Rebirth; A New Age

— Мы больше не одни! В глубине своей души Сонхва знал — подобный день рано или поздно настанет. Знал, что в один день они наконец встретят других выживших и им придется принять решение. Благословение, что за два года им никто не повстречался и они пытались выживать сами по себе. Не то что бы Сонхва был против человечества или ненавидел людей вовсе, просто он больше не доверял им. Слишком много времени заняло становление простого доверия к Уëну и Юнхо, которые были безобидны насколько возможно, и происходило это становление до того, как он услышал сообщение о психопатах, охотящихся на людей в округе. Сан и Чонхо, — так звали стоявших перед ним мужчин, — выглядели как угодно, но точно не безобидно. Не были безумцами, как мог таковых представить Сонхва, но если те были умны, то ради улова могли притвориться относительно нормальными людьми. Оружие у них мощное. Он подобное видел только в боевиках несколько лет назад. Это были полноценные военные винтовки, способные разнести голову или отстрелить конечность зомби всего одной пулей. Мужчины тоже выглядели гордо, словно совсем не нервничали от нахождения в этом месте. Они были так чисты, словно никогда в своей жизни не видели грязи, и Сонхва ничего не мог сделать с тем, как закипела от этой мысли его кровь. Отчасти он размышлял, не было ли происходящее лихорадочным сном. Что, если он придумал всё это, потому что наконец-то сошёл с ума? Мужчины молчаливо стояли в свете луны, настороженными глазами стреляя взглядом то в Уëна, то в Сонхва. Их молчание было к лучшему —старший всё ещё кипел от злости, лицо его пылало алым и полнилось гневом. — Ты слышал? — спросил Уëн, когда Пак, стоявший с миллионом предупреждающих сирен в голове, не ответил. — Мы не одни! Есть другие люди… много таких же выживших, как и мы! Сонхва хотел рассмеяться. Насколько наивными они были? Неужели и правда думают, что за такое благословение не возьмут ужасную цену? Уëн видимо уловил, что счастья у него не было, и на мгновение обернулся сначала на Юнхо, а затем к одному из незнакомцев. У того были настолько острые скулы, что благодаря лунному свету под ними залегали небольшие тени. И стоял он так, словно уже в сотый раз был в подобной ситуации. — Сан, ты говорил, что ваша база в соседнем городе? — снова попытался Уëн, его голос звучал намного отчаяннее, чем до этого. Мужчина кивнул, глаза его заблестели от взгляда на мальчишку. В тот же момент Сонхва понял, что этот человек опасен. — Верно. Людей немного, но у нас есть хорошая система безопасности и ресурсы в достатке, — подхватил мужчина, мягкий тон голоса не вязался с тем, как он выглядел. Сан переступил с одной ноги на другую, а когда взглянул Уëна, на губах его заиграла нежная улыбка. — Слышал? — Чон повернулся обратно к Сонхва. — Не так далеко, и у них есть защита и ресурсы! Пак нахмурил брови и приложил титаническое усилие, чтобы не сжать свою палку особенно сильно, потому что боялся переломить её на части. Он всё переводил взгляд от Юнхо к Уëну и не мог поверить в происходящее. — Мне нужно поговорить с вами наедине, — это было первое, что слетело с губ, и его почти шокировала резкость собственного голоса. Затем он обвел глазами Сана и стоящего рядом с ним мужчину, Чонхо, бросив на них опасный взгляд. — И я бы хотел, чтобы наши гости не двигались с места, потому что если сдвинутся, то я сам без колебаний их убью. С секунду Уëн не двигался и имел наглость выглядеть расстроенным словами старшего, но Юнхо начал действовать и подтолкнул младшего, чтобы тот последовал за Сонхва. Тот поднялся обратно на крыльцо и убедился, что двое мужчин, стоявших в отдалении, их не слышали. Может, так хорошо на него повлияла эта короткая прогулка до дома или, может, осознание, что его товарищи были живы, но как только они втроём оказались на крыльце, Сонхва скрестил руки на груди и встал перед парочкой, не чувствуя того изначального гнева. Он не мог сердиться на них слишком долго — это была его истинная слабость, выявленная за годы, проведённые с ними. — Сонхва… — начал было Уëн, но тот немедленно прервал его, подняв руку. — Даже не пытайся. Все мы знаем, что это плохая идея, — произнёс он. Голос всё ещё был низким, но не настолько резким, как раньше. — И вы тоже слышали то сообщение. Мы не знаем, психопаты эти двое или нет. А убедиться точно не сможем, пока не будет слишком поздно, мы не можем рисковать. — Они не психопаты! — почти прокричал Уëн полным отчаяния голосом. — Сан и Чонхо… знаю, мы встретили их совсем недавно, но они спасли нас! Мы с Юнхо попали в неприятности, в ловушку какую-то или ещё куда, и если бы не они, мы бы… Чон смолк, не в силах закончить фразу. Сонхва сжал челюсти покрепче из-за усилившейся головной боли. — Откуда ты, блять, знаешь, что это не их ловушка? — спросил он и перевел взгляд на Юнхо. Тот отвёл глаза, решив не отвечать. — А почему должна? Сонхва, не все хотят схватить нас, знаешь ли. Есть такие же люди, как и мы, которые просто пытаются выжить! Мы даже не знаем, было ли сообщение правдой! Оно могло быть лишь старой записью, просто без конца зацикленной. У них есть убежище… надёжнее нашего, и есть много ресурсов. Не говоря уж о том, что есть люди. Сонхва, больше не придется жить в одиночестве, мы не одни в этом мире, — Уëн потянулся вперёд, схватил руку мужчины и крепко сжал её. Вот оно что. Теперь Пак, наконец, видел смысл в том, почему Уëн так настаивал на этом безумии. Младший был социальной бабочкой. Благодаря вниманию и окружению людей Уëн процветал. Он не произносил вслух мысли о том, что они, возможно, были единственными, кто выжил… но теперь, вспоминая прошлые дни, Сонхва видел в каждом действии младшего отчаянную борьбу. Чон Уëн нуждался в людях и жизни, заключавшейся не только в бегстве и попытках выжить. Сонхва уверен — выживай тот в одиночку, не продержался бы так долго. Конечно же, будни с ним и Юнхо