Ты один можешь заставить меня умолять [You're The Only One Who Can Make Me Pray]

      Чтобы не быть замеченным ни одним из череды сотен игроков, Эндрю не пошел пешком обратно в свой отель вместе с Нилом после того, как высадил Кевина в претенциозном отеле, в котором Вороны «свили» временное гнездо. Он оставил нападающего с четкими инструкциями держаться рядом с Моро и позвонить, если что-то случится, и теперь намеренно не шел быстрее, чем обычно, обратно в отель Лисов. Где его уже ждал Нил.              Последние несколько месяцев перемешали всю его жизнь, с любезного дозволения одного рыжего с развязным языком. Дрожь пробежала по спине Эндрю, когда его память услужливо предоставила образы, увиденные ранее: парень, стоящий на коленях перед ним, его темно-рыжие волосы красиво растрепаны, зрачки расширены, а во рту — член Эндрю, достающий до горла.              Лучше бы Кевину даже и не думать наткнуться на какие-то неприятности сегодня.              Эндрю проигнорировал Лисов, сидевших в дерьмовом баре отеля, и вернулся в комнату, которую разделял с Кевином. Он нашел Нила сидящим на кровати, скрестив ноги, все еще в элитной британской рубашке, которая больше не была заправлена в брюки. Его пиджак небрежно брошен на спинку стула. Этот идиот собирал обратно детектор дыма, который все еще был прикреплен к потолку, когда Эндрю уходил с Кевином, и теперь смотрел на него с гребаной улыбкой, которую Эндрю не мог вынести.              — Привет, — сказал нападающий и слез с кровати. Эндрю снимал обувь, чтобы дать себе немного времени.              — Да или нет? — Нил стоял перед ним в нескольких дюймах от прикосновения.              Эндрю отчаянно ненавидел его.              — Да.              Нил поцеловал его, засунув руки в карманы брюк. Ебать, как сильно он его ненавидел. И этот ебаный мейк с подводкой, для протокола.              — Бедра и выше, — пробормотал Эндрю во время поцелуя и прикусил его нижнюю губу в наказание, когда тот издал вздох облегчения.              Все еще казалось неестественным, как его тело не напрягалось, когда Нил прикасался к нему, как хорошо было ощущать, как руки Нила блуждают по его груди, плечам и волосам. Его тело привыкало быстрее, чем его мозг, и он все равно каждый раз удивлялся отсутствию негативной реакции. Он притянул Нила ближе, пока тот не прислонился к нему.              Нил слегка сжал его волосы. Это и близко не напоминало сильную хватку с намерением потянуть, и Эндрю не мог не подчиниться и склонил голову набок. Этот мудак оставил дорожку жарких поцелуев от подбородка к шее.              — Я хочу, чтобы ты трахнул меня, — пробормотал Нил, его горячее дыхание коснулось влажной кожи. Дыхание Эндрю сбилось, оргазм, полученный всего три часа назад лишь немного смягчил ощущение Эндрю, в котором он был на грани.              Нил перестал истязать его шею, чтобы посмотреть на него, и на его лице появилась почти застенчивая улыбка.              Когда они начали свой путь к сексу, Эндрю обнаружил, что он был первым у Нила, буквально во всем. Потребовалось несколько сеансов с Би, прежде чем мысль о том, чтобы познакомить Нила со всеми этими вещами, перестала ужасать его до бездействия и апатии. И Нил, и Би проделали хорошую работу, чтобы его успокоить. Оставалось еще много вещей, которые они не попробовали, в основном потому, что Эндрю не был к этому готов, но летом они активно пользовались преимуществом пустующего дома в Колумбии.              Нил относился к их сексуальной жизни также, как он относился к остальным вещам — абсолютно ни в чем не извиняясь и по-деловому. Он в точности следовал инструкциям и границам Эндрю и задавал дохуя вопросов. Он озвучивал свои желания и потребности так же ясно, как и свои границы, и сводил Эндрю с ума той непоколебимой прямотой, с которой описывал самые развратные вещи. Роланд тоже не стеснялся того, чего хотел, но обсуждение сексуальных практик в таких деталях все еще казалось большинству людей смущающим. Только не Нилу, этот мудак даже не краснел.              Поэтому почти застенчивая улыбка была действительно большой редкостью. Эндрю выгнул бровь.              — Я… — начал Нил, — я уже подготовился. На случай, если это «да» и для тебя. Не хотелось ждать дольше, чем нужно.              Этот парень собирался стать его погибелью.              — Ты уже подготовил себя к тому, что я тебя трахну, — повторил Эндрю. Может быть, он ослышался.              Нил покраснел.              Блядь. Сука нахуй, блядь.              — Да. Я не мог перестать думать о твоем члене в моей заднице весь вечер, и тебе потребовалось так много времени, чтобы отвезти Кевина.              