тиндер в реальной жизни

— чё, засеря, думала безнаказанной остаться? – грозно кряхтит младшая, одной рукой вручая первой и единственной подозреваемой швабру, а второй, в коалиции с «пуленепробиваемым коленом самой сон чеён», пинает к месту преступления. — малая, подожди! отпусти её, – возражает мина, — может, она ничего и не делала, а? – словно дышащее олицетворение знаменитого юридического постулата: «не доказано – не ебёт, что сказано», выступает мина в защиту саны, героически задрав подбородок. — щас я тебе ещё работки-то подкину, – усмехается чеён, довольная собой, и цепляется за резинку больничных штанов, начиная стягивать их вниз, но старшая её останавливает своей резкой фразой. — так! не каждый, кто заходит в душ, хочет насрать в нём, – озвучивает мёи голос разума. — и-именно.. мне это совсем.. ни-ни.. ни к чему.. – всё так же растерянно шепчет рыжеволосая сана, пытаясь закрепиться за словами мины. — слышь! ты на чьей стороне? – выступает вперёд чеён, уже воюя против подруги, и грозно ставит руки в бок. — чеён, давай я разберусь, – мина кладёт руку на плечо сон, пытаясь ту остепенить и огородить от саны, и, в том числе, от себя, после чего глядит в сторону пострадавшей, — если это не ты, то тогда, э.. тогда помогай нам найти виновного! а то по щщам огребёшь, – угрожает мина, стараясь угодить чеён и не стравить её на себя. — а как я помогу? – неловко вопрошает та. мина и чеён переглядываются, тянут хитрую улыбку, словно в эту же секунду поняли друг друга. — ну, вообще есть одна идея. слушай, – спускается на тон ниже мина, прижимая к себе ближе сану. :: 🪴 five minutes later. — поняла, ага? завтра на этом же месте в два часа придем, ага? как ток душ откроют. только попробуй опоздать – на воле мне головой долг отдашь! - хмурится чеён, показывая кулак сане. в ответ девушка лишь нервно хихикает, натягивая фальшивую улыбку. — до завтра! – шепчет мина, боязливо остерегаясь ночной воспитательницы, гуляющей по этажам, и выталкивает сану из кладовки. — вот это я придумала, м-м, – восхищается собой мина, но вскоре видит, что за саной удаляется и чеён, не желая тратить драгоценные часы сна на дегустацию всех самых ярких запахов швабр в кладовой.  :: 🪴 the following day. — мина, – стук в дверь, — ты ещё дрыхнешь? – из чуть приоткрытой двери виднелся самый нежный, обеспокоенный взгляд и невинная улыбка, по которой и не скажешь, что за сеим кроется главная бунтарка северного района. — да-да, ток проснулась, заходи, – скромно зевнув, ответила девушка, прикрывая рот тыльной стороной ладони, — э, а ты че так рано-то? — да, э.. чет, знаешь, шконка моя скрипучей, чем обычно, не могу я на ней спать.. и в палате одной скучно! - мнётся на входе, почёсывая взъерошенный затылок, — короче, я че сказать-то хотела.. э.. это, ну спасибо тебе, короче, что помогаешь мне.. там, ну серуна этого найти. — да ладно тебе, это даже весело, – отмахивается мина и скрывает смущённый взор за одеялом. как же непривычно слышать что-то подобное от чеён. щёки сами пускаются в свинцовый румянец, кончики ушей чуть ощутимо теплеют. — можно я у тебя, э.. посижу, пока мы двух часов ждём, а? потом сразу на дело вместе и пойдём, – предложив авантюру, младшая плюхается всем телом на свободную койку, отчего скрип раздражает всю палату. — мг-м, оставайся, – одобряет мина, — над кем же я ржать буду? – после неловкой паузы добавляет, выныривая из убежища между подушкой и одеялом. :: 🪴 a few hours later. — сана опаздывает, сука, – констатитирует факт старшая, насупив брови к переносице, — вот шмара, сама ж спалилась. — да я.. да я её щас! блять, в какой она палате? пошли