Enchanted

Летние каникулы. Закончилось время бесконечных домашних заданий, занятий в неуютных кабинетах, надоедливых учителей и одноклассников. Его заменила пора прогулок, веселья и отдыха. Семья Каунисвеси решила устроить детокс от города и шума. Ну как семья… родители. Алекси, напротив, хотел остаться в столице и гулять до раннего утра со своими друзьями и делиться этими моментами в социальных сетях. — Мам, пап, ну в смысле Турку? Что там делать? — Не ной! Не маленький уже. Сам заработаешь и поезжай, куда хочешь! — довольно грубо ответил отец. — Ну почему мы не можем съездить за границу? Дальше Финляндии в последнее время никуда не ездили! — возмущался младший. — Алекси, солнце, пойми, у нас сейчас не хватает средств на такое путешествие, какое ты имеешь ввиду, — мягко проговорила мама, — Ты нам сильно облегчил жизнь тем, что поступил на бюджет в университет. Поэтому, пожалуйста, радуйся тому, что хотя бы такую поездку можем организовать. Потом вернёшься в Хельсинки и снова будешь гулять с друзьями. Парень хотел было ещё что-нибудь сказать, но не мог позволить себе перечить старшим и просто удалился в свою комнату. Достаточно выплеснуть все эмоции через любимый плейлист и сбор вещей. Заиграла первая песня Bring Me The Horizon и Алекси начал собираться. Вещей пришлось брать немало, ведь семья планирует провести в загородном доме около двух с половиной недель.