Разумеется. Полный порядок. Класс. Вот это красавчик. Если бы кто-нибудь сделал МРТ мозга Эндрю прямо сейчас, там, вероятно, не было бы ничего, кроме белого шума, прерываемого лишь некоторыми искрами короткого замыкания. Он просто уставился на Нила, который к тому времени прикусил нижнюю губу (да что за нахуй), все еще с намеком на застенчивую, блядь, улыбку на его красивом лице. Эндрю почувствовал, как эрекция парня упирается в его ногу.              Ему потребовалось несколько тщательных вдохов, прежде чем он достаточно доверился своему голосу, чтобы ответить:              — Постель.              Лицо Нила просияло, и он практически вскарабкался на кровать. В другой день Эндрю бы прокомментировал его нетерпение, но сейчас он был слишком занят, борясь в попытке вернуть контроль. Он хотел (и уже одно это понятие идет нахуй) трахнуть Нила, очень сильно хотел. Но помимо того, что Нил озвучил свое «да», ему также нужно было проверить себя.              Нил убрал детектор дыма и сидел на кровати, ожидая, пока Эндрю примет решение с этим гребаным выражением лица, кричащим о доверии, терпении и принятии, каким бы ни было решение Эндрю. Если Эндрю скажет ему прямо сейчас, что они ничего не собираются делать, он примет это без возражений, и Эндрю ненавидит его за это, так безнадежно ненавидит. Он отвернулся и пошел в ванную, не в силах ясно мыслить, пока эти ледяные голубые глаза так пристально смотрели на него.              Вдали от нападающего Эндрю мысленно пробежался по списку, составленному вместе с Би.              Ни один из них не был пьян или еще под какими-либо веществами. Нил был немного подвыпившим, румянец оттенял его щеки, а улыбка была менее натянутая, но все еще неестественная, однако к настоящему моменту он вновь был почти трезв. Сам Эндрю на банкетах не пил.              С прикосновениями сейчас тоже был порядок. Может быть, не по всему телу, особенно без одежды, но от общей идеи его не передергивало. Нил прекрасно уважал эти границы, он не только принимал каждое «нет», которое Эндрю когда-либо говорил ему, он также спрашивал явное «да» вместо того, чтобы строить предположения.              Они были в безопасном месте. Кевин отдал свою ключ-карту Нилу, и никто из Лисов не стал бы их беспокоить — то ли потому, что им было наплевать на то, чем занимается Эндрю, то ли потому, что они безошибочно об этом догадывались.              Последний пункт в списке оказался самым сложным:              Эндрю был научен неправильным путем, что только потому, что его тело отвечает кому-то или чему-то, это не значит, что он действительно хочет этого, что бы не происходило. Большую часть времени реакции его тела больше не вызывали у него отвращения, успешно усвоенный урок под названием «Эрекция — это не согласие» был гордым результатом многолетней терапии. Это относилось не только к его партнеру, ему также нужно было ответить на этот вопрос самому себе, чтобы дать Нилу истинное «да».              Для этого ему нужно было признаться себе, что он чего-то хочет. Чего-то сексуального. Иногда он ловил себя на мысли, что хочет хотеть, но просто не способен на это. А иногда он просто не мог ничего хотеть.              Сегодня он хотел.              Освободившись от мыслей и быстро умывшись, Эндрю вернулся в спальню. Нил подтянул ноги на кровати и играл с одной из бархатных наволочек. Он широко улыбнулся Эндрю и поднял подушку.              — Лисья лапа, — излишне объяснил Ворон и указал на рисунок, выведенный им на гладкой фактуре.              — Ненавижу тебя, — заявил Эндрю и снял сначала пиджак, а затем, после нескольких секунд тихого самоанализа, повязки. — Я хочу трахнуть тебя. Да или нет?              Подушка упала на пол с приглушенным звуком, отпечатком «лапы» вверх.              — Да, Эндрю, ебать, да.              Эндрю сбросил рубашку и сел сверху на бедра Нила на кровати. Его идиот посмотрел на него с этим гребаным выражением лица, пока пальцами хватался за простыни.              — Бедра и выше, — Эндрю подтвердил указания, данные ранее, и подавил дрожь, когда кончики пальцев зависли над его обнаженной кожей.              — Поцелуешь меня? — спросил Нил, и кем был Эндрю, чтобы отказывать ему? Он прижал Нила к матрасу, обхватив обеими руками его лицо, вид которого приводил в ярость, и целовал его, пока нападающий не начал задыхаться.              Эндрю переместился в сторону и провел рукой по телу Нила. Прежде чем он успел спросить еще раз, Нил пробормотал:              — Да.              