О наших мечтах и грезах

Кабинет директора Вельта пожалуй был самым красивым местом во всем детском доме. Богато, дорого и почему-то Блэйд думал, что даже будучи кинутым бездомным ребенком сможет достичь таких же успехов в личном заработке. Он был красив, умен, хоть и не учился нифига - все запоминал на ходу, ведь фотографическую память никто не отменял, спокоен, безмятежен в любой стрессовой ситуации: « - Эй, вы мелкие ублюдки!» рассудителен: « - Куда рванули. А ну стоять! Вас мать родная не узнает, придурки!» никогда не распускал руки.. - Блэйд, ты ведь знаешь зачем я тебя позвал? - В кабинете господина Вельта было довольно-таки тепло и уютно. Он был статным мужчиной, примером для подражания каждого уважающего себя мальчишки в этом доме. Блэйд смотрел на него снизу вверх, так как сидел в кресле, в то время как сам директор с сомкнутыми за спиной руками стоял у окна и не прерывая контакта с глаза на глаз смотрел прямо на провинившегося длинноволосого парня. - Мы отправили их по своим комнатам, но одному ребенку ты сломал левую руку. - Как бы укоризненно намекает мужчина. - Хочешь что-нибудь сказать в свое оправдание, молодой человек? - Если вам мало того синяка, который эти ебл.. кхм, дети оставили мне на животе, то могу сопроводить вас в мед.пункт. Там очень милый мальчик с расшибленной башкой лежит. - Милая улыбка расползлась по бледному лицу, а в глазах сверкнул такой хитрый огонек, что у господина Вельта незаметно опустились брови вниз вместе с комком слюны, который тот сглотнул так громко, что услышал даже парень, сидящий в кресле. - Я искренне, господин Вельт, считаю, что подонки получили по заслугам. Жаль конечно, что только один из них понял свою ошибку, - пробубнил парень, - думаю стоит и к остальным заглянуть. Директор пригладил свои каштановые волосы и плюхнулся в кресло. Он опустил голову настолько низко, что его выразительные глаза теперь прятались за опавшей челкой, а руки тут же метнулись к вискам. Круговыми движениями мужчина якобы рассасывал застывшую кровь в голове. Он этих детей вечно так - постоянно все болит, а голова в частности. - Можете быть свободны, Блэйд. Надеюсь подобное больше не повторится. - Он поднял глаза на молодого парня и, увидев вопрос в его глазах, тут же продолжил. - Я об рукоприкладствах. - До свидания. - Процедил сквозь зубы Блэйд и, сильно хлопнув дверью, скрылся с глаз директора. На самом деле, про синяк на животе парень наврал и даже не покраснел. Ударили его не так сильно, но вот слишком уж неожиданно. Он даже не понял, кто, как и что. Возможно это был кто-то из широко машущих руками идиотов, а может это был и тот мальчишка, который валялся у его ног с сильным кровотечением. Блэйд тогда сразу погнался за теми придурками, которые бежали от него так быстро, как ни бегали никогда в своей жизни. Только пятки сверкали. И вот, он все же поймал одного, не рассчитал сил и попал в кабинет к директору на пару слов. Блэйд в принципе сразу понял, что с этими негодяями только так и надо, ибо по другому не сообразят, разобрался с мелким и за шкирку откинул того в сторону - не так сильно слава богу. Подумаешь перелом предплечья, зато все остальное целое и невредимое. После длинноволосый метнулся назад, вспомнив о той луже крови. Вокруг пострадавшего тут же столпились дети, но никто даже не прикоснулся к мальчишке. Зеваки просто стояли и продолжали охать. Блэйд быстро подлетел к лежавшему юноше, проверил пульс, опустился головой к через чур бледному лицу и внимательно проследил за опускающей грудной клеткой. Слава богу дышит, - пронеслось в голове у парня. Он выхватил какой-то платок у рядом стоящей девочки и обернул в него истекающую кровью голову. Сильные руки тут же подхватили на вид пятнадцатилетнего мальчика и утащили в медпункт. Юношу пришлось частично раздеть, как минимум кофту, ведь та все равно была вся в пятнах. От увиденных синяков и царапин на этом подтянутом теле охнули