к ней, а? я там ей кулаком, знаешь, как? это я тебе тогда слабо навернула, я тебя пожалела! а ей.. – возмущается чеён, в точности повторяя мимику первой (отчего обе были точно похожи на смайлики – те, что использовали в «одноклассниках»), однако чувствует два легких постукивания по плечу, а после глядит на мину, которая указывает прямой ладонью в конец коридора, послушно поворачивается и видит, как сана мчится, сбивая окружающих с ног. — простите, ребята, – неумело пытается отдышаться девушка, — мне просто перед самым выходом, ну.. ну, в туалет захотелось! — ну, всё бывает, – вздыхает мина, закидывая чёлку назад с мокрого лба – духота стояла невыносимая, — не опоздала, не бойся. — спасибо! я думала.. я думала, блин, мне от вас влетит, – хихикает сана, заглядываясь в потолок, — как хорошо, что ты такая понимающая! — эй! меньше разговоров! у нас дело, вообще-то, есть. стоят они тут, бля.. любезничают, – закатывает глаза чеён, враждебно глядя на одну из подозреваемых. и, вскоре, все разошлись по своим обозначенным местам в строгом порядке: сана прячется в конце коридора, огродив себя тремя высокими цветками (со стороны, конечно, картина была как раз подходящая под психиатрическую лечебницу), а мина, скооперировавшись с младшей, забирается на ведро в сломанной душевой кабинке, еле умещаясь на его площади – однако, видеть их ноги в самом низу кабинки никто не должен. и, чтобы сохранять равновесие, приходилось романтично, словно во время вальса, держаться за руки, крепко обнявшись. — слушай, малая.. – резко прерывает затишье шёпотом мина, — а ведь не факт, что мы поймаем этого засранца сегодня. может, он вообще это перест.. — стой и молчи, – прерывает её чеён, приложив палец к чужим губам, — зато щас такое шоу начнётся, смекаешь? – намекает на скорый послеобеденный душ у целого этажа, — мы ж в любом случае в выигрыше! скрип двери. хлопок о дверной косяк. девушки, резко прервав свой диалог,  навострили уши, затаили дыхание и, зацепившись за склизкий верх грязной кабинки, глядят вниз. и перед глазами предстаёт то, что меньше всего возникало в ассоциации с образом наглого преступника с диареей – джихё павловна собственной персоной. в руках у неё пакетик с чем-то коричневым – догадок долго строить не приходилось. на руках женщины вместо десятка поблёскивающих колечек перчатки – такие же, как и у уборщицы гальки. она выкладывает содержимое пакета на пол, совсем не морщась (словно это – её ежедневная рутина), и начинает старательно вымазывать только вымытые девочками полы, иммитируя расстройства желудка. мина и чеён в шоке – только и могут, что переглядываться и выпячивать глаза из орбит. младшая в следующую же секунду соскакивает с ведра и в мгновение оказывается позади злостной нарушительницы гигиены душк, хватает её сзади и крепко удерживает, сжав чужие предплечья в своей мертвой хватке. — ты.. ты что себе позвол.. - покраснев, джихё павловна по-прежнему старается сохранять строгость и авторитет, но получается, очевидно, не очень. — мина, алё, не стой! – подаёт своеобразный сигнал та. вторая девушка тут же срывается с ведра, опрокидывая его с громким стуком, сломя голову бежит к выходу, спотыкаясь обо всем видимые и не очень препятствия, открывает двери и находит глазами сану, препокойно изучающую строение листа алоэ на подоконнике. — малая! зови гальку! бегом, не стой! – кричит мина, разрывая горло от прыснувшего в кровь адреналина и азарта – сердце ощутимо грудную клетку пробивает и конечности трясутся в сумасшедшем такте. сана, повторяя подвиг с опрокинутым ведром, однако, вместо ведра – огроменный цветок в полтора метра, бежит