Выразив свое недовольство ответом нападающего на еще не заданный вопрос посредством укуса его за губу, Эндрю скользнул рукой в штаны другого парня. Стон Нила, когда он обхватил рукой его член, был развратным, более развратным, чем он ожидал, звуки такой интенсивности обычно требовали большего усердия — не то чтобы Нил когда-либо сдерживался. У Эндрю тоже был в этом некоторый прогресс — один вздох и стон за раз, но даже без всех причин, которые заставляли его быть как можно тише, он, вероятно, даже близко не был бы к тому, насколько громким был Нил.              — Блядь, — Нил тяжело дышал и приподнимал бедра. Кровь Эндрю устремилась вниз, когда он вытянул из Нила новые звуки. Он то потирал большим пальцем влажную головку, то двигал рукой по члену.              Нилу удалось расстегнуть ширинку дрожащими пальцами, но на нем все еще были нелепо узкие брюки от костюма и боксеры, так что дрочка была не из лучших. Не то чтобы по виду Нила его это волновало, что было вполне справедливо, учитывая, что это не он был тем, кто не так давно получил очень приличный минет. И не стоит забывать ту херню с «Я себя подготовил».              — Эндрю… я… блядь, мне нужно… Эндрю… я хочу… ебаныйтынахуй.              — Используй слова, чего ты хочешь?              Нападающий открыл глаза, чтобы посмотреть на Эндрю, но жар в его взгляде не имел желаемого эффекта при звуке следующего стона.              — Эндрю, — Нил заскулил, блядский ад. — Я хочу, чтобы ты… блядь… мне нужно, чтобы ты трахнул.              Эндрю терпеливо ждал, используя предэякулят в качестве смазки, дразня головку члена и извлекая из Нила новые звуки. Нил зарылся рукой в волосы Эндрю, без намерения тянуть, а просто приходя в себя.              — Мне нужно, чтобы ты… черт, выеби меня, — настаивал он.              Эндрю убрал руку и вытер большой палец о брюки Нила, заработав себе еще немного нытья.              — Смазка и презервативы на тумбочке. Снимай штаны.              Нил поднялся и почти лихорадочно схватил несколько пакетиков со смазкой, швырнув половину стопки на пол, а другую половину и презервативы прижал к груди Эндрю, прежде чем стянуть рубашку. Эндрю втянул его в еще один резкий поцелуй в отместку, Нилу было так комфортно видеть его грудь, хоть и все еще относительно в новинку, и он только сказал ему снять штаны, черт возьми. Нил приоткрыл рот, чтобы углубить поцелуй, пока вырывался из штанов.              Эндрю обильно смазал пальцы лубрикантом и водил ими вокруг входа Нила.              — Эндрю, да, ебать, выеби меня.              Два пальца вошли внутрь без всякого сопротивления, и Эндрю сосредоточился на поиске простаты Нила, вместо того чтобы думать о предварительных мерах, принятых Нилом. Картинка перед глазами с Нилом, сидящим на этой кровати и растягивающим себя пальцами в ожидании его, должна была войти в топ 10 лучших сценариев для мастурбации, но если он хотел продержаться дольше минуты, он не мог сейчас слишком на этом сосредотачиваться.              Нил наполовину выгнулся над матрасом, когда Эндрю сжал пальцы, поток «да», «блядь» и «Эндрю» переплетался в месиво слов и звуков.              — Больше, — потребовал рыжеволосый. Его руки шарили по шелковистым простыням, отчаянно желая ухватиться за что-то, но не в силах оставаться на месте достаточно долго, чтобы найти за что. Эндрю наклонился вперед и коснулся языком одного из сосков Нила.              — Блядьйа…. Эндрю, — выдохнул Нил, и Эндрю распрямил пальцы.              — Да?              — Я… Черт, я близко, — дрожь пробежала по телу Нила, и он подогнул пальцы ног, тяжело дыша. — Не хочу кончать пока что. Хочу кончить на твоем члене. Хочу, чтобы ты трахал меня, пока я кончаю. Хочу тебя внутри, пока я кончаю.              Эндрю тяжело выдохнул. Этот рот однажды убьет его. Он прижался поцелуем к груди другого парня и снова начал играть с его соском. Та ночь, когда Нил обнаружил, насколько он чувствителен, была полна веселья для Эндрю.              Когда Нил начал двигать бедрами на встречу пальцам Эндрю, он предостерегающе прикусил губу.              — Прекрати движения, Джостен.              Нил заскулил, и его член дернулся под Эндрю, но подчинился.              — Тогда трахни меня?              Эндрю не любил повторяться, поэтому не ответил. Вместо этого он развел пальцы на манер ножниц, чтобы проверить, насколько хорошо был растянут Нил (очень), а затем вставил третий.              — Блядь, блядь нахуй, — простонал Нил и схватился за простыни. Эндрю снова выпрямился, медленно растягивая Нила все больше и больше, слегка касаясь его простаты каждые несколько движений.              — Близко, — вскрикнул Нил через несколько минут, когда его бормотание становилось все более и более неразборчивым. Эндрю снова убрал пальцы, уже удовлетворенный подготовкой.              Нил издал громкий стон, сжимаясь вокруг ничего.              — Нахуй тебя, — пробормотал он через несколько секунд, хватая ртом воздух.              