оба: и девушка в белом халате и сам Блэйд. Неужели те так сильно успели покалечить этого мальчишку пока находились в коридоре. И никто ведь не подошел, не мог, да даже не попытался позвать преподавателя. Ненавидит, он все это так сильно ненавидит. Так издеваться, над теми кто слабее... А ведь по этому ребенку и не скажешь, что он маленький и хрупкий. Да, он был как минимум на голову ниже красноглазого, да, он не был таким в меру жилистым и да, лицо совсем не такое пугающее как у него самого. Медицинская сестра перевязала пострадавшую голову парня и обработала все раны. На спине был самый пиздец, по другому сказать невозможно. Даже в детстве, когда Блэйду просто напросто приходилось выживать на улице у него не было такого месива на теле. Уметь постоять за себя - девиз, которому парень и придерживался всю свою недолгую жизнь. Женщина в белом халате наконец ушла, оставив длинноволосого с пострадавшим. Тот вообщем-то и против не был. Уж очень интересный экземпляр лежал на этой белой кушетке. Весь такой бледный, словно фарфоровая кукла. А что удивительно, Блэйд видит его тут впервые. Обладатель ярких красных глаз уместился рядом в большое мягкое кресло, что идеально расположилось в углу кабинета. Ему хотелось дождаться пробуждения этого подростка, что-то сказать, подбодрить и в конце концов пожелать поскорее вылезти отсюда. Сам по себе знает насколько сильно тут скучно, ведь не раз медицинские сестры также обрабатывали его раны и заставляли целыми днями торчать тут. Это что-то вроде наказания за причиненный беспорядок и избитые лица таких же детей - своих сверстников. Но сейчас, как их старший Блэйд, не позволит бесчинствам процветать среди этих ребят... ... Сказал бы он. - Тебе же всегда было наплевать на это, Блэйдик. - Укоризненно произнесла Кафка, сидя на подлокотнике того же кресла, в котором расположился парень. - Ты что тут забыла, божее, - разочарованно выдохнул длинноволосый и, откинув голову назад, впился руками в наморщенный лоб, - иди и дальше донимай детей, прошу. Довольная девушка тут же закинула свои ноги на колени парня и ярко улыбнувшись прилипла к другу. Она незамедлительно обвила руками его шею и уткнулась холодным носом в темные волосы где-то сзади. В этой ситуации Блэйду не оставалось ничего, кроме как сдаться и расслабиться в руках этой бестии. Так они просидели несколько часов: многоуважаемая Кафка не прекращала постоянно болтать у уха парня, не оставила его одного сидеть в этой пустой и тихой комнате, а составила ему такую приятную компанию, от которой вряд-ли бы кто отказался. - Ему что, так сильно долбанули по головушке. Чего он не просыпается, - недовольно буркнула девушка и уже собралась вставать с кресла под тихое: «Его не ударили - он упал и ударился об угол..» - Вооот как. Ну придется его будить. Мы ведь не может тут до ночи торчать. Почему-то Блэйду не нравилось это довольное лицо подруги. Ее поднятые уголки губ, невольно опущенные брови и хитрющие глаза. Надо ли встать и схватит ту за руку, усадить обратно. Пусть лучше донимает его, чем эту лежачую калеку. Кафка как грациозная кошка, беззвучно приблизилась к постели спящего мальчика и присела на самый ее край. Сейчас она скорее была не четырехлапым пушистым ушастиком, а саммым настоящим хищником. Медленно приближалась к своей жертве, незаметно для нее приблизилась к покалеченному уставшему лицу и уставилась нее в раздумьях. - Что же мы будем с ним делать, - пропела девушка у самой бледной мордочки своего пострадальца. Ее прохладная рука скользнулся от обтянутого бинтами лба, вниз, до самого подбородка. С наслаждением она также успевала наблюдать за застывшим в мягком кресле другом и его напряженным телом. Тот аж за подлокотники схватился, хоть сам и не осознал этого еще. Она снова повернулась к бледному лицу новоиспеченного друга Блэйда, приблизилась так близко, что остался буквально один сантиметр между их лицами. Глаза в глаза, нос