очень помогали, но они как старшие не могли сделать так многого. Он не был ласковым, а Юнхо Уëн знал с детства. Ему нужны были новые лица. Пак был уверен – Уëн бы жизнью рискнул, лишь бы вокруг него было больше людей, чтобы он мог притвориться, что живёт, а не выживает. Эта мысль очень напугала его. — Мы не можем рисковать, — наконец ответил он, и в тот же момент Уëн выпустил его руку, лицо у него помрачнело. Но даже зная причину этого отчаяния, Сонхва обязан был их защищать. Возможно, младший будет ненавидеть его до конца своих дней, но Пак не был готов рискнуть их жизнями ради ничтожного шанса на лучшую жизнь. — Лучше остаться здесь, в безопасности. У нас есть еда, есть вода, мы сами прекрасно можем о себе позаботиться. Уëн сделал несколько шагов назад, и даже во тьме Сонхва смог увидеть слëзы в его глазах. —Сонхва, — впервые за ночь вмешался Юнхо, голос его был мягким и спокойным. — Знаю, ты боишься уходить туда, где нет уверенности в безопасности, но я верю этим людям. Глаза Сонхва расширились. И Юнхо туда же. — Если они говорят правду, чего я не утверждаю, то жизнь у них лучше, как и шансы на выживание. — А что, если они лгут? — парировал Сонхва голосом более отчаянным, чем ему хотелось. — Что тогда, Юнхо? Что будет, когда всё окажется ложью? — Тогда мы умрём, — взгляд их немедленно метнулись к сжавшемуся Уëну. — Это будет конец нашего пути. Глаза младшего были опущены в ноги, после метнулись к ним. — Но если они говорят правду, — голос его стал более уверенным, как только он встретился взглядом с Сонхва, — если говорят правду, то это ещё один наш шанс на нормальную жизнь или хотя бы подобную нормальной в наших обстоятельствах. Я… я никогда не думал, что такое возможно. Другие люди, такие же, как и мы, выжившие... Они нужны мне… Мне нужно знать, что мы не одни. Мне нужно знать, что мы не одиноки. — Уëн… — голос Сонхва напрягся, а сердце болезненно сжалось в груди. Видеть младшего таким было невыносимо, но также невыносима была мысль, что их путешествие закончится так скоро после того ада, из которого они выбрались живыми. — Это просто… слишком опасно. Он пытался мысленно дать причину своим действиям… просто попытавшись почувствовать себя лучше от своей же жестокости. Все принятые решения были сделаны ради двух его младших. Всё, что он делал, делалось, чтобы защитить, уберечь их от этого пути, полного страданий. Он знал, что порой они по-другому смотрели на эти деяния, особенно сейчас, но тем не менее… Он обязан был оставаться сильным. — Сонхва, я не могу… — голос Уëна сломался, он бегло взглянул на Юнхо, и в тот момент Сонхва забеспокоился, что младший вот-вот заплачет. — Я не могу больше так жить. Да, мы в безопасности, но мы делаем одно и то же день за днём. И от одной мысли, что где-то может быть лучше… это всё кажется мне адом. Я знаю, ты из последних сил всё делаешь ради нас.… чтобы быть уверенным, что мы живы в конце каждого дня, но я больше так жить не могу. Зная, что где-то люди действительно живут, а не сходят с ума от постоянного страха… Я не могу притвориться и проигнорировать эту возможность. И просто продолжать выживать вместо того, чтобы жить так, как живут они… Я не могу так поступить. Сонхва тяжело сглотнул застрявший в горле ком и почувствовал, как скрутило его желудок. Появилась тошнота. Он знал, что прямо сейчас произойдёт. — Что ты пытаешься этим сказать? — мягко и весьма уязвимо спросил он. Уëн сжал губы и сделал глубокий прерывистый вдох. Он выглядел сожалеющим и виноватым, Юнхо выглядел не лучше. Высокорослый вообще не двигался, даже не смотрел Сонхва в глаза. — Я иду с Саном и Чонхо, — громко прошептал, наконец, младший, поморщившись. — С тобой или без тебя. В то же мгновение Пак ощутил на языке привкус того, что ел на ужин. — Не… — выдавил Уëн и поднял руку к лицу, чтобы вытереть слëзы до того, как они упадут вниз. — Не заставляй меня уходить без тебя. Мне невыносимо думать, что я оставлю тебя после всего, через что мы прошли… не заставляй меня разбивать своё собственное сердце. Прошу, Сонхва. Тот лишь мог стоять на месте со слегка приоткрытым ртом и зияющей в груди дырой предательства. — Ю-юнхо, — смог выдавить он, попытавшись поймать взгляд парня. Его начинало накрывать невероятным отчаянием, и он в защитном жесте обнял себя руками, ярко засияв своей уязвимостью. — Ты же не уйдешь, да? Ты не… ты же видишь, насколько это безумно? Скажи Уëну, что это небезопасно, нам нужно остаться здесь и… — Сонхва, — Юнхо, наконец, посмотрел на него, глаза его умоляли всё это прекратить. Он тоже звучал напряженно, и этот звук Пак слышать не хотел. — Не нужно… Куда Уëн, туда и я. Прошу, не усложняй всё ещё больше. Впервые за долгие годы Сонхва напомнили, почему ему следовало остаться одному. Не важно, что он делал, ему напомнили, что были лишь Уëн и Юнхо. Большую часть времени его даже не было на этой картине. И, конечно же, Юнхо не принял его сторону. Двое неразлучников вместе до самого конца, и сделать с этим он ничего не мог. Сонхва перевел взгляд туда, где стояли Сан и Чонхо; они смотрели друг на друга, первый показывал свое оружие и, вероятно, его новое улучшение. Они выглядели молодо, может, не старше него, и от этого становилось немного лучше. Выглядели всё ещё опасно, а висевшее сбоку оружие и прикрепленные к поясам оружейные магазины не добавляли безобидности. Сонхва был уверен, что у Чонхо в кобуре был небольшой пистолет, а у Сана — два кинжала. Они определённо точно были опытными бойцами, скорее всего, намного превосходя его во владении оружием. Это заставило колебаться. Он повернул голову обратно к совсем понурым Уëну и Юнхо, здоровяк взял ладонь младшего в свою с утешением. Сонхва сглотнул, взглянув на них, его инстинкты кричали не уходить. В последний раз он проигнорировал их в ту ночь, когда всё это началось. В тот раз он не прислушался к ним, а после нашел своего соседа по комнате на