Эндрю поднял бровь и провел большим пальцем по члену Нила, размазывая немного предэякулята по головке. Нил зашипел, поднимая бедра.              — Эндрю, — его тон становился все более отчаянным с каждой минутой, а самообладание Эндрю шатким, и то, как его член пульсировал в штанах, также не помогало ему ясно мыслить.              — Сможешь заставить меня кончить дважды? Сможешь продолжить трахать меня через первый оргазм и довести до второго? — голос Нила был таким хриплым, что Эндрю понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что только что спросил этот идиот, только для того, чтобы в его мозгу снова произошло короткое замыкание. Он перевел взгляд с члена перед собой (он абсолютно не пялился на то, как он дергается) на лицо Нила и был сражен одной из тех экспрессий, с которыми он, блядь, не мог справиться.              Нил был осмотрительным, Нил владел собой. Даже когда Нил немного отпускал контроль, когда он набрасывался на мудака-репортера или какого-то идиота-игрока, выдавшего херню Моро, он никогда в действительности не терял контроля над собой. Это читалось в его теле, в напряжении и в каждом преднамеренном действии, это читалось в его глазах, беглом взгляде вокруг, в оценке ущерба, причиненного его словами (или, реже, его кулаками). Он всегда был готов к возмездию и ответному удару. Он по-прежнему знал каждый выход из комнаты, как только входил в нее, и положение каждого человека в ней.              Сейчас он был совершенно беззащитен. Ярко-голубые глаза пристально смотрели на Эндрю, пиздецки терпеливо ожидая ответа на свою просьбу. Эндрю наклонился вперед, убирая влажные рыжие волосы назад большим пальцем.              — Гиперстимуляция.              Иметь Нила в своем доме в Колумбии, когда рядом никого не было, означало многократные оргазмы в хорошие дни, но всегда с надлежащим перерывом на восстановление перед вторым раундом. Нилу требовалось на это меньше времени, чем Эндрю, но все еще требовалось.              — Я знаю. Я хочу попробовать, — Нил приподнялся на локте и свободной рукой слегка потянул Эндрю за волосы. Издав звук возмущения из-за трения между ног, Эндрю позволил втянуть себя в поцелуй. — Я скажу тебе остановиться, если мне будет нужно. Я хочу попробовать это, — пробормотал Нил через несколько секунд. Эндрю поцеловал его в уголок губ.              — Скажешь мне остановиться.              — Скажу, — легко ответил Нил. И, блядь, Эндрю верил, что он скажет «нет», если это станет «нет».              В какой-то момент за последние месяцы Нил научился читать не-экспрессивные выражения лица Эндрю и, конечно же, сразу понял, что победил. Яркая улыбка появилась на его нелепо-привлекательном лице и он снова упал на матрас.              — Трахнешь меня?              Эндрю смягчился и начал расстегивать ширинку. Невероятно, но улыбка Нила стала еще шире, пронзительная синева его глаз почти полностью сменилась расширенными зрачками, когда он поспешно открыл упаковку с презервативом, который упал в небольшую кучку рядом с пакетиками со смазкой.              — Ебать, — пробормотал Нил. Эндрю поднял глаза от того места, где он был занят, спуская свои боксеры достаточно низко, и обнаружил, что идиот пристально смотрит на него — не то чтобы это было чем-то новым. Но как правило, он смотрел ему в лицо, а не на член.              — Пялишься, — сухо сказал Эндрю. Нил ухмыльнулся вместо ответа и подтянул ноги. Придурок был ебать каким гибким и легко сгибался на половину, что не было новостью для Эндрю, но все равно шло натурально (ха) к его члену.              Нил поднял презерватив с вопросительным выражением лица. Эндрю задумался на секунду. Это был хороший день, и он действительно хотел чувствовать руку Нила на своем члене. Но они также раздвигали границы гиперстимуляцией. Хотеть, чтобы Нил прикоснулся к нему не означало, что это не истощит его, а мысль о том, что Нил мог кончить дважды, могла взорвать его разум. Эндрю взял презерватив у Нила, который принял молчаливый отказ и вместо этого занялся открытием пакетика со смазкой. Эндрю так сильно-сильно его ненавидел.              Его член пульсировал, когда он надевал презерватив. Блядский ад. Сделать так, чтобы Нил кончил дважды, возможно, будет проблематично, и не из-за гиперстимуляции. Соседний номер не был занят Лисами, так что поблизости не было никого, кто мог бы бесить Эндрю вопросами про любые звуки секса, пытаясь заговорить с ним позже. И стены были относительно толстыми.              