У Гена чёрный мерседес, пять тузов в рукаве и наглая улыбочка засранца...

      Проходит минута. Три. Пять. Стенли стирает сочащуюся кровь с рассечённого виска и не видит Асагири. Лиса отлично прячется, даже хвост не кажет. Очень хочется верить, что Асагири просто лежит дохлой тушей за углом, а вся адская юрисдикция решает, в какой круг его отправить, но Стенли не наивный придурок. Они не пересеклись в бюро, однако в своё время Стенли был вторым номером.        А Асагири номер один.        Как говорится, различия минимальные, разница колоссальная.       Можно было бы устроить парад снобизма и рассказать сказку о том, что вот раньше агенты были агентами, а теперь — тьфу, пидарасы в трико. Так Стенли сам во-первых, пидарас, во-вторых, трико вышли из моды во время комиксов Ли, то есть, в сороковые. Стенли, конечно, старый, но не настолько.       Он достаточно стар, чтобы считать себя опытнее, но не достаточно поражён деменцией, чтобы недооценивать противника.        Ну и факт остаётся фактом. После того, как Ксено разворошил осиное гнездо, а Стенли решил уйти за ним, бюро воскресало раз пять, и все эти разы Ксено давил зародыш с радостью инсектолога-садиста. Но на шестой раз генерал Касеки взял дело в свои руки, и, поглядите — Стенли спустил крючок, а трупа нет.       Касеки гений воспитания.        Вот кто, между прочим, застал эпоху трико. Видимо, дело в том, что Касеки не пидарас.       А, может, дело в том, что человек приспосабливается ко всему.        Так что, как ни крути, а Асагири — закономерный результат заранее продуманной и искусно направленной эволюции. Быстрый, непредсказуемый, уворотливый и стреляющий так, что попадает прямо в прицел Стенли с сотни метров. В их деле подобные вещи считаются чем угодно, но не везением.       Повезло тут скорее Стенли, что с глазом остался.       Ну ничего, стрелять без оптики и даже без глаза Стенли всё равно способен, он и на слух неплохо ориентируется. Главное, чтобы дуло пушки лежало в руках прямее математической линии. А оно лежит. Изобретения Ксено сомнениям не подвергаются.       Пора бы Ксено самому явиться, кстати.        Что происходит, Стенли понимает смутно. День начался примерно так: Ксено в своей лучшей манере выскакивает из лаборатории и говорит: «есть работа». С таким же тоном он обычно предлагает заварить кофе, перенести стол в гостиной и убить президента. Типичный план на утро. Стен привык не задавать вопросов. Детали отвлекают от задачи. А задача звучала так: я жду гостей, устрой им тёплый приём.       Ничего теплее четыреста шестнадцатого калибра, с любовью посланного от солнца к сердцу, Стенли не знает.       Проблема только в том, что до сердца подарочек не долетел.       Правда, проблема.       Ничего, Стенли умеет ждать.       Гену ждать нельзя.       — Да твою мать, я на такое не подписывался.       Пальцы рук немеют, зрение сужается, мозг малодушно предлагает выстрелить в висок и не мучиться. Оставить после себя послание в виде красной кляксы на стене.        Бенкси заценит.       Что хотел сказать автор, не ясно, но он же всё равно по всем заветам современной философии сдох, в данном случае — буквально, поэтому интерпретируйте как хотите.       Ген пытается выровнять дыхание, но тратит его на хриплый смех.       Он медленно пробирается к ближайшей обзорной точке, прекрасно понимая, что тут палка о двух концах. Если он увидит, его увидят тоже. Ген уже устал повторять, что это значит.       Гроб. Гроб. Кладбище. Пидор.       Вот сколько раз генерал Касеки говорил не смеяться перед лицом смерти. Старика, говорит, уважать надо. У него тоже работа не кокаин — ходи с этой дурацкой косой, напрягайся, руби головы, будто Жозеф Гильотен и Сэм Кольт зря старались. Весь мир уже давно перешёл на быстрый порох, а старику-Смерти, видите ли, делать нечего, как руками работать, силу применять, метал точить, древко менять… И балахон этот дурацкий.        Типа модно. Типа готика.       А вы пробовали в нём хоть что-нибудь поделать? Такой большой кусок ткани сам за отдельное существо сойдёт.       Отдельное существо…       Ха!       Стен спускает крючок и понимает, что проиграл.