полу, умолявшего о помощи, пока зубы мертвеца глубоко впивались в его шею и плечо. Нельзя игнорировать их и сейчас. — Пожалуйста. Он поймал глаза Уëна своими, по щекам младшего всё же побежали слезы, сорвавшись на деревянное крыльцо под его ногами. Они неотрывно смотрели друг на друга, резкими были слова младшего, — ультиматум, на самом деле, — и Сонхва понял, что не может перестать прокручивать их в своей голове раз за разом. Мальчишка произнёс их довольно спокойно, несмотря на то, что глаза его покраснели и опухли, и пусть Пак много раз видел его слëзы, в этот раз они были совсем иные. Уëн никогда не выглядел настолько страдающим. — Пожалуйста, Сонхва, — снова попытался он, его желваки на челюсти напряглись, а кулаки были сжаты. Старший ощутил, как дрогнуло и болезненно сжалось в груди его сердце. Он не мог. Слишком сложно видеть Уëна в таком состоянии. Он развернулся на каблуках, ужасно проскрипев о дерево крыльца, и направился туда, где стояли Сан и Чонхо. Те были встревожены его громоподобным появлением, отчего сделали шаг назад, второй, пока сам он не потянулся вперёд и не схватил Сана за воротник рубашки, притянув его ближе к своему лицу. Он почувствовал аромат его одеколона и почти захотел патетически рассмеяться. Роскошь. — Где ваша база? — спросил он, не скрыв угрозы в низком голосе. Глаза Сана комично расширились, но он остался спокойным несмотря на то, что Сонхва чуть ли не душил его воротником его же рубашки. Чонхо дёрнулся, потянувшись за пистолетом в кобуре, но Сан вытянул руку, остановив, пока происходящее не приняло еще более худший оборот. — Не волнуйся, он не причинит мне вреда, — сказал Сан, не разрывая зрительного контакта с Сонхва. — Этого ты не знаешь, я прямо сейчас без колебаний сверну тебе шею, — почти прорычал старший, усилив хватку на воротнике и притянув его обладателя ещё ближе. Сан поморщился от боли. — Не сможешь, — выдавил он, схватив Сонхва за запястья, но попыток вырваться не предпринял. — Ты не сможешь меня убить. Сонхва руганулся под нос. — Я задал тебе вопрос. Где ваша база? — Север… — закашлялся Сан, наконец-то попытавшись высвободить свои дыхательные пути. — К северу отсюда, около трёх дней пути. — Тогда почему вы так далеко от нее? Зачем вообще заходить до сюда? — Сонхва оттолкнул Сана, и тот с силой врезался спиной во внедорожник. Пак был не многим выше этого человека, но в данный момент он именно возвышался над ним. — Мы заблудились… — Брешишь! — Он не лжёт, — заговорил Чонхо, что явно пытался решить, стоит ли вмешаться или нет, как и сказал ему Сан. Он был готов сорваться, пальцы его рук подрагивали рядом с кобурой. — Сан, блять, карту читать не умеет, как и понимать, где север, а где юг. Мы оказались в этом городе, нуждались в передышке, чтобы вернуться домой. Потом наткнулись на двух твоих друзей, попавших в стрëмную передрягу, и если бы не мы, они бы сейчас бродили по округе, как и остальные безмозглые твари. Хватка Сонхва немного ослабла, и Сан жадно глотнул кислород, прислонив голову к металлу пикапа. — Ты нам «спасибо» сказать должен, — смело заявил Чонхо, цокая языком. — Мы не враги. И предлагаем немного помощи. Можешь отказаться и провести ничтожную жизнь здесь, сводя концы с концами. Но я был бы признателен, если бы ты убрал руки от моего друга, я не боюсь применить силу, если придется, хотя предпочёл бы этого не делать. — Откуда мне знать, что вы не врёте? Вы можете охотиться на нас, — сказал ему Сонхва, но Сана подсознательно отпустил, воротник у того ужасно вытянулся и помялся. — Мы не сможем этого доказать, пока вы не пойдете с нами, — ответил Чонхо и, покачав головой и отведя оружие в сторону, занял менее оборонительную стойку. — Но если тебе станет легче, то у Сана третий дан тхэквондо и несколько лет тренировок спецназа за спиной. Если бы он хотел тебя схватить, то уже сделал бы это, а затем мы бы за три минуты выследили твоих друзей сразу после нашего прибытия. Но вот он ты, всё ещё стоишь тут живой. Сонхва снова посмотрел на Сана, затем отступил от него, окончательно отпустив. — Я лишь, — начал он, внезапно оказавшись под шквалом неожиданных эмоций и ощутив, как что-то давит на сознание и горло, — я лишь хочу защитить их. И я не могу подвергнуть их опасности. Лицо Чонхо было лишено эмоций, но он кивнул в подобии признания. — Это я понимаю, как и то, что вы трое всё это время были сами по себе, а ты защищал их. Вполне естественно, что ты и сейчас это делаешь. — Тогда ты понимаешь, почему я не могу отпустить их с вами, — Сонхва неотрывно смотрел на обоих мужчин, подметив, как они коротко переглянулись. — Я верю, что, если ты сможешь довериться один единственный раз, то не пожалеешь об этом. Если ты действительно заботишься о них, то дашь им ту лучшую жизнь, какая у них только может быть, — надавил в ответ Сан. — Я отдам тебе мои ножи и пистолет Чонхо, если тебе легче станет. Тебе лишь раз нужно довериться. — Но единственный раз, когда я доверюсь, будет днём моей смерти, — едва выдавил Сонхва, крепче сжав руки в кулаки. — Не в этот раз, — незамедлительно ответил Сан с очень самоуверенным выражением на лице. — Послушай, — ещё раз вклинился Чонхо, и его тёмные глаза вкупе с темнотой его волос придавали ему довольно смертоносный вид. — Я вижу, что ради собственной выгоды ты этого не сделаешь, ну так ради их выгоды сделай. Сделай это ради них, не будь эгоистом и не рушь им жизнь. Они могут уйти без тебя, но счастливы не будут. Сделай это ради них. Сердце Сонхва дрогнуло вновь, он обернулся, чтобы посмотреть на так и не сдвинувшихся с места Уëна и Юнхо. Они стояли, прислонившись к опоясывающим крыльцо перилам, и явно пытались изо всех сил подслушать их дискуссию. На мгновение он прикрыл глаза и испустил дрожащий выдох. Он ещё пожалеет. От этого было лишь больнее. Но если это было ради них, то Сонхва не мог пойти против. Ради них… он мог довериться ради них.