Одним из открытий относительно сексуальных предпочтений Нила прошлым летом стало то, что он быстро кончил даже не притрагиваясь к себе, когда Эндрю поднял его и вот так трахнул, и он был таким громким. Эндрю нужно было больше времени в этой позе, в основном из-за того, что ему приходилось справляться с тем, чтобы не позволить Нилу упасть и было задействовано гораздо больше мышц, чем в более традиционных позах-на-кровати.              Итак, сначала стена, пока Нил не кончит в первый раз, потом обратно в постель и вместе до оргазмов. Это было выполнимо.              Нил выдавил смазку на руку Эндрю и подсунул себе под зад подушку.              ——              Нил чувствовал, что просто взорвется, если Эндрю не трахнет его в ближайшее время. От звука того, как Эндрю надевает презерватив, по его телу пробежала дрожь, и ему пришлось схватиться за простыни, чтобы не начать трогать себя. Когда Эндрю пристороил свой член к заднице Нила, он не мог сдержать стон, рвущийся из него.              — Трахни меня, Эндрю… мне нужно, чтобы ты трахнул меня, блядь, — выдохнул он, когда Эндрю медленно, так пиздецки медленно вошел в него. Он был подготовлен, настроен на это, он был широко растянут… Эндрю снова отстранился, даже близко не будучи уже полностью внутри него, и Нил заскулил.              Затем Эндрю снова двинулся вперед, сантиметр за сантиметром, заполняя Нила так, как он мечтал в последние несколько недель, так, как он научился любить в спальне в Колумбии, как он… его мысли сбились, Эндрю все глубже входил в него, пока не оказался прижат к нему, он был полон, так чертовски полон.              — Эндрю… да, ебать, еби меня, да, Эндрю, — бормотал Нил, не слыша себя, вероятно, не придавая значения.              Эндрю наклонился вперед и поцеловал его, небрежно, беспорядочно, блядь, он так скучал по нему.              — Зацепись ногами за меня, — скомандовал Эндрю, прервав поцелуй, и Нил уставился на него, все клетки мозга были полностью заняты. Эндрю просто многозначительно уставился в ответ, и ладно, Нил мог это сделать, он мог выкачать достаточно умственной энергии, отвлекшись от того, что у него в заднице член, чтобы понять, чего Эндрю от него хочет. Он мог это сделать.              Это заняло минуту, но потом Нилу удалось передвинуть ноги, обхватив ими Эндрю и скрестив лодыжки.              — Трахнешь меня? — спросил он снова, не заботясь о том, насколько это близко звучит к… нет, не заботясь о том, что он фактически умолял. Что вообще достойно мольбы, если не это? Эндрю начал двигаться, Нил почувствовал, как его ноги напряглись под ним, увидел, как работают его мышцы, бля…              — Держись, — сказал Эндрю, и Нил бездумно подчинился, обняв Эндрю за плечи, притягивая их ближе друг к другу. Он услышал свой стон, когда Эндрю встал, его дыхание даже не стало затрудненным, несмотря на то, что Нил повис на нем мертвым грузом, который почти не помогал, просто держался, позволив голове откинуться назад, а члену внутри него войти немного глубже под этим углом с помощью гравитации, ебаныйтынахуй.              Стена за его спиной была холодной, на секунду выдернув его обратно к способности ясно мыслить, это длилось достаточно долго, чтобы уловить экспрессию Эндрю: Нил всегда ловил себя на том, что пялится, он любил каждую эмоцию, выраженную на лице его парня, но, блядь, это было выше всякого понимания.              — Ты ебать какой красивый, — сказал он, почти удивившись тому, как серьезно он звучал, несмотря на сломанный голос, он упивался маленькими, но такими очевидными реакциями на лице Эндрю.              Нил застонал от жесткого поцелуя, полученного в отместку.              — Заткнись нахуй, — тихо возмутился Эндрю и начал двигать бедрами, двигая членом внутри Нила, — его голова снова откинулась назад, на ожидающую руку Эндрю, не ударяясь о стену, потому что рука Эндрю уже была там, а другой — он поддерживал задницу Нила. Нил прижался покрепче, стараясь самостоятельно удержать часть своего веса, притягивая Эндрю поближе ногами и руками, снова пролепетав бессмыслицу, желая, стеная.              И тогда Эндрю действительно начал толкаться, вдалбливаясь в Нила, трахая его, сводя все ощущения Нила к этому моменту, к этой секунде длиной в удар сердца, не чувствуя ничего, кроме члена Эндрю внутри себя:              — Жестче, Эндрю, блять, блять, блять, жестче, — умолял Нил, не заботясь о том, что его могут услышать, вероятнее всего и правда могли, он почувствовал, как дрожь по всему телу прошла через Эндрю, когда тот склонил голову, простонав ему в ухо в процессе.              Его губы нашли шею Эндрю, это было небрежно, темп был слишком быстрым для какой-то точности, но ему все же удалось найти точку пульса Эндрю, сильно бившегося под его губами. Он мягко впился зубами, дрожь снова пробежала по телу Эндрю, дыхание участилось, став более неровным.              