***

— Ну что, готовы? — спросил Матти, параллельно пристёгиваясь. — Тогда поехали! Всю дорогу юноша сидел в наушниках и просто смотрел на то, как меняется картина за окном, словно кадры в фильме. Родители что-то мило обсуждали, изредка поглядывая на сына через зеркало заднего вида. Спустя два часа дороги они прибыли на место. — Ох, красота! Свежий воздух, лес и сад цветёт во всю! — воскликнула Саари. Алекси лишь закатил глаза, не понимая всей радости, что излучала его мама. Он уже мысленно хотел обратно домой. Его вполне устраивала городская рутина, где все куда-то торопятся — ему нравилась такая жизнь. В лесу же она как будто замедлялась и хотелось её ускорить. Младший лениво поплёлся в свою комнату на втором этаже, еле перешагивая через ступени. Вскоре он плюхнулся на кровать и хотел задремать, как его покой потревожила мама. — Сынок, сходи на улицу и нарви ароматных трав к ужину, пожалуйста. Алекси явно вспомнил весь финский мат, что он пробубнил в подушку, но послушно пошёл выполнять просьбу матери. Садик был очень уютным: около входа росли гортензии, под окнами кухни был небольшой розарий, около беседки стояла клумба с хостами и петуниями, а на входе в беседку висели кашпо с настурциями. Миновав всё это, Каунисвеси увидел грядку с травами. Собрав необходимое, он понёс пряный букет маме. Та поблагодарила мальчика и продолжила приготовление ужина. Парень снова пошёл к себе и стал залипать в интернете, переписываясь с друзьями и листая ленту в тиктоке. Через какое-то время он услышал голоса родителей на улице и решил спуститься к ним. — О, солнце, ты вовремя! Только хотела тебя позвать. — воскликнула мама. Алекси лишь кротко улыбнулся и сел за стол. — Ну, предлагаю выпить за начало импровизированного отпуска! — сказал отец, чокаясь с остальными. В воздухе царила атмосфера семейного застолья: звон бокалов, стук столовых приборов и разговоры ни о чём. Юноша активно поддерживал беседу, чтобы компенсировать их недавно произошедшую маленькую ссору и настроится на позитивный лад. Но как бы много они не говорили и не смеялись, его слух зацепился за мелодичные звуки, доносящиеся с озера, около которого стоял дом. Алекси вслушивался и смог разобрать даже некоторые слова. Кто-то пел, но семья Каунисвеси здесь одна и тут просто некому взяться: все соседи либо в городе, либо отдыхают в другом месте. Эта мысль поставила мальчика в ступор и заставила покрыться кожу мурашками. С озера подул лёгкий ветер, играющий с тонкими стебельками цветов и газонной травой. Парень поднял взгляд на водную гладь, таинственно покрытую туманом и манящей пойти на звук. — Алекси, ты чего уставился? Твоя еда почти остыла. — слегка дёрнула за плечо женщина. — Вы случайно ничего не слышали в последние минут десять? — не отрывая взгляда спросил юноша. — Только пение птиц и журчание воды. А что ты услышал? — поинтересовался отец. — Как будто чьё-то пение, — ответил Алекси. — Пение? Но откуда? Я услышала тоже самое, что и папа. — Хм, странно, не обращайте внимания, — хмыкнул парень и продолжил есть. Звуки продолжались в течение всего ужина. Либо это всё галлюцинации и у брюнета едет крыша, либо родители не слышат ничего, кроме монотонной речи. После приятно проведённого вечера в беседке, Алекси и родители разбрелись по разным местам. Матти и Саари спустя долгого перелистывания каналов по телевизору нашли семейную комедию и стали её смотреть. Парень же был у себя. Но его занятие было своеобразным. Вместо телефона он решил проверить — объявится ли снова таинственный певец. Удобно устроившись на подоконнике и открыв окно пошире, младший вслушивался в каждый, пускай даже малейший звук, чтобы не упустить мелодию. Спустя полчаса результата не было и Алекси хотел плюнуть на это дело, но вновь оно — пение. Вариантов два: проигнорировать или всё же пойти к загадочному в последний час озеру и всё узнать. Он остановился на втором. Не став тянуть до следующего дня, Каунисвеси ломанулся вниз. — Мам, пап, я прогуляюсь, — чуть ли не прыгая с середины лестницы крикнул сын. — А не поздновато… ли? — последнее было произнесено после громкого хлопка входной двери. Взрослые решили не смотреть, куда же побежал их ребёнок в столь поздний час и возобновили просмотр фильма. Алекси крался, прятался за деревьями, старался дышать как можно тише, чтобы не спугнуть «певца». Наконец поймав источник звуков, брюнет заметно оживился и продолжил идти небольшими шагами. Пение было где-то в камышах. Наплевав на отсутствие резиновых сапог или другой подходящей одежды, он ступил в воду, не задумываясь, какие сюрпризы могут быть на дне, пускай даже не таком глубоком. Увлёкшись делом, он и не заметил камень, спрятавшийся в зарослях и споткнулся о него. Парень вызвал много шума после падения, спугнув близь гуляющих птиц и мальков. Трудности вызвало и освобождение от водорослей, успевшие вплестись в пальцы рук, проникающие в рукава и капюшон худи. Не заметно для себя Алекси оказался на поверхности. Юноша жадно вдыхал воздух, так не хватавшего в воде. — А ты любопытный, — послышалось где-то сзади. Парень заметался, ища того, кто только что это сказал. — Многие ведутся на моё пение. Слышал про сирен? — Да кто ты, мать твою, такой? — недоумевал брюнет, так никого и не увидевшего. Порой слова имеют последствия. Неизвестный потянул его за ноги, что тот снова оказался под водой. Через все сопротивления Алекси вынырнул и снова начал судорожно мотать головой в поисках того — не знаю кого. Стоило ему отвернуться, как перед ним оказывается он — источник тех прекрасных звуков. Брюнет был в шоке, когда увидел перед собой высокого, сильного мужчину. Каунисвеси, конечно, понимал, что голос принадлежал не женщине, но и увидеть подобное он тоже не ожидал. Лицо младшего начало заливаться краской, когда увидел нагое тело. Но это только первая реакция. — Так ты не ответил на мой вопрос. — А? Что? — Понятно, — усмехнулся мужчина, погружаясь в воду, обнажая лишь блестящий от чешуи хвост. Сказать, что Каунисвеси был в шоке — ничего не сказать. — А… Как? Это что… хвост? — Как видишь, — ухмыльнулся напротив облокотившийся на камень парень. — Но такое бывает только в сказках! Больше похоже на прикол, чем на реальность. — Так вот, ты слышал что-нибудь про сирен? — Ну… да, — неуверенно проговорил он, — Они обладают красивым голосом, заманивают своим пением моряков и они вскоре погибают. — Что ж, верно. — А к чему это? И вообще, кто ты? Даже если это не розыгрыш и хвост настоящий. — Мерман, русал или морской муж, как хочешь называй. Глаза Алекси округлились ещё больше. — Отвечаю на другой вопрос. Пение сирен — женщин, убивает, но и пение мерманов может погубить, но не всегда и всех. От моего голоса нередко погибали люди, но кого-то я оставлял в живых. Ты стал исключением. — Ты убивал людей? — Да нет же, дурень. Просто люди — любопытные создания, и это качество их и губит. Всех интересует, что же там за звуки. В голове брюнета творился настоящий хаос от происходящего наяву. Ведь невозможно — это же всё какая-то мистика, фантастика, не бывает же такого в реальном мире. — Но… что ты здесь делаешь? И как ты тут вообще? — не унимался юноша. — Как все. Ты же не спрашиваешь у рыб, что они тут делают, верно? Я охраняю озеро, как и мои братья любое другое водное пространство. Как видишь, точнее слышишь, пою песни. Алекси хотел задать ещё вопрос, но был перебит. — Я — Йоэль. Переваривая всю информацию, брюнет и не сразу понял услышанного. — Красивое имя. И тебе так подходит. — позже сказал Каунисвеси, разглядывая парня с хвоста до головы. Йоэль лишь усмехнулся. — Тебя-то, радость, как зовут? — спросил тот, убирая лишние водоросли с одежды мальчика. — А-Алекси. — дрожа от холода прошептал он. — Приятно познакомиться. Ладно, ты весь промок, тебе нужно согреться. Я поплыл. — Стой! — Что? — Ты точно не иллюзия? Ты здесь будешь? — Точно не иллюзия. И да, конечно буду, куда я денусь? В который раз потеряв дар речи, Алекси лишь наблюдал за небольшими волнами и брызгами, которые оставлял хвост мермана. — Кому расскажу, никто ведь не поверит, — пробубнил брюнет. Парень двинулся в сторону дома, шокированный произошедшим, но до него дошло, что его внешний вид может вызвать много вопросов. Как назло, родители до сих пор смотрели фильм, да и входная дверь заявила о его присутствии протяжным скрипом. — Боже мой, сынок, что произошло? Ты себя видел? — перепуганно спросила мама, вбежав в прихожую. Отец лишь стоял в стороне, не зная что и делать — промолчать или наругать, но за что? — Спустился к озеру, поскользнулся на сырой траве и свалился в воду. Вот. — Ты же весь дрожишь. Иди быстро в душ, приведи себя в порядок, заодно и согреешься. Алекси ничего не оставалось делать, как послушаться и пойти ополоснуться. Мысли о таинственном певце с местного озера не давали покоя ночью. Хотелось с кем-то поделиться, но как было сказано ранее, никто не поверит. С этим осознанием Каунисвеси кое-как заснул.