☽◯☾

Так Пак и оказался зажат между Уëном и Юнхо на заднем сидении нового джипа без дверей и с новыми знакомыми перед лицом. Чонхо сидел за рулём, а Сан на пассажирском сидении, повернувшись так, чтобы видеть их троих, ужимавшихся позади. Как тот и предлагал, Сонхва забрал его ножи и пистолет Чонхо. Он держал их как коленях в качестве напоминания о содеянном. От прошлой машины пришлось отказаться: Сан настоял на том, что их джип лучше справится на бездорожье. И как бы Сонхва ни любил их маленький пикап, он признавал, что тот видал и лучшие дни, а автомобиль двух незнакомцев был в хорошем состоянии. Тем не менее ему не нравился факт отсутствия дверей, что, по его мнению, было серьёзной угрозой безопасности. Сонхва не испытывал счастья. Всё его тело призывало к бегству, но в то же время было внутри маленькое успокаивающее чувство, что так он сможет продолжать приглядывать за Уëном и Юнхо. Если вся эта ситуация в какой-то момент перевернется с ног на голову, как он и предполагал, он сможет защитить их. Хотя эта мысль и успокоила его стучащее бешено сердце настолько, что захотелось протянуть руки и прижать своих младших ближе, защитить их, он сдержался. Сан наблюдал на ними внимательно, вне всякого сомнения чтобы убедиться, что Сонхва ничего безумного не натворит. О трёх днях пути он не шутил, они не делали частых остановок. Иначе трёхдневная поездка превратилась бы в пятидневную. Пейзаж из тропического превратился в более пустынный. Вплоть до горизонта земля была высохшей и вообще не имела изменений ландшафта. В эти дни стояла невыносимая жара, и пару раз даже Сонхва побеспокоился о Сане и Чонхо, ведь каждый дюйм их тела, не считая кистей и головы, был покрыт чёрной одеждой. Но казалось, что им было всё равно, словно для них было совершенно нормально существовать в этом облачении в жару. В общей сложности они остановились только три раза, по одному на каждую ночь. В багажнике джипа уместились галлоны топлива, припасы и инструменты, которые Сонхва уже никогда не надеялся увидеть. Каждую ночь Сан и Чонхо менялись: один занимал место на крыше и оставался начеку, а второй спускался к ним троим. Очевидная рутина, и какие бы тренировки они не проходили, те явно прочно отпечатались в них. Сонхва находил это до ужаса роботизированным и заснуть не мог, в то время как Уëн и Юнхо просто отрубались рядом с ним. — Почему же вы ушли так далеко? — спросил Пак в последнюю ночь. За всю поездку он не разговаривал с ними без необходимости, но этот вопрос зудел на подкорке уже очень давно. — Не вижу смысла в этом, раз вас всего двое. Разве это не опасно? — Опасно только в случае, если у тебя нет должной снаряги и припасов, — ответил Сан с крыши джипа. Этой ночью они развели небольшой костер, его света было достаточно, так что Сонхва мог хорошо видеть лицо молодого человека. — Если бы мы пешком шли, то, конечно, затея ужасная, особенно на такой жаре. Но авто делает возможным практически всё. Легко от мертвецов сбежать, о безопасности беспокоиться не нужно. Да, нас только двое, но у Чонхо есть я, а я, как правило, знаю, что делать, да и малыш тоже не так плох. — Малыш? — Сонхва кинул взгляд на Чонхо, что тихо точил небольшой карманный нож и даже не обращал внимания на разговор. — Ему двадцать один. Поверить сложно, правда? — мягко усмехнулся Сан. — Ведёт себя не по годам, большинство людей на нашей базе не настолько зрелые, как он, на самом деле. Но он просто бейбик. — Назовешь меня бейбиком еще раз — и я всажу пулю в твою толстолобую башку, — тихо пробормотал Чонхо со слишком серьезным, на взгляд Сонхва, выражением лица. — Понятно, что ж, — Пак прочистил горло, кинул быстрый взгляд на своих друзей, убеждившись, что они в порядке, и вернулся глазами к Сану, — но всё же, почему вы так далеко от базы? Он хотел поймать их на лжи. Обязан был поймать, пока не стало слишком поздно. — Ну, мы и правда заблудились, но изначально искали больше выживших, если тебе хочется чистой правды, — ответил Сан, отложив винтовку на внедорожник и откинувшись небрежно на руки. — Мы не выезжаем так далеко, — никогда не выезжали, на самом деле, — но после того, как мы прочесали собственный город, так больше и не видели живых людей уже очень давно, поэтому решили начать расширяться. Видимо, вы тоже никого не встречали? — Нет, — честно