Эндрю немного сдвинулся, слегка изменив угол, под которым он взял Нила, и Нил сорвался.              — Чертблядь… да… блядь… да… Эндрю, да, — вероятно он выдал даже больше, вероятно кричал, он понятия не имел, перед глазами побелело, за исключением вида нескольких взорвавшихся звезд, все, что он чувствовал, слышал, обонял, это был Эндрю и это.              Минуту или час спустя Нил снова почувствовал холодную стену спиной, почувствовал, как его мышцы пытаются сжаться.              — Нил? — спросил Эндрю более бесцветным голосом, чем следовало бы.              Нил с трудом поднял голову с плеча, ему нужно было посмотреть на Эндрю.              — Я… ебать, это было… — Нил задыхаясь, рассмеялся, ему немного вскружило голову, Эндрю даже не прикоснулся к нему, его член все еще был твердым, с него стекал предэякулят так, будто завтра не наступит, и у него все еще был Эндрю внутри, не двигающийся и на миллиметр.              — Все хорошо?              Наконец Нилу удалось поднять голову и сделать глубокий вдох.              — Да, да, да. Больше чем хорошо. Я в порядке, мне хорошо, мне так хорошо, мне ебать как хорошо, — он сделал глубокий вдох, чтобы не нести больше глупостей, и, к счастью, почувствовал, как Эндрю снова немного расслабился, напряжение сходило с его лица. — Ты?              Эндрю прислонился лбом ко лбу Нила, не обращая внимания на то, насколько потными и грязными они оба были.              — Да.              Нил не убрал руки, еще нет, не отклоняясь от того, как его руки без разрешения обнимали плечи Эндрю — он был почти уверен, что Эндрю не кончил, он пиздец как отчаянно нуждался в еще одном раунде, но оргазмы всегда были чем-то вроде завершения главы, и ему нужно было «да» Эндрю, чтобы начать следующую.              Благодаря интенсивным тренировкам, которые включали в себя ебаную кучу растяжки и, следовательно, редко случались настоящие судороги, Нил ждал, подстраивая свое дыхание под дыхание Эндрю или наоборот. Эндрю не потребовалось много времени, чтобы снова приподнять голову, а Нил снова смог как следует взглянуть в его глаза, все еще такие темные, такие горящие желанием.              — В постель? — спросил Нил.              Эндрю опустил руку, которую он держал между головой Нила и стеной, на его задницу, и Нил задыхался у его плеча, дрожь пробежала по телу, разрывая его, когда член Эндрю скользнул по его простате, он сжал задницу так сильно, но этого и близко недостаточно, он хотел, нуждался в том, чтобы Эндрю снова трахнул его, его член снова истекал, отчаянно пульсируя.              Эндрю так и не вытащил член за время их короткого пути к кровати отеля, а Нил уже снова стонал, с каждым шагом возвращая его обратно в пелену, которую на какое-то время развеял его оргазм, блять, это было так сильно, часть его тела кричала, что он получил оргазм, что ему было хорошо, гораздо большая часть умоляла о большем, чтобы это никогда не прекращалось.              — Трахнешь меня? — спросил он, ухмыляясь с того, как у Эндрю перехватило дыхание, да, им было хорошо, хорошо для еще одного раунда, черт возьми. Эндрю умудрился встать на колени на матрасе, не отпуская Нила, Нил не переставал цепляться за него, когда его опустили на матрас.              — Да, — хрипло ответил Эндрю, и блядь, Нил так любил его, любил это, любил все, что с этим связано, явное согласие, заверения, знание того, что он не сможет забыть о члене Эндрю в своей заднице еще несколько дней, он не мог даже париться о комментариях Жана, единственного, кто заметит, как он странно ходит, блядь. Эндрю снова начал толкаться, вдавливаясь в него…              Нил изо всех сил старался удержать хоть немного мыслей, он хотел, хотел… ебать, Эндрю был так глубоко, это было слишком, ебать как слишком, но он хотел того, чего он хотел, да, расцепить лодыжки друг от друга, развести колени в стороны, открыться для Эндрю еще больше.              — Нил? — спросил Эндрю, и Нил только отчаянно закивал, прежде чем вспомнил, что ему нужно вербально заверить Эндрю, что все в порядке, что он хочет этого. Эндрю остановился и ждал, блядь, Нилу действительно нужно было что-то сказать;              — Мне хорошо, глубже, жестче, Эндрю, — выдавил он, и Эндрю…              Ебаныйтынахуй. Эндрю сделал, как он просил, вогнал ему, Нил схватился за простыни, находя подушку, вцепился в нее, стоны наполнили комнату, это были его, его же?              Нет, это Эндрю стонал, глубоко, себе под нос, гораздо тише Нила, он уже не в первый раз слышал, как тот издает звуки, но обычно Эндрю сразу же обрывал себя, сейчас же он позволял стонам слетать с его губ; Нил не мог заострить на этом внимание, не мог ничего комментировать, он мог просто слушать, пристально смотреть и благодарить каждое божество, в которое он не верил, за то, что ему позволили застать это.              