в нос, рот в рот - они дышали словно в унисон. - Эй, че творишь, - послышалось неуверенное бурчание со стороны кресла и Кафка сузила глаза, даже не удосужив повернуться к другу, а просто скосила на него свой взгляд. - А ты знаешь, ммм, он миленький. - Кафка резко, со звучным хлопком обхватила пухленькие щечки лежащего и надула свои губы. - Ты же не собираешься его.., - парень даже не успел договорить, как подруга снова резко опустилась вниз, прикрыла глаза и вот он момент - обескураженный и растерянный Блэйд. Девушка с выразительными глазами пялилась на него, на него все еще вцепленного в это бедное кресло, крайне напряженного с круглыми глазами и легким испугом на лице. - Куда это ты собрался, сядь. - Сладко закончила Кафка, но от чужого лица так и не отлипла. - Странно ведь. Что же ты в нем такого нашел, - задумчиво произнесла та и стала рассматривать паренька со всех сторон, якобы ища ответ на свой же вопрос. - Я просто донес его до сюда. Вот ты бы.. - Ты кому врать собрался, малыш, - грубо перебила его Кафка и продолжила, - да ты никогда бы в жизни не помог кому-то подобному, - она медленно скосила глаза вниз, на мальчишку, снова продолжая осматривать его. - Ну он красивый, это я вижу. Неужели из-за этого? - Тебе че заняться нечем, - прикрикнул парень, - и отлипни от него ради бога. Блэйд устало впился спиной в кресло и пальцами сжал сморщенную складку между бровей. По мимо этого ребенка, который непонятно когда очнется, ему на голову мягко присела еще и Кафка. Ей богу, как дети малые. Парень снова взглянул на подругу с надеждой во взгляде на то, что та наконец слезла с этого калеки. Ну и конечно же она не отлипла от него. Вот сидит там, пялится на этого бедняка, трогает или щипает, не понятно, чем она сумасшедшая занимается. Голова уже не выдерживает - Блэйд громко застонал на всю маленькую комнатку, чем заставил обратить свое внимание госпожи-уважаемой Кафки. - Че орешь. Не видишь дети спят! - прикрикнула шепотом та. - Да какие дети! Где ты тут ребенка увидела? Тут кроме тебя все люди цивилизованные и культурные. - Почему-то длинноволосый тоже стал говорить шепотом - сам и не понял. Он указательным пальцем тыкнул в сторону подруги да так и застыл. - Слезь с него, ептовюж.. - Ну не бубни, как дед, - сдалась девушка, - но можно я хотя бы в щечку... Не дождавшись ответа своего лучшего друга, Кафка тут же полезла к этой мягкой бледной щечке и под громкий шепот недовольного друга уже приблизилась к лицу, как снизу послышалось какое-то шуршание. Оба резко застыли: что почти летящий по воздуху к кровати Блэйд, что неожиданно радостная его подруга, что Дань Хэн, превратившийся в застывшую глыбу на той же самой кровати. Девушка медленно перевела взгляд на лицо проснувшегося мальчишки, на его широко раскрытые глаза и слегка приоткрытый рот. Казалось, побледнеть еще больше было невозможно, но этот парень бьет все рекорды. Со стороны был слышал чей-то мужской голос, который постоянно твердил что-то по типу «Ну я же говорил тебе слезть с него» или «Свали,а». А что было еще страннее, так это эта молодая девушка, которая хоть и отлепилась от Хэна, но все равно продолжала сидеть на краю его новой кровати. Все эти десять минут, с тех пор как пострадавший проснулся эти двое не прекращали ругаться. - Вали, кому сказал! - Хочу и сижу, малыш.. - Не называй меня малышом, старуха! - К-как ты меня назвал!? - Ой, катись давай. - Ну и покачусь! Вот не принесу тебе завтра шоколадку в постель. - Да я..! - Бу-бу-бу-бу.. Только спустя вечность для Хэна настала такая ожидаемая тишина. Вот бы он просто остался один, ни с кем не хочется видеться, ни на кого смотреть - от всего, от всех уже тошнит. Его тело было обвязано белыми вонючими бинтами очень туго. Но даже так, на удивление сейчас ему было очень тепло и уютно в этой светлой комнатушке с незнакомцем, на которого он даже не обращал внимания. Блэйд же, сопроводив Кафку за дверь так и