ответил Сонхва. — Ожидаемо. Похоже, они все мертвы. Немногим удалось выжить. Не знаю, где могут быть другие выжившие… Я думал, что их будет больше, но куда бы мы ни пошли, везде либо разруха, либо полчища ходячих. — Значит, вы искали людей, чтобы забрать к себе на базу? — Именно. — Для чего? — спросил Сонхва с ноткой недоверия в голосе. — Ресурсов и припасов уже почти нет, вам же во вред собирать ещё больше ртов в вашу небольшую ловушку. И не только, это же брешь в безопасности. Уверен, ты достаточно умён, чтобы понимать это. Сан не оскорбился, наоборот, лишь усмехнулся со странным выражением лица, заставив Пака нахмуриться. — О, он точно тебя полюбит. Вы абсолютно одинаковые, — громко сказал парень с крыши джипа, улыбка стала ещё шире, приобретая озорной вид. — Что? Кто? — спросил Сонхва, перестав понимать суть ещё больше. — Может, встретишься с ним, может, нет, — вклинился Чонхо, наконец убрав заточенный нож обратно в карман, а после прислонившись к одному из колес джипа, закрывая глаза. — И если встретишься, — Сан выпрямил руки вверх, тихо простонав, когда его кости хрустнули, — то я обязан быть свидетелем этого события. Речь идет о чистейшем развлечении. — Я бы предпочел остаться в стороне, — Чонхо покачал головой и скрестил руки на груди. Сонхва переводил взгляд с одного на другого с непониманием на лице. — Но, если говорить о твоём предыдущем вопросе, может, стоит сначала увидеть нашу базу, прежде чем задавать ещё больше вопросов или обвинять нас, — Сан встретился с ним взглядом, его озорной вид вернулся, и старший в ответ смог лишь кивнуть. Он протянул руку, чтобы погладить лежащего на его коленях Уëна по голове, губы его плотно сжались. В последние дни ему довелось опекать их. Он постоянно был рядом, шёл туда, куда шли они. Ни одному из них не позволял остаться наедине с Саном или Чонхо, и не важно то, насколько сильно Уëн хотел поговорить с парнем с острыми скулами. — Я вижу, что ты действительно о них заботишься, — разрезал покров ночи голос Сана, прервав умиротворение Сонхва. — И защищал их в одиночку все эти годы, как я понял. Уëн мне говорил, что мы тебе не понравимся и что ты, скорее всего, никогда нам не доверишься. Он боялся, что ты убьёшь нас сразу же, как только увидишь. Пальцы Сонхва нежно пробежались по волосам Уëна. — Но с нами они в безопасности. Знаю, ты не доверяешь нам, я, врать не буду, тоже не стал бы на твоём месте, но я искренен перед тобой. Мы не враги, мы правда пытаемся помочь. Несмотря на доброжелательные слова Сана, Сонхва не мог избавиться от чувства тревоги. Он хотел дать этому человеку презумпцию невиновности, правда хотел. Хотел, чтобы всё оказалось правдой. Чтобы этот «безопасный Рай», эта база оказалась такой, какой они представляли. Но он просто не мог этого себе позволить после всего того, через что они прошли. — Надеюсь, — пробормотал он тихо. — Ты можешь отдохнуть, я же знаю, что ты не спал все эти дни. Если беспокоишься, что к нам кто-то подкрадётся, то не стоит. Я пристрелю тварь до того, как она подойдёт близко и ты вообще сможешь её услышать. В этом Сонхва не сомневался, просто не верил, что его не убьют во сне. Но, тем не менее, он не мог отрицать, что глаза уже болели, а веки налились свинцом, отчаянно нуждавшись в отдыхе. Его тело молило о нескольких часах передышки ради завтрашнего ада, который им предстоял. Именно это позволило ему сомкнуть глаза. Он убедил себя, что таким образом ментально готовится к завтрашнему дню. Изнеможение и усталость накрыли его, руки обмякли без его согласия. Даже если он и хотел оставаться в сознании, то не был способен на это. Усталость была настолько велика, что уже было плевать, проснётся ли он мёртвым. Из состояния полудрëмы какое-то время он, как тихо переговариваются Сан и Чонхо. Трудно было уловить смысл их разговора, но их голоса были до странного успокаивающими на слух и помогли ему провалиться в глубокий, так отчаянно нужный ему сон. — Чувствую себя паршиво… — Ага. — Но думаю, это естественно, когда живешь вот так, сам по себе. У нас хотя бы кто-то есть. — Как только он увидит, что на базе безопасно, всё станет значительно лучше и для него, и для нас. Рано или поздно он оттает. — Думаешь? — Ага, даже Ëсан в конце концов оттаял. — Справедливо. Думаю, нам просто нужно дать ему время.