Он снова лепетал, никогда не способный молчать, пока Эндрю трахал его, особенно не так, особенно не под стоны Эндрю, что были единственным шумом в комнате, кроме звуков, издаваемых их телами.              Эндрю схватил его за запястье, Нил даже не заметил, как он двинул рукой, но, блядь, его член пульсировал, ему нужно было дотронуться до него, но Эндрю прижимал его руку обратно к матрасу.              — Ещё нет, — прорычал он, и, ладно, может, Нилу не нужно было трогать себя, может, он даже был неспособен, Эндрю снова сменил угол, и каждый толчок попадал по простате.              Затем, наконец, наконец, наконец, Эндрю обхватил член Нила рукой, посылая ударные волны по его телу, поддерживая ритм, и Нил закричал, не в силах контролировать ни один дюйм своего тела. Громкий стон Эндрю, белый шум, разряд тока, проходящий через его тело, обжигающий каждое нервное окончание, заставляющий изо всех сил держаться за подушку.              Нил не мог сказать, потребовалась ли ему минута или год, чтобы вернуться к этому моменту, к тому моменту, когда Эндрю полу лежал на нем, полу поддерживал себя на руках.              — Собираюсь вытащить, — сказал Эндрю голосом, далеким от его обычного ровного тона, все еще тяжело дыша.              Нил кивнул в знак подтверждения, но все еще тихо застонал от потери. Пусто, так чертовски пусто, это обескуражило его нахер. Когда они впервые это сделали, поначалу было так странно иметь что-то в заднице, а потом было странно не иметь там ничего, это было дико.              Он хотел прикоснуться к Эндрю, но пока не мог, нужно было подождать, как чувствовал себя Эндрю, так что он просто смотрел, как тот завязывает презерватив и швыряет его через всю комнату, предположительно, в мусорное ведро. Эндрю откинулся назад и откашлялся, ничего не сказав после этого, а затем осознание ударило Нила, словно мяч экси, в шлем, Эндрю стонал, и стонал громко, что довело его до грани, Эндрю издавал гребаные звуки.              — Что, — сказал Эндрю снова ровным голосом, но Нил не мог перестать улыбаться и смотреть. Он не собирался ничего говорить, они оба знали, что произошло, и он не стал бы заострять на этом внимание, если бы Эндрю не захотел об этом поговорить. Он снова позавидовал эйдетической памяти Эндрю, если и был звук, который он никогда не хотел бы забыть, это был он, когда Эндрю отпускал контроль, позволяя себе наслаждаться и позволяя Нилу слышать это.              — Я могу поцеловать тебя? — вместо этого спросил Нил и попытался сесть, потерпев невероятную неудачу — ради всего блядь святого, он был спортсменом, с перспективой стать олимпийским, блядь, чемпионом, но он мог поклясться, что в его теле не было ни одной работающей мышцы.              Эндрю молча смотрел на Нила с минуту, затем наклонился и поцеловал его. Без нужды, не так отчаянно неряшливо как во время секса, но также и не нежно, яростно и сильно, это было признанием, заверением и чувствовалось как дом. Нил добился, чтобы его руки снова его слушались, он остановил их, поднеся к плечам Эндрю, ожидая разрешения. Эндрю немного приподнялся, было что-то гневное, но не во взгляде.              — Плечи и выше.              Нил притянул его обратно, не настолько близко, чтобы сперма на его животе коснулась Эндрю, но достаточно близко, чтобы целовать и ощущать дыхание Эндрю. Он потерял себя в поцелуе, тело было полностью истощено и выебано, хоть раз не было ни единой мысли в голове, только сосредоточенность на ощущении теплых губ.              — Душ, — сказал Эндрю через минуту или две, грубо игнорируя жалобные звуки Нила, когда он сел.              Не помог и хмурый взгляд, видимо потому что Эндрю уже встал.              Единственным источником света в номере была дерьмовая настольная лампа, грубо прикрепленная к стенке шкафа, достаточно древнего, казалось почти сломанного и абсолютно бесполезного, освещая тело Эндрю сзади. Он так красив, чертовски красив. Нил знал, что лучше не говорить этого сейчас, пока они не умоются и не оденутся, но насмешливый вид Эндрю подсказывал ему, что его взгляд не остался незамеченным.              — Ты грязный.              Нил улыбнулся, приняв слова за приглашение, чем они и были. Его мускулы также вернулись к жизни, так что ему и в самом деле удалось скатиться с кровати, схватив рубашку, чтобы вытереться, он не был намерен оставлять здесь стекающую сперму на всем пути в ванную.              Эндрю уже был в душе, но Нил остановился на полпути. Душевая была крошечной, они никак не могли находиться там вдвоем, не соприкасаясь. Заходил ли Эндрю уже в ванную, чтобы это заметить?              — Нил, — сказал Эндрю с впечатляющей долей нетерпения, втиснутой в одно слово.              — Она маленькая.              Эндрю прикрыл глаза. Его вид был чем-то между гневом и мольбой сжалиться над ним.              — Тебе надо было получить специальность дизайнера интерьеров.              — Здесь недостаточно места, чтобы не соприкасаться.              — Или, может, вообще не получать никакую специальность, ты ебать как глуп, Джостен.              Нил открыл рот и снова закрыл. Эндрю обычно хотел немного пространства после секса, сначала он сразу же выгонял Нила и дрочил в одиночестве, затем стал разрешать Нилу остаться для этого, а после иногда Нил даже мог получить поцелуй. В какой-то момент летом совместный душ стал обычным явлением, но душевая в Колумбии была намного больше, чем эта, и Эндрю редко допускал какие-либо прикосновения после секса.              Ну ладно. Итак, Эндрю хотел, чтобы он был с ним в душе, по-видимому, но… Нил хотел уточнить, получить подтверждение, но спрашивать у Эндрю, чего он хочет, было верным способом заставить его закрыться. Он мысленно перефразировал.              — Можно войти? Скажи, если мне нужно будет уйти.              — Залезай уже, — буркнул Эндрю.              Ему все еще как-то удавалось не прикасаться к Эндрю, будучи наполовину в парном душе, а наполовину в прохладном пространстве ванной, но Эндрю, видимо, это не устраивало — он схватил Нила за подбородок и втянул его полностью, вплотную к своему телу. Нил напрягся, но тело Эндрю, прижатое к нему, оставалось спокойным, глаза Эндрю не были затуманены воспоминаниями, которые часто вызывали прикосновения.              — Хорошо, — пробормотал Нил и вопросительно поднял руки.              — Выше бедер.              Обхватив одной рукой его плечи и запустив другую в волосы Эндрю, Нил нежно притянул его ближе и поцеловал, нежнее, чем раньше.              Это было в новинку, Эндрю иногда позволял себе быть таким уязвимым, но только в других ситуациях, в явно не сексуальных ситуациях. В какой-то момент летом он начал притягивать голову Нила к себе на колени, когда они смотрели телевизор, прикасаться руками друг к другу, когда готовили еду, удерживать Нила в руках после того, как целовал его до потери чувств, что могло расцениваться как объятия.              И после того, как у них только что был секс? Особенно секс, который уже раздвигал границы? Это должен был быть чертовски хороший день. Нил прижался носом к носу Эндрю.              — Могу я помыть тебе голову? — спросил он, выговаривая слова прежде, чем он действительно их обдумал.              Каждая фраза, касающаяся тела Эндрю, поначалу была опасной, иногда Нил желал, чтобы у него был составлен список всех предложений, которые вызывали у Эндрю воспоминания, неважно, насколько бы это было кошмарным, он бы научился избегать их все — но Эндрю только напрягался, что было незначительным признаком удивления, и это так разозлило Нила — удивление Эндрю от того, что кто-то хочет позаботиться о нем.              Без комментариев Эндрю схватил шампунь откуда-то сзади. Нил поцеловал кончик его носа и проигнорировал полученный за это суровый взгляд, переместившись в положение, в котором у него был доступ к волосам Эндрю обеими руками, и принял шампунь.              Волосы Эндрю были мягкими, намного мягче, чем у Нила. Эндрю закрыл глаза, когда Нил начал осторожно втирать шампунь, выводя пальцами маленькие круги. Еще один момент для эйдетической памяти: Эндрю, податливый и доверяющий, позволяет Нилу сделать это.              — Наклони голову назад, — пробормотал Нил, пока боролся с капризной насадкой душа, подчиняя ее.              Он нанес кондиционер на волосы Эндрю, и они оба намылились, не переставая прикасаться друг к другу. Отмеченные душой волосы Нила редко нуждались в мытье, поэтому он просто ополаскивал их водой. Они быстро закончили, когда вода начала остывать (в следующий раз они определенно собирались вышвырнуть Жана из отеля Воронов, им с Кевином ни к чему гребаный душ).              Вернувшись в спальню, Нил стащил у Эндрю футболку и надел запасные боксеры, которые он принес (провести полдня в трусах, покрытых предэякулятом, было опытом, который он никогда не хотел повторять). Эндрю подкурил для них сигареты, скрестив ноги, на столе. Он тоже был снова одет. Нил сидел в потрепанном кресле у стола.              Несколько сообщений от Жана ждали, пока их прочтут. Нил ухмыльнулся.              — Жан угрожает проткнуть Кевина экси-ракеткой и сжечь его в стопке книг по истории.              Эндрю хмыкнул.              — Значит все идет хорошо.              Убедившись, что все в порядке, Нил прислонился щекой к ноге Эндрю.              Да, дела шли хорошо.