Stargasm

Проходит какое-то время. Возможно, около двух недель. Лос-Анджелес продолжает жить и процветать, как всегда. После отъезда Картмана Кайл остается в городе от силы на пару-тройку дней, и тут же возвращается обратно в Южный Парк. Он считает, что делать ему тут нечего. Особенно без знакомого лица рядом. В этом промежутке рыжий предпринимает попытки поиска нового дома, однако бросает сие дело и оставляет все, как есть. Разве что оставляет контакты гитариста у пары риелторов, чьи варианты были еще ничего. Но он до сих пор не понимает, зачем он это делает. Зачем Кайл помогает искать дом на два размера меньше чертову жиртресту? Его это едва касается, потому что ситуация адвокату кажется донельзя абсурдной. Тем более многие просят внести первоначальный взнос, а суммы выдвигают внушительные. Свои кровно заработанные деньги Кайл не хочет отдавать, они предназначены на лечение Айка… Эрик в Нэшвилле проживает чисто рутинную схему «дом-работа». В обоих местах он не теряет время даром и сочиняет песни для сольного альбома, а в звукозаписывающей студии аж несколько раз сажает голос из-за сильного напряжения связок. Порой он засиживается чуть ли не до глубокой ночи, засыпая даже на жестком кожаном диване студии или вовсе игнорируя потребность во сне. На утро он ощущает себя разбитым и рассеянным из-за подобных условий. Спасают лишь сильно стимулирующие вещества и напитки. Когда же удается освободиться пораньше, шатен набирает в первую очередь Кайла по видеосвязи. Но Брофловски не берет трубку, что у гитариста каждый раз предательски щемит в груди. Почему Кайл игнорирует его? Почему? Можно, конечно, дозвониться по обычной связи, но Эрик жаждет не только услышать любимого, но и увидеть его лицо хотя бы через камеру смартфона. И спустя почти неделю командировки Картман наконец дозванивается до рыжего и удивляется тому, что последний находится в Южном Парке. — Привет, я думал, ты остался в ЛА, — приветствует Картман. Однако его голос звучит немного грустно. — Почему ты в Южном Парке? — Привет, извини, родителям понадобилась срочная помощь, и мне нужно было уехать, — отвечает Кайл, притупив взгляд куда-то вниз. — Разве Вы снова общаетесь? Ну ты понимаешь, о чем я, — интересуется музыкант, рассматривая лицо еврея. Этот поступок кажется немного странным, учитывая в каких сейчас отношениях чета Брофловски и их сын. — Это... касалось Айка. Ему нужна была помощь, — Кайл дает понять, что это связано с его братом. Родители знают, что старший любит Айка и никогда не оставит того в беде. Поэтому и не запрещали контактировать с младшим, несмотря, что Кайл был виновником того ужасного происшествия. — Как Айк поживает? И как ты? — спрашивает Картман. — У Айка пока все также. Видимых улучшений нет, но и критического состояния тоже, к счастью. Лично я нормально, вернулся на работу. Опять рутина. — Небольшая пауза. — Да, это... я нашел кое-какое жилье перед отъездом. Дом расположен недалеко от океана, почти на прибрежье. Я оставил им твои контакты для связи, больше пока ничего не делал. — О, это же здорово! Надо будет вместе вернуться и посмотреть его! — новость про дом заставляет Картмана воодушевиться. В голове обрисовывается идиллическая картина, как парни уже там живут и наслаждаются обществом друг друга. — Хм, звучит неплохо, — Брофловски заставляет себя хоть слабо, но улыбнуться для вида. Он впервые за их разговор смотрит прямо на собеседника своими красивыми изумрудными глазами. У Картмана начинает бешено стучать сердце при их виде. — Черт, я так по тебе скуча-аю, ты бы знал... — Картман выговаривает эти слова медленно и нерасторопно, но в то же время прослеживаются мечтательные нотки. — Ты носишь мой подарок? — Подарок? А, ты про кольцо? — сначала Кайл супится и тупит, потом показывает свою левую руку, на которой было надето данное украшение. Адвокат даже успел позабыть о существовании этого кольца. — Вот оно. — Отлично. Я рад, что ты его носишь, — тепло улыбается Картман. На данный момент шатен чувствует себя самым счастливым человеком на всей земле. Когда же срок их отношений будет больше, он обязательно сделает каминг-аут, чтобы все его фанатки потеряли всякую надежду на переспать с ним. На остальное откровенно наплевать. Эрик тоже демонстрирует в ответ свое кольцо, которое он ни при каких обстоятельствах не снимет. — Тебе оно очень идет. Правда, — комплимент был вправду искренним, но Кайлу уже пора заканчивать разговор. — Кхм, прости, скоро ко мне последний на сегодня клиент придет, мне нужно работать. — Так поздно? — удивляется Картман, вздымая брови вверх. — Не думаю, что ты один можешь работаешь допоздна, так что… до связи. — До связи. Люблю тебя, Кайл. Но рыжий ничего не говорит и тут же прекращает звонок. Картману стало как-то не по себе, что тот не сказал взаимное «я люблю тебя тоже, Эрик» или что-то в этом духе. Возможно, он действительно спешил на встречу с клиентом, поэтому гитарист лишь пожимает плечами и кладет телефон в карман джинс. Брофловски томно выдыхает и пялится на кольцо. Оно красивое, ничего не сказать. Но бесполезное по своему исходному значению. Кайл все больше понимает, что он ничего не испытывает по отношению к Картману… Даже не осталось той ненависти, какая была в детстве, из-за дразнилок и оскорблений. Полное безразличие. Еврей снимает перстень с небольшим трудом, словно совесть не позволяет расстаться с этой вещью. На деле палец просто отек, потому что вспотели руки от нервов. После снятия Кайл убирает украшение куда-то в стол. «Черт. Зачем я все это затеял? Лучше бы сразу сказал, что ничего не выйдет…» — думает про себя адвокат, схватившись за кудрявую голову. Он вновь чувствует себя виноватым, что подставляет кого-то, как это было с его братом…