Камелот

      Она согласилась.       Они провели несколько вечеров, оттирая туалеты, и Рюджин была уверена, что успела закатить глаза больше сотни раз. Йеджи не могла заткнуться. Нет, даже не так, – она не могла перестать вставлять идиотские пошлые шутки не реже, чем раз в пять минут. Шин думала, что попала на очень странный стенд-ап, а не в наряд вне очереди.       Кафельный пол уже блестел, когда Йеджи внезапно прижала её к стене, поставив руки по обе стороны от головы, и провела носом по шее.       – Какого хера ты делаешь?       – У тебя такое красивое лицо, – рассмеялась Хван, наклоняясь ниже. – Ты слышала об одном интересном факте?       – Каком факте?       – Говорят, что человек убирается так же, как занимается сексом. Судя по этому вечеру, я отлично вылизываю.       – Блять… – Рюджин оттолкнула её. – Ты можешь думать о чём-то кроме секса?       – Когда ты рядом? Нет.       – Из всех кадетов мне досталась самая озабоченная, – покачала головой Шин.       – И ты всё ещё не воспользовалась этим. Мне казалось, ты умнее.       – Да, поэтому и не собираюсь спать с тобой.       – Лишаешься очень хорошего опыта.       Рюджин покачала головой, отвлекаясь на очистку раковин.       – Не думаю, что ты настолько хороша.       – Пока никто не жаловался.       – Хочешь совет, Хван? Если хочешь переспать с кем-то не говори, сколько людей у тебя было до. Это отталкивает.       – Мне казалось, это работает как резюме. Разве не лучше заниматься сексом с тем, кто точно доставит тебе удовольствие?       – Лучше не заниматься сексом с тобой.       Йеджи усмехнулась, прислоняясь спиной к кафельной стене. В зеркало Рюджин видела, как оценивающий взгляд прошёлся по её телу, останавливаясь в районе шеи, и знакомая ухмылка появилась на пухлых губах. Пальцы поднялись к воротнику рубашки, расстёгивая до третьей пуговицы, и отодвинули воротник, чтобы обнажить татуировку.       – Разве ты не влюблена или типа того? – Спросила Рюджин. – Что бы подумала та девушка, если увидела, что ты пялишься на меня вот так.       – Иногда я задаюсь вопросом, умеет ли она вообще думать. Я флиртую с ней последние пару лет, но она до сих пор не поняла этого.       – Может, тебе стоит просто подойти и сказать прямо?       – Я так делала.       – И?       – Она не поняла, – нежный смешок Йеджи заставил мурашки пробежать по коже. – Моя милая девочка… уверена во всём, кроме моих чувств. Не знаю, что сделать, чтобы доказать ей, что не хочу никого, кроме нее.       – Для начала перестань предлагать мне заняться с тобой сексом.       – О, нет, котёнок, не уверена, что смогу.       Она попыталась податься вперёд, но Рюджин умело увернулась, останавливаясь прямо за её спиной.       – Всё ещё «нет», Хван.       – Ты передумаешь, – она улыбнулась так, что дыхание перехватило. – Только дай мне чуть больше времени.

***

      Рюджин ожидала, что это произойдёт, но надеялась, что не настолько скоро. Она сидела в комнате Йеджи, изучая конспекты по химии, когда в дверь постучали, и на пороге возникло три фигуры в офицерской форме с планшетами в руках. Джихё шла позади них, красная то ли от стыда, то ли от злости. Шин перевела взгляд на Хван, но та лишь усмехнулась и поднялась со стула.       – Капралы, – она слегка поклонилась. – Какие-то проблемы?       – Почему одеты не по форме? – Самый старший из них указал на висящие на стуле пиджак и рубашку.       – Потому что сейчас свободное время, и я умею право ходить даже голой.       – Вы перед теми, кто выше по званию.       – А вы в моей комнате, – пожала плечами Йеджи. – Согласно Кодексу, кадет имеет право находиться в своей комнате в том виде, в котором пожелает, потому что это считается его личным пространством, – взгляд скользнул по Рюджин. – И с тем, с кем пожелает, если это не учебное время. Занятия закончились час назад, и кадет Шин может здесь находиться.       – Мы уполномочены провести у вас обыск.       – И у вас есть документ, заверенный подписью генерала?       Два капрала помладше переглянулись, явно не ожидая таких ответов. Старший поморщился, но вытащил из планшета бумажку с печатью в правом нижнем углу. Проверив её, Йеджи удовлетворённо улыбнулась.       – Тогда прошу. Рюджин, встань, чтобы капралы могли проверить кровать.       Пока младшие, сбросив постельное бельё на пол, шарили под матрасом и в проёме между стеной и корпусом, старший проводил подробную опись. Он записывал всё: от названий книг до наименований брендов одежды в шкафу и тщательно шарил по каждому карману, выискивая лишь ему известные подсказки. Йеджи наблюдала с ухмылкой. Её явно забавляла эта сцена.       – Откройте тумбочку возле кровати.       На секунду Рюджин всерьёз испугалась, что Джихё упадёт в обморок, – настолько красным стало её лицо. Мужчины нерешительно остановились, разглядывая содержимое полок. Небольшие баночки со смазкой с разными вкусами стояли в два ряда. Рядом стопочкой лежали презервативы. Анальные пробки, – Шин надеялась, что это они, потому что мозг подсказывал варианты хуже, – устроились по соседству с парой розовых страпонов странной формы и фаллоимитатором, который выглядел так, словно им можно забить человека. Самую верхнюю полку занимали плётки, – три или четыре штуки, – и металлические наручники. Старший капрал прокашлялся, явно не зная, как занести это в протокол.       – Разрешено Кодексом, – пожала плечами Йеджи, не меняя выражения лица. – Если вас беспокоит отсутствие туалетных принадлежностей, то они где-то за пакетом с зажимами для сосков. Будете доставать?       – Вы что, организовали здесь БДСМ-притон?!       – Притон подразумевает оказание интимных услуг за деньги, сэр, а мне никто не платит.       – Два наряда вне очереди!       Рюджин почти почувствовала его слюни на своём лице, но Йеджи оставалась такой же спокойной.       – Опять же, согласно Кодексу, наряд вне очереди может быть выписан только из-за какого-либо проступка, то есть нарушения правил. Я ничего не нарушила. Нигде не сказано, что совершеннолетний кадет не может хранить в собственной тумбочке в личной комнате устройства для секса.       – Да, но кадетам-парням и кадетам-девушкам запрещено вступать в сексуальные отношения.       – Я в отношениях не с парнем, сэр, – пожала плечами Йеджи. – Кодексом не запрещено кадету-девушке иметь отношения с другим кадетом-девушкой.       – Она права, сэр, – сказала Джихё.       – И, если я спрошу эту девушку о вашей связи…       – Она ответит. Да, Рюджин?       Шин захотелось разбить себе голову тем вибратором, настолько стыдной стала ситуация. Все в комнате внезапно уставились на неё как на самое интересное зрелище в истории, и жар стремительно поднялся от живота, чтобы растечься по щекам словно раскалённый металл. Йеджи положила руку на её плечо, слегка сжимая.       – Д-да, сэр, – кивнула она. – Мы с кадетом Хван, эм…       – В отношениях, – закончила Йеджи. – Сексуальных в том числе.       – И вы подтверждаете, что использовали…       Джихё снова решила вмешаться.       – При всём уважении, капрал, но это определённо личное дело кадетов, о котором не стоит спрашивать.       – Я сам решу, о чём спрашивать, а о чём – нет. Возвращайтесь к обыску. Проверьте книги.

