечает Минхо, — Но... ты про Maniac Tour в Сиднее, да? Джисон уже не удивляется тому, что Минхо понял, о чём он. Их ментальная связь, кажется, до сих пор функционирует. — Да, — кивает он, — Ты тогда меня так жестко... Минхо заливается смехом, прежде чем Джисон успевает закончить. До него доходит, как могли прозвучать его слова со стороны, и щёки снова вспыхивают румянцем. В его возрасте стыдно краснеть настолько часто, ну честное слово. — Я просто мало тренируюсь в последнее время, — неуверенно продолжает Джисон. — Я уже понял, — дразняще отвечает Минхо. — Так что будь со мной понежнее, — вздыхая, говорит Джисон. Даже если Минхо подумал о том же, о чём и он... когда они наедине, они могут шутить с любым контекстом. — Я даже ничего не сделал! За исключением того, что делает прямо сейчас — растягивается так, что Джисон не может отвести от него глаз, практически забывая о пятикилограммовых гантелях, которые он, по идее, должен сейчас тягать. Часы пролетают быстро, будто за считанные минуты. Минхо периодически дразнит Джисона, а затем наоборот. Это ощущается естественно и очень знакомо. — Поужинаем? — спрашивает Минхо, когда они заканчивают тренировку. Джисон выглядит измученным и чувствует себя не лучше, как и его торчащие в разные стороны волосы на пару с ноющими суставами. — Может, в душ сначала? — раздражённо ворчит он, вытирая пот со лба. Минхо смеётся. Он выглядит раздражающе непомятым, пот будто лишь придаёт его коже блеск, а не липнет противной влагой. — Ну, в смысле, да, — кивает он, — Разумеется. Просто спрашиваю, не хочешь ли поужинать после того, как отсюда выйдем. — А, — улыбается Джисон, — Да, конечно. Почему-то он думал, что это подразумевалось само собой; что даже если Минхо позвал его конкретно в зал, остаток дня они тоже должны были провести вместе. Или, может, он на это надеялся. В любом случае, он чувствует себя идиотом из-за того, что подумал, будто Минхо предлагает поесть прямо сейчас. Улыбка Минхо становится шире. Он будто испытывает облегчение, услышав от Джисона положительный ответ, и в этот момент Джисон понимает, что, наверное Минхо чувствует себя так же, как и он сам: прощупывает их новую динамику, пытаясь понять, чем она отличается от предыдущей, и где сейчас находятся их границы. Минхо рассказывает о ближайшем барбекю-ресторане, в который давно хотел сходить, и Джисон тут же соглашается. С каждой минутой их нахождение рядом с друг другом всё больше похоже на то, что было в юности, и Джисон не может этому не радоваться. Если честно, ему очень не хватало такой простоты в общении — у них с Минхо никогда не было друг от друга никаких ожиданий помимо того, что они просто побудут вместе. Когда Минхо тянется к щипцам для мяса, Джисон не сдерживается от комментария: — Прямо как в старые добрые времена, хён. Минхо смеётся. — Да-да. Так что не забудь проиграть в камень-ножницы-бумагу, когда будем расплачиваться. — Эй! Минхо подмигивает, и Джисон притворно морщится, передёргивая плечами, но что-то внутри него беспокойно переворачивается. Конечно же, Джисон проигрывает. Не то чтобы он специально пытался — но у вселенной всегда было странное чувство юмора, когда дело касалось их двоих.