☽◯☾

Сонхва стоял перед огромным зданием, окружённым сетчатым забором с намотанной сверху колючей проволокой. Около входа находилось несколько различных внедорожников, у каждого из которых отсутствовали двери. Втроём они ожидали, пока Сан и Чонхо разгрузят немногочисленные припасы из их джипа и присоединятся к ним около ворот. Пак знал, что база находится в соседнем городе, но не думал, что настолько буквально. — Какого хуя ваша база находится прямо в городе...? — начал он в полном неверии, но Уëн тихо оборвал его. — Прошу, давай не сейчас, можем поговорить об этом позже, — прошептал младший на ухо. Сонхва открыл рот, чтобы возразить, но затем захлопнул его. Он был почти безвозвратно оскорблён. Замков на воротах не было, только две толстых металлических балки, что держали двери вместе. Для Сонхва этого было достаточно — всё равно зомби не были настолько умны, чтобы понять принцип открытия заслона. Даже если мертвецы каким-то образом смогут их сдвинуть, то не найдут во внутреннем дворе ничего важного. Само здание на вид было простым — округлой квадратной формы с почти отсутствующими окнами и с решётками снаружи. Довольно небольшое для того количества людей, — около пятидесяти, если он правильно помнил, — о которых говорил Сан, но на самом деле ему было всё равно на это. Убежище было убежищем. — Большая часть здания находится под землей, — Сан словно прочитал мысли Сонхва, когда они вошли внутри и направились к лифту в конце длинного коридора. — Раньше тут была тюрьма, наверное, самая защищённая постройка во всём городе. Ничто не проникнет внутрь, пока соблюдается протокол. — И ничто не выйдет наружу, — пробормотал Сонхва себе под нос, но так тихо, что слышно было только ему. В здании были кондиционеры и даже достаточное количество энергии, чтобы зажечь некоторые лампы для перемещения по коридорам. Сан вел их, а Чонхо замыкал строй, зажав их троих между ними. Как только они добрались до нижнего этажа, пространство заметно расширилось. Очевидно, что здесь находилась столовая —много места, много столов и скамеек стояло под открытым небом. При входе в помещение Сонхва на мгновение расширил глаза и остановился на месте как вкопанный. Кто-то вздохнул позади него, и он почувствовал, как чьи-то ладони обхватили его предплечье и изо всех сил сжали его. Здесь были люди. Множество людей. Настоящие, живые люди, свободно снующие вокруг них. Кто-то перекусывал, кто-то просто разговаривал, словно всё было хорошо. Здесь были семьи, маленькие дети и даже пожилые люди. На самом деле было немноголюдно, человек пятнадцать-двадцать, но их, не встречавших за два года ни одной живой души, это ошеломило. Сонхва не видел, как Сан улыбался с их реакции, но вскоре тот попросил их продолжать следовать за ним в очередной небольшой коридор к дальней комнате. Та не оказалась ни большой, ни маленькой, но у боковых её стен стояло несколько стульев, а в центре — письменный стол. Сан присел на один из предметов мебели, в то время как Сонхва решил постоять в центре с Уëном и Юнхо. — Пойду найду двух придурков и сообщу боссу, что мы нашли нескольких выживших, — сказал Чонхо Сану, поставив на пол принесённый из джипа ящик с боеприпасами. — Держись тут, я постараюсь сбегать побыстрее. Вскоре он покинул комнату, закрыл за собой дверь и оставил их вчетвером. Сан всё ещё сидел, заправив волосы за уши, поставив винтовку на пол и закинув одну ногу на другую. Он говорил с Уëном обо всём на свете с нежной улыбкой на лице. Сонхва наблюдал за ними, нахмурив брови, и когда младший рассмеялся над чем-то смешным из губ Сана… что на самом деле смешным не было, он не понял причины… ему пришлось подавить желание притянуть Уëна к себе за заднюю часть футболки в защитном жесте. Тот не должен был флиртовать с врагом. Не в его смену. Вскоре вернулся Чонхо, его чёрная рубашка сменилась тёмно-серой, но выглядела намного удобнее предыдущей. Позади него так же шло ещё двое людей, что теперь нетерпеливо заглядывали в комнату. Первый вошедший был на голову выше остальных, он мог посоперничать даже с Юнхо, чей рост Сонхва считал невозможным. Незнакомец был высоким, но в то же время выглядел сильным и очень крепким, а круглые очки на носу придавали ему умный, почти угрожающий вид. Позади него стоял мужчина более низкого роста со светлыми волосами, собранными в низкий хвост на затылке. Он был настолько красив, что казался ненастоящим. Лицо словно сотворили из мрамора, и без движений мужчина был похож на статую. — Это Минги и Ëсан, — представил их Чонхо, почтительно указав на каждого. — Они главные координаторы. Минги занимается коммуникацией и программированием, а Ëсан заведует гуманитарной частью. Если у вас появится просьба, скажите ему и он посмотрит, что можно сделать. Представленные встали около входа в комнату, в то время как Чонхо сел рядом с Саном, достал блокнот и начал что-то записывать. — Приятно с вами познакомиться, мы рады, что наконец-то нашли других выживших... Уже начали думать, что остались только мы, — первым заговорил Минги, и глубина его голоса пустила по спине Сонхва волну мурашек. — Мы тоже так думали. За два года так никого и не встретили, — произнёс Юнхо, согласно кивнув. — Могу лишь представить. Мы получили новости, что эти болваны смогли найти выживших, и ждали возможности познакомиться с вами, — благодаря широкой улыбке на лице Минги выглядел менее устрашающе. Сонхва не ответил, лишь вежливо наклонил голову, и этот жест скопировали Уëн и Юнхо. — Сначала мы бы хотели обсудить с вами некоторые правила, чтобы ничего не произошло, — впервые заговорил Ëсан, его низкий голос поразил Сонхва до самых дальних уголков души. Успокаивающий и нежный, если бы бархат мог звучать, то звучал бы именно так. — Как бы мы ни были рады новым лицам, нужно убедиться, что правила соблюдаются всеми без исключения. Пак ощутил рядом ёрзанье Уëна — младший явно начал нервничать. — Первое и, вероятно, самое важное: если вы вернëтесь на базу с укусом, царапиной или иным ранением, полученным от зомби, вы обязаны немедленно оповестить нас об этом, и мы поступим должным образом. Очень важно, чтобы вы не скрывали укусы от нас, так как это подвергнет серьёзному риску