в прачечную, невзирая на новое происшествие позади, а во время бега теряя больничный тапок – он остается у самых ног мины. — галина, галина!! там.. там тако-о-ое! в душе! пойдёмте скорее! – не успевши зайти в помещение, где тётя галя ела конфеты с водой, сана паникует и тычит пальцем в сторону коридора. — да сколько раз можно повторять? не галя я, а гаыль! гаыль! - ворчит уборщица, неохотно вставая с места и направляясь за девушкой. — тебе это просто так с рук не сойдет, слышишь? я твоим родителям всё расскажу, без ужина сегодня оставлю.. э.. месяц к психологу и на арт-терапии ходить у меня будешь, поняла? - выкрикивает различные угрозы джихе павловна, пока чеён держит её все сильнее, припирая её коленом к стене, разделяющей душевые кабинки друг от друга. — ты мне тут еще поговори, шлюха! советую тебе, мразь, сейчас на коленях прощение просить, пока тебя тут весь персонал не услышал, ёпта, – ощущает сладкое превосходство чеён и осмеливается пару раз опалить щёки женщины ударами ладони, в ответ выкрикивая различные угрозы. дверь душевой отворяется вновь, однако, вскакивает одна сана, смахивая рыжие взъерошенные кудри к плечам. — так, а где галька, малая? ты что, не сходила за ней? – недовольно вопрошает мина, нахмурившись. — да сейчас.. сейчас она придет! – обещает сана и пытается восстановить дыхание. к обозрению уборщицы гальки предстаёт невероятная картина, неправедливо неудостоенная целого оскара. джихе павловна кричала благим матом, прижатая к полу пациенткой, на первой были напялены любимые галькины перчатки, обмазанные в фекалиях, как и, собственно, весь пол, которой галине ещё и отдраить бы до конца смены в три часа. — джихё павловна, это пиздец! – нескромно выражается уборщица, — уж кто-кто, но вот не думала, что вы мне больше работы подкините.. как вы могли-то? я к директору, девочки, подождите тут. — ага, съела, грымза! скоро все узнают, что это не я в душе срала, а ты, тварь! – злорадствует сон, выпуская джихё павловну из крепкой хватки. а та не пускается в драку, как изначально казалось – лишь стыдливо глядит в сторону, стараясь не встречаться взглядами с девочками и галькой. — девочки, я конечно в душе уберу, но из-за вас там цветок перевернутый, видели? чтобы через 10 минут всё было убрано! — сука, да это же не я перевернула, че опять за гонение? – возмущается чеён. — да-да. чтобы через 10 минут этого не было! – отрезает галька и, вынув из кармана новёхонький самсунг на последнюю зарплату, делает фотографию места происшествия с характерным щелчком камеры, раздавшимся на всю душевую. — сука, опять я! :: 🪴 two days later. «неделю назад уволили эту засерю. без неё теперь чёт как-то грустно и скучно – арт-терапию ведёт теперь чонён ивановна :((( даже ходить на неё впадлу. и мина тоже ушла. ну, не уволили в смысле, а мать забрала. дня два назад. одна сана осталась. мне настолько скучно, что я снова этот дневник блядский веду! а, ну вот, что касается сегодняшней картошки в столовой...» — ни водки, ни блядей, – грустно протянула сон, разглядывая в окне одинокую площадку, и думая о девушке, с которой она знакома считанные дни – но без неё остались лишь считанные нервные клетки. «как только выйду отсюда сразу напишу ей. надеюсь, смогу найти её по фамилии в вк. не, в смысле, ток для дружбы. я отвечаю, я больше не лесба! я всё, мля, одумалась, ток отпустите!» – завершает вторую страницу личного дневника чеён, нарисовав жалобный смайлик, и вызвающе откладывает тетрадку на край тумбочки в надежде обратить на неё внимание санитаров. :: 🪴 a few months later. xxXchae2014zz.user: «ну че, узнала меня кисуль?» [21:29]