***

      Закончив с обыском в комнате Йеджи, они исследовали комнату Рюджин и ушли, так и не найдя ничего ценного. Юна и Джису были удивлены, но промолчали, и Шин мысленно пообещала себе, что купит им что-нибудь милое в знак извинений за все причинённые неудобства. И разобьёт Хван нос.       Когда они вернулись в комнату, Йеджи засмеялась.       – Вот ведь идиоты, – выдала она, устраиваясь на кровати.       – Ты действительно хранишь у себя в тумбочке всё это дерьмо?       – Нет, конечно. Я знала, что у меня будет обыск и решила повеселиться. Наблюдать за их лицами было так забавно.       – Я думала, что умру от смущения, Йеджи!       – Во-первых, ты не умерла. Во-вторых, мы обе уже большие девочки, Рюджин, мы знаем, что такое секс, и что у некоторых людей есть в нём особые потребности. Например, плётки или страпоны. В этом нет ничего странного.       – Откуда ты вообще взяла эти штуки? – Рюджин опустилась на стул.       Йеджи приподнялась на локтях, нагло разглядывая её.       – У Джексона, очевидно. Не скажу, что он был удивлён.       – Уверена, это не первый твой заказ.       – И не последний. То, что я заказала эти штуки только пару дней назад, не значит, что мне не нравится ими пользоваться, котёнок. Особенно наручниками. Следы, которые они оставляют, так красиво смотрятся на коже. Эти розовые линии с красными точками…       – Заткнись, Хван.       – Уже и помечтать нельзя в собственной комнате.       – Ты избавишься от них? – Она кивнула в сторону тумбочки.       – Нет. Я же сказала, – мне нравятся такие игры. У меня уже был такой набор, но год назад пришлось от него избавиться. До сих пор жалею.       – Ты грёбаная извращенка, – прошипела Рюджин.       – А теперь расскажи о моих минусах, дорогая.       Шин наблюдала, как Йеджи встала с кровати и подошла к зеркалу у двери. Длинные пальцы вползли в волосы, собирая их в высокий хвост, и она неожиданно поймала себя на мысли, что с удовольствием запоминает каждое их движение. То, как они поглаживали локоны и ловко затягивали резинку, как поправляли воротник рубашки и застёгивали пуговицы на рукавах. Это было привлекательно. Даже возбуждающе.       – Теперь, когда руководство знает об этом, за ними будут наблюдать ещё пристальнее, чем раньше. Придётся играть в два раза лучше.       – Ты намекаешь, что начнёшь лапать меня не только в туалете?       – Да, – Йеджи довольно улыбнулась. – Хотя, скорее всего, туалет станет единственным местом, где я не буду пытаться тебя потрогать.       – Зачем я на это согласилась?       – Если ты скажешь «нет», я ничего не буду делать, Рюджин. Уверена, просто иногда держаться за руки тоже будет достаточно.       – Нет, всё в порядке, – отмахнулась Рюджин. – Чем быстрее эти ублюдки поверят, что мы вместе, тем быстрее это закончится. Плевать, что для этого нужно.       – Как скажешь, – улыбка Йеджи стала шире.       «Я в полном дерьме», – подумала Шин, наконец отводя взгляд в сторону.