всех обитателей базы, — с относительно спокойным выражением лица Ëсан посмотрел на каждого из троицы, чтобы убедиться в ясности своего донесения. — Второе: каждый выполняет свою работу, чтобы всё всегда функционировало складно. Если есть талант в сантехнике, электромонтаже, кулинарии или даже в базовом выживании — скажите мне, чтобы мы распределили вас в нужное место. Следующей весной у нас снова начнутся посевы, но прямо сейчас мы занимаемся сбором урожая. Поголовье животных невелико, поэтому есть в основном только фрукты и овощи с ограниченным запасом мяса. — Также у вас будут соседи по комнате. Я не уверен, есть ли у нас ещё трехспальные комнаты, мы их обычно для семей оставляем. Не верх комфорта, конечно, потому что это тюрьма… но, тем не менее, если вы жили всё это время снаружи, то проблем быть не должно, — к концу фразы Минги беззлобно и добросердечно посмеялся. — Нам с вами нужно ещё многое обсудить, но у нас есть дела. Есть кое-какие новости, и мы нужны боссу, так что пока определим вас во временную комнату, где вы сможете отдохнуть и восстановиться, пока мы не решим вопрос с вашим дальнейшим проживанием. Прошу простить нас за этот хаос и неорганизованность, — лёгкой улыбки блондина в качестве извинений Сонхва хватило, потому что вид у этого мужчины был немного застенчивым, но уверенным в себе. — У нас всегда хаос и неорганизованность… — Сан! — практически рявкнул на него Ëсан, бросив суровый взгляд. — Хочешь умереть на месте? Вместо ответа мужчина лишь тихо рассмеялся и покачал головой с широкой улыбкой. Он обернулся к Уëну и Юнхо, затем вновь посмотрел на Ëсана. — Они пойдут со мной, найду им комнату. — Звучит неплохо, но пошевеливайся. У тебя всё ещё есть невыполненные обязанности, — ответил Минги вместо стоящего позади него Ëсана, и Чонхо, увидев поникший взгляд Сана, начал хихикать со своего места. — Ты чë ржëшь? — почти рявкнул на него Сан. — Почему это ты занимаешься докладом? Ты же сказал, что в этот раз я им займусь, а ты на себя возьмешь остальные послеоперационные дела! — Потому что, — начал Чонхо, даже не взглянув на них и продолжая писать то, что было, как понял Сонхва, докладом, — из-за тебя мы заблудились не один, не два, а целых три раза. Исходя из этого я решил, что нуждаюсь в заслуженном отдыхе. — Это не честно! — Сан, пожалуйста, хоть раз сделай то, что велено, — вздохнул Ëсан, потерев виски пальцами. Названный словно захотел ещё больше запротестовать, губы его надулись, но больше он ничего не сказал и посмотрел на трёх столпившихся за ним людей. — Ладно, пойдëмте. Сонхва, я уверен, что они найдут тебе комнату, только наберись терпения. — Но… — Пак дёрнулся вперед, как только Уëн и Юнхо отстранились от него, потому что не хотел упускать их из виду, все ещё не уверенный в безопасности этого места. Разделяться было худшей затеей. — Не волнуйся, они будут в безопасности, — сказал ему Ëсан с тёплой и нежной улыбкой на губах. По какой-то странной причине Сонхва поверил ему и отступил обратно уже не так нервно. — Ладно, пойду гляну, чего там босс сучился. Приди как можно скорее, пожалуйста, — Минги обернулся к Ëсану, похлопал его по плечу и вышел из комнаты. Дверь осталась открытой, и Сонхва смог услышать голоса других людей снаружи. Это напомнило ему школьные времена, когда он с друзьями прибегал в столовую и слушал все эти громкие крики и разговоры. На мгновение после ухода воцарилась тишина, а воздух стал напряжённым, почти удушающим. Чонхо по-прежнему занимался отчётом, закинув ногу на ногу, и на двух других, находящихся в комнате, не обращал никакого внимания. Сонхва чувствовал, как копошатся под кожей нервы, его желание выбежать за дверь было очень сильным. Ему нужно было сбежать и уйти хоть куда-то, где он бы ощутил себя в безопасности. Нужно было найти способ прихватить с собой Уëна и Юнхо, он не знал, куда их увёл Сан, что было проблемой, но позже он мог пошастать вокруг и разведать территорию. — Эй, — мягкий голос Ëсана вернул его из мыслей, когда рука его обладателя нежно коснулась его плеча. Это прикосновение было слишком тёплым, и Сонхва задался вопросом, могут ли у кого-либо быть настолько тёплые руки. — Пойдем со мной? Это скорее был вопрос, нежели требование, и он, как ни странно, заставил старшего почувствовать себя лучше. Ëсан словно знал, что именно нужно сказать, и это само по себе должно выбивать из колеи, но Сонхва не смог найти в себе ничего, что бы прибавляло беспокойства по этому поводу. — Куда? — спросил он. — Для начала найдём тебе комнату, чтобы ты мог привести себя в порядок и отдохнуть. Выглядишь так, словно не спал несколько дней, — усмехнулся Ëсан и затем повел его обратно по небольшому коридору и через столовую, после снова по другому коридору. Потому что я не спал, подумал Сонхва и закатил глаза. Тело было напряжённой струной, он пытался впитать как можно больше информации об этом месте. Расслабиться было трудно, хотя он и не видел непосредственной опасности, но знал подсознательно, что его схватят в тот же момент, как его бдительность ослабнет. Не было никаких сомнений, что когда-то это место было тюрьмой, и количество камер — прямое тому подтверждение. — Почему я не могу пойти с друзьями? — спросил Сонхва, когда они оказались одни. Ëсан кинул взгляд через плечо, всё ещё продвигаясь вперёд, и одарил его мягкой, но почти застенчивой улыбкой. — Мы многое слышали про вас от Сана по радио ещё до того, как вы оказались здесь. Ты же Сонхва, так? — Верно. — Что ж, рад познакомиться с тобой официально. О тебе я слышал немногое, но только хорошее, не волнуйся, — слегка усмехнулся Ëсан и повернул за угол, что вёл к ещё большему количеству камер. — Но мы с Минги говорили об этом и пришли к мнению, что ты очень умён и сообразителен. У нас мало… ну, назвать их сотрудниками сложно, потому что это не бизнес, но ты понял, что я имею в виду, верно? — Да, полагаю, — пробормотал Сонхва. — До того, как Сан и Чонхо уехали, у нас произошел неприятный инцидент с одним из наших разведчиков, и теперь, с точки зрения людей, занимающих руководящие посты, нас стало ещё меньше, — объяснил Ëсан, замедлив шаг, чтобы Сонхва шёл вровень с ним, а не позади. — Мне