остался стоять у входа, не двигаясь и практически не дыша. Он давал время этому парню как следует отойти ото сна и осознать где он. Наконец, дождавшись хоть какого-то телодвижения со стороны этого парнишки, Блэйд медленно, стараясь не спугнуть, подобрался к кровати и просто встал рядом с ней. За все несколько часов, что он просидел здесь ему так и не удалось как следует рассмотреть юношу. Не такой высокий - да. Младше Блэйда - да. Шикарные длинные волосы - еще как да. Еще эта бледная, словно фарфор кожа, узорами которую хотелось бесконечно обводить, немного надавливать, да и вообще просто почувствовать какого это чувствовать под пальцами приятный холод. Рубиновые глаза быстро метались от одной части тела к другой, пытаясь сделать это не заметно, но когда взгляд этих заинтересованных глаз буквально на секунду метнулся вверх - к незнакомому лицу, Блэйд понял, что миссия провалена - его заметили. Необычайно прекрасные глаза, цвета изумрудного моря не то чтобы с осуждением пялились на него, а скорее с появлявшимся интересом. И долго думать не нужно было, чтобы понять, что на него смотрят в ответ. Осматривают, оценивают с ног до макушки головы. Дань Хэн пластом лежал на кровати, на половину завернутый в одеяло со сложенными на животе руками. Только одна огромная подушка придавала ему хотя бы немного вид не полностью искалеченного человека. Он тихонько поглядывал на этого не такого уж и незнакомого человека в ответ. Вот так, когда они остались наедине и не нужно было более выслушивать эти скандалы друзей, закатывать глаза и подавлять желание спрятаться под кровать, конечно Хэн вспомнил его. А точнее только глаза - яркие и красные. Жгучие, они смотрят с опаской и настороженностью - сейчас, но не тогда. Сложно было сказать, что мальчик видел тогда, когда валялся на полу и истекал кровью. Но понятно было одно: смотря на этого человека он чувствовал только тепло направленное в свою сторону. Не ту злобу и интерес здешних детей, а именно чувство защищенности с его стороны. Ну и кому это не понравится? Когда ты с первого взгляда ощущаешь, что человек хороший, возможно из всех он здесь самый добрый. Но сейчас, смотря на эту грамилу - «да-да, именно так со стороны для Хэна выглядел этот парень» - на его нахмуренные брови, сведенные к переносице, сложенные у груди руки, словно в ожидании и высокий рост, уж слишком высокий - складывалось такое чувство, что первое мнение об этом человеке - его спасителе буквально, было ошибочным. Поток быстро сменяющихся мыслей прервал тихий голос: - Как ты? - поинтересовался Блэйд и медленно стал подходить к кровати все ближе и ближе, пока наконец под разрешающий кивок лежащего не присел рядом. Не зная куда деть свои руки, длинноволосый решил так и оставить их у груди, продолжая метаться глазами куда угодно только не на это бледное бинтованое чудо. - Н-ну, нормально.. Старший все же перевел глаза вниз, на лежащую перебинтованную правую руку. Совсем недавно на этом месте стоял катетер с присоединенной к нему системой, по которой медленно, но верно стекала прозрачная жидкость. Хватило одного часа, чтобы полностью прокапаться и ее убрали, как и вытянули иглу из еле видной вены. - Я не уверен, что те придурки снова не попытаются что-то сделать.., - «зря, - подумал Блэйд. Мальчик ведь только проснулся, а ты уже пытаешься его запугать.» И ведь правда. Худенькие пальцы незаметно сжали белое покрывало, а безкровные губы сжались в одну тонкую линию, - тебе. Немного погодя красноглазый добавил: - Прости. Ты только очнулся, а я тут.. - О, не нужно. Оба парня остались сидеть в окружающей их тишине с низко опущенными головами. Виноватые глаза обоих были скрыты друг от друга свисавшей темной челкой, как и неозвученные мысли. И только Блэйд собрался встать с постели, как недолго продлившуюся атмосферу все же решил прервать тихий голос: - Спасибо вам за помощь.

***

- Эй, Кафка, скажи. На сколько лет я выгляжу?