жаль, — и ему правда было жаль — даже если он не знал этих людей, он всё ещё мог разделить горечь потери близкого товарища. — Не стоит, в мире, в котором мы живём, мы все рано или поздно умрём. В любом случае, мы восхитились твоей способностью прожить так долго в одиночку. Сонхва промолчал, уставившись в собственные ноги. — Может, когда ты научишься нам доверять, — и поверь мне, я знаю, насколько это трудно, — может тогда ты бы захотел помогать нам на руководящей должности, а не на сборе урожая? Они остановились около пустой камеры, её дверь была открыта широко, как и в остальных помещениях в этих в коридоре. Встали друг напротив друга, смотрели друг на друга, и выражение лица Ëсана было настолько искренним, что Сонхва не мог понять, шутил тот или нет. — Ты не знаешь меня, — коротко заявил он более напряжённым голосом, чем хотел. — Нет, но ещё узнаю тебя лучше, я уверен, — мягко засмеялся Ëсан с понимающим выражением лица. — Очевидно, что сейчас не нужно принимать никакого решения, я бы никогда не ждал этого вот так сразу. Прямо сейчас, пожалуйста, просто отдохни, позже можешь увидеться со своими друзьями, если захочешь. Если услышишь громкий звонок, значит, пора в столовую, так что не волнуйся. Завтра обсудим с тобой и твоими друзьями всё, что касается процедур и правил. Сонхва мог лишь смотреть на него, глазами стрельнув от одного угла временной комнаты к другому, и кто знает насколько он в ней задержится. — Если тебе от этого станет легче, то я тоже был на твоём месте, — добавил Ëсан, и Пак почти дёрнулся, взглянув на него с удивленным видом. — Что? — Ага. Они подобрали меня, и я думал, что это всё ложь. Но всё же я здесь. Знаю, всё выглядит слишком хорошо, чтобы быть правдой, но иногда с хорошими людьми случаются хорошие вещи. Сонхва отвёл взгляд, его челюсть сжалась сильнее, губы сомкнулись. — Кто сказал, что я хороший человек? Частично он ожидал, что Ëсан будет настаивать на своих словах. Ждал яростного допроса, который мог за этим последовать. Только вот не последовало, а вместо смущения или даже небольшого беспокойства Ëсан лишь молча опустил голову в понимании. — Мораль старого мира отличается от морали настоящего, — прошептал он тихо, чтобы не спугнуть его. Старший почти ненавидел то, что ему приходилось переживать. — Ты сделал то, что должно, чтобы выжить, разве нет? Сделал, что должно, чтобы… чтобы защитить своих друзей... братьев... Это жестоко и несправедливо, и я знаю, что ты берёшь на себя всё бремя, какое можешь, лишь бы оно не досталось другим. Я считаю, что это само по себе делает тебя хорошим человеком. Сонхва так и не нашел сил поднять на молодого мужчину взгляда, потому что бежавший по венам стыд был слишком силён. Существовало многое, чего не знал никто. Те самые вещи, которые он был обязан унести с собой в могилу. И если бы кто-то узнал о них, его бы немедленно выбросили отсюда вон. Слова Ëсана утешали, безусловно, и он был за них благодарен больше, чем кто-либо мог представить, но это не отменяло того факта, что они изменились бы, если бы Ëсан знал, что им было сотворено. Когда Пак не предпринял никаких попыток ответить, Ëсан лишь ещё раз похлопал его по плечу своей успокаивающей тёплой рукой. — Согласно протоколу, я должен спросить, был ли ты укушен? Есть царапины или следы укусов? Сонхва потряс головой, ступив в небольшую тюремную камеру. — Нет, — ответил он, развернувшись и посмотрев на выход изнутри комнаты. — Обычно я лично проверяю, чтобы убедиться в честности, но думаю, что смогу сделать это позже, после того, как ты приведешь себя в порядок, — комментарий Ëсана странным образом наводил на размышления, заставив Сонхва вздрогнуть. Он привык к высказываниям грубого на язык Уëна, но тот всегда говорил шутливо, и даже непроницаемый мозг Пака мог это понять… но когда это было сказано более серьёзным тоном, он оказался к подобному не готов. Ëсан, казалось, наслаждался тем, как изменились черты лица его, когда те после растерянного приняли шокированный и почти смущённый оттенок. — Не волнуйся, я не буду осматривать настолько тщательно, — Сонхва мог поклясться, что Ëсан подмигнул ему. Он поклянётся, что видел это движение. — Но я тебя оставлю, мне нужно увидеться с боссом. Я тянул время, как мог, потому что у него сейчас стервозное настроение, но мне нужно поддержать Минги, пока он там с ума не сошел. Молодой человек развернулся на пятках, сделал около пяти шагов, прежде чем развернуться и поднять палец вверх так, словно он что-то забыл. — О! Совсем забыл! — воскликнул он, и Сонхва высунул голову из камеры, чтобы взглянуть на него. — Босс приветствует тебя! Он никогда не выходит, так что ты, может быть, и не увидишь его, но он рад видеть тебя живым. — Никогда не выходит? — спросил Пак, его брови немного приподнялись. — Не-а, сидит в своем небольшом офисе. Сан и Чонхо видятся с ним иногда, но только мы с Минги видим его каждый день… так что, если тебе что-то понадобится, скажи мне, а я передам ему. Странно. — Ладно, — Сонхва кивнул, затем Ëсан еще раз легонько помахал ему рукой на прощание, прежде чем развернуться и покинуть коридор. Пак долго слышал его удаляющиеся шаги, и это было благословением — теперь у него было знание, что услышать эхо и узнать, что кто-то приближается, можно было заблаговременно. Долгое время он стоял в центре небольшой комнаты, едва дышал и не думал ни о чем. Просто стоял тихо и неподвижно. Во что он вляпался? Как из этого выбраться? Как он смог себе позволить попасть в такую ситуацию? В порядке ли Юнхо и Уëн? Живы ли до сих пор? Чем дольше он размышлял об этом, тем сильнее сердце вырывалось из груди, и вскоре накрыло осознанием, что он почти задыхается в этой холодной комнате. Люди казались милыми, приветливыми, и не было ничего, что само по себе указывало бы на опасность, но он по-прежнему не был уверен. Уён и Юнхо, казалось, так легко доверились им… они даже не сопротивлялись. Может быть, ему следовало быть таким же. Может, тогда с ним не было бы так сложно. Но Сонхва не отрицал, что его инстинкты всё ещё орали, и даже в комфортном одиночестве он сел на кровать, обеими руками зарылся в волосы и зажал